Словесность

Наши проекты

Антология русских хайку и трехстиший

   
П
О
И
С
К

Словесность

[ Оглавление ]

Михаил Фельдман

(1952 – 1988)

Михаил Фельдман (1952 – 1988)  

Михаил Фельдман родился в городе Каменка Пензенской области. Окончил исторический факультет Ленинградского государственного университета. Работал экскурсоводом, старшим библиографом издательства "Академкнига" и др., учился в аспирантуре Ленинградского университета, специализировался на теме Грузии. Погиб в железнодорожной катастрофе в августе 1988 года под станцией Бологое. Похоронен в Каменке. Автор посмертно изданной книги стихов "Миновало" (Ленинград, 1990).



2020 году в серии "Поэты литературных чтений "Они ушли. Они остались" вышла книга поэта Михаила Фельдмана "Ещё одно имя Богу" (сост. Б. Кутенков, Н. Милешкин, Е. Семёнова) с предисловием Евгения Абдуллаева и послесловием Данилы Давыдова, отзывами Андрея Таврова и Михаила Эпштейна. "Сетевая Словесность" представляет подборку стихотворений из книги.

Скачать книгу "Ещё одно имя Богу" можно здесь.




Ольга АНИКИНА (из послесловия к подборке Михаила Фельдмана во втором томе антологии "Уйти. Остаться. Жить"): "Первое, что бросается в глаза при чтении стихов Фельдмана, - это ощущение действия, постоянно происходящего на наших глазах, причём действия, переданного не глаголом, но вытекающего из взаимоотражения отдельных образов. Действие закрыто в самом себе, обращено на самоё себя и является камерным процессом. В стихах происходят события, сходные с волшебными превращениями или патологическими метаморфопсиями. Такие трансформации наиболее характерны для изменённого сознания или сна - и, продвигаясь от текста к тексту, мы понимаем, что сон в поэзии Фельдмана - явление не случайное".

Татьяна ГРАУЗ (из статьи в "Сетевой Словесности"): "Идущие в глубину взаимоотношений с языком (пока ещё на уровне лексики) стихи Михаила Фельдмана (1952-1988) - тонкая рефлексия на тему того, что сейчас зовётся "коммуникацией", а тогда называлось общением, пониманием и взаимопониманием".

Данила ДАВЫДОВ (из послесловия к книге): "Меж тем этот путь не был одиноким, и чего особенно жаль - именно несовпадения Фельдмана с пусть и немногочисленными, но важными единомышленниками, работавшими тогда в нашей поэзии, как старшими, так и ровесниками. Поэтому, пускай непозволительно поздно, но следует попытаться, хотя бы в черновом варианте, осознать место Фельдмана на той самой поэтической карте, куда биографически он встроен не был, но где сами его тексты должны обрести заслуженное и законное место"

Евгений АБДУЛЛАЕВ (из предисловия к книге): "Сегодня, когда настало время "тихой поэзии" - её предельно приглушённого звучания в условиях медийного "шума" - возможно, самое время прочесть Михаила Фельдмана заново. Медленно и вдумчиво, слова и паузы - на что, собственно, эти стихи и были рассчитаны".

Михаил ЭПШТЕЙН (из отзыва на обложке книги): "Ничего не зная о Михаиле Фельдмане, открыл его стихи и нашёл целый мир, в котором жить трудно, непесенно, чаще всего нет рифм - но есть прерывистое, непредсказуемое дыхание для каждого слова, которое как будто возникает из ничего - как задыхание, "борьба за дыхание", по слову самого поэта. Эти стихи всё время на грани замолкания - и вместе с тем утверждают свое право на бытие, на "да", потому что "жалко тратить дыхание / драгоценное на слово "нет"". Поэзия Фельдмана возвращает нас к истокам боли как испытания веры. "Иов верит в бога / как верят / в тело Иова / мухи и черви / безмерно / натощак / на худеньких лопатках / и на рёбрах / можно читать / скрижали веры". Вот такие скрижали порой читаются и в этой книге".









НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Никита Николаенко: Коронный номер [Напасть свалилась неожиданно. Коронавирус какой-то! Сразу же, неизвестно зачем, на столичных улицах появились полицейские броневики и полицейские же машины...] Александр Калужский: Незадолго до станции стало смеркаться [Незадолго до станции стало смеркаться, / так что место прибытия, скрывшись в потёмках, / показалось лишь запахом жёлтых акаций / да полоскою неба...] Сергей Славнов: Бывшие панки [Некоторые из тех, кто однажды были панками, / кто кричали про анархию / и распевали о том, что будущего нет, / дожили теперь до седых волос...] Игорь Андреев: Горка во дворе [Именно близ горки находилось целое отдельное государство. Страна детства...] Феня Веникова. "Диван" и "Бегемот" в защиту доктора Гааза [Два московских литературных клуба временно объединились для гуманитарной акции.] Георгий ЖердевВ тенётах анналов [] Виктор ВолковПтица в горле [Едва ли я дождался бы звонка, / Едва ли ты могла в мою теплицу / Своим добром с резного потолка, / Нежданно и негаданно пролиться...]