Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность



*


 



      ДОЖДЬ

      Скользящий шелест. На траве улитка
      рогатая, и смотрит, как живая;
      и нежно улыбается поэту,
      который растворяется в тумане.
      Овал оврага. Дождь в кустах зелёных
      так горько плачет...

      Что за туманом? - Башенные шеи,
      встревоженные голоса и всхлипы
      вдоль раковин морских ушей, а также
      пылящиеся гипсовые руки,
      усеявшие побережье... Выше -
      лицо луны - сквозь пелену и пену -
      скривилось над большими валунами
      холодных волн...
      Прозрачный воздух льётся
      на лоб скалы.
      Пан в лиственном дурмане
      следит за нимфой; мощные колени
      дрожат от напряжения...
      - Что дальше?
      - Тростник развязки в нимбе серых капель.

      Скользящий шелест. Заспанные нивы
      лежат, прогнувшись, словно половицы,
      под влажными подошвами... В тумане
      петух и ангел падают с насеста.

      Брюзжит и брезжит.

      _^_




      * * *

      не было ничего, только падала в речку птица
      стиснув в когтях пылающую икону
      только паркет в комнате пах мастикой
      и окно, страдавшее глаукомой
      выходило в сад, чьи размытые очертанья
      обступали тебя со всех четырёх сторон, и
      тени косые, лёжа в траве, читали
      книгу Небес в пятнах закатной крови
      там на третьей странице ангельские печати
      а на сорок второй - перечень младших духов
      их не надо звать, они уже за плечами
      плавно перетекающие друг в друга...
      а в иной реальности, в то же время
      на мокром асфальте, в эмбриональной позе
      твой двойник кончался под вой сирены
      было очень больно, а главное, было поздно
      но за всею болью, за всей пустотой и ложью
      за любой из их мыслимых комбинаций
      чей-то голос глухой тебе говорил: идём же
      и ты шёл за ним, потому что устал бояться

      _^_




      * * *

      По закатному небу бредут кучевые волы.
      Сядешь с Гофманом кофе... остыл. И внутри холодает,
      точно скрипка рыдает и снег засыпает стволы,
      вертит синей башкою и сам на ветвях засыпает.

      Так, наверно, и надо, чтоб холодно, сумрачно чтоб;
      чтоб трамвай за окошком, чей номер тройная шестёрка.
      И поди разбери - кони блед или кони в пальто
      входят в заднюю дверь, прижимаются мордами к стёклам.

      Вспомнишь детские страхи - приснятся горбун и палач,
      кафедральные выси, оскаленный кучер на козлах...
      А скрипач всё лабает и брошенный Танечкой мяч
      всё скользит и не тонет, настолько Фонтанка промёрзла.

      _^_




      * * *

      видишь, скачет всадник; то панцирь на нём, то плащ
      и чужая речь обвивает его как плющ
      это Дьявол шепчет: твой господин - палач
      дама сердца - шлюха, раб замышляет путч...
      это Бог внушает: так, мол, друг, да не так
      и потом, могло быть и хуже, нет?
      и рисует в воздухе катафалк
      для наглядности, и выключает свет
      всех семи небес, и слова Его точно нож
      под лопаткою, и рудимент крыла
      вызывает смех у ангелов верхних лож
      и по их щекам течёт вместо слёз смола
      и уже не важно - снег ли за ворот, град
      чьи костры пылают за ледяной рекой...
      ничего не надо, ибо что рай, что ад
      по большому счёту разницы никакой
      ибо ты и есть тот всадник, и шёпот, и нож
      и тень
      скачущего кентавра в зрачке твоём
      и там, где святое место всего пустей
      (что бы ни говорили тебе о нём)
      только чёрный аспид сворачивается в клубок
      да висят распятые на столбах...

      что, жутко? - спрашивает Лукавый
      шутка! - хохочет Бог
      и не разберёшь, кто из них держит банк

      _^_




      СТАРИК

      схоронил трёх жён теперь уже не ходок
      делит квартиру с призраками и кошкой

      и соседи слева зовут его "кабысдох"
      а соседи справа "зомби" и "старикашкой"

      призраки оживляются по ночам
      щёлкают пальцами пахнут тоской и потом

      а потом наступает утро и огненная печать
      заверяет действительность или что там

      он поднимает к небу слезящиеся глаза
      и немедленно забывает зачем их поднял

      у него на щеке зелёная стрекоза
      а на подбородке вчерашний полдник

      он вышел за хлебом упал на газон и спит
      и снится ему как у окна в гостиной

      пыльное кресло качается и скрипит
      покрываясь сизою паутиной

      _^_




      * * *

      Бывает так: очнёшься сна внутри и
      разглядываешь женщину в витрине,
      соображая - что же в ней не то...
      Перебегаешь улицу на красный,
      и взвинченные люди новой расы
      кричат из навороченных авто
      такое, что включив автоответчик,
      ныряешь в арку. Наступает вечер.
      Толпятся во дворе снеговики.
      Таджик в ушанке ржавою киркою
      пронзает ветер...
      В голове - Киркоров
      разборчивому вкусу вопреки.

      Второй подъезд. Этаж, допустим, пятый.
      На грязных стенах фаллосы и пятна.
      По лестнице взлетаешь, невесом.

      Моргнёт и лопнет лампочка кривая...

      Здесь наконец-то спящий открывает
      глаза, но это тоже только сон.

      _^_




      КИНО

      он вонзает иголку в фигурку врага
      усмехается собственным мыслям
      за окошком - река и её берега
      точно женские груди, обвисли

      а над этой рекою парит особняк
      островерхий, в готическом стиле
      там сидит у камина изысканный враг
      и листает Легенду о Тиле

      погоди, не нуди - и увидишь кино:
      колдовская отслужена месса
      завещанья составлены, всё решено
      и назначены время и место

      бутафорское небо окрасят огни
      и на самой его верхотуре
      на астральной дуэли сойдутся они
      голливудские звёзды в натуре

      _^_




      КИНО-2

      В соседнем доме - вижу, что не жолты - скорее сини, если не черны. Щебечут птицы, воздух будто шёлков. По улице скелет идет с кошёлкой, другой скелет досматривает сны в соседнем доме (мы о нём сказали). Купить портвейна, запастись травой и в нумера... когда б не повязали; жизнь провалила явки, а экзамен провален ей задолго до того.

      Спокойно, Плейшнер - это не гестапо, а пьяный мусор с помповым ружьем, в чужой фуражке и домашних тапках, что означает: лучше по этапу, чем на рожон... Простимся, милый. Рвётся киноплёнка, летит болванка, падает скелет, прижав к груди тряпичного ребёнка. Другой скелет стоит среди обломков. Мы выдуманы. Нас на свете нет.


      _^_




      БУРЫЕ  КРОВЛИ

          нет, не мигрень, но подай карандашик ментоловый
                    О. Мандельштам

      Здравствуй, Паллада. - Паллада глядит в небеса.
      А над Элладой не то чтобы клин поднялся -
      пара трирем, паутиной обвитые мачты.
      Осень, наверно. Триремы летят на юга.
      Греки в таверне плечами пожмут: на фига?
      Бурые кровли. И солнце краснее команча.

      Кто там южнее? Вандалы? Вандалов давно
      выгнали в шею преемники греков. Окно
      утром откроешь - гостиничный номер проветрить,
      холодно станет и видишь не Музу, а zoom
      площади старой, текущую сверху лазурь,
      бурые кровли и чернорабочих на верфи.

      Бурые кровли. И по барабану, my dear,
      мне - сколько крови впитает парадный мундир
      лорда Итаки, покуда весёлые свиньи
      розы Цирцеи бессмысленно топчут, и день
      мёрзнет в прицеле, где демоны ищут свой дем;
      кроме Сократа, никто не общается с ними.

      Бурые кровли. И вдруг налетает снежок.
      Выйдет из комы какой-нибудь местный божок,
      слезет с Олимпа - под горкою рыщут якуты.
      Юг или север - куда бы тебя ни несло -
      тень Одиссея услужливо держит весло...

      Нет, не мигрень, но добавь-ка, Ксантиппа, цикуты.

      _^_




      * * *

      я запомнил, как будто заполнил
      крестословицу в книге Судьбы:
      звон стекла у соседей запойных
      жестяные покатые лбы

      мокрый снег и желтушный Икарус
      ветер с моря, дома-корабли
      кумачовый лоснящийся парус
      юбилейные луны-рубли

      Новый Год отмечали у Верки
      Боб - фарцовщик, а Вадик - стукач
      ...
      тополя на апрельской примерке
      электрички из школьных задач

      что бегут заколдованным кругом
      к точке A или, может быть, C
      постепенно сближаясь друг с другом
      неизменно сшибаясь в конце

      _^_



© Михаил Дынкин, 2012-2018.
© Сетевая Словесность, публикация, 2012-2018.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Татьяна Шереметева: Шелковый шепот желаний [И решил Томас отправиться в морское путешествие. Жизнь на корабле особенная: там нет забот - все они оставлены на берегу, там можно думать только об удовольствиях...] Макс Неволошин: Подстава для Кэролайн [Кэролайн из тех барышень, которых хочется утешить или защитить от чего-нибудь. Желательно, обняв за плечи...] Ирина Кадочникова: "Отчего, неизреченный боже, ты меня покинул на меня..." (О творческой биографии Алексея Сомова) [Эссе Ирины Кадочниковой о творчестве поэта Алексея Сомова получило первое место в конкурсе "Уйти. Остаться. Жить" на лучшее эссе о рано ушедшем молодом...] Сергей Комлев: Чтобы жизнь после смерти оставалась легка [Так хотелось вина, чепухи, / много сдобы да бабу пуховую. / Но мне выдано - полночь, стихи. / И сережка зачем-то ольховая...] Виктория Кольцевая: Картинки с выставки [Давай останемся в реальности, / в эфире, / надвое расколотом. / Везде чума, / мой милый Августин, / и всюду шнапс дороже золота...] Сергей Сутулов-Катеринич: Мартовская Ида [Года и годы обитания в этой растреклятой и распрекрасной паутине подарили мне массу встреч...] Михаил Ковсан: Скользкий путь в гору [Ставни захлопывались. Свет выключался. Дверь закрывалась. И тьма стремилась меня поглотить. Я всматривался в щелочки ставень. Я вслушивался в звуки за...] Олег Демидов: Фатум, залёгший на дно (О книге Юрия Кублановского "Долгая переправа: 2001-2017") [К юбилею Юрия Кублановского вышла книга избранных стихотворений "Долгая переправа". В неё вошли тексты, написанные в XXI веке. В преддверии восьмого десятка...] Александра Шевченко: Не то чтобы модерно [...ходят утаптывая круги в снегу / хлопают рукавицами по бокам / в небе над ними зреет луна-чека / /дернем/ а сам-то можешь /и сам могу/...] Ал Пантелят: Игры закончились [что делать нам / когда мы уже собрали / свои стадионы...]
Словесность