Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ

Наши проекты

Теория сетературы

   
П
О
И
С
К

Словесность



Путешествие  в  Киммерию  -  XXI




    1.

    Не ждать погоды. Ехать к морю
    искать покоя.
    Привычно море слезы смоет
    водой морскою.

    Она ничуть не огорчится,
    вода морская,
    когда, от пятки до ключицы,
    беда людская
    в нее войдет -
      и станет легче
    почти в три раза,
    слегка отпустит вольных женщин,
    парящих брассом.

    Заплыв далек, а небо - сочно,
    волна - небрежна.
    Рассыпан сахарный песочек
    на побережье
    чужой страны,
      родной когда-то,
    где море, внемля
    всем анекдотам бородатым,
    целует землю.


    2.

    Целует море - Киммерию
    ли,
        Украину -
    целует землю, как Марию
    или Марину.

    Заворожит любимых женщин
    закатом,
      вроссыпь
    швыряя вверх сирень, и жемчуг,
    и абрикосы.

    И тут же гасит свет стыдливо
    движеньем быстрым
    ночь
      над нецарственным заливом
    Феодосийским.


    3.

    Дорога в Крым - стрела над степью,
    такой, что всю бы
    стерню спалить - и можно сеять
    драконьи зубы.

    И травы жгут. А что посеют,
    пожнут когда-то.
    Меж двух огней, к Пантикапею
    и Митридату
    ведет дорога -
      в город мифов
    тысячелетних,
    где дух сарматов или скифов
    живей скелетов
    судостроительных гигантов,
    уже почивших.
    Конец?
      Но глазом Митридата
    сверкнет мальчишка,
    грифона оседлать решится -
    а мать: куда, мол?!
    И свет, и тень -
        и век ложится
    на старый мрамор...


    4.

    Летели вниз - и вдруг на спуске
    притормозили.
    ...На стенке крупно и по-русски,
    что Крым - Россия.

    А где-то музыкой сгоняют
    толпу к восторгу.
    А ветер западный склоняет
    траву к востоку.

    И время стынет-не настанет
    в немых вопросах:
    к двум неизвестным,
        что - крестами,
    добавят посох:

    так в странах дальних и поближе,
    в селеньях близких
    названье века снова пишут
    по-древнеримски.

    Драконьи зубы сеют в поле.
    Пшеницу сеют.
    Растят и жнут. И только море
    целует землю.


    5.

    Вагон плацкартный. Двое суток.
    Уже и третьи.
    Вернутся тело и рассудок
    в свое столетье.

    В тумане скроются от взоров
    земля и космос -
    вот так рождаются озера,
    гранит и сосны.

    Окно заплачет безутешной
    слезой законной,
    а пятилетняя Надежда
    всего вагона

    сомкнет ракушечные бусы
    на тонкой шейке
    и улыбнется - так искусно
    и так по-женски...



© Ирина Аргутина, 2006-2020.
© Сетевая Словесность, 2006-2020.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Алексей Смирнов: Концерт на карантине [Вот разные рыбы, - благожелательно отмечал господин Лю, шествуя через рынок. - Вот разные крабы. Вот разные гады, благоухание которых пленяет... / ...] Татьяна Грауз. Прекрасны памяти ростки [Татьяна Грауз о самых ярких авторах второго тома антологии "Уйти. Остаться. Жить", вышедшего в 2019 году и охватившего поэтов, умерших в 70-е и 80-е...] Татьяна Парсанова: Пожизненно. Без права переписки [Всё чаще плачем, искренне, как дети... / Всё чаще в кофе льём слезу и виски... / Да кто же знал, что нам с тобою светит - / Пожизненно. Без права...] Ирина Ремизова: За птицей [когда - в который раз - твой краткий век / украдкой позовёт развоплотиться, / тебя крылом заденет человек, / как птица...] Алексей Борычев: Обречённость [Бесполезная пустота. / Кто-то... Что-то... А, может, нечто... / И весна, как всегда, не та. / Беспричинно бесчеловечна...] Братья Бри: Живой манекен [Прежде я никогда не испытывал тяги к игре, суть которой - заманить чей-то разум, чьи-то чувства в сети, сплетённые из слов. Я фотохудожник, и моё пространство...] Наталья Патроева, Юрий Орлицкий. Настоящий филолог, умеющий писать стихи [В "Стихотворном бегемоте" выступила петербургский ученый и поэт Людмила Зубова.] Сергей Слепухин: Блаженство как рана (О книге Александра Куликова "Двенадцать звуков разной высоты") [Для художника на Дальнем Востоке нет светотени. Здесь отсутствие светотени и есть свет...] Александр Куликов: Стихотворения [В попутчики брал я и солнце, и ветер, и тучи. / Вопросами я и луну, и созвездия мучил. / Ответы на травах, каменьях и листьях прочел, / и кто-то...] Максим Жуков: Она была ничё такая [На Пешков-стрит (теперь Тверская), / Где я к москвичкам приставал: / "А знаешь, ты ничё такая!" - / Москва, Москва - мой идеал...]
Словесность