ОПЫТЫ АНАТОМИРОВАНИЯ
Полуправда
- Ну-с, ничего страшного!
Доброжелательно улыбнувшись, доктор удобно откинулся в кресле-вертушке и сцепил пальцы на выпуклом животе. Большими начал вращать.
- Вам кто-нибудь объяснял, что с вами происходит?
Пациент, высокий и бледный молодой человек, встревоженно помотал головой.
- Смотрите.
Доктор снял со стола действующую модель позвоночника. Фрагмент. Это была чудо-игрушка - простая, красочная, понятная и убедительная. В часы, свободные от больницы, доктор подрабатывал в частной клинике, где полагалось все объяснять и такие игрушки были нарочно заведены.
- Вот позвонок. Вот диск. Позвонок-диск, позвонок-диск. Эти диски упругие, но с возрастом постепенно стареют, ветшают, могут выпячиваться. У них в середине есть ядрышко, которое может порвать заднюю связку, и тогда - смотрите сюда - оно вылезает и поджимает корешок. Вот оно...
- Погодите, погодите...
- Высота этих дисков снижается, окружающие сосуды неизбежно реагируют на такое неприятное положение...
- Остановитесь, пожалуйста!
Доктор умолк и уставился на пациента. Молодой человек позеленел. Доктор взял его за руку и обнаружил, что тот облился холодным потом.
- Можно, я прилягу?
- Конечно, прилягте. Что случилось?
Доктор тоже начал паниковать. Он уложил молодого человека на кушетку и сел рядом с видом уже искренне озабоченным. С пациентом творилось неладное: он сбросил давление и даже чуть закатил глаза.
- Дело в том, что я не выношу слушать про все это... про организм вообще. Как там внутри устроено. Мне сразу плохо. Ни слушать не могу, ни читать, не смотреть.
- Впервые сталкиваюсь с таким, - признался доктор. - Может, горячего чайку?
- Нет-нет, я просто полежу.
- Даже читать не можете? Но как же художественная литература, кино? Вы себя столького лишаете!
- Не надо, доктор, прошу. Сейчас опять станет плохо.
- Я, уважаемый, направлю вас к специалисту. Без этого не обойтись. С этим надо что-то делать. Целый пласт прекрасного проходит мимо вас.
Через десять минут пациент вышел, а еще через десять написал жалобу.
Хозяин клиники завел доктора в свой кабинет и устроил ему такое, что тот, когда вернулся к себе, тоже прилег. Потом пришел в чувство, перекусил, запер дверь, сдал ключ и побрел в государственную больницу. Там-то и состоялось воссоединение с ябедой, потому что незадолго до этого молодого человека сбил мотоцикл.
Доктор заметил его лежащим на каталке, притормозил, всмотрелся. Убедившись, подошел к дежурной сестре приемного покоя. Та, похожая на страшное сказочное существо, маячила за пуленепробиваемым стеклом.
- Положите его в отдельную палату, - ласково попросил доктор. - Под мою ответственность. Запишите, как говорится, на меня.
Он выждал сутки. Потом надел свежий, хрустящий халат и даже колпак. Захватил с собой маленький, давно без дела лежавший плеер и пару дисков. В палату доктор вошел крадучись, всем своим видом обозначая сюрприз. Молодой человек лежал загипсованный и перебинтованный, со спицей в ноге и гирькой.
- Тсс! - Доктор приложил к губам палец. - Лежите тихо, шуметь не в ваших интересах.
Кляузник и так молчал, с ужасом глядя на доктора.
Тот поддернул больничные брюки, сел.
- Вижу, вы не дошли до специалиста, - начал доктор. - Между тем ваш необычный недуг требует срочной коррекции. У меня есть некоторые представления о том, как это делается. Полагаю, вам ничего не известно о методе аппроксимации. "Аппроксимация" это по-научному "приближение". Ею лечат фобии. Допустим, больной смертельно боится пауков. Отлично! Берем паука, сажаем в банку и заставляем больного смотреть. Потом пусть паук поползает по столу. Потом велим больному погладить этого паука. Дальше пусть возьмет его и посадит себе на плечо. Потом поцелует. Потом съест...
Рассказывая все это, доктор настраивал плеер, устанавливал диск.
- Простите меня, - прошептал пациент.
- За что? - удивился доктор. - Мы не сердимся на больных на голову. Здесь у меня учебное кино про строение позвоночника. А на втором диске - художественный фильм про злодея с бензопилой. К исходу дня вы станете другим человеком!
- Помогите! - крикнул молодой человек, но доктор проворно зажал ему рот.
- Молчите, это еще не сейчас. Все делается постепенно. Я же сказал, что даже паука не сразу сажают на плечо. Сначала я вам просто расскажу.
Он встал выглянул в коридор, плотнее затворил дверь и снова сел, теперь в изголовье.
- Итак, небольшая лекция о крови, мясе и костях. Внутренние органы плавно начинаются от наружных. Вот, например, пищеварительный тракт. Он берет начало во рту. Ну, знаете: зубы, язык, мягкое и твердое небо, глотка... да вот!
Доктор склонился над ябедой и разинул рот.
- Ааааа!
- Ааааа!.. - подхватил пациент.
Доктор плавно отшатнулся и погладил себя по животу.
- Глотка переходит в пищевод со всеми венами, артериями и нервами. Пищеводные кровотечения весьма опасны для жизни. Ниже находятся желудок и кишечник в окружении других внутренних органов.
- Хватит! - захрипел пациент, выпучивая глаза. - Мне плохо, спасите!
На мониторе заплясала зеленая кривая. Запрыгали цифры: пульс. Доктор не разбирался в самолетах, но решил, что нечто подобное наблюдается при наборе высоты.
- На этих органах стоит остановиться отдельно. Есть печень, селезенка, почки... мы о каком беседуем организме, о женском или мужском? Давайте, о женском. Женщины - всегда приятная тема для неторопливых бесед. У них есть придатки и матка, в которой находится икра.... Что же вы замолчали? Вам не интересно?
Взгляд пациента вдруг стал осмысленным.
- Икра?
- Ну да, - нахмурился доктор. Ему не понравился этот внезапный вопрос.
Пульс начал урежаться, кривая - успокаиваться.
- Икра?! У женщин?
- Да, икра, а что вам не нравится?
- У женщин, по-вашему, есть икра?
Доктор смешался. Отрывочные сведения из курса анатомии замельтешили в голове. Он потерял лицо, сдвинул брови.
- А что, что вам не так? Икра - ну и что?
- Икра?! Вы считаете, что у них внутри икра?
- Да, икра! - вспылил доктор. - Вы не согласны? - Лихорадочно вспоминая и соображая, он ударился в панику.
- Икра!! - захохотал пациент.
Все его страхи как рукой сняло. Он стал раздуваться.
Доктор встал, у него задрожали ноги.
- Икра, икра, у женщин внутри икра! - гремел ябеда, разрастаясь.
Доктор попятился и вжался в стену. Пациент увеличивался, как надуваемый шар. Спица выскочила и звякнула о пол. Треснул и осыпался гипс. Лопнули бинты, покатилась гирька. Монитор погас первым, свет - вторым. Молодой человек стремительно заполнял собою пространство.
- Я тебе покажу аппроксимацию! - проревел он победоносно.
Доктору сделалось нечем дышать.
- Икра! - Это было последнее слово, которое он услышал.
октябрь 2018
© Алексей Смирнов, 2018-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2019-2026.
Орфография и пунктуация авторские.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Екатерина Вольховская. Львиная доля. Рассказы. [Есть такие совершенные создания, которым всё идёт и всё прощается. Их любят абсолютно все женщины и большинство мужчин...] Владимир Алейников. Сокольники. Эссе. [И погода была – хорошей, и нисколько не уставала все красоты поры осенней, вместе с явными чудесами, нам, друзьям, собравшимся вместе, здесь, на воле...] Надежда Гамильнот. Бунт как искусство (О книге Анны Горенко "Королевская шкура шмеля"). Рецензия. [О новой книге из мемориальной серии "Уйти. Остаться. Жить", посвящённой поэтам, ушедшим молодыми во второй половине XX - начале XXI веков.] Евгений Толмачёв. "Пора дать писателю официальный социальный статус". [Интервью с поэтом, прозаиком и публицистом Станиславом Минаковым. / С писателем мы поговорили о блеске и недугах современной русской...] Сергей Сутулов-Катеринич. 17 мгновений войны. Асимметричный цикл стихотворений. [Любая бойня – мимо воли Божьей: /
Помимо, но во имя сатаны. /
Прапрадед правнучонка уничтожит – /
Мальчонку, не пришедшего с войны...] Алексей Григорьев. Не далее как в этом январе. [бублики, бараночки, конфеточки, /
водочка, водичка, колбаса. /
были мы смешливыми поэтами, /
стали мы (ненужное – вписать)...] Михаил Ковсан. Радость большая. Рассказ. [А у соседей снизу радость большая. Не веселье, конечно, и тем не менее. Груз с плеч. Камень с души. Не сравнивая, что очень понятно, но груза кусок,...] Татьяна Горохова. Донкихоты духа. Эссе. [О Володе Курдюкове и его сыне Никите Кникта. / Владимир Курдюков – художник, который всю свою жизнь посвятил искусству, очень много работал:...] Юлия Великанова. Книга, пугающая с пользой (О романе Эдуарда Резника "Мой маленький Джей"). Рецензия. [Ещё одно понятие сейчас добавилось в нашу реальность – коллективное исцеление психики. Свою лепту роман в это наиважнейшее дело вносит.] Литературные хроники: Антон Ровнер. Пять поэтов, хороших и разных. [18 серия цикла "Вечер авторов хороших и разных" в Культурном центре академика Д.С.Лихачёва в рамках арт-проекта "Бегемот Внутри".] Марина Намис. Травяные наречия. [Ночь пока вселяется в нас, /
пока /
я снимаю азбуку с языка, /
вьюга снежным кругом обводит дом, /
говори на белом, на небылом...] Евгений Степанов. Будь что будет. [Я жил без пустословья. /
Любовь текла по венам. /
А то, что не любовь, – я /
Считал второстепенным.] |
| X |
Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
