Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность




Не новый завет от САМ

Что такое Завет, по большому счету? Это книга рекордов Гиннесса, объединенная с Конституцией. С одной стороны, достижения святых, с другой - ты этого не трогай, бо укусит. Такое опошление святого писания дало мне непроходящее чувство, что мои дополнения явятся еще одним вензельком на сером теле повести, прошедшей сквозь века. Так и назовем их, Вензельки! И, конечно, их будет четыре... Какая странная цифра четыре, просто-таки магическая - мушкетеров было четверо, но Дюма одного не досчитался. У Джерома К. Джерома четыре действующих персонажа, а собаку выделили не иначе, чтобы упаси бог не назвать книгу "Четверо в лодке". Три карты тройка-семерка-туз - не принесли Герману удачи, а ведь куда легче было бы собрать шестерка-шестерка-шестерка-тройка, тут тебе и дъявольское начало и несомненный успех. Да даже если просто взглянуть на цифры, то видно невооруженным взглядом, что III - просто три вертикальные палки, а IV - это уже абсолютно из другого мира, некий всплеск человеческой фантазии.



Вензелек 1-й:

Я профессиональный пассивный курильщик. Мне не довелось испробовать сам чарующий процесс засовывания ломкой остропахнущей палочки в рот, но тем не менее дым изъедал мои легкие с несмышленного детства. Когда поднялась волна справедливого негодования, и курильщики стали подвергаться гонениям, как некогда чернокожие жители Америки, я прозрел славной мыслью, а именно: ведь стать пассивным алкоголиком куда легче. Завсегда в местах отдыха или просто скопления людей найдется некто, пьющий пиво из бутылки или какой другой горячительный дурман из стакана, а ведь спиртное легко испаряется и сквозь мои израненные никотином легкие пары алкоголя проникают в печень, что ведет к ее разрушению. Несомненно необходимо срочно разделить бары и самолеты на четыре части: на места для пьющих, но не курящих, курящих, но не пьющих, пьющих и курящих, а также и для всех остальных.



Вензелек 2-й:

Девушка не способна отказать молодому человеку в танце. Даже если она поведала ему, что не готова в настоящий момент с ним танцевать, юноше необходимо пристроиться рядом со своей избранницей. В этом случае музыка будет звучать с одинаковой громкостью для обоих танцоров. Возможно, ему удастся разговорить ее. Вполне закономерной темой разговора может стать причина ее отказа. Имеет смысл красноречиво отвергать жалкие девичьи доводы. Как любой нормальный человек, партнерша будет дышать, поправлять волосы. Не стоит большого труда повторять эти незамысловатые движения за ней. Это и будет танец - неторопливый разговор, медленная музыка, загадочные улыбки, слаженное движение тел. Не стоит брезговать попыткой поцелуя руки дамы по окончании звучания музыки.



Вензелек 3-й:

Как неудачно устроены человеческие глаза. Глаз - это цветной кружочек, с темной точечкой по центру, помещенный в белую, иногда желтоватую, желеобразную субстанцию. Когда человек смотрит, кружок двигается внутри субстанции, а точечка меняется в диаметре. Самое отвратительное, что такой несовершенный механизм прекрасно улавливает подобные изменения в глазе другого индивидуума. Им может быть как человек, так и животное, находящееся неподалеку. Не стоит тратить время на серию неопровержимых доказательств того, что сей факт лишь мешает безбедному человеческому существованию. Отсутствие возможности отследить взгляд даст неисчислимое множество удобств. Приведу лишь некоторые из них: появится возможность без опаски наблюдать за людьми, отличительными особенностями которых являются красота или же агрессия, студенты и школьники смогут безбоязненно списывать из заранее приготовленных шпаргалок, не надо будет прятать глаза при разговоре с начальством. Появятся, конечно, и некоторые неудобства. Теперь не увидеть нежный взгляд любимого человека, не прочитать тревогу в глазах друга. Как всегда, приходится чем-то жертвовать.



Вензелек последний:

Все-таки странная цифра - четыре... Ах как легко приходили на ум первые вензельки, ах как мирно и весело струились слова по бумаге, но как только дело дошло до 4-го Вензелька, все в миг оборвалось. Попытка обмануть себя, назвать его последним, но не четвертым, ровным счетом ни к чему не привела... Да, прав был я, когда называл циферку магической, не побрезговала она и со мной сыграть превеселую шутку... Ну так что же, пускай последний Вензелек, он же 4-й, и покажет наглядно всю подноготную злобной цифры. Вглядитесь в нее, разденьте взглядом, и тогда вы без труда поймете, что она такая недобрая лишь потому, что самая некрасивая из цифр, у нее толстый живот, тонкие, как спицы ноги, и маленькая глупенькая голова. Может, с годами она поймет, что внешность далеко не главное и подобреет?



Саша Малюков aka CAM


Жуткие беды ожидают всякого, кто не сошлется при перепечатке
или не поделится при продаже
© 1997 by Саша Малюков aka САМ




© Саша Малюков aka САМ, 1997-2019.
© Сетевая Словесность, 1997-2019.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Семён Каминский: Урюк [- Он живой, - как-то очень чётко проговорила она, не обращая внимания ни на Гришку, ни на тарелки, ни на урюк, и показала зажатую в руке бумажку, - видите...] Ирина Фещенко-Скворцова: Музы Рикарду Рейша - самого таинственного гетеронима Фернандо Пессоа [Рикарду Рейш - гетероним или "маска" Фернандо Пессоа (1888-1935) - португальского писателя с глубочайшим философским мышлением, тонкого лирика...] Татьяна Парсанова: На черно-сером бархате небес [Опять от доводов рассудка / Сбегает легконогий сон. / Но... Сердце, обнаженно-чутко, / Пьёт соловьиный перезвон...] Светлана Чернышова: Не Одиссея [Когда одна по отмелям брожу, / Я всюду артефакты нахожу. / К примеру, вот - потрепанный, как ялик, / Причалил к пирсу крохотный сандалик...] Михаил Ковсан: Повзрослевшие сказки [Тяжело жилось Кощею Бессмертному. Где жилось? Это не так уж и важно. Как жилось - гораздо важней...] Владислав Кураш: Каждому своё [А началось всё с того, что однажды Андрюша зашёл ко мне и целый вечер рассказывал о своём старинном друге, который десять лет назад вместе с родителями...] Сергей Славнов: Календарь погоды [Пока по дворам, сползая с невзрачной почвы, / разом взахлеб врываясь в ручьевый бег, / твой позапрошлый снег отбывает почтой - / в сторону устья...] Сергей Слепухин: Лосев - Неаполь [Любви и смерти достается тело, / душа лишь гость, подмена невозможна, / безветрие и ласковое море / иною кистью в путь её зовут...]
Словесность