Бычков Андрей Станиславович публиковался в российских журналах и альманахах ("Стрелец", "Соло", "Вестник новой литературы", "Звезда", "Медведь", "Волга", "Амадей" и др.), в парижских "Lettres Russes" и "Autrement", в "Two Lines" (Сан Франциско), "The Iowa Review" (Айова), "Kov" (Белград), а также в составе сборников и альманахов в Германии, Венгрии, Югославии, Испании и Китае. Составлял альманах "Круг чтения 98" (столетние юбилеи русских писателей). Читал лекции по литературе студентам Католического университета (Германия). Писал теле и киносценарии. Одна из пьес ставилась на Бродвее ("New York Theater Workshop"). Защитил кандидатскую диссертацию по физике элементарных частиц. Учился на психотерапевта в Московском гештальт-институте.
Автор книг: "Вниз-вверх" (Москва,1990), "Peut-on compter sur le brouillard?" (Paris-Bruxelles, 1994), "Черная талантливая музыка для глухонемых" (Москва, 1996), "Тапирчик" (М.,2000), "Ловец" (М., 2000), "Дипендра" (Екб.,2004), "Гулливер и его любовь" (М., 2006), "Б.О.Г." (Beograd, 2006). Сценарий "Нанкинский пейзаж" в 1993 г. получил Специальный приз Международного ялтинского кинорынка, а в 1994 г. - Приз Эйзенштейна немецкой фирмы "Гемини-фильм" и Гильдии сценаристов России. Роман "Графоман" в 1995 г. выдвигался на премию Букера. Повесть "Пхова" получила 1-е место на конкурсе русской литературы в Интернете "Тенета-Ринет 99". Рукопись книги "Ловец" вышла в финал премии Антибукер-2000. Книга "Дипендра" номинировалась на Премию Андрея Белого.
Участвовал в международных конференциях: "Молодая европейская литература" (Брюссель, 1995), "Октябрьские чтения" (Белград, 2002), а также в Международной писательской программе Айовского университета США (2001).
Член творческого совета Клуба метафизического реализма, личный представитель президента Клуба Юрия Мамлеева.
Смотрите также:
- Свобода это – как (Писатель Андрей Бычков рассказывает о борьбе с ханжеством, гниющем бессознательном русской словесности и вездесущих попах, после чего признается в любви матерящемуся богу)
- интервью, Журнал культурного сопротивления "ШО" , 2008- Писатель – это новый мир, а не автор журнала "Новый мир" (Андрей Бычков выступает рефери между философами и художниками)
- интервью, Ex Libris, 28.02.2008- Пора быть безумным в наше безумное время
- интервью, Литературная Россия, №52, 27.12.2006- Интервью писателя Андрея Бычкова Общественному российскому радио
- аудио
Некоторые выдержки из рецензий:
"...под занавес Андрей Бычков и Антонио Грамши предложили зрителям перформанс - арт-психотехнику "Счастливая смерть", по мотивам восточных религий. Динамичное действо и музыкальные эффекты завели зрителей. Забыли и человекобога, и смерть мозга, и самоубийц во всем мире - ирония и энергия исполнителей поставили не точку, а жирный восклицательный знак в конце вечера".
Иван Фомин, Ex Libris, 03.07.08
"Бычков совершал завораживающие телодвижения, напоминающие пасы из некоего восточного единоборства, самозабвенно начитывая собственный рассказ "Мат и интеллигенция", превращаясь в миг то в Ангела, то в Черта, то в интеллигента, то в злодея, заставляющего его ругаться матом".
Маргарита Шарапова, Ex Libris, 26.06.08
"Все это ментальное непотребство и пиршество "мозговых инноваций" завершилось, как и водится, арт-экстримом в стиле "жесть": леденящим душу неофрейдистским перформансом "Репертуар" в исполнении писателя Андрея Бычкова и саксофониста Сергея Летова".
Дмитрий Силкан, Ex Libris, 21.02.08
"Инструментарий: фрагментарное повествование, рефлексия, интроспекция, поток сознания, психологизм; основная аллюзия - "Приглашение на казнь" В. Набокова… Характерная черта интертекстуального эксперимента - в смене оценки героя и его мотивации: Бычков ближе к размышлениям Раскольникова о "право имеющем" у Ф. Достоевского, нежели к рефлексии невинного (в глазах читателя) Цинцинната у В. Набокова".
Дмитрий Шаманский, "Нева", №1, 2006
"Пока критики спорили, Бычков занялся кино... Одновременно он продолжал давать сеансы психотерапии".
В. Огрызко, "Литературная Россия", № 16, 16.11.07
"С этим сценарием я был знаком уже давно. Он был как повесть замечательного и по-своему неординарного прозаика Андрея Бычкова, как попытка нахождения новых соединений и попытка создания нового сюжетосложения. Спустя некоторое время этот сценарий опять приходит ко мне, и уже тогда мне кажется, что он магически притягателен и не похож на те существующие 14 сюжетов, которые правят в мировом кино. Можно смело сказать, что это тот самый 15-й сюжет!".
Валерий Рубинчик, "Эхо", Баку, 13.09.06
"К сожалению пути к спасению герои романа Андрея Бычкова уже не знают, и путь к Христу для них уже закрыт. Но надежда на спасение все же остается".
Юрий Сошин, "Правая.ru", 09.10.07
"Однако бывает, что денег много, а радости и веселья как-то и не ощущается. Об этом с сожалением рассказывает Андрей Бычков в книге "Гулливер и его любовь"… Так как в нашем "мире наживы и капитала" любовь долго не живёт, его герои убегают в Индию зачинать ребенка и строить новую жизнь. Без верхних Боллинджеров и миллиардных состояний, что, друзья мои, вполне доступно и для нас с вами".
Елизавета Рубинштейн, "Родное Подмосковье", № 39, 2007
"Последователь русской литературной традиции и борец с постмодернизмом Андрей Бычков стал в последнее время культовой фигурой в литературном сообществе... Писатель Игорь Яркевич в своем выступлении сказал: "Новый роман Бычкова "Гулливер и его любовь" - это первый роман-гештальт. Таких романов в русской литературе еще не было. Единственно, конечно, жаль, что за такие романы у нас не дают литературных премий, их стараются как-то обходить и всячески замалчивать. Но зато у них есть читатель. И читателю хочется таких романов еще и еще!" Но наибольший резонанс получило выступление корифея современной русской литературы Юрия Мамлеева: "Творчество Андрея Бычкова глубоко русское по той простой причине, что глубина переживаний в нем настолько превосходит западный уровень, что здесь снова приоткрывается та самая бездна, которая завещана нам еще Достоевским. Романы Бычкова - это продолжение великой русской традиции. Здесь есть глубина духа, есть глубина проникновения в м атериал, и это великая заслуга автора."".
Юрий Сошин, "Независимая газета", 18.05.07
"Автор прямо не говорит, но явно намекает на Второе Пришествие. Придет оно. Только сначала надо - убить".
Игорь Кецельман, "Топос", 19.04.07
"Без нецензурного перца такой суп не сварить - и перечницу автор выпускает из рук только затем, чтобы схватиться за сахарницу: "Словно бы лучезарный и жестокий ангел, вызванный ими однажды, снова набрасывал им на плечи свой светоносный шлейф"...".
Анна Кузнецова, "Знамя", №5, 2007
"Действие на экране обладает особой своеобразной гипнотически завораживающей силой. Совершенные как китайская живопись, эпизоды-пейзажи, во многом отсылают зрителя к позднему Тарковскому. Они преисполнены тонкой и светлой красотой, классической русской духовной тоски. А скорее тоски извечно-вселенской, на грани онтологического ужаса, в изображении которого как никто силен автор сценария, продолжатель русской литературной традиции писатель Андрей Бычков".
Юрий Сошин, "Правая.ru", 08.04.07
"Фильм, снятый по сценарию романиста и номинанта "Большой книги", получился эстетским и литературоцентричным. Странная драма, разыгравшаяся в Москве середины 50-х, напоминает разом Сокурова, Тарковского, Хичкока, "Возвращение" Звягинцева и зрелую прозу самого сценариста. Пограничные психические состояния, легкий налет экстремальности и восточный колорит - фирменный почерк Бычкова".
Андрей Мирошкин, "Книжное обозрение", №12, 19.03.07
"Сегодня в России нет больше Толстого и Достоевского, зато есть целое созвездие творческих имен, отличающихся эзотерическим юмором, поэтической изощренностью, обличением выродившегося традиционного письма и литературных предрассудков. Таков и Андрей Бычков, чья необычная проза выделяется радикальной критикой различных обликов консерватизма, как в обществе, так и в литературе".
"Danas", Beograd, 23.01.07
"Рассказы Андрея Бычкова, как и его романы, пронизаны гротеском и тайной мистикой".
"Dnevnik", Novi Sad, 23.01.07
"Новая книга автора культового романа "Дипендра", одного из лучших писателей и киносценаристов современной России Андрея Бычкова "Гулливер и его любовь" в лучших традициях русской классики посвящена попытке раскрыть извечные вопросы соотнесения индивидуального и мирового бытия".
Юрий Сошин, "Завтра", 14.03.2007
"Отчего-то эстетам и интеллектуалам обязательно хочется казнить, вонзать рог, терзать, кусать, всяко кромсать - в общем, российский артхаус воспринимает бедного эроса лишь в неразрывной связке с танатосом".
Дмитрий Быков, "Огонек", №7, 2007
"Хотя глубина такая, что становится страшно. Не глубина даже, но Бездна. И всё глазами невыразимо порочного несчастного Гулливера, которого окружают приличные, но столь же невыразимо банальные лилипуты".
Марина Елисеева, "Литературная газета" №6, 2007
"Роман - другой. Более модный, более актуальный... Сюжет скачет, ждешь объяснений, а получаешь - труп... Любимый, кстати, прием писателя Андрея Бычкова. Ждешь объяснений, а получаешь - труп. Труп героя, труп постмодернизма".
Евгений Лесин, Ex Libris, 11.01.07 (о романе "Гулливер и его любовь")
"Писатель Андрей Бычков может по праву считаться героем своего времени. Многообещающий физик и перспективный психотерапевт, он тем не менее обратился к большой литературе. И здесь не только обрёл своё глубоко индивидуальное "я", но наделал немало шума, прослыв непримиримым бунтарём".
Владимир, Ядута, "Литературная Россия", 27.12.06
"На 14-ом фестивале российского кино во французском городе Онфлере... актриса Дарья Мороз по итогам этого киносмотра названа лучшей актрисой. Приз ей вручен за главную роль в фильме Валерия Рубинчика "Нанкинский пейзаж"".
"Независимая газета", 27.11.06
"Писателя Бычкова, как профессионального психотерапевта, интересуют пограничные и "потусторонние" состояния человеческой психики. Начавшись как типичный "крутой" роман из новой русской жизни, "Гулливер" постепенно вырастает в роман-загадку, роман-фантазм, роман-ленту Мебиуса".
Андрей Мирошкин, "Книжное обозрение", 07.11.06
"Герои заглавного романа Андрея Бычкова влюбляются и страдают как век-полтора назад, прямо по Достоевскому. Да и сюжет - почти "Преступление и наказание" наоборот".
"Метро", 03.11.06 (о романе "Гулливер и его любовь")
"…удивительный сплав пессимизма и оптимизма, мрачности и в то же время чего-то светлого, надежды на то, что "все еще будет". В итоге от романа остается ощущение хорошей конфеты в дешевой обертке".
Любовь Атаманова, Weekend.ru, 27.10.06 (о романе "Гулливер и его любовь")
"Раньше Бычков называл себя антипостмодернистом, этот же роман (в ткань его вошли также и рассказы) смело можно назвать антиантигламурным... Брутально, смешно, зло".
Ex Libris, 19.10.2006, "Пять книг недели" (о романе "Гулливер и его любовь")
"Наступило решающее время назвать имя призера главной награды VIII международного кинофестиваля "Восток-Запад"... Итак, российский фильм "Нанкинский пейзаж" в номинации "За вклад в евразийский кинематограф".
Межгосударственная Телерадиокомпания "Мир", 10.09.06, Эльшан Алиев
"По мнению киногурманов, только фильм Рубинчика достоин главной награды "Кинотавра" и должен быть назван последним криком богемного неопостмодернизма".
Правда.ру, 13.06.06, Андрей Щербаков
"Знакомство с конкурсным российским кино и для зрителей, и для членов жюри началось с "Нанкинского пейзажа" ленты, снятой режиссёром Валерием Рубинчиком по рассказу известного писателя и сценариста Андрея Бычкова, который и представлял фильм на фестивале. Этот фильм был показан на фестивале "Балтийские дебюты", вошёл в конкурсную программу "Кинотавра", а на 28-м Международном московском кинофестивале удостоился специального приза Федерации российских киноклубов".
Приморское Телевидение и Радио, 28.08.06, IV Международный кинофестиваль Pacific Meridian, видеорепортаж Елены Богдановой
"Далее на голубую звездную дорожку взошли сценарист скандального "Нанкинского пейзажа" Андрей Бычков и режиссер ортодоксального "Странника" Сергей Карандашов".
VladivostokTimes 29.08.06, Татьяна Шугайло, Андрей Вороной, Анатолий Филатов
"Новый фильм Валерия Рубинчика "Нанкинский пейзаж" может показаться и странным, и непонятным, а объяснение его на языке пришедших на ум ассоциаций способно еще сильнее запутать доверчивого и простодушного читателя-зрителя, которому все это действительно напомнит "китайскую грамоту". Тем более что в ленте Рубинчика, снятой по сценарию модного в интеллектуальных кругах писателя Андрея Бычкова, часть действия происходит в Китае. Или же в той воображаемой стране, что вполне могла пригрезиться героям..."
Сергей Кудрявцев, "Культура", №20, 31 мая 2006
"КНИГИ - СОБЫТИЯ ИЮНЯ: 1. Андрей БЫЧКОВ. Дипендра: Роман (М.: Ультра. Культура). 2. Юлия ЛАТЫНИНА. Джаханнам, или До встречи в аду (издательство "ЭКСМО"). 3. Оксана РОБСКИ. День счастья - завтра (М.: Росмэн)... 10. Валентин ЛАВРОВ. Золотой червонец: Детективная жизнь (М.: Вагриус)".
Литературная Россия, №27, 08.07.05
"Убейте, не врубаюсь - о чем этот шарик жужжит? Какое мне дело до комплексов несимпатичного незнакомца, хотя бы и с отчетливым синтаксисом, хотя бы и (что, простите, все-таки вряд ли) приговоренного к ужасной смерти в Катманду?".
С.Гедройц, "Звезда", №7, 2005
"То, что Андрей Бычков - гениальный писатель, теперь знают все, даже стыдно этого не знать, но то, что он устроил в Билингве, превзошло все, даже самые смелые, ожидания. Только побывав на его, граничащей с гениальностью, но никак не с гениальным безумием, Мистерии, можно было понять эту сверхъестественную силу и энергетику, величественной мощью восстающей в его книгах".
"Ультра.Культура", 23.06.05
"Бычков занимается, по собственному признанию, "антипостмодернизмом". В чем "анти"? В насмешке над читателем, который ждет как раз таки "постмодернизма" и радуется каждой цитате или узнаваемому приему. В злом и циничном отношении к "постмодернистским ценностям"".
Нина Гаранина, "Ex Libris НГ", 28.07.05
"Если бы не драйв, который возгоняется ... фиксацией на детородных органах и использовании обсценной лексики... А так роман "Дипендра" сделан очень грамотно, а писательский дар пробивается даже сквозь всю мишуру обязательной занимательности. Рассказы слабее, но "Русский рассказ" действительно хорош - только не тем, что в нем находит Ю. Мамлеев. А пародированием "русского драйва" эпохи Достоевского".
Анна Кузнецова, "Знамя", №7, 2005
"Его роман "Дипендра" стал лидером издательства по количеству рецензий, вызвав бурный интерес не только среди профессиональных критиков, но и читателей".
"Афиша. Все развлечения Москвы", №155, 2005
"Книги-события. Выбор скульптора Ивана КАЗАНСКОГО: 1. Леонид АНДРЕЕВ. Сюрреализм. История. Теория. Практика (издательство "Гелеос"). 2. Татьяна ТОЛСТАЯ. Кысь (издательство "ЭКСМО"). 3. Андрей БЫЧКОВ. Дипендра (издательство "Ультра. Культура"). 4. Ник КЕЙВ. Король Чернило (издательство "Ультра. Культура"). 5. Леонид АНДРЕЕВ. Сартр (издательство "Гелеос")".
Литературная Россия №15, 15.04.2005
"В "Дипендре" достается обществу потребления и его гонителям, циникам-постмодернистам и наивным обывателям, а в конечном счете - всему человечеству, на протяжении столетий обольщающемуся иллюзией "свободы выбора"... Андрей Бычков - Дон-Кихот в квадрате. Вступая в бой с мельницами, он знает, что это - мельницы, но все равно идет на Пиар с топором, с богом на Бодрияра".
Юлия Новичкова, "Pro Arte", апрель, 2005
"Безжалостные непальцы уже готовят место для жесточайшей казни; не менее изощренные пытки придумал для своего героя сам автор: на страницах романа он замешал мистику с эротическими видениями, описания индуистских обрядов с картинами западных способов раскрепощения".
Лиза Новикова, "Коммерсант", 24.03.2005
"Всё взвинчено до пределов в экстатическом репортаже с петлёй на шее, в последнем ожидании. Кроме романа в издании присовокуплены с десяток рассказов в основном посвящённые душевным антраша и вывертам сознания. И вот уже полтора века страшно популярным с лёгкой руки Фёдора Михайловича Достоевского мальчикам-безднам с топорами за душой".
МК - Воскресенье, N50. 26.12.2004 - 1.01.2005гг. Борис Брух.
"Безбашенная книжка в духе отвязных американских экшн с немыслимыми приключениями, кровью, чернухой-бытовухой, мистикой, любовью-морковью и просветленным многозначительным финалом... Короче, кошмар, но прикольно".
Кларисса Пульсон (о романе "Дипендра"), "Медведь", №2, 2005
"Если бы Акция "Читают все!" началась завтра, на суд региональных журналистов были бы представлены следующие шедевры:...,
Бычков А., "Дипендра", Ультра.Культура, 2004
Отменный мистико-психоаналитический триллер. В основе сюжета - реальные события, убийство королевской семьи в Непале, совершенное, по официальной версии, принцем Дипендрой. Андрей Бычков ввел в сюжет "русского двойника" по имени Виктор - друга и собутыльника принца. Виктор едет в Непал, но в этой гималайской стране царят жестокие нравы..."Всероссийская акция "Читают все!", "Книжное обозрение", 19.01.05
"Мы рады вам сообщить, что по результатам вашего голосования первое место в категории "Русская проза и поэзия" заняла книга Андрея Бычкова "Дипендра"".
"Выбери свой бестселлер!", "Литературная Россия", №5, 2005
"Как это кому-то ни удивительно, но именно эпатирующее издательство "Ультра. Культура" может выпускать и традиционную русскую литературу. Видным и несомненно талантливым представителем которой является Андрей Бычков... Наряду с романом, в сборник включен и десяток прекрасных рассказов, написанных так, словно Достоевский жив".
Валерий Иванченко, "Книжная витрина", №3, 2005
"Романом тайн является и "Дипендра" Андрея Бычкова, известного серьезного прозаика, который написал дневник человека, обвиненного в смерти непальского принца. Сказочный, чарующий Восток, пряная экзотика и вечные вопросы жизни и смерти сплетаются в неразрывный клубок. Бычков предлагает остроумный, яркий и динамичный текст (неслучайно его книга издана в серии "Русский драйв"). Однако не это главное достоинство "Дипендры". Самый странный русский писатель Юрий Мамлеев в предисловии к книге называет Бычкова метафизическим реалистом. Это значит, что все хитросплетения сюжета важны для него не сами по себе (иначе бы получилось нечто в духе "Видео Иисуса"), но для раскрытия важных, мистически насыщенных проблем".
Дмитрий Бавильский "Досуг и развлечения", №5, 2005
" "Живое и мистическое". Между двумя этими полюсами растянут и весь роман Бычкова, Откровенно натуралистический в сценах юности героя и пьяных похождений с Дипендрой, густо фрейдистский в эротических эпизодах, возвышенно-философский в своей многозначительной концовке. Жестокая и тонкая, ядовитая и нежная книга, написанная очень современно, но без утомительной и раздражающей радикальщины. Таковы же и новые рассказы Бычкова, венчающие книгу. В них тот же сплав русской и восточной метафизики, тот же дерзкий, рельефный стиль. Настоящий качественный "русский драйв"".
Андрей Мирошкин, Книжное обозрение, 12.01.05
"Бычков - из тех, кто громко и яростно борется с постмодернизмом и интеллигентщиной, считая, что писать надо, так сказать, не холодным стилом, а кровью. И это в большей степени удается ему в рассказах, нежели в романе. Некоторые из них даже заставляют всерьез прислушаться к словам Юрия Витальевича. Здесь много хорошо поданного мрачного гротеска и внушительной темной мистики в духе того же Мамлеева, Леонида Андреева и даже Ремизова".
Кирилл Решетников, "Газета", 15.12.04
"Каково же изумление потребителя, обнаруживающего внутри тексты, предназначенные совсем другой таргет-группе. Например "Летучего Голландца" Андрея Матвеева или "Дипендру" Андрея Бычкова. Оба романа (кстати, вдоволь намыкавшиеся по различным издательским портфелям), хоть и не лишены безуминки, целиком укладываются в рамки т.н. психологической прозы. В мейнстримные берега. Потенциальный читатель подобных произведений - рафинированный горожанин лет 35-40, выпускник вуза - попросту побрезгует взять в руки книгу с подобным оформлением".
Б.Кузьминский, "6 обложек с Nonfiction 6", Русский Журнал, 10.12.04
"Роман, впрочем, не исторический, не приключенческий, не политический, а, как всегда у Бычкова, антипостмодернистский, злобный, радикальный, зверский, смешной".
Ex Libris НГ, 5 книг недели, 19.11.04 (о романе "Дипендра")
"Как это часто встречается в самой лучшей русской прозе - сюжет вытолкнут в экстремальность".
Russell Valentino, Two Lines, San Francisco, 2002
"На грядках, возделанных плохими Ерофеевым, Сорокиным, Яркевичем и Бычковым (а в метафизически-бытовой части - так и Мамлеевым), трудно оказаться новатором - почти невозможно".
Лев Пирогов, ЛГ, №19-20, 2001
"Может показаться, что это похоже на бред алкоголика или галлюцинации наркомана на почве сексуальных расстройств. Усталость, растерянность человеческого существования, отсюда - жестокость или жертвенность поступков. Эротические переживания близки к садизму воспаленного воображения, но тем не менее эстетичны".
Галина Ермошина, "Знамя", 7, 2001
"Неуловимо обаятельные; порой вязкие, как айва; порой неприятные, как визит к стоматологу, а порой обескураживающие почти детской прямотой, эти тексты раздражают и притягивают одновременно".
"Bikini", N6, 2001
"Антипостмодернизм. Жесткая, злая, веселая проза".
"Книжное обозрение", Бестселлеры, выбор редакции, 22.01.2001
"Бычков - писатель. В детали, во взгляде, разбивающем мир на "я" и "они", в непохожести на других, в непререкаемой авторской воле, довлеющей над героем, как Рок античных трагедий"
"Ex Libris НГ", Пять книг недели, 11.01.01
"Одно из главных достоинств Бычкова - неожиданные сюжеты. Каждый сюжет - лишь прикрытие истинных событий: на время уходит в сторону, начинается другой сюжет, а потом оказывается, что главное происходило рядом"
И.Кукулин, Ex Libris НГ, 18.01.01
"Он не повторяет ни сюжетов, ни приемов. Он как идеальный преступник - всегда изобретает что-нибудь новое, будь то орудие убийства или художественный образ"
В.Малеев, "Книжное обозрение", 29.01.01
"Болезненно простодушные и вызывающе немодные тексты..."
"Русский журнал", 21.0101, Десять интеллектуальных бестселлеров в онлайновой продаже
"Проза Андрея Бычкова - интеллигентно-рефлектирующая, с покушениями на Набокова, который, как чаще всего и случается в постнабоковской прозе, протискивается в текст то узнаваемым образом, то собственным именем".
А.Гильманова, "KultProSwet", 25.01.01
"Поза "сознательной оппозиции", явно содержащей контркультурные настроения, своеобразный нонконформизм; поза как реакция на общепринятые постмодернистские стандарты, чья "эпатажность" застыла, утратила актуальность..."
"Контекст 9", N 6, 2000
"Недавно я прочитал одну страшилку московского прозаика Андрея Бычкова, в которой детально рассказано о том, как Пригов попал под самосвал".
Б.Колымагин, "Литературная газета", 15.11.2000
"... страшен и отвратителен для Бычкова наш постмодернистский мир, все эти интеллигентики, "жвачные" тетки, радостно прикованные к быту, жадно поглощающие всякую инаковость, отогревающие "подмышки свои волосатые" на пляжах".
Л.Лаврова, "Российский избиратель", 13.07.2000
""Хай живе" Андрей Станиславович Бычков, кумир антипостмодернистов, враг шестидесятников, зложелатель журнала "Новый мир"".
Е.Лесин, "Книжное обозрение", 12.06.2000
"Его проза обаятельна - это, пожалуй, главное ее, хотя и трудно определимое достоинство. К тому же, это "проза двойного назначения" - ее можно читать и "для постмодернизма", и для души".
Виктор Топоров, "Новый русский нарциссизм" М., "Независимая газета", 2000
(из предисловия к сборнику А.Бычкова "Ловец")
"...Давыдов напрасно думает, что о прозаике (в данном случае - об Андрее Бычкове) можно писать, основываясь исключительно на той информации, которая содержится в нарезке рекламных цитат на обложке. А о рассказе - основываясь на двух его первых абзацах. Рискуешь усесться в калошу. Такая сермяжная правда".
Б.Кузьминский, "Русский Журнал", 06.05.2000
"И вообще, постмодернизму "п...ц", конечно, но все за его счет живем, все кормимся, один Бычков, как титан какой, бьется с ним, как витязь с чудищем поганым, то чудище верх берет, то витязь, чем кончится - непонятно".
Д.Давыдов, Vesti.Ru, 04.05.2000
"...пугающий сюрреализм прозы Андрея Бычкова играет с читателем совсем в другие игры, более сложные, чем "Найди, где спрятался охотник"".
Ex Libris НГ, 27.04.2000, Е.Г.
"Если Бычков докажет свое авторство, его ждет приличный гонорар - стоимость сценария фильма с бюджетом 140 млн. франков выражается шестизначным числом."
М.Латышева, "Сегодня", 29.02.2000
"Да это все поток озабоченного сознания!" - кричали в зале слушатели-постмодернисты. А Бычков между тем зачитывал вслух рассказы о том, как он не убил (хотя мог!) Дмитрия Александровича Пригова и зарезал серпом Виктора Владимировича Ерофеева. После презентации разгоряченные слушатели даже хотели создать ассоциацию с рабочим названием "Бей постмодернистов, спасай литературу!""
Зиц и Председатель, "Книжное обозрение", 27.03.2000
"Подарив эту книжку редактору "Круга чтения", убежденный семидесятник и злейший враг российского постмодернизма Андрей Бычков на словах присовокупил: "Она совсем худенькая, зато рассказы как на подбор". Абсолютно верно. "Тапирчик" производит гораздо более сильное и цельное впечатление, нежели два предыдущих (и безнадежно пухлых) бычковских сборника..."
Б.Кузьминский, "Русский журнал", 21.03.2000
"Ну а сам герой время от времени, "кусая губы, выходит в ночь". Думаю, что выбор жюри определило проламывающееся сквозь эту парфюмерию искреннее чувство плюс вяжущий, немного однообразный, но точно соответствующий интонации повествования синтаксис. Ну и, возможно, многозначительные дзэновские заморочки, приправляющие повествование виньеточками из восточной мистики ("буддийский маг", "отверстие Брахмы") - в финале описывается коллективное буддийское камлание."
С.Костырко "Новый мир" 2, 2000 (о повести "Пхова")
"Читая эту вещь, я получил непосредственное удовольствие мистического порядка, и не только из-за синхронизации некоторых сюжетных тем с нынешними поворотами в моей жизни (а это - признак универсальности текста)".
Евгений Иz, "Обсервер", 23.10.99 (о повести "Пхова")
"Вообще крайне приятно обнаружить на поле малой прозы явный перевес реализма. Единственным значительным уклонением в сторону формальной изысканности за счет смысловых утрат можно назвать рассказы Андрея Бычкова..."
М.Ремизова, НГ, 10.04.98
"С первого рассказа Андрея Бычкова я понял: своего читателя он ненавидит...
А что до композиции - вдруг она симфонична, как у Андрея Белого, или по-джойсовски бессознательна?"
Я.Шенкман, Знамя, 5, 1997
"А если вы захотите погрузиться в магию слова, тягучего и гипнотического, способного притягивать и отвращать, растворяющегося в вашем воображении, - прочтите сборник Андрея Бычкова "Черная талантливая музыка для глухонемых"".
О.Фочкин, Московский комсомолец, 19.08.96
"Появился НОВЫЙ писатель. Интересный. Непохожий. Настоящий рассказчик..."
Е.Лесин, Книжное обозрение, 12.11.96
"Модернист не из соображений моды, а по психологическому складу..."
В.Новиков, Общая газета, 46, 1996
"Герои - какие-то странные люди, немного не в себе, с каким-то болезненным (но не больным) сознанием".
П.Давыдов, Медведь, 10, 1996
"Андрей Бычков небывало серьезно по нынешним временам рассматривает проблемы свободы и смерти".
В.Тучков, Итоги, 24.06.1996
"Среди 12 европейских писателей, приглашенных на конференцию, особые симпатии вызвал русский прозаик Андрей Бычков..."
Le Soir, Brussels, 07.04.95
"Его герои имеют общие черты. Они все живут в необычных ситуациях, которые ставят их в сомнительное положение. И анекдот превращается в кошмар".
La Montagne Clermont Ferrand, 13.10.94
"Персонажи Бычкова верны и точны, потому что они - человеческие существа, а не какие-то готовые сфабрикованные модели. Автор фактически подсказывает нам, где искать ключи к пониманию русского общества".
M.Garrigues, La Marseillaise Dimanche, 10.10.94
"Персонажи охвачены безумием или подстерегаются смертью. Спокойно отложить книгу невозможно, поскольку стиль автора основан на внушении".
M.Slama, Telerama, Paris, 26.10.94
"Автор всячески стремится убедить в реальности происходящих в романе событий. Однако их сомнабулическое происхождение очевидно..."
"Континент", 3, 1994
"Россия до сих пор остается единственной страной в мире, в которой назначение писателя является соблазнительным. И к тем, кто предан бескорыстно этой страсти, а Андрея Бычкова я всегда видел именно таким, и муза, и фортуна в конце концов становятся благосклонны".
А.Битов, 21.06.94, на обложку "Griot"
"Бычков умеет описывать безумную реальность с убийственным бесстрастием. Это посильнее борьбы с "соцреализмом". "Соцреализм" жив, пока с ним борются. Есть дела поинтереснее".
Л.Аннинский, из рецензии на роман "Графоман", 30.09.90
"В этой бесстрашной, ничем не нарушенной и не стесненной экспозиции одного-единственного человеческого состояния можно признать сосредоточенность истинного вдохновения"
О.Игнатюк, Литературное обозрение, 7, 1993
"Сценарий Андрея Бычкова "Нанкинский пейзаж" - очевидный шедевр".
Евг.Григорьев, 5.12.92
"Рассказ Андрея Бычкова "Наши за границей" ошарашивает читателя первой же фразой..."
Е.Иваницкая, Литературное обозрение, 10, 1991
"Кем нужно быть.., чтобы обращаться к сюжетам, до дна исчерпанным мэтрами, с претензией на собственную интерпретацию, без саркастически-уважительных реверансов перед образцом?"
Б.Кузьминский, Литгазета, 21.11.90
""Красные шапочки" нового поколения прозаиков противопоставляют лесу общественной тенденции бесстрастность и точность. При этом их главное оружие - деталь: "Хунвейбины забросали наше представительство глиной и дохлыми воробьями" (Бычков).
И пусть этот мастер точного штриха потом окажется самозванцем - не приехавшим из-за границы специалистом, а всего лишь местным дворником, нет сомнения - он писатель, потому что сочиняет вдохновенно и достоверно".П.Вайль, А.Генис, Новый мир, 10, 1989
Гулливер и его любовь
Роман
(9 октября 2008)
Из цикла рассказов
"Пиздец постмодернизму"Вот мы и встретились
(10 января 2008)Конский Лёвушка
(10 января 2008)Пиздец постмодернизму
(2 февраля 2005)Блиссамбо
(2 февраля 2005)
Дипендра
Роман
(27 сентября 2006)Нанкинский пейзаж
Киносценарий
(27 апреля 2006)
Рассказы
(12 декабря 2005)Яйцо Голова Брана
Рассказы
(2 февраля 2005)Пхова Б.О.Г. Это рекламное пространство сдается
Рассказы
(1998 г.)Когда отключают ток Сан-Мишель Прозрачная земля Когда замерзает озеро Джазы сознаний Тапирчик Мат и интеллигенция Ночная радуга Шарипутра Стрелец
Гулливер и его любовь
М., "Гелеос", 2006
Читать на "Книжной полке"
ДИПЕНДРА
М., "Ультра.Культура", 2004
Серия "Russkiy Drive"
См. Предисловие Юрия Мамлеева
