Словесность 


Текущая рецензия

О колонке
Обсуждение
Все рецензии


Вся ответственность за прочитанное лежит на самих Читателях!


Наша кнопка:
Колонка Читателя
HTML-код


   
Новые публикации
"Сетевой Словесности":
   
Виктория Кольцевая. Картинки с выставки. Стихи
Сергей Комлев. Чтобы жизнь после смерти оставалась легка. Стихи
Ал Пантелят. Игры закончились. Стихи
Александра Шевченко. Не то чтобы модерно. Стихи
Сергей Сутулов-Катеринич. Мартовская Ида. Повесть, новая редакция
Татьяна Шереметева. Шелковый шепот желаний. Повесть
Михаил Ковсан. Скользкий путь в гору. Рассказ
Макс Неволошин. Подстава для Кэролайн. Рассказ
Олег Демидов. Фатум, залёгший на дно. О книге Юрия Кублановского "Долгая переправа: 2001-2017"
Ирина Кадочникова. "Отчего, неизреченный боже, ты меня покинул на меня...". О творческой биографии Алексея Сомова


ПРОЕКТЫ
"Сетевой Словесности"

Книжная полка

[14 сентября]  
Макс Неволошин. Срез. Рассказы - Bagriy & Company, Чикаго, 2018.
Общая тема моих сочинений - время. Календарная решётка, прочностью не уступающая железной. Тяжесть барахла, накопленного в шкафах и головах. От всего этого, мне кажется, пора избавляться, бежать, например. Пытаться взглянуть на клетку извне. Результат не важен, главное, чтобы весело. (Макс Неволошин, Из черновиков "Нобелевской лекции")






КОЛОНКА ЧИТАТЕЛЯ
ЧИТАЕМ:  Современные поэты



Юлия Драбкина

Очень дружеский шарж

Поэты часто дальнозорки: им застят свет не их грехи, а мне плевать на все разборки - люблю хорошие стихи; и, запасаясь легким ядом (тут реверансы октябрю), я чисто женским нежным вглядом на них, прищурившись, смотрю.

Однажды, заплутав в дороге, я чудо видела сама: Горшкова обжигали боги, притом, старательно весьма, чтоб никаких "наполовину" - из самых искренних пиит; но мы же не ударим в спину того, кто к нам лицом стоит, того, кто правильное сеет - прочти и душу отогрей; с ним иже Шоргин, Моисеев (да нет же, не Борис - Андрей). Сгорает, словно нить, вольфрамов, бронеубойный Шестаков, из восьмистрочий девять граммов пальнет - пиф-паф - и был таков. У Михалева спрос конкретен, ему не надобно лихвы: он хочет девушку (в берете), ремантадина и халвы. А Зеленцов еще скромнее в установлении границ: ему (спаси от Гименея!) сойдет и взгляд Ее ресниц. Взирает Таблер с фудзиямы, взобравшись по своей строфе, у края стихотворной ямы ему милей аутодафе. Кабанов жжет огонь господен, метафоры - в сто тысяч ватт, он поэтически свободен (видать, по жизни виноват...). Гоняет мыслью воды Ганга не самый худший из мужчин: в непрезентабели о рангах ему присвоен высший чин; у Габриэля под рукою теперь любая бовари (его в конец строки ни в коем - попробуй рифму подбери). Уверенный, что бревис вита ему уж точно даст на чай, стебётся Фридман ядовитый (обычно ямбом, по ночам). Для настроения полезен, как сказанет - ни встать, ни сесть: какое счастье, что Березин на этом свете тоже есть! Словами бьет, как из "Максима", без промахов и наубой молоденький Рахман Кусимов, поэт, философ и плейбой, в его катренах столько пыла, а значит - женщины гуртом (вот, черт! О женщинах забыла... и ладно, девушки потом). Но с критиками нету сладу - грызут чужую колбасу. Я с ними во поле не сяду, таких во френды не внесу, у них избыток кортизона и потому короткий век. Вот что им всем от Этельзона? Ну, любит зебр человек... Блажко все пишет о потерях, сансара у него внутри (мрачней Олега только Терех, там почитал - и все, умри).

В словесной мощной коньюнктуре они - крутые пацаны, такие разные, в натуре. Но для меня они равны, когда, как изгородь живая, стоят поэты неглиже, прозрачным словом прикрывая работы кисти Фаберже.



От Редакции:
Упоминаемые персонажи в "Сетевой Словесности":

Александр Габриэль  
Олег Горшков  
Александр Кабанов  
Глеб Михалев  
Андрей Моисеев  
Сергей Шестаков  
Михаил Этельзон  




Обсуждение