Словесность

[ Оглавление ]




КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность



ВРЕМЕНА  ГОДА





      * * *

      Графика обалденная, но рестарт
      Не предусмотрен конструкцией замка Склиф,
      Сетует персонаж из Шоу, который Бернард.
      Он прагматичен, честен, трудолюбив.
      Он боится в жизни многих вещей, -
      Гемоглобиновых вкусов, нежных элит,
      Он бы укрылся в бомбоубежище
      И подождал там, пока она пролетит.
      Был бы затворником ритма или числа.
      Но он выходит к людям и тянет в рот микрофон,
      Потому что не любит Кафку и Щедрина,
      И потому что Шоу маст гоу он.

      _^_




      * * *

      Я любил тот дом за невидимость стен и бетонные основания.
      А потом смотрел в глаза атакующих профанаций.
      Ледяная заноза в твоем зрачке, - я знаю ответ заранее,
      Но скажу: это цикл, попробуй в него вписаться,
      Друг мой, прочность льда - иллюзия здешней оптики.
      Скоро даже полимер в твоем мониторе
      Потечет, отзываясь на слово оттепель
      Безнадежное априори.

      _^_




      * * *

      Кто из дома кто в дом кому насовсем
      Отсчитай им люкс-секундант
      Свет летящих обломков других систем
      Птерозавр петрова гнезда
      Я готов и дальше тут куковать
      Без отгулов и выходных
      Но когда меня придут убивать
      Я встречу их как родных

      _^_




      ВРЕМЕНА  ГОДА

          Plural ha sido la celeste historia de mi corazón (R. Dario)

      ЛЕТО

      Друг мой, в детстве любовь к человеку ль, к городу
      Исключительно на безрыбье.
      Ты бросаешь мяч так, что любо-дорого.
      "Я тебя никогда не выбью".
      "Встаньте ближе!" "Идет! - так становимся ближе мы. -
      Вот теперь пора поквитаться!"
      Горизонты завалены, оси занижены
      Рваным ритмом этого танца.
      Мельком - ветка и ветер, цветок на цоколе,
      Камни города в быстрых лозах.
      Синий мяч, он вечно проходит около,
      Взлет, бросок, удар, воздух, воздух.
      В нас играют с тающими улыбками
      Заскучавшие местные шинигами.
      Зона в 10 шагов, реальнось урывками,
      10 карточек под ногами.
      Ты вгрызаешься в залежи повседневного
      На года и на километры,
      А проснешься, как птица, в порыве древнего
      Одуванчикового ветра.


      ОСЕНЬ

      "Я люблю" - слишком пошло и опереточно.
      Наша ненависть сплачивала теснее.
      Сладковатый туман, расколотый веточкой,
      Лижет лапы в норе аллеи.
      Позабытых людей меловые тени,
      Антураж большой распродажи.
      Наша родина - лишь лоскуток шагрени.
      Все чужое. Время не наше.
      Не споткнувшись на тропах благих намерений
      Столько ждать и чего дождаться?
      Сквозь небрежно протертые стекла времени
      Резче лица, когда нам двадцать.
      Но слова, что кричал в мегафоны ранее,
      Не доносят смысла, еще бы,
      Только ненависть в проблеске узнавания
      Поцелуем щекочет небо.
      Эйфория забытого ощущения
      Прелью листьев горчит на вдохе.
      Там наш алеф - точка невозвращения
      К детским снам гуманной эпохи.
      Дрожь пронзительной ясности, как от холода,
      Вот и все, что тогда вело нас.
      А чужая кровь и чужое золото,
      Как песок, заполняли конус.


      ЗИМА

      Даже эта с заносами, ледоставами,
      С непорочно-фригидной миной...
      Под крестовым сводом в фате и саване
      Так взволнованно и невинно,
      Торопливо дает тебе клятву верности,
      Радуясь косорото,
      Но растает белым смехом двухмерности
      На семейном засвеченном фото,
      Не оставит следа на осевшей пыли
      Ускользнувшей от вспышки пумой.
      Ты всегда был один. Все давно забыли.
      Делай шаг, ни о чем не думай.


      ВЕСНА

      Слово вечность. Сложи, пока не растаяло.

      _^_



© Ольга Таболина, 2011-2016.
© Сетевая Словесность, публикация, 2011-2016.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Айдар Сахибзадинов: Московские буржуажные ночи (записки таксиста) [Нынче иностранцы удивляются, что в российских городах вечерами слишком людно. / Не видали они Москвы девяностых! Безработной, бездетной, ленивой Москвы...] Михаил Соколов (1946 - 2016): Три эссе о творчестве Владимира Алейникова [...Теперь уже всё вокруг Алейникова своё - и дом, и горы, и то, что за горами. Он всё подчинил себе, и всё сделал творческим материалом, сам став живым...] Евгений Черников: Ящерки минут [холодным утром свет рассеян / читаешь книжку натощак / а за окошком воет север / и нет спокойствия в вещах...] Пьетро Дамьяно: Рассказы [Пьетро Дамьяно - современный итальянский писатель. В публикации представлены переводы нескольких рассказов из сборника "Границы" ("Confini") и нанорассказов...] Александр Павлов: Две рецензии [
  • "Толмачество vs язычество" (О книге стихотворений Михаила Квадратова "Тени брошенных вещей" (Серия: "Мантры...] Николай Васильев: Сестра моя голос [чего мы здесь, как ветер, ищем-свищем, - / не правда ли, для счастья своего / нам нужен несчастливец полунищий / и комната излишняя его...] Дана Курская: Люминесцентные лампы будущего (О поэзии Николая Васильева) [Во имя чего существуют и завораживают нас бесприютные строки Николая Васильева?..]
  • Словесность