АНТИЧНОСТЬ  2.0 Лёле, свидетелю не нашей эры I Ты выходишь утром из душа на босу ногу... II "Дом Культуры" - диптерическая колоннада... III Провинциальный полис - точно утраченный эпос... IV Вода, несомненно, прекраснее, чем что-либо... V С наступлением сна, заползающего под веко... VI Лунная ночь в квартире. От беспокойства...   VII Совершенно забытый всеми кусок равнины... VIII Говоря о звездах, горящих вверху во сто крат... IX Весною нимфы дурнеют, в этом закон "натуры"... X В полдень свет застревает в кроне садовых дерев... XI Ввечеру небеса выжимают поток воды... I Ты выходишь утром из душа на босу ногу, - как когда-то древний философ, накинув тогу, выходил на квадрат агоры, будь то - под своды храма, - и стоишь в полотенце, точно оживший мрамор; мир застыл, что у Скиллского мыса - триера, и повсюду, где взгляда хватает, не наша эра, а руины античности: статуи в зелени лавра; и чугунная ванна в сбруе сего барахла упирается краем в ладони, ища тепла, точно в стойле - бедро кентавра. _^_ II "Дом Культуры" - диптерическая колоннада, точно делимый атом в момент своего распада, смешивается с тенями. В этой архитектуре - образ времени в миниатюре. Поутру светило, застревающее в кипарисе, оголяет обломки фермы по биссектрисе, остаются от зданий части, что рифма от песни, становится слышно, как ропщут травы, и смиренно выходит на место рогатый скот, оборачиваясь в минотавров. _^_ III Провинциальный полис - точно утраченный эпос; в полночь вещи врастают обратно - в эйдос, то есть - в хаос, в космос, точнее - в логос. И над ухом писаки Евтерпа терзает голос, будто в душном саду цикада, творя мимесис. Бородатые боги держат в ладонях месяц, отражаясь на дне колодца из стратосферы; в полночь ветер яблоню клонит туда-сюда, ее тени текут, что под землей вода, как у Платона в пещере. _^_ IV Вода, несомненно, прекраснее, чем что-либо, - особенно ранней весною во время ливня в прибрежном городе, что на краю обрыва лег плашмя, как сухопутная рыба, - ибо вода - есть причина любого предмета, в том числе - философии, бытия примата; прекрасно о том полагал Фалес из Милета: материя, коль существует - течет всегда, точно и речь мудреца, - все одно вода, - которой нету названья и нет возврата. _^_ V С наступлением сна, заползающего под веко, точно волна морская под лодку во время ветра, человек превращается в память, ее отраженье, в череду событий, помнящих происхожденье - выходящей на сушу рыбы, амфибии, динозавра, птицы с чириканьем, что наступило "завтра", в древнегреческий профиль в двойном овале на раскопках в складках, ризомах плато, в абсолютную душу, эйдос, и в то, чему названья еще не дали. _^_ VI Лунная ночь в квартире. От беспокойства в спальне голое тело находит свойство анатомии статуй, лишенных ворса - мускул и складок торса. И сползает с бедра одеяло у смуглой девки, точно кокон - у бабочки-однодневки. Я смотрю на нее молчаливей сфинкса: в полутьме остаются от сей фигуры только части, будто от фурнитуры, точно слепок из гипса. _^_ VII Совершенно забытый всеми кусок равнины, там когда-то стояли храмы - теперь руины. На три тысячи стадий отстроенный остров погружался, точно тритона остов. В той Империи знали, как сеять пашни, как вырывать каналы и строить башни, как побеждать на войне и плести интриги, но богам стало страшно. И все исчезло. Есть такие Империи, коим свободного места не хватает даже в начале книги. _^_ VIII Говоря о звездах, горящих вверху во сто крат сильнее светильника в южном краю менад, точно на дне кувшина с красным вином и над, вел диалог по душам Сократ. Вел диалог, вспоминая себя, да тряс бородкой. Вечность делала жизнь короткой - профиль созвездий, что дан окулярам, мир отражал в чем мать родила, вещи свои покидали тела, словно музыка - полость футляра. _^_ IX Весною нимфы дурнеют, в этом закон "натуры": в городе, выросшем в зарослях сорной дурры, бабы выходят из дома, точно полускульптуры с примесью ландыша, арматуры; бедра, запястья, груди, мышцы, каркас костей - все их тела и души собраны из частей амфоры, арфы, клине, некой такой вещицы из интерьера спальни за чешуей портьеры; и даже при этом всем тела такой гетеры, мучая, не добиться. _^_ X В полдень свет застревает в кроне садовых дерев, оголяет углы и окружности стройных дев. Как сказал бы когда-то Пракситель: их нагота заключается в скобках грудей, живота; но и этим формам в хитоне менять свой вид, - суждено обратиться в мрамор, не то в гранит; тем не менее, камень - тоже источник мер. Девы бродят, качая бедром, возмущая вокруг всю природу, как будто подделки Венер, - совершенны, - без ног и рук. _^_ XI Ввечеру небеса выжимают поток воды. Ты приходишь домой с безымянной войны, на которой забыл, где свои, и, сказать не грех, снимаешь рубашку, точно литой доспех; хочется пить вино и смотреть натощак, как замирают вещи при взгляде, как буря за стеклами воет, как будто в горны. В это мгновенье по телу ползет усталость и плоть каменеет, точно и ей досталось от взгляда медузы-горгоны. _^_

© Дмитрий Ратников, 2014-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2014-2026.