Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность




ИМЯ  ДЛЯ  КОШКИ


Немного болела голова. "Надо новую подушку купить", - подумал он.

Еще он хотел позвонить своим друзьям Динкинсоным, которые поругались на ровном месте. Помирить бы их. И купить подушку.

Он встал с кровати, потянулся. Все-таки это здорово - неожиданный выходной. Можно делать все, что угодно. Интересно, а до какого возраста люди влюбляются...

Купить подушку и почитать книгу. Ему как раз попалась интересная книга, с острым сюжетом. Он стал вспоминать сюжет, но не вспомнил. Фамилию автора он вроде бы не забыл - начинается на "Ф". На каком языке написана книга, и где она лежит?.. Хорошо, что сюжет увлекательный, но куда же он положил книгу... Сверху вроде нигде не видно.

Он искал недолго, потянулся. Подошел к телефону, набрал международный номер - долго не отвечали, а потом незнакомый голос сказал: "Что?"

- Можно Марину?

- Нельзя.

- А Андрея? - спросил он, решив, что это как раз Андрей и неловко бросить трубку.

- Тоже нет.

- А кто же это?

- Грабители, - хмыкнули на другой стороне провода, в другой стране.

"Подушку надо купить" - подумал он еще раз - наверное, последний на сегодня: голова проходила. Марина - просто знакомая.

Завтракал он обычно кашей, под телевизор. Со вчерашнего дня дикторы читали новости не сидя, а стоя. Они шутливо толкали друг друга, но смотреть на это было неприятно.

В кашу он не положил соль. На дикторше было голубое платье, под которым многое легко угадывалось. Марина - просто знакомая, хорошая знакомая. Надо бы позвонить Динкинсоным. Он в шутку называл их Денискиными, но когда объяснял им, почему так называет, получалось не смешно. Да и вообще это было не смешно. Ничего смешного. Можно делать все, что угодно. Выспаться можно.

В чай он положил две ложки сахара, но размешивать их не стал. Выпил чай быстро, чтобы поменьше сахара растворилось за время чаепития.

"А вдруг это и в самом деле грабители", - подумал он. Надломил шоколадную конфету с ликером - вкусно, конечно - и снова набрал номер. Никто не подходил.

Можно в кино сходить. Когда-то, давно, было стыдно давать билетеру один-единственный билет, а сейчас - пожалуйста, никто и не обратит внимания. Просто лень идти, можно видео включить. Билет был зеленый с черными цифрами. Или синий?

Он решил остаться дома, надел джинсы и рубашку, взял ключи от машины, вышел. "Поеду на автобусе", - подумал он, но машина оказалась запаркована прямо возле дома.

Он вытер лобовое стекло, открыл дверь, включил мотор. Ну, теперь уже надо ехать.

Динкинсоным позвонить бы, да нельзя за рулем. Он остановился возле блошиного рынка. Получилось, что он ехал в другую сторону, если "той" считать дорогу в кинотеатр.

Любопытно бывает слоняться, смотреть на ненужные мелочи. Иногда попадалось что-то ценное, полезное.

- Сколько стоит этот мобильный? - спросил он.

- Десять, - сказал хмурый небритый мужик в лыжной шапке.

- А если за пять?

- Давай за пять.

- У меня всего четыре наличными, - он достал кошелек, пересчитал бумажки. В кармане еще оказались два квотера.

- Давай, все равно, - без выражения сказал мужик.

Не нужен был ему телефон, поэтому и торговался, зная, что мужик не уступит - а тот уступил.

Телефон был неновый. Воздух нагревался медленно - осень все-таки. Но нагревался - уже день.

Он еще немного походил по рынку, ни с кем больше не разговаривая, и выбросил телефон в большой зеленый мусорный бак. Зачем ему теперь второй?

Тот, который лежал в его джинсах, заиграл знакомую мелодию. Это с работы.

Извинялись, что беспокоят в выходной, задавали конкретный вопрос. Он четко ответил.

Сел в машину, задумался. Правильным ли был его ответ?.. Он решил вернуться домой, проверить.

Компьютер долго не включался.

Вода в чайник наливалась с шумом - он вдруг почувствовал, как нестерпимо тихо дома. Целую минуту надо было сливать воду, чтобы потом в организм не попали бы растворенные в ней тяжелые металлы. Физику он знал плохо, и химию тоже. Просто он читал про вредные металлы в воде. Что он знал хорошо - это свою работу. Или все-таки не очень хорошо?

Надо проверить, правильно ли ответил. Но вначале он проверил личную почту. Виолетта писала, что у нее новый номер телефона. Почему бы ей не позвонить? Она как-то странно вела себя в последнее время. Когда это было - последнее?..

Он набрал номер. Виолетта обрадовалась, спросила как дела, но ответила сама и сразу. У нее всегда была быстрая речь, вспомнил он. Не надо было, может быть, ей вставать на диету?.. Или правильно сказать - садиться? Какие-то новые странности появились у нее после этого: в любой, даже самый дружеский или интимный момент, она могла, забыв про все, помчатся к весам, и сказать ему "Отвернись", но не потому, что взвешивалась как можно более голой для уменьшения веса, а именно из-за этих цифр, показывающих вес. Они - цифры эти - смущали ее, расстраивали и ужасали.

- Слушай, сейчас конец месяца, - сказала Виолетта, - я уже израсходовала почти все свои минуты. Позвони мне через три дня, ладно?

На мобильный, через три дня. Не хочет, значит, тратить деньги на него. Позвонить на мобильный - а домой ей никогда нельзя было звонить, - понятно почему.

Неясно, правильно ли он ответил сейчас Виолетте, не получилось ли обиженно - а вот по работе четкую информацию он сообщил правильно, данные компьютера это подтвердили. Он улыбнулся.

Где же та книга с интересным сюжетом?.. Не видно. Он стал читать газету. Писали про уровень безработицы. Статья была интересная, но мрачная.

Газета выходила теперь раз в месяц. Он прочитал, что намечается реорганизация и газета станет ежедневной; более того: один выпуск - утром, а другой, для желающих - вечером. Он снова улыбнулся. Он еще не знал, что номер, который держал в руках, окажется последним - деньги кончились.

Он позвонил Динкинсоным. Ответила жена. Даже не поинтересовавшись, кто звонит, она стала жаловаться - говорить что-то про невнимательность и пиво.

- Пиво, пиво, - говорила Динкинсон громко и резко. "Надо бы подушку купить", - подумал он. А еще ему самому захотелось пива.

Он слушал про пиво и рассматривал свою комнату. Ничего себе, только коридор узкий. "Ничего, можно разойтись", - подумал он. Можно было бы разойтись.

Вслух он сказал: "Так это же проявление нежных чувств к тебе с его стороны". Миссис Динкинсон не согласилась или не услышала.

На блошином рынке играла музыка, вспомнил он. Латиноамериканская, трогательная. "Я смотрю в твои глаза как в океан, но глаза твои сухие, и ни капли не достается мне".

- Может быть, вам на природу съездить, - сказал он вдруг, - в театр сходить, подушками подраться.

Надо бы подушку купить, да.

Что ему вспоминалось про свою бывшую?.. Не то, что он хотел бы вспоминать. Где она сейчас?

Он подошел к ящику с документами, на котором было написано "Разное", открыл папку "Б. Ж.", нашел нужную бумажку, прочитал адрес. Вот она где.

- Я тоже не люблю пиво, - соврал он в телефон, - но это же не причина, чтобы мне с ним не дружить. И с тобой тоже.

Миссис Динкинсон закричала. Семь секунд, сосчитал он. В прошлый раз было пять, от силы - шесть. Сейчас ей станет легче.

- Вы оба глупые, - ласково сказал он. - Я зайду к вам в субботу, задам трепку. Нет, в воскресенье.

Он положил бумагу "Б. Ж" в папку, закрыл ящик. Должен быть порядок. Но порядка не было.

Опять позвонили с работы на мобильный, он ответил честно, что не знает, как им ответить, что с этим вопросом надо обращаться не к нему, - но компьютер был включен, как-то само собой получилось, что он зашел в систему, сообразил, какой запрос надо сделать, и даже улыбнулся, как легко все произошло. Он позвонил на работу с домашнего телефона, объяснил - там были довольны.

Все же выходной, подумал он. Можно пива купить. И еще - картошку.

Он опять полистал газету. Футболисты Городеи уверенно лидируют во второй лиге. Лужкова уволили, Церетели перенесли. Звезда женского бокса искупала в бассейне хозяина гостиницы, который простудился. Реформа экономики принята в первом чтении. Проезд в городском транспорте подорожает не так значительно, как предполагалось, но итоговая плата за проезд станет выше, чем задумывалось вначале. В воде обнаружили вредные металлы. Звезда женского бокса насильно искупала в бассейне хозяина и повара в одежде официанта.

Про городской транспорт он не понял: если увеличение стало меньше, то как же результат увеличится?.. А вот со звездой бокса все ясно: газета ошибочно перепечатала информацию об одном и том же событии из двух разных источников на интернете, но никто не заметил ошибку.

Он проверил электронную почту. Виолетта предлагала ему не обижаться. Адвокат Абрамовича перед предполагаемой посадкой предпринимателя в тюрьму, предлагал перевести оставшиеся деньги своего клиента: сорок пять процентов - ему, пятьдесят - адвокату, пять процентов - непредвиденные расходы. Незнакомая медицинская фирма, с учетом реформы экономики, предлагала удлинить шею.

Он решил купить пива и вышел на улицу. Картошку бы не забыть. "Океан твоих глаз молчит тихим омутом, но к нему нет ступеней и моста. Собачьи упряжки по льду не могут меня привести к тебе, пароход с мачтой моей мечты - не домчит, воздушный шар сносит северным ветром, проезд в городском транспорте подорожал. Мои ноги не хотят думать ни о чем другом, кроме как об обаянии твоих рук, и я иду к тебе и вижу, как ты мне машешь..."

Латиноамериканские мелодии очень чувственные, подумал он.

Он уже заходил в магазин, когда опять позвонили с работы.

- Ничего, ничего. - сказал он, - Я сейчас это проверю, быстро.

Не так-то легко оказалось проверить. Он послал запрос в причудливую систему хранения данных, ответ получился смешной: "Мяу". Он изменил запрос - вышел null. Он сгруппировал по-другому, наказал использовать индексы - система зависла.

Он почувствовал, что голоден, подошел к холодильнику, открыл дверь морозилки. На верхней полке, наверное, ничего нет... Но там почему-то лежала книга автора на "Ф". Непорядок.

Пива не было, были сыр, кетчуп, йогурт, а в поддоннике - яблоки.

С куском сыра во рту он вернулся к компьютеру - ответ был готов, но цифры смутили его.

В дверь постучали. Две молоденькие женщины, симпатичные... Они извинились, спросили, как он относится к лесбийским бракам по шкале от одного до десяти. Это они проводили исследование. Были и другие вопросы.

Он жевал сыр, и вдруг вспомнил о плесени. Кажется, на сыре была плесень. Или это в прошлый раз он видел? Выплевывать - неудобно как-то перед девушками.

- Семь, - сказал он с набитым ртом. - Извините.

Он заскочил в кухню, бросил сыр в мусорное ведро.

- Спасибо, - сказали девушки.

Зазвонил домашний телефон, - он подбежал, но ответить не успел - разъединилось. Проверил входящий номер - тот оказался блокированным. Девушки не уходили.

- Восемь, - сказал он.

"Океан твоих глаз омывает весь мир, я лезу к тебе по крылатой лестнице твоих ресниц, почему же жар охватывает меня и холод раскачивает, вопреки всем законам естествознания..."

Латиноамериканские мелодии очень чувственные.

- Девять, - сказал он. Девушки ушли. Они вовсе не лесбиянки, они собирают объективную информацию.

Он запустил запрос еще раз, поменяв местами в SQL подлежащее и сказуемое. Вообще-то так делать - менять - не рекомендуется по технике безопасности.

Книжка все еще в холодильнике, подумал он. Надо забрать ее оттуда или навсегда запомнить, что она там.

Зазвонил телефон - домашний. "Нас ограбили", - кричала женщина.

- Ужас какой, - сказал он. - Марина?.. А я как раз звонил. А что украли?

- Все, - сказала женщина, - деньги, драгоценности, книги, мебель, аквариум с рыбками...

- Ужас, ужас, - повторил он. - А я как раз звонил. Кажется, я говорил с ними.

- С кем? - закричали в другой стране, на том конце провода, и связь прервалась.

Он подошел к ящику с документами. Погладил отделение "Разное", но доставать не стал. Подошел к компьютеру.

Запрос SQL в этот раз оказался удачным. Он скопировал результат в еmail, написал: "Дорогие друзья".

Голод становился заметнее.

Он постоял возле холодильника, полистал книгу. Семнадцатая и восемнадцатая страницы слиплись. Он аккуратно разрезал их. Внутри оказалась шершавая серая поверхность. Семнадцатая и восемнадцатая ведь не должны разделяться, понял он. Они стали расходиться сами по себе. Так бывает - как-то само собой.

Он вышел на лестницу. Незнакомая женщина тащила нагруженную телегу по ступеням. Телега грохотала.

- Вам помочь? - спросил он.

Женщина посмотрела на него, через несколько секунд сказала: "Нет, не надо".

Почему она не воспользовалась лифтом? Может быть, она тоже грабительница.

Он спустился на два этажа и услышал звонок. Где - в его квартире?

Он понял, что не успеет взять трубку, если побежит домой - а в магазин все равно надо сходить. Картошку хотя бы сварить, выспаться.

Ему показалось, что женщина следит за ним - или кто-то другой. Телега не грохотала. Было тихо.

Он все же поскакал по лестнице обратно, быстро открыл дверь, подбежал к молчащему телефону. Звонили, оказывается, с блокированного номера - он не мог выяснить кто. Он пошел на кухню и включил воду. Долго - секунд тридцать - шла теплая. Ее обязательно нужно спустить. Одновременно позвонили в дверь, на мобильный и на домашний. Он смотрел на струю и не шевелился.

Позвонил Паша из дома напротив, предложил пойти в парк, сыграть пару партий, а потом закусить - или сразу к нему домой и выпить.

- Ты нервно играешь, ходы обратно берешь... - зачем он так сказал? Просто не хотелось видеть Пашу.

- Ты тоже можешь перехаживать, я не возражаю.

- Я не могу. Не получается что-то.

- Что не получается?

- Ну, по-другому пойти. Чем как уже пошел.

Так, а на мобильный кто звонит - с работы? Нет, Виолетта.

Оставила сообщение. "Наши с тобой совместные минуты я вспоминаю до сих пор. Моя телефонная компания вдруг объявила скидку. Зачем нам ждать до следующего месяца? Позвони сейчас же. Особенно с трех до пяти."

Подушку бы надо купить, подумал он.

Опять позвонили в дверь. У входа стоял совершенно неприметный человек - такого даже не опишешь полностью.

- Вы дома? - спросил человек.

- Да.

- Поздравляю! Встречу президентов решено провести в вашей квартире.

- Почему это? - спросил он. - Каких президентов? Кто вы?

- Потому что вы - человек надежный, это редкость в наше время. Кто я, значения не имеет. Ну, охранник. А фамилии президентов я пока не скажу. Хотите, визитку свою дам?

- А я картошку не купил, - сказал. - И пива нет.

- Ничего, - сказал человек, - я с собой принес.

Человек быстро прошел на кухню, налил воду в кастрюлю. Картошка у него уже была почищена и нарезана.

"Твои глаза - как океан, а твоя душа - как туман над ними, а твои руки, переплетающиеся с моими, разрывают туман, но разрывают на самом деле наше счастливое прошлое, которое не вернется. Ведь возвращается только будущее - возвращается к нам, и не говорит о том, откуда оно".

Латиноамериканские песни такие чувственные. Надо бы подушку купить. Они вспоминаются неожиданно, в неподходящий момент. Что делает на кухне этот неприметный человек?

- Картошка скоро будет готова.

- А пиво?

- Пиво у вас есть, вы купили пиво. Это нам известно.

- Президенты скоро появятся? - улыбнулся он.

- Скоро, - посмотрев на часы, серьезно ответил человек.

Надо еще раз проверить SQL. Что, если вместо ехес написать perform или даже по-русски - исполни!

В одиннадцатой версии DB2 есть, кажется, команда "Исполни!". А еще - "Замри!", "Отомри".

На работе, в сущности, интересно, подумал он. Но неспокойно. Все время что-то требуют, просят.

Одиночество, подумал он. Одиночество.

Позвонили в дверь, на домашний и просто так, в свисток на улице.

- Я открою, - сказал человек. - Может быть, это они. Догадались бы пива принести. У вас-то нет, выпили уже, да?

Телефонный разговор оказался международным.

- Понимаешь, - говорил сбивчивый женский голос, - ты разговаривал с ворами, ты можешь помочь следствию. Ведь можешь?

- Могу, Марина.- сказал он, подождав, пока за окном прекратят свистеть.

- У меня несколько вопросов, - сказали на другом конце провода. - Здравствуйте. Меня зовут лейтенант Челси-Степанов.

Он прикрыл трубку, зашел на кухню. Звонили в дверь. Неприметный человек уже отварил картошку и сейчас обжаривал ее на сковородке. Знаками показал: нет, не они, не президенты.

Двое мужчин стояли у входа, каждый держал по блокноту.

Исследование, понял он. Тоже анкеты.

- Как вы относитесь к гомосексуальным бракам? - спросил один из мужчин, поправив очки.

- По шкале от одного до десяти, - добавил второй.

- И к обычным, прямым бракам - как? Тоже от одного до десяти.

В этот раз второй мужчина ничего не добавил, но поправил первому очки.

Кто-то позвонил на мобильный.

- Вы были сегодня на блошином рынке? Почему вы не утилизировали купленный мобильник?

- Я его выбросил, разве...

- Надо было выбросить в специально отведенный зеленый ящик. Вы загрязняете окружающую среду, а потом сами удивляетесь. Какой у вас электронный адрес?

Он продиктовал, на всякий случай с ошибками.

Двое мужчин деликатно ждали.

- Семь, - сказал он. - И семь с половиной.

- Значит, к обычным, прямым бракам, вы все-таки лучше относитесь, - сказал мужчина в очках, даже не поправив их.

- Всего-то на пол балла, - примирительно сказал второй.

Неприметный человек накрыл сковородку крышкой от кастрюли - чтобы не остывала.

Он вспомнил про междугородний и убрал руку с трубки.

- Меня зовут Челси-Степанов, - снова услышал он. - У меня есть несколько вопросов.

Надо подушку купить, подумал он

- Вы разговаривали сегодня с незнакомыми людьми по телефону. Опишите их, в соответствии с их внешностью - особенно.

- Но я же их не видел.

- Понятно, - сказал Челси-Степанов. - Но я вот, к примеру. По голосу могу определить цвет глаз.

- Нет, а я так не могу.

- Понятно, - опять сказал Челси-Степанов. - А почему они взяли трубку?

- Откуда я знаю. Почему?

- По голосу можно определить. Неохотно или с удовольствием, случайно или намерено...

- Наверное, случайно, - сказал он. - А у меня какой цвет глаз?

- Вы в очках, - сказал Челси-Степанов. - Они мешают.

Неприметный человек знаками приглашал к столу. Там уже стояло пиво. Дикторы в телевизоре раскачивались и толкались. Новости были так себе, невеселые. Звезда женского бокса искупала в бассейне кошку - защитники животных возмущены - и официанта, хозяина кошки, в халате. Реформа экономики буксует, потому что никто не может дочитать один из документов - на трехтысячной странице все либо засыпают, либо задумываются, либо вспоминают, что дома остался невыключенный чайник и срочно отпрашиваются с работы. Ожидается прилет инопланетян и связанное с этим подорожание общественного транспорта.

- У вас - серые, - сказал Челси-Степанов.

- Что? А... Ну, да, - он не сразу понял, что речь идет о цвете глаз.

На мобильный позвонили с работы: оказывается, в женском туалете третьего этажа обнаружен подозрительный пакет. Согласно правилам, все сотрудники, даже те, кто не в офисе, должны быть проинформированы об этом.

- Спасибо, - сказал он

Подходили новые люди. В коридоре становилось тесно. Человек с неприметным лицом сердился, беспокоился. Черному парню, предложившему перейти на другую электрическую компанию, человек предложил картошку, но в квартиру не пустил.

Челси-Степанов позвонил опять. Говорил вежливо, но монотонно.

- Да, да, - отвечал он, - серые, голубые.

Позвонили с работы. Пакет оказался гигиеническим.

Позвонила радостная Марина.

- Грабителей нашли. Спасибо, ты здорово помог. Даже мебель возвратили. Твои друзья Динкинсоны могут остановиться у нас.

- А они разве к вам едут? - удивился он.

- А разве нет? - удивилась Марина. - Они же помирились

Он сел у окна, принялся жевать картошку. Виднелись деревья, листья, а между ними - люди.

Опять позвонили в дверь. Неприметный оживился: "Президенты, президенты..." - и выскочил на лестничную площадку.

Первой пришла Сара Пэлин. Ее проверили миноискателем, попросили вывернуть карманы, пустили в дверь.

Потом появился Путин. Путин не улыбался. Костюм с галстуком дополнялся специальным черным поясом.

- Разве Сара - президент? - спросил он

- Ну, не будьте привередливыми. Пришла - так пришла. B вашем положении...

- Какое такое положение...

Позвонили на домaшний, но он не подходил: интересно все-таки, о чем будут говорить политические деятели.

Неприметный знаками спросил у него, сможет ли он быть переводчиком. Почему бы и нет, тоже знаками ответил он.

- Я один, без Медведева, - сказал Путин. - Ну, не мог я его взять. Он такой, ну...

Путин пощелкал пальцами в поисках нужного слова.

- Несносный? - подсказала Сара по-французски.

- Именно, - сказал Путин. - Все говорит чего-то, говорит...

По телевизору передавали в прямой трансляции встречу президентов. Для конспирации, наверное, - настоящие-то были здесь, у него.

- Я на минутку, - сказал он. - Пойду почту проверю.

От Вероники не было ничего, но и от адвоката Абрамовича - тоже. "Пора посмотреть правде в глаза, - писали в письме, датированным будущим семьдесят девятым годом. - Вы потенциально лысый человек. Примите нашу таблетку, и вы проснетесь совершенно с другим человеком".

Он опять посмотрел в окно. Листья, деревья.

Мать с девочкой смотрели на что-то маленькое, лежащее на земле. Он их и раньше, кажется, видел.

Он сделал знак неприметному - мол, скоро приду - и побежал вниз по лестнице.

Показалось ли ему, что Путин приглашал Сару в кино: протягивал ей два синих билета... Или зеленых? И два яблока из поддонника. Помыл ли их Путин?

Навстречу поднималась женщина с телегой. Подниматься с грузом еще тяжелее. Ладно, в это раз он не стал предлагать помощь.

- Что это? - спросил он на улице.

- Животное котенок, - сказала девочка. - Оно потеряла свое имя, а меня зовут Алиса.

Он улыбнулся.

Мать тоже улыбнулась, когда и он назвал свое имя, - но промолчала. Наверное, она Алисе улыбнулась.

- Это не наш котенок, - сказала женщина.

- Я знаю. Я вас видел здесь раньше... Симпатичный. Голодный, наверное.

- Мы его кормим. Это кошка. Мы не можем ее взять с собой.

- Она снова голодная. Я куплю баночки кошачьей еды. Вы подождете?

- Нам уже пора идти...

- Ну, мама...

- Ладно, подождем.

Еще и пива можно купить, думал он, опять заходя в магазин. Выходной день.

Мама с дочкой ждали его. И котенок ждал. Осень уже, подумал он, а тепло становится.

"Твои глаза как океан, но он далеко, этот океан, в магазине была большая очередь, Б. Ж. давно уже живет в городе с труднопроизносимым названием, записанным на полке с надписью "разное", и трудно остановиться, особенно если все происходит само собой".

- Ее надо спасти, - сказала Алиса. - Она уличная, она не может быть уличной.

- У нас аллергия, - сказала ее мама. - У Алисы, - почему-то уточнила она.

Он решил, что догадался, почему уточнила. Или - нет? Она тоже смотрела на него, и они разговаривали совсем не о том, что произносили вслух.

Он набрал номер соседа Паши.

- Нет, не в шахматы. Тебе котенок нужен? Кошечка? Почему - охренел? Ах, даже не охренел... Надо перехаживать.

Кошка, наевшись, свернулась. Хвостом она прикрывал нос.

- Сейчас уснет, - сказал он

- А мне снились лягушки.

- А мне - какие-то президенты, - вспомнил он.

- Лягушки приятнее, - сказала Алиса.

Он согласился. Мама с Алисой живут где-то рядом.

- Я возьму ее к себе, - сказал он. - Домой. И у нее тоже будет дом.

Алиса захлопала в ладоши.

Ее мама спросила: "А вы сможете за ней ухаживать?"

- Конечно. Песок, еда, ласка... У меня был когда-то кот.

- А ваши возражать не будут?

- Я сейчас один.

- Спасибо вам. Алиса, пошли.

Но они не уходили.

Он принес кошечку домой. Телевизор был включен. Он не обратил внимания, что показывали.

- Как мы тебя назовем?

Позвонили на мобильный - с работы. Он не стал брать трубку.

- Пусть Алиса тебя назовет.

Он разговаривал со спящим котенком, объяснял что-то важное.

Потом заказал подушку на интернетe. Обещали привезти завтра.

Он вышел на кухню: на сковородке, прикрытые крышкой, лежали нарезанные картофелины.

Кто-то позвонил на домашний. Он подбежал к телефону, но ответил не сразу - откашливался.

- Хорошо, - тут же согласился он. - Отличное имя.




© Михаил Рабинович, 2010-2017.
© Сетевая Словесность, 2011-2017.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Ростислав Клубков: Апрель ["Медленнее, медленнее бегите, кони ночи!" – плачет, жалуясь, проклятая человеческая душа. – Каждую ночь той весны, – погруженный в нее, как в воздух голода...] Владислав Кураш: Особо опасный [В Варшаву я приехал поздней осенью, когда уже начались морозы и выпал первый снег. Позади был год мытарств и злоключений, позади были Силезия, Поморье...] Сергей Комлев: Что там у русских? [Что там у русских? У русских - зима. / Солнца под утро им брызни. / Все разошлись по углам, по домам, / все отдыхают от жизни...] Восхваления (Псалмы) [Восхваления - первая книга третьего раздела ТАНАХа Писания - сборник древней еврейской поэзии, значительная часть которой исполнялась под аккомпанемент...] Георгий Георгиевский: Сплав Бессмертья, Любви и Беды [И верую свято и страстно / Всем сердцем, хребтом становым: / Мгновение было прекрасно! / И Я его остановил.] Игорь Куницын: Из книги "Портсигар" [Пришёл из космоса... Прости, / что снова опоздал! / Полночи звёздное такси / бессмысленно прождал...]
Словесность