ЭЛЛАДА,  ТАЛАССА,  ЭГЕЙЯ ЖИЗНЬ ВЕЛИКАЯ КРАСОТА НИКАКОГО ДЖАЗА ТВОИХ РЕСНИЦ БЕЛЕЯ ПЛАЩОМ АВЛОС   РОЩИ ТО ЛИ НОТА В АФРИКУ БЕССМЕРТИЕ СОБИРАЯ РИС В ЦЕРКВИ СКВОЗНЯК ЖИЗНЬ -1- До гробовой доски льющаяся лучом, жизнь - это форма тоски. Знать бы ещё - о чём. Небо чуть-чуть светло, воздух слегка горьковат. Сердце почти что стекло - лампочка в сорок Ватт. С чьей-то нелёгкой руки бреюсь, читаю, ем. Жизнь - это форма тоски. Знать бы ещё - зачем. Дождь, не длиннее строки, чуть окропил пальто. Жизнь - это форма тоски. Знать бы ещё - за что. -2- А выйду ли я на дорогу, дорога войдёт ли в меня, не так уж и важно, ей-богу. Важнее, что в сумерках дня не пишут стихов понарошку, и, чтобы сказать о любви, садятся с тобой на дорожку, ревут на призыв "Не реви!" И машут вдогонку платочком, и губы кусают, пока уже не заметная точка уходит в свои облака. _^_ ВЕЛИКАЯ  КРАСОТА Жизнь прекрасна, как невеста в подвенечном платье белом. А чему есть в жизни место - да кому какое дело! И она ломает руки, топчет белые букеты, солнцем ярости и скуки сожжена и обогрета. Может, я её не стою, но дышу больней и чаще над великой красотою, ничего не говорящей. _^_ НИКАКОГО  ДЖАЗА Н. П. "Джаз внутри виолончели..." Ф. Т. Джаза нету. Нету джаза. Только флейта и рожок, - я скажу такую фразу. Ты поймёшь меня, дружок. И откуда-то, из краха, страха, праха, не извне, раздаются муки Баха - что-то сладкое - во мне. Светло-сладкое - и всё же с этим вкусом заодно и тоска, и бледность кожи, непогода, ночь, окно. Я скажу, чтоб ты решила, что стихи, а что я сам, где здесь - шило, где здесь - мыло, где - сплошные небеса. _^_ ТВОИХ  РЕСНИЦ Н. П. Что-то смотрит на меня из любой моей привычки, из горящего огня зажигалки или спички, из воды, текущей на оголённые каштаны, из открытого окна, из допитого стакана, с монитора, со страниц, смотрит, словно грусть и нежность. У него - твоих ресниц невозможность, неизбежность. _^_ БЕЛЕЯ  ПЛАЩОМ Если мы не умрём никогда, приумножим ли бедное счастье? Отчего мне дороже звезда расставанья, потери, ненастья? Дорога за отпущенный срок? И за то, что мы всё не сказали? За вокзал, за перрон, за гудок, за прощанье на этом вокзале? Или, может, за что-то ещё, что названья пока не имеет, напоследок белеет плащом, и губами твоими бледнеет. _^_ АВЛОС А погода? Погода плохая - и туман и дождей молоко. Ведь у нас далеко не Ахайя. До Ахайи от нас далеко. Но печаль? Та же самая штука, что, в глаза первый раз поглядев, увязался, как старая сука, архаичной тоски перепев. Ничему не помочь. И не надо. Что болело - болит до сих пор. И не надо аукать "Эллада!", если выглянуть можно во двор, где, в смешении варварской речи, времена и простор сократив, раздаётся - простой, человечий - флейты невыносимый мотив. Разве это в порядке трофея достаётся эпохам потом - эта флейта и лира Орфея, эта маска с надломленным ртом? _^_ РОЩИ "Темная яблоня лета"... Ф. Т. Белые сумерки лета, мир и покой на земле. Нет и не будет ответа тем, кто заплакал во мгле. Сумрак, осины, берёзы, рощи осин и берёз... Скоро закончатся слёзы... Плакать придётся всерьёз. _^_ ТО  ЛИ  НОТА Н. П. Начинается ночь. Наступает покой. Отражаясь в небесной реке, эта самая роща всегда под рукой, хоть шумит от меня вдалеке. Поправляешь волос непослушную прядь. Вьётся Промысла Божьего нить. Если в роще ночами прохладно гулять, то в Одессе и Таллине - жить. Долго-долго стоишь у окна, теребя занавеску, раздетой, босой. И я знаю, что пахнет сейчас от тебя гефсиманскою горькой росой. _^_ В  АФРИКУ Н. П. Стоя на пустом перроне - поезд в Африку уходит - говорю - Прощай! - вороне, этой нищенской погоде. На перроне очень тихо, как в ночном моём подъезде. Еду я за фунтом лиха, за туманом я отъездил. Потому что фунт - валюта, обеспеченней тумана, потому что это круто - вынуть лихо из кармана. Отразилось солнце в луже, поезд скоро отбывает. Не бывает в жизни хуже, только лучше не бывает. Это знал Рембо когда-то. Хочешь плачь, а хочешь смейся. И больничная палата затряслась по мокрым рельсам. _^_ БЕССМЕРТИЕ Была ли музыка? Была ли? Конечно. Молодость была. И наши девушки пылали и раскалялись добела, когда, освоив три аккорда, умел добраться до сердец, единый в двух нетрезвых мордах, а). гитарист и б). певец. А почему? А потому что - жасмин цветёт, вином разит - июль, вечерняя Алушта, и море плещется вблизи. И небо яростней пожара. И до сих пор, наверно, в нём - твоё бессмертие, "Шизгара", моё бессмертие в твоём. _^_ СОБИРАЯ  РИС  В  ЦЕРКВИ Это остаётся на потом - то, что ничего не остаётся. В женщине с багрово-красным ртом девочка уже не узнаётся. Сколько было летней синевы, сколько было берега морского, юное подобье тетивы Врубеля любило и Крамского. Хохотало, голову задрав, падало в открытые объятья, пачкало зелёным соком трав голубое ситцевое платье. И не скажешь - в мире правды нет. Правда есть - упряма и жестока. Ледяная рябь, холодные свет, лучшие стихотворенья Блока. Избежит Офелия воды, Гамлета замучают болезни. Следственно, пополнятся ряды прихожан у пастора МакКензи. _^_ СКВОЗНЯК Н. П. Потому что дело к ночи. Вот и жму на тормоза. Вот и говорю короче. Закрываются глаза. Мрак, подкравшийся украдкой, он не друг мне и не враг. Если чётко, если кратко - этот мрак всего лишь мрак. Я окно плотней закрою. Здесь сквозняк - уже я сам, и слегка веду рукою по любимым волосам. _^_

© Владислав Пеньков, 2017-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2017-2026.