Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность




"Бз..."


Коля домой пришел. Он стоит у двери в дом. На двери кодовый замок. Железная коробочка, дырчатая морда... Коля смотрит на замок свысока. Он высокий парень, худой, щеки впалые. Руки в карманах. Слегка покачивается вперед и назад... назад - и вперед...

Эй, ты, бз... да... двай, валяй!..

Это он жене, она на девятом этаже в теплой квартирке. А Коля на ветру стоит. Октябрь, но студеный случился.

Коля забыл код. Но не в этом дело. У него с замком сложные отношения. Взаимное презрение, можно сказать. Он и трезвый-то замок старается не замечать, а сейчас полное пренебрежение на лице. Он сквозь замок, через дырочки на железной морде обращается к жене:

- Эй, ты, бз... двай, пускай...

Если набрать код и хорошенько попросить через мелкие дырочки, то можно и допроситься. Куда она денется, откроет...

Но Коля забыл. А если бы вспомнил, все равно не ответил бы этому чудищу на заветный вопрос, не снизошел бы...

Он стоит и ждет, вдруг кто войдет или выйдет. И он молча протиснется в тепло. Лестница это живой мир. Если очень устал, не нужно ни квартиры, ни жены. Ноги... они устали... У батареи на первом есть заветный уголок. За мусоропроводом. Труба наелась за день, так что тихо. И тепло. Мечта.

Но воскресный вечер, темно, и ветер с мурмана, ледяной, и никто не идет, и надежды никакой нет.

На горизонте слабая полоса, над ней нависли сине-черные тучи, сгрудились над притихшей землей. Живое ждет зиму с недоверием, опаской. Разные они бывают, зимы, добрые и злые, никогда не знаешь, которая явится...

Коле не до будущего, он захвачен настоящим в плен.

- Эй.... открой...

Замок железная скотина, внимания к просьбам никакого. И как назло, все по домам попрятались, по теплым квартиркам...

Над Колей огромное небо, усеянное черными дырами. Коля вырвался из одной дыры, в другую падает. Миг перелета, жизнь. А на дороге встретилось препятствие - замок, он не впускает. Хочет какие-то слова... просьбы, обещания... Как дальше лететь... Запнулось движение из никуда в никуда.

- Ух, бз... да... двай, валяй!..

Остановилось время. Сгусток невероятно сжатого вещества, средоточие безжизненности и полного порядка - прошлое, Коля его не помнит. Распущенность, самоволие, расточительность тепла и света, миг мельтешения и надежд - настоящее, Коля его чувствует, но не понимает, разве такое можно понять?.. А будущее?.. Снова полный порядок, отрицающий пространство и время, презирающий разнообразие, небольшое тепло, мягкий свет... Что он может о будущем знать... Он не может, ты не можешь, они не могут... Полный порядок и хаос кромешный, оба для жизни не полезны, где жить?.. Краткий миг, летим из одной дыры в другую. Краткий миг. А тут дверь, а тут замок, дырчатое рыло...

Коля стоит без движения, без памяти о прошлом, без мысли о настоящем, без страха перед будущим...

Он забыл код, а по ту сторону заветного слова - тепло.

А по эту - ледяной и темный мир.

Он рыгает, матерится, вытирает рот покрасневшей от ветра клешней.

Мир без начала и конца вытолкнул его и оставил без присмотра, лететь, лететь, промелькнуть меж двумя безднами...

А на пути замок!..

Мир теплых мелочей, с началом и концом, не хочет его знать.

Он стоит, уперся взглядом в ухмыляющуюся рожу с мелкими оспинами.

Ух!..

Коля бьет наотмашь по надменной роже.

Замок испуганно пискнул, дверь медленно отворилась. Человек скрывается за дверью. Полет продолжается.

Бз...




© Дан Маркович, 2003-2022.
© Сетевая Словесность, 2003-2022.






 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Владимир Алейников: Галерея портретов: СМОГ [Что-то вроде пунктира. Наброски. Или, может, штрихи. Или краткие, из минувшей эпохи, истории. Или попросту - то, что вспомнилось мне, седому, прямо сейчас...] Яков Каунатор: Три рассказа [Однаако, - прошепелявил он. - Что мы видим здесь? А здесь, во-первых, многозначность, во-вторых, здесь мы имеем философический взгляд автора на глобальные...] Роман Смирнов: Прямоходящий муравей [Короче, на книгу нахныкав, / дам волю последним словам. / Так, в целом, и пишутся книги, / и ставятся подписи: "Вам!"] Евгения Серенко: Три рассказа [Необязательность встреч, лёгкость прощаний... ни слезинки, ни сожаления; плыла по жизни на светлом облаке, уверенная: так будет всегда...] Ростислав Клубков: Сестра Катерина [Здесь, на этом дворе, святая Катерина возвращала глаза слепым, возвращала калекам потерянные ноги и руки, воскрешала мертвых...] Аркадий Паранский: Повариха [Я посмотрел на лежащих в спальнике, спящих и чуть посапывающих женщин, наклонился, притянул к себе Оксану и нашёл своими губами среди лисьего меха её...] Илья Вересов: Сон других времён [а лучше ляг со мною на дороге / здесь воздух так натужно скроен / здесь слёзы в легких кипятит от зноя / здесь грёзы клерки крики всё без перебоя...]
Словесность