Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность



ДВА  ВЫСОКИХ  ОКНА


 


      * * *

      Два высоких окна мою жизнь освещали вначале,
      Два высоких окна, два избытка всегдашних небес,
      А за ними трава и цветы свои нимбы качали,
      И на станции поезд гудел, а потом он исчез.
      А по сторону эту крутила свой диск радиола -
      Вот игла побежала по черной луне звуковой,
      И остался в груди этот звук вечной ямкой укола,
      На луне звуковой, на дорожке подлунной живой.
      Все учебники собраны, где-то ударило восемь,
      Пей свой утренний чай, в этой нежной провинции пей.
      За стеклом переходит июль в полноправную осень,
      Вот уж скоро совсем перейдет и останется в ней.
      Остается ее полюбить, остается лишь это,
      Ибо в окна видны недоступные глазу места;
      Два высоких окна, вседержители лунного света,
      Может статься, что сразу и окна они, и врата.
      Скоро шмель прилетит, скоро воздуху вспомнятся птицы,
      Скоро сам этот воздух увидится издалека,
      И сквозь жизнь золотую, сквозь груженные мраком ресницы
      Обведет на стекле человечка и домик рука.

      _^_




      * * *

      Как быстро сыграли в ящик,
      Не сношенные почти,
      Нейлоновые рубашки,
      Болоньевые плащи.
      В глубинах какого Стикса
      Давно отбывают срок
      Дошкольного платья ситчик,
      Непрочный капрон чулок,
      И батники из кримплена,
      И клеши моей мечты -
      Затерянной ойкумены
      Матерчатые понты:
      Щемящи твои палитры,
      Повытерся твой аршин
      Меж пальцев протек портнихи
      Засвеченный крепдешин.
      Лишь памяти фотовспышка
      Вдруг выхватит невзначай
      Немногие наши фишки
      И многую в них печаль.

      _^_




      * * *

      И суеты, и тех, кто с нею,
      Гремуча кесарева рать.
      Но можно на заплатках неба
      Летописать и лепетать,
      Пока, свиваясь повиликой
      По граду или пустырю,
      Над жизнью ропщущей и дикой
      Уста не вылепят: люблю.
      Над жизнью медленной и краткой,
      Беглянкой, ласточкой, пчелой...
      Пока под левою лопаткой
      Летейских вод утишен строй.
      Он в плевелах и в злаках дышит.
      В кармане гривна - что обол...
      И ждущую ладью колышет
      Последний волновой глагол...

      _^_




      * * *

      Это детство, это снег,
      Мандариновые шкурки,
      И цигейки мягкий мех,
      И на валенках снегурки.
      День последний декабря.
      Санок блесткие полозья.
      Холм за домом что гора.
      Щеки в цвет парнасской розы.
      Старый клуб, сугробный сквер,
      Леденистое крылечко.
      И зачитанный Жюль Верн
      У еще горячей печки.
      Мама с папой, младший брат,
      Пирожков не счесть в духовке,
      Оливье и лимонад
      На мережковой скатерке.
      Пахнет хвоей, и царят
      Сто шаров наизготовку,
      Звезд, фонариков, гирлянд.
      ...И стеклянный космонавт
      Улыбается на елке.
      Это детство, прошлый век -
      Не унять, не убаюкать.
      Я гляжу на первый снег.
      Мандарины чищу внуку.

      _^_




      * * *

      Не волнуя ветки
      На земном кусте,
      Пролетают где-то
      В звездной темноте -
      Не увидишь: мимо
      Смертоцветных чвар -
      Ангелы сквозные,
      Божия печаль.
      Крыльев шелестенья
      И других примет
      Над песком и гленью
      Не было и нет.
      ...Мимо прорвы крысьей
      И слепой лихвы,
      Мимо наших присных
      Игрищ на крови.

      _^_




      * * *

      Вот уж почти отсвистела
      Дудочка, ласточка, речь.
      Теплолюбивым растеньем
      Силишься свет устеречь.
      Но в непролазные ночи
      И в быстроходные дни
      Нежное облако точат
      Сизые блески зимы.
      Точат до новой щербины
      Жизни самой естество.
      Режешься воздухом синим,
      Бритвенным краем его.

      _^_




      * * *

      Куст смородиновый тесный,
      Хрупким раем цветовым
      Ты летишь за мной из детства,
      Золотистый цеппелин.
      Мы с тобой когда-то жили
      В переулке Заводском,
      Где качался на пружинах
      Гуд пчелиный день-деньской.
      Эти срочные соцветья,
      С детством нежное родство
      Отделяет полстолетья
      От апреля моего.
      Свет и цвет неисцелимый
      Только чудятся вдали.
      Улетели цеппелины,
      Весны, мячики, шмели.
      Лишь расходится кругами
      Лепестковый гуммигут,
      Но в его фата-моргане
      Мертвi бджоли не гудуть.

      _^_




      * * *

      Бабочку не целуют и не ведут охоту.
      Даже нежные сети смажут ее пыльцу -
      Бабочка улетает в призрачные широты,
      Слабою светотенью проведя по лицу.
      Жизнь за ней не успеет, смерть за ней побоится, -
      Бабочка улетает, бабочке все равно...
      Папоротник безумный будет о ней молиться
      И заламывать руки, словно в немом кино.
      Будто клинок уходит в дней золотую рану,
      Бабочка улетает в параллельный простор, -
      Что тебе мои страны, вечная донна Анна,
      Что шаги Командора, что и сам Командор?
      Бабочку не целуют и не ведут охоту -
      Вчуже земная близость ей, что всегда вдали.
      Бабочка улетает заиндевевшей нотой,
      Татуировкой боли на запястьях любви...

      _^_




      * * *

      На обочине сарматской,
      На окраине весны
      Выкатит лесопосадка
      Самокаты бузины.
      Пошехонский ветер в спину,
      Одуванчикова дрожь,
      И за дикою маслиной
      Вглубь по запаху нырнешь.
      Что ж мели, мели, Емеля,
      Как и должно испокон,
      Канительно-повительным
      Душегрейным языком.

      _^_



© Татьяна Литвинова, 2016-2017.
© Сетевая Словесность, публикация, 2016-2017.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Алексей Смирнов: Исходному верить [Редакторы и переводчики суть невидимки. Если последние еще бывают известны, то первых не знают вообще. Никто не заглядывает в выходные данные, не интересуется...] Галина Грановская: Охота [Войдя в холл гостиницы, Баба-Яга приостановилась у огромного зеркала, которое с готовностью отразило худую фигуру, одетую в блеклой расцветки ситцевый...] Андрей Прокофьев: Павлушкины путешествия [Когда мой сын Павел был помладше, мы были с ним очень дружны - теперь у него много других интересов, и дружба не такая близкая. Из нашего общения получились...] Рецензии Андрея Пермякова и Константина Рубинского [] Виталий Леоненко: Страстной апрель [Плыть за шумом осины седых серёг, / за мотора гурканьем над Окою, / самоходной баржей горючих строк / неумолчно, трудно - свой поздний срок / ...]
Словесность