Словесность

[ Оглавление ]



Новые публикации
"Сетевой Словесности":
Наталья Захарцева. Особенности жизни в Тартарарах. Стихи
Фёдор Назаров. Когда встают песочные часы. Стихи
Вера Поварницына. Словами проще. Стихи
Идёт по звёздной ниточке луна... Стихи табасаранских поэтов в переводах Миясат Муслимовой
Татьяна Горохова. Ангел с маленькой буквы. Рассказ
Лев Ревуцкий. По страницам "Мертвых Душ" или Смерть Ноздрёва. Рассказ
Ирина Романец. Найди меня в подстрочниках... Миниатюры
Айдар Сахибзадинов. Жданово-Эсперанто-Назарбаева Рассказ
Юрий Бородин. По ту сторону текста (Неореализм Сергея Катукова). Статья
Ингвар Коротков. Об "искпедиции" Винни Пуха и Кролика и очередном сборнике-антологии А.Ревякиной "Новый Блок". Статья
Олеся Сабанова. Пульсирующие стихи (О книге Бориса Кутенкова "Простите, Омаровна"). Рецензия
Наталия Черных. Напросвет в небытии (О книге Анны Горенко "Королевская шкура шмеля"). Рецензия


   
П
О
И
С
К

Словесность




ЭПОС,  СОЗДАВШИЙ  ГОСУДАРСТВО
(к 180-летию "Калевалы")



Аксели Галлен-Каллела, "Защита Сампо", 1896

В 2015 году исполняется 180 лет главному произведению финской литературы - поэме "Калевала". В русскоязычных источниках "Калевалу" чаще всего определяют как "древний карело-финский поэтический эпос". Это ошибка. На самом деле, "Калевала" - это эпическая поэма, созданная Элиасом Лённротом на основе древних карельских и финских народных песен. Эти песни он собирал на протяжении многих лет. Лённрот, без сомнения, великий сын своего народа. Сделанное им - подвиг. Почему? Судите сами.

В начале XIX века, после вхождения на правах широкой автономии в состав Российской империи, перед Финляндией остро встал вопрос государственного строительства. И вдруг - представьте - появляется поэма о стране Калевале - некоей чудесной обетованной земле. Калевала - это и есть наша Суоми - подразумевает и даже прямо пишет в поэме Лённрот. У нас не было истории? Как же, история у нас длинная - до Калевы. И все мы его потомки. У нас нет героев? Есть! И еще какие - великие заклинатели, певцы, воины.

Страну Калевалу Лённрот выдумал. В народных рунах нет такой страны, нет даже самого понятия "страна". В то же время топоним Калевала в народных текстах встречается, и значение его - дом (усадьба) или деревня. Для современников Лённрота это создавало эффект достоверности рассказа. Ход гениальный и беспроигрышный.

Придумав страну, Лённрот придумал еще одно понятие - "народ Калевы", в значении "народ страны Калевалы".

Что еще необходимо, чтобы нация состоялась, родилась как субъект истории? Необходима громкая воинская победа над сильным врагом. И Лённрот дает такую победу! Калевальцы в морском сражении разбивают войско старухи Ловхи. Противостояние двух стран - Калевалы и Похьелы - заканчивается полной победой Калевалы.

Так Лённрот подарил финнам древнюю историю, подарил славное героическое прошлое.

Мало того, сама эта древняя история преподана им как Священная история, ибо "Калевала" явно ориентирована на Ветхий и Новый Завет. В последней песне поэмы у девы Марьятты чудесно рождается младенец, которого при крещении нарекают "королем Карелии". Обиженный появлением такого "конкурента" Вяйнямёйнен - прежний глава народа Калевалы - навсегда уходит от людей. Вяйнямёйнен олицетворяет языческие "ветхие" времена, сын Марьятты - наступающие христианские.

"Калевала" Лённрота стоит в одном ряду с "Илиадой" Гомера, "Беовульфом", "Песней о Нибелунгах", "Старшей Эддой". Европейские нации формировались на основе того или иного эпоса. Финляндия не стала исключением, с той единственной разницей, что прошла она этот путь не в глубокой древности, как другие, а в позапрошлом веке.

Истоки рождения "Калевалы" следует искать в том кругу финских романтиков, в котором формировался юный Лённрот. Его жизнь - это тоже своего рода эпическая поэма, начиная с того момента, как движимый жаждой знаний деревенский юноша стал студентом Туркуского университета (небывалая по тем временам история). Финские романтики, чутко улавливая веяния немецкого романтизма, культивировали интерес к народному творчеству. Но если для дворянской интеллигенции народное творчество было, скорее, экзотикой, то для сына сельского портного Элиаса Лённрота оно было органически своим. И не зря впоследствии Лённрот, став знатоком материала, самого себя считал таким же рунопевцем, как и те, от кого он эти руны записывал.

Творческое дерзновение, незаурядный филологический и поэтический дар, а также поразительное трудолюбие помогали Лённроту создавать из чрезвычайно разнообразного материала, привозимого им из фольклорных экспедиций, единое целое. Внимательное чтение поэмы помогает увидеть тщательно продуманную концепцию. Так, например, Вяйнямёйнен казалось бы совершенно случайно находит в море необитаемый остров, который он решает благоустроить и сделать своей страной. Но вдруг, как бы вскользь, автор упоминает находящийся там колодец мифического первопредка Калевы. И это в корне меняет дело, потому что это уже не случайный остров, а обретенная родина предков.

В поэме несколько сюжетных линий и три главных героя - колдун и заклинатель Вяйнямёйнен, кузнец Илмаринен и беспечный искатель приключений Лемминкяйнен. Центральное событие - похищение ими у старухи Ловхи таинственного предмета - дарующей материальное изобилие чудо-мельницы сампо. Ловхи дает бой похитителям и терпит крах. Калевала Вяйнямёйнена берет верх над Похьелой Ловхи. И хотя сампо во время сражения падает в воду и разбивается, некоторые его обломки, прибитые к берегу, становятся залогом процветания Калевалы.

Первый вариант поэмы был издан в 1835-1836 годах. Второй - окончательный - в 1849 году. Лённроту было 47. Впереди ждали признание, почет и еще многие годы насыщенной, плодотворной жизни. Его "Калевала" появилась в исторически ответственный момент формирования нации, стала ответом на социальный заказ финского общества. Память о Лённроте сохраняется на родине прочно и многообразно. 28 февраля - день рождения "Калевалы" - государственный праздник. Однако, думается, лучший памятник Элиасу Лённроту - это само финское государство, в основе которого, в том числе, и его великая поэма.




© Алексей Ланцов, 2015-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2015-2026.

– Калевала –






НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Ирина Романец. Найди меня в подстрочниках... Миниатюры. [Увлечённые идеями, одни изобрели религию, другие – науку, третьи решили жить и умирать без помпы. Без величия и самооправдания...] Наталья Захарцева. Особенности жизни в Тартарарах. Стихи. [звучи, моя хорошая, звучи. от всех дверей находятся ключи, дороги длятся вопреки помехам. твоей душе не взять фальшивых нот, в ней только свет: ни...] Фёдор Назаров. Когда встают песочные часы. [Кто-то должен подняться, чтобы пойти не с теми, / Кто-то должен взвесить брошенные слова – / Я смотрю на тебя и во мне умирает время,...] Идёт по звёздной ниточке луна... Стихи табасаранских поэтов в переводах Миясат Муслимовой. [Стихи табасаранских поэтов Эльмиры Ашурбековой, Сунаханум Исаевой, Шамиля Казиева и Гаджимагомеда Гаджиева в переводах на русский язык.] Ингвар Коротков. Об "искпедиции" Винни Пуха и Кролика и очередном сборнике-антологии А.Ревякиной "Новый Блок". Статья. [Этот сборник будет пособием учителей на уроках патриотизма, в каждой школьной библиотеке, его будут цитировать, дети – читать стихи из этого сборника...] Наталия Черных. На взлете и потом (О книге Анны Горенко "Королевская шкура шмеля"). Рецензия. [Вокруг творчества Анны Горенко все стало слишком темно и туманно. Но выход нового сборника дает новую возможность как познакомиться со стихами и...] Айдар Сахибзадинов. Жданово-Эсперанто-Назарбаева. Рассказ. [Люди не понимают, что Жданов – это не человек. Жданово – это ветер в лицо и леденеют ресницы, когда летишь со ждановской горы на таратайке...] Татьяна Горохова. Ангел с маленькой буквы. Рассказ. [Дни проходили за днями, с ежедневными драмами, детей и своими внутренними, с неудовлетворённостью общей, касающейся только ее одинешеньку, так и не...] Лев Ревуцкий. По страницам "Мертвых Душ" или Смерть Ноздрёва. Рассказ. [В одном из многочисленных монастырей, разбросанных по Руси, мирно доживал свои дни в молитвах и трудах праведных пожилой монах...] Вера Поварницына. Словами проще. [В начале слова – трудный стыд, / едва ль колосс – лишь ость колосьев, / но – выживает, прёт, болит, / и вот уже – многоголосье...] Юрий Бородин. По ту сторону текста (Неореализм Сергея Катукова). Статья. [Говоря о явлении неординарном, исключительном и не только в литературе, важно понять, ЧТО из себя представляет данное исключение как "дерево целей",...] Олеся Сабанова. Пульсирующие стихи (О книге Бориса Кутенкова "Простите, Омаровна"). Рецензия. [Такое чтение требует от каждого не только навыка смотреть под прямым углом, но в каких-то случаях обращаться к периферийному или даже бинокулярному...]
Словесность