Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность




NN-NN-NN


Инструкция[на стр. 6]: если черный (равно еврейский) и большой адронный (равно ядрёный), то "еврейские дыры ядрёного" - это то же самое, что "черные дыры большого адронного" - того самого коллайдера, который предназначен для увеличения ускорения протонов (равно террористических актов) и прогресса тяжёлых ионов (или иносказательно - фашистских и мусульманских стран); [на стр. 66]: в связи с всемирно намечаемым экспериментом имеется теоретическая возможность появления в ускорителе микроскопических черных (равно еврейских) дыр и аннигиляционных процессов; [на стр. 666]: страпелька ("странная капелька") - объект! - как и любой статистически средний еврей, существующий только предположительно и, на самом деле, состоящий из "странной материи"; столкновение такой предположительности с неевреем вызывает немедленное объевреивание последнего, или иначе - превращение его, как такового, в странную материю; в результате во все стороны разлетаются все новые страпельки, что приводит к цепной реакции...



Прободение язвы осевого времени



Персонал техобслуживания состоял из страпелек (имел еврейские корни) - это, во-первых; и, во-вторых, главный оператор - нате вам! - ЛЕЙБ АБРАМ ИОСИФОВИЧ. Что с того? - законный вопрос, но лучше не спрашивайте, потому что, в итоге, представителями большой восьмерки было принято уникальное решение - перенести начало эксперимента на воскресенье. Не столько из уважения к страпелькам, сколько к тому, что Лейб приходил на работу с кипой на голове. Ученый такой величины - и - верующий! В субботу ни за что! - с этим надо считаться и настолько, чтобы не задавать лишних вопросов ни нашему второму Эйнштейну, ни первому из первых (если бы он был еще жив), потому что и он был такая же страпелька. Следовательно, принимайте абсурд таким, каков он есть, потому что если в нем хоть что-нибудь изменить, то никакое явление не сможет докатиться до своей крайности и жизнь перестанет быть неповторимо интересной.

За полчаса до начала эксперимента обслуживающий персонал распределился по окружности ускорителя в точках конструктивно наиболее опасных. Предупредительно замигала сигнальная лампочка боевой готовности и Лейб, прикоснувшись ладонями к седеющим вискам и помолившись, решительно закрыл за собой дверь операторной. Когда он садился за пульт, на пяти телеэкранах экспериментальной лаборатории еще отражались его шевелящиеся губы. В коридорах коллайдерного института воцарилась гробовая тишина. И наступил исторический момент при том, что исчезновение осознающих и любой другой живности исключило и понимание истории и всякие события - протекавшие, текущие и еще не наступившие - то есть, исчезло не только понимание времени, но и само время, потому что после получасового отсчета от того рокового мгновения, когда Абрам Иосифович нажал на кнопку пуска и поэтапного разгона микрочастиц до экстремально предусмотренной величины, обычные очертания бетонированных стен, пульта управления и сидящего оператора стали искажаться, вытягиваться, изгибаться, блекнуть и неожиданно исчезли, словно никогда до этого не существовали. На земле не осталось ни одного человека, могущего объяснить необратимые изменения - аннигиляцию и положительного и отрицательного - всего того, что было создано и выстрадано в борьбе за существование. Исчезло и само понимание любой возможной и невозможной экзистенции. Некому на земле стало осознавать, а значит и философствовать, ибо с образованием в момент экстремума микроскопических черных дыр вся поверхность земного шара была поглощена и превратилась в абсолютное ничто - в исчезновение без следа и следствия, начиная от верхних слоев атмосферы до километровой глубины твердых грунтов и водяной массы.



Хорошо известно, что для проявления сознания нужен диалог. Если общаться не с кем, то единственно доступная форма общения - ты сам! И поскольку в существовании Бога мы нисколько не сомневаемся, то само собой разумеется, что с момента исчезновения человечества беседовать Он мог только с Самим Собой и ничего, даже самое малое, не выпадало из многообразных углов его эзотерического зрения. А рассуждал Он, глядя на эту космически весьма мелкую катастрофу вот о чем:

"Слава Мне - Вседержителю! Исчезли и согласные со Мной, и супротивцы Мои, и молящиеся Мне, и проклинающие Меня. И где же оно теперь - осевое время? И, вообще - куда оно подевалось? Свернутым оказалось и пространство, а это означает, что в черной дыре система координат отсутствует. Прощайте Сократы, Платоны, Канты, Гегели и Ясперсы. Прощайте язычество, иудаизм, христианство, мусульманство и его носители. Прощай антисемитизм! Прощайте террор, войны и, рассчитанная на толпу, иллюзия мирного сосуществования! Разве могли они, несчастные, знать, что при многократном увеличении скорости микрочастиц одна страпелька обретает критическую массу и вся цивилизация тут же взрывается, уподобившись огромной атомной бомбе".



ВОТ ТАК N-ГО ЧИСЛА N-ГО МЕСЯЦА N-ГО ГОДА НАСТУПИЛ ПЕРВЫЙ ДЕНЬ ОБЕЗЛЮЖЕННОГО ЛЕТОИСЧИСЛЕНИЯ.




© Александр М. Кобринский, 2008-2017.
© Сетевая Словесность, 2008-2017.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Сергей Сутулов-Катеринич: Наташкина серёжка (Невероятная, но правдивая история Любви земной и небесной) [Жизнь теперь, после твоего ухода, и не жизнь вовсе, а затянувшееся послесловие к Любви. Мне уготована участь пересказать предисловие, точнее аж три предисловия...] Алексей Смирнов: Рассказы [Игорю Павловичу не исполнилось и пятидесяти, но он уже был белый, как лунь. Стригся коротко, без малого под ноль, обнажая багровый шрам на левом виске...] Нина Сергеева: Точка возвращения [У неё есть манера: послать всё в свободный полёт. / Никого не стесняться, танцуя на улице утром. / Где не надо, на принцип идти, где опасно - на взлёт...] Мохсин Хамид. Выход: Запад [Мохсин Хамид (Mohsin Hamid) - пакистанский писатель. Его романы дважды были номинированы на Букеровскую премию, собрали более двадцати пяти наград и переведены...] Владимир Алейников: Меж озарений и невзгод [О двух выдающихся художниках - Владимире Яковлеве (1934-1998) и Игоре Ворошилове (1939-1989).] Владислав Пеньков: Эллада, Таласса, Эгейя [Жизнь прекрасна, как невеста / в подвенечном платье белом. / А чему есть в жизни место - / да кому какое дело!]
Словесность