Словесность

[ Оглавление ]




КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность




Стихотворения




Boo, Forever

Spinning like a ghost
on the bottom of a
top,
I'm haunted by all
the space that I
will live without
you.
     

Обречен

Призраком кружить
у подножия
горы,
мотая свой срок,
который
мне жить
без тебя.


Just Because

Just because
people love your mind,
doesn't mean they
have to have
your body,
too.
     

Если просто

Если просто
любят твой ум,
это не значит,
что тело
твое примут
тоже.


Winter Sunset

A slash of scarlet
On the black hair
Of a wounded bear.
     

Зимний закат

Алая прорезь
По черной шерсти
Раненого медведя.


The Second Kingdom

In the first kingdom
of the stars,
everything is always
half-beautiful.

Your fingernails
are angels
sleeping after
a long night
of making love.

The sound of
your eyes: snow
coming down
the stairs
of the wind.

Your hair
is the color
of God picking
flowers.

In the second
kingdom of the stars
there is only

you
     

Второе царство

В первом звездном
царстве
всё прекрасно
наполовину.
 
Ноготки твои -
это ангелы,
спящие после
долгой ночи
любви.
 
Глаз твоих
трепет - снег,
по ступенькам
ветра
сбегающий.
 
Твои волосы
так блестят,
словно Бог
срывает цветы.
 
Во втором
звездном царстве
есть только
 
ты


The Ageless Ones

Dewdust
Covering flower shadows

The dawn
And its prolific promises

The sea
Dancing to the music
Of the moon.
     

Вне времени

Роса
Покрывает цветочные тени.
 
Заря
На посулы щедра.
 
Море
Танцует под лунную
Музыку.


First Star on the Twilight River

A river of twilight
Flowed over the hills
And covered the valley
With its soft, cool water.
I sat beside my little brother
On the front porch, and I
Told him a story about
A flower that fell
In love with a star.
When I finished the story,
My little brother pointed
At the first star
On the twilight river,
And he said,
"Is dat da star?"
     

Первая звезда на сумеречной реке

Сумеречная река
Над холмами текла
И наполняла долину
Нежной прохладной влагой.
Я с маленьким братом сидел
На переднем крыльце и
Рассказывал сказку о том,
Как цветок
Полюбил звезду.
Когда я закончил сказку,
Брат мой приметил
Первую звездочку
На сумеречной реке
И спросил:
"Вот эту звезду?"


The Mortuary Bush

Mr. William Lewis is an undertaker
and he hasn't been feeling very good
lately because not enough people are
dying.

Mr. Lewis is buying a new house
and a new car and many appliances
on the installment plan and he needs
all the money he can get.

Mr. Lewis has headaches and can't
sleep at night and his wife says,
"Bill, what's wrong?" and he says,
"Oh, nothing, honey, " but at night
he can't sleep.

He lies awake in bed and wishes
that more people would die.
     

Похоронные кущи

Мистер Вильям Льюис - гробовщик,
и ему нездоровится нынче,
ведь люди стали реже
умирать.
 
Мистер Льюис покупает новый дом,
и новую машину, и кучу техники
в рассрочку, так что деньги ему
нужны позарез.
 
Мистер Льюис страдает мигренью, а ночью
не может заснуть, и жена говорит:
"Билл, что стряслось?" - а он отвечает:
"Да так, ничего, родная" - но всю ночь
не смыкает глаз.
 
Он в кровати лежит и жаждет,
чтобы умерло больше людей.


Gifts

At dawn when the dew has built its tents
on the grass, will you come to my grave
and sprinkle bread crumbs
from an enchanted kitchen?

Will you remember me down there
with my eyes shattered
and my ears broken
and my tongue turned to shadows?

Will you remember that I went to the graves
of many people and always knew I was buried
there?

And afterwards as I walked home to where
it was warm, I did not kid myself about
a God-damn thing.

Will you remember that one day
I went to your grave and you had been dead
for many years, and no one thought
about you any more,
except me?

Will you remember that we are fragile gifts
from a star, and we break?

Will you remember that we are pain
waiting to scream, holes
waiting to be dug, and
tears waiting to
fall?

* * *

And will you remember that after you have gone
from my grave, birds will come
and eat the bread?
     

Дары

Поутру, когда разобьет роса на лугу
шатры, придешь ли к моей могиле
хлебные крошки рассыпать
из очарованной кухни?

Вспомнишь ли меня там,
где глаза мои вдребезги,
уши всмятку
и высох язык?

Вспомнишь ли, как ходил я к могилам
многих людей и твердо знал, что сам погребен
там?

А потом, шагая домой, туда,
где тепло, не забивал себе голову
богомерзкой штукой.

Вспомнишь ли, как однажды
пришел на твою могилу, а ты умерла
много лет назад, и не думал никто
о тебе давно -
только я?

Вспомнишь ли, что мы - хрупкие дары
от звезды - и на слом?

Вспомнишь ли, что мы - боль
на грани крика, ямы
под лопатой,
слезинки, готовые
упасть?

* * *

И вспомнишь ли, что едва отойдешь
от моей могилы, слетятся птицы
и склюют весь хлеб?


Twelve Roman Soldiers
and an Oatmeal Cookie

     While they talked
the seven-year-old girl listened quietly
and her eyes were like mice hiding
in the hay. The twelve Roman soldiers
stared at her naked body. Each one of them
had a long silver spear and it shone brightly
in the moonlight. The Roman soldiers stood
in a circle around the girl with their spears
pointed towards her. Then one of them stabbed
his silver spear in the ground and he came
slowly to the girl and he touched her with all
his body. Then the other soldiers came and
the girl did not cry. Afterwards as she walked
home she could hear a nightingale singing but
she did not know where. It seemed all around her.
When she got home her mother kissed her on the
cheek and gave her an oatmeal cookie from a
blue jar and while the girl ate the cookie
her mother told how strange and beautiful
the world was.
     

Двенадцать римских воинов
и овсяное печенье

     Пока они говорили,
семилетняя девочка слушала тихо,
а глаза ее были похожи на мышек, прячущихся
в стогу. Двенадцать римских воинов
глядели на голое тело. У каждого было
длинное серебряное копье, блестящее
в лунном свете. Римские воины стояли
кольцом вокруг девочки, и копья их были направлены
на нее. Затем один воин вонзил
серебряное копье в землю, медленно
подошел к девочке и налег на нее всем
своим телом. Следом подходили другие,
и девочка не плакала. Потом, по дороге
домой, она слышала, как поет соловей, но
не знала, где. Казалось, со всех сторон.
Когда она пришла домой, мать поцеловала ее
в щеку и дала овсяного печенья из
синей хлебницы, и пока девочка ела печенье,
мать ей рассказывала, как удивителен и прекрасен
мир.


The Final Ride

The act of dying
is like hitch-hiking
into a strange town
late at night
where it is cold
and raining,
and you are alone
again.

Suddenly
all the street lamps
go out
and everything
becomes dark,
so dark
that even the buildings
are afraid
of one another.
     

Последняя поездка

Умирать -
это как автостопом
приехать ночью
в незнакомый город,
где холодно,
льет дождь,
и ты опять
один.
 
Внезапно
все фонари на улице
гаснут,
и наступает
кромешный мрак,
такой,
что даже здания
боятся
друг друга.


Psalm

A farmer
in Eastern
Oregon saw
Jesus in
a chicken
house.
Jesus was
standing
there,
holding
a basket
of eggs.
Jesus said,
"I'm
hungry."
The farmer
never
told what
he saw
to anyone.
     

Псалом

Фермер
на востоке
Орегона видел
Иисуса
у себя
в курятнике.
Иисус
стоял
там
с корзиной
яиц
в руках.
Иисус говорил:

голоден".
О своем видении
фермер
никогда
никому
не рассказывал.


The American Submarine

"... I became aware of a loud
and gradually increasing sound,
like the moaning of a vast herd of buffaloes
upon an American prairie..."
-Edgar Allan Poe


Edgar Allan Poe
was an American submarine,

sailing beneath a herd of buffaloes,
he torpedoed a maelstrom,

it sank slowly
into a drop of our past,

and the buffaloes did not hear a sound,
they continued grazing peacefully

in Nebraska.
     

Американская субмарина

"... Я осознал громкий
и постепенно нарастающий звук,
словно стон огромного стада буйволов
на американской прерии..."

-Эдгар Аллан По
 
Эдгар Аллан По
был американской субмариной,
 
проплывая под стадом буйволов,
он торпедировал вихрь,
 
и тот медленно погрузился
в капельку нашего прошлого,
 
а буйволы не услышали звука,
они продолжали мирно пастись
 
в Небраске.


Rainy Gary Snyder
Poetry Reading Night

               For Albert and Jay

     Gee,
a great beautiful poetry tower!
with lights and pictures coming from it
     right in the middle
     of the Fillmore Auditorium,
and Gary Snyder sitting on the stage floor
reading Mountains and Rivers without End
and the lights and pictures flashing
     behind him on the wall.

He reads dramatically for almost two hours
the precise things of a man's life:
thousands of experiences speeded
     up to no fucking around.

There is a candle burning beside him
and the Fillmore is filled with flowers
     and oranges.

It is raining very hard outside.
Sometimes the sound of the rain
bumps up against the distant edges
     of his voice.

After the reading friends stay
and majestically clean up the Fillmore.
There is the putting away of chairs
and sweeping of the floor.

Lew Welch goes out and gets a bottle
     of vodka
and pours it into our coffee,
so now we're drinking
     Russian coffee.

I walk home alone up Geary Street in the rain.
Water pours down the pillar
     of a pedestrian overpass.
It looks like a small waterfall
     and pleases me.
I feel relaxed and see a flat
dead pigeon forming a peninsula
     in the rain-driven gutter.

The bird has been freshly run over
and its guts look like canned vegetables
     but it doesn't bother me.

I end up here in my house on Geary
lying in bed with incense burning
     on the dresser,
listening to the wet // slash of car tires
     on the street,
and thinking about the poetry tower
with lights and pictures
     coming from it.

          San Francisco
          March 16, 1967

     

Дождливым вечером
стихи читает Гэри Снайдер

               Альберту и Джею
 
     Вот
вершина прекрасной поэзии!
сходят с нее огни и картины
     прямо посреди
     Аудитории Филлмора,
а на сцене сидит на полу Гэри Снайдер,
читая Бескрайние горы и реки,
а огни и картины сверкают
     за ним на стене.

Напряженно читает почти два часа
всю правду о человеческой жизни:
тысячи переживаний раскручены
     без понтов.

С ним рядом горит свеча,
и наполнен весь Филлмор цветами
     и апельсинами.

На улице как из ведра.
Временами дождевые звуки
рвутся в голос его
     по кромке.

После чтения остаются друзья
и гордо расчищают Филлмор.
Убираются стулья,
подметается пол.

Лью Уэлч бежит за бутылкой
     водки
и льет нам прямо в кофе,
так что пьем теперь
     кофе по-русски.

Домой по Гири-стрит иду один под ливнем.
Стекает вода по опоре
     пешеходного моста.
Как маленький водопад -
     приятно.
Безмятежно гляжу, как лежащий плашмя
мертвый голубь образует полуостров
     в дождем пробитой борозде.

Птицу только что задавили,
и похожи ее кишки на овощные консервы,
     но мне до фонаря.

Вот прихожу к себе на Гири,
ложусь в кровать, и горит аромат
     на комоде,
слушаю влажный шелест шин
     по мостовой
и вспоминаю вершину поэзии
с огнями и картинами,
     сходящими с нее.

          Сан-Франциско
          16 марта 1967 г.



Color as Beginning

Forget love
I want to die
in your yellow
     hair.
     

Цвет как начало

Побоку любовь -
лишь бы умереть
в желтых твоих
волосах.


The Wait

It seemed
like years
before
I picked
a bouquet
of kisses
off her mouth
and put them
into a dawn-colored vase
in
my
heart.

But
the wait
was worth it.

Because
I
was
in love.
     

Ожидание

Как будто
много лет
спустя
сорвал
букет
поцелуев
с губ ее
и поставил
в вазу цвета зари
что
в
груди.

Но
не зря
так ждал я.

Ведь
я
ее
любил.


Romeo and Juliet

If you will die for me,
I will die for you
and our graves will
be like two lovers washing
their clothes together
in a Laundromat.

If you will bring the soap,
I will bring the bleach.
     

Ромео и Джульетта

Если умрешь за меня,
то и я за тебя умру,
и будут две могилы как парочка,
стирающая вместе
в ландромате.

Если возьмешь порошок,
я отбеливатель принесу.


30 Cents, Two Transfers, Love

Thinking hard about you
I got onto the bus
and paid 30 cents car fare
and asked the driver for
     two transfers
before discovering that I
     was alone.
     

30 центов, два билета, любовь

Думая лишь о тебе,
сел в автобус,
30 центов отдал за проезд,
попросил два билета,
но вдруг обнаружил,
что еду
один.


Xerox Candy Bar

     Ah,
you're just a copy
of all the candy bars
I've ever eaten.
     

Ксероконфетка

     Да ты
лишь копия
всех тех конфет,
что в жизни съел.


Love Poem

     It's so nice
to wake up in the morning
     all alone
and not have to tell somebody
     you love them
when you don't love them
     any more.
     

О любви

     Приятно
просыпаться утром
     одному:
не надо никому твердить,
     что любишь,
когда на самом деле
     всё прошло.


I Live in the Twentieth Century

                     For Marcia

I live in the Twentieth Century
and you lie here beside me. You
were unhappy when you fell asleep.
There was nothing I could do about
it. I felt helpless. Your face
is so beautiful that I cannot stop
to describe it, and there's nothing
I can do to make you happy while
     you sleep.
     

Живу в Двадцатом Веке

                          Марше

Живу в Двадцатом Веке,
а ты лежишь со мной рядом. Ты
несчастной была, засыпая.
С этим справиться я не мог.
Безнадежно. Твое лицо
так прекрасно, что не хватит слов
рассказать о нем, и никак
не сделать тебя счастливой
     во сне.


To England

There are no postage stamps that send letters
back to England three centuries ago,
no postage stamps that make letters
travel back until the grave hasn't been dug yet,
and John Donne stands looking out the window,
it is just beginning to rain this April morning,
and the birds are falling into the trees
like chess pieces into an unplayed game,
and John Donne sees the postman coming up the street,
the postman walks very carefully because his cane
is made of glass.
     

В Англию

Нет таких почтовых марок, чтобы слать письма
в Англию на триста лет назад,
нет марок таких, чтобы письма успели
дойти туда, пока еще не вырыта могила,
и Джон Донн стоит и смотрит в окно,
лишь начинается дождь в это апрельское утро,
и на деревья падают птицы,
как пешки в несыгранной партии,
и Джон Донн видит, как почтальон идет по улице,
ступая очень осторожно, потому что его трость
сделана из стекла.


A Postcard from the Bridge

The autumn river
is cold and clear
and fish hang
in the deep water,
loving neither dreams
nor reality.

The fish hang
in the deep water
and turn slowly
like the pages
in an old book
of photographs.
     

Открытка с моста

Осенняя река
чиста и холодна,
а рыбы зависают
в глубине
и не любят ни снов,
ни яви.
 
Зависают рыбы
в речной глубине
и медленно переворачиваются,
как страницы
в старом альбоме
с фотографиями.


Swandragons

Sometimes a man is the enemy
     of his own dreams.
He is the knight the queen hates.
The queen is beautiful
and the knight is beautiful.
But the queen is married to an old king
and the young knight is religious.
He will not walk with the queen
through the royal gardens.
He will not smile at the queen.
He will not go up to her tower.
The queen hates him and she plots his death
even now as he lies asleep dreaming
of swandragons,
dreaming of God in the
sword.
     

Драконы-лебеди

Порой человек бывает врагом
     собственных грез.
Он рыцарь, ненавистный королеве.
Королева прекрасна,
и рыцарь прекрасен.
Но замужем она за старым королем,
а юный рыцарь набожен.
Он не станет гулять с королевой
по дворцовым садам.
Не улыбнется королеве.
Не поднимется в башню к ней.
Королева его ненавидит и хочет убить -
даже сейчас, когда ему снятся
драконы-лебеди
и живущий в его шпаге
Бог.


The Sitting Here, Standing Here Poem

Ah,
sitting here in the beautiful sunny morning!
   Santa Barbara, listening to
     Donovan singing songs
       about love, the wind and seagulls.

I'm 32 but feel just like a child
I guess I'm too old now to grow old
     Good!

I'm alone in the house because she's asleep
     in the bedroom.

She's a tall slender girl
     and uses up the whole bed!

My sperm is singing its way
through the sky of her body
     like a chorus of galaxies.

I go into the bedroom to look at her.
I'm looking down at her. She's asleep.
I'm standing here writing this.
     

Вот сижу, вот стою

Да,
вот сижу замечательным солнечным утром!
   Санта-Барбара, слушаю, как
     Донован песни поет
       о любви, ветре и чайках.
 
Мне 32, но себя ощущаю ребенком.
Наверно, уже слишком стар, чтобы стареть.
     Блеск!
 
Я в доме один, потому что она лежит
     в спальне.
 
Она высокая стройная девчонка
     и занимает целую кровать!
 
Мое семя поет по пути
сквозь ее небесное тело,
     словно хор галактик.
 
В спальню иду на нее взглянуть.
Сверху смотрю на нее. Спит.
Вот стою и об этом пишу.


Somehow We Live and Die Again

Somehow we live and die again,
I wonder why to me it just seems
     another beginning.
Everything leads to something else, so
     I think I'll start
          over again.
Maybe I'll learn something new
Maybe I won't
Maybe it will just be the same
     beginning again
Time goes fast
     for no reason
Because it all starts
     over again
I'm not going anyplace
except where I've
     been before.
     

Как-то живем и опять умираем

Как бы живем и опять умираем.
Странно, мне это кажется лишь
     очередным началом.
Из одного всегда следует что-то другое, вот
     и думаю: начну
          опять с нуля.
Может, новое нечто узнаю.
Может, и нет.
Может, будет всё то же самое,
     вновь сначала.
Время быстро бежит
     без причины,
Потому что всё начинается
     заново.
И приду только туда,
где прежде
     уже был.




© Владимир Бойко, перевод, 2008-2016.
© Сетевая Словесность, 2008-2016.





 
 

Обогащенная опытом методика преподавания английского для наших студентов

english-land.ru

ОБЪЯВЛЕНИЯ

НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Владислав Кураш: Айда в Америку: и Навеки с Парижем: Рассказы [Париж большой, места всем хватит. Кто работать не хочет, тот бухает и попрошайничает, нелегалы на стройках вкалывают, беженцы воруют, а девочки на панели...] Иван Стариков: Послание с другого берега (О книге Яна Каплинского "Белые бабочки ночи" - Таллинн: Kite, 2014) [Поэт касается неосязаемого и улавливает вневременное, делая это своим особым и малопривычным для русскоязычного читателя способом...] Владислав Пеньков: Снежный век [Даже если смысла в этом нет, / музыка присутствует и плачет. / И плывёт её закатный свет / над твоей вселенской неудачей.] Мария Закрученко: Чувство соприсутствия (О книге: Уйти. Остаться. Жить. Антология литературных чтений "Они ушли. Они остались" (2012 – 2016). Сост. Б.О. Кутенков, Е.В. Семёнова, И.Б. Медведева, В.В. Коркунов. – М.: ЛитГост, 2016) [Почему всегда так интересует история умершего человека? Ушедшие манят к себе странной тайной, в которой постыдно признаться: как, зачем, и... что там...] Алексей Ланцов: Сейм в Порвоо, или как присоединяли Финляндию к России ["Намерение мое при устройстве Финляндии состояло в том, чтобы дать народу сему бытие политическое, чтобы он считался не порабощенным России, но привязанным...]
Словесность