|
Словесность: Переводы: Шарль Бодлер: Стихотворения в прозе
Предисловие переводчика
Жанр стихотворения в прозе является нетипичным для русской литературы. За исключением знаменитых тургеневских "Стихотворений в прозе" во всей отечественной классике так и не появилось более или менее удачных попыток "адаптировать" этот жанр для русского языка.
Переводить стихотворения в прозе совсем не так просто, как может показаться. Если при переводе стихов буквального воспроизведения каждой фразы от переводчика не требуется и он, таким образом, может дать волю фантазии, то стихи в прозе требуют не только абсолютно точной передачи мысли автора, но точного перевода конкретных слов и фраз - в том же самом порядке, в определенном ритме. Но это не просто ритмическая проза. Здесь необходим также и поэтический элемент, отражающий душевное состояние лирического героя. Тем более, что бодлеровский лирический герой - особенный. От его чувствительности и сентиментальности всего один шаг до скептицизма, злой иронии, ненависти ко всему миру. Воспроизвести эти перепады настроения и всю личность в целом - задача не из легких.
Основной причиной, побудившей меня взяться за бодлеровские "Стихотворения в прозе" (или, как еще называют этот сборник, "Парижский сплин"), явилось именно отсутствие вплоть до настоящего времени сколько-нибудь их удачного их перевода на русский язык. Существуют удачные переводы отдельных стихотворений, но полностью практически во всех изданиях они приводятся в переводах Эллиса (Кобылинского), сделанных еще в начале века. Пожалуй, эти переводы - едва ли не самое восхитительное сборище всевозможных "ляпов", которое можно сравнить разве только с некоторыми переводами современной американской фантастики. Не говоря уже о чисто смысловых неточностях, здесь сплошь и рядом встречаются "кальки", совершенно не сообразующиеся друг с другом предметы и эпитеты к ним, режущие ухо звукосочетания. Ритмика хромая и дерганая; отдельные пассажи убивают нелепыми нагромождениями слов. Не могу удержаться, чтобы не привести наиболее вопиющие нелепицы (курсив везде мой. - Т.И.):
Старушка подошла к младенцу, "заигрывая с ним и строя ему ласковые лица."
"Энергия страстного наслаждения создает мучительное беспокойство и положительное страдание."
"Наконец-то один! Доносится только грохотание запоздалых и измученных извозчиков."
"Дыхание надменной добродетели веяло от всей ее личности."
"... когда склоняюсь к прекрасной Фелине... гордости моего сердца и благовонию моего ума..."
"Лицо первого Сатаны было неопределенного пола."
"Сто раз уже вылетало солнце из этого необъятного водоема моря..."
"А между тем это была земля с ее шумами, ее страстями, ее удобствами..."
"...эта чудотворная девушка была слишком прекрасна, чтобы долго жить..."
"... пьяное солнце растянулось там во всю длину..."
И так далее. Все эти примеры взяты почти наугад.
Подобные переводы, расходящиеся многотысячными тиражами, могут дать весьма странное представление об одной из жемчужин французской классики.
Хочется верить, что переводы, предлагаемые здесь вашему вниманию, более точно отражают загадочную натуру бодлеровского лирического героя и всю таинственную, болезненную атмосферу "Le spleen de Paris".
© Татьяна Источникова, 1999-2012.
© Сетевая Словесность, 1999-2012.
НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" Раиса Шиллимат: Одна история - война одна [Курс на войну был взят, конечно же, не 22 июня 1941 года, и даже не 1 сентября 1939 года, а гораздо раньше. Это произошло почти одновременно в обеих странах...] Варвара Смолина: Нерадужная форель [Никто не мог заподозрить Аркадия Марковича в том, что его может посетить дама без особой причины и по доброй воле...] Никита Янев: Адреналин [Открывается портал, встаёшь на огонь и идёшь по своей ладони на ту сторону света...] Вячеслав Баширов: Бормотание [Ко мне удушливый кошмар привязан будто водолаз / он головой засунут в шар он от удушья пучеглаз / глаза он выкатил со дна глотая воздух шаровой / ...] Алиса Касиляускайте: Побег [Где по улочкам / Бродит моя беда / В свежесшитом саване / Из стыда...] Александр Белых: Соблазнение Ницше [Ницше: Я беззаконная монада, я беззаконная монада. Друзья, открою душу вам вполне: если бы был Бог, то как я мог бы допустить, что я не Бог? Итак, Бога...] Анатолий Николин: Рассказы [Неизменным остается только одно - память. И то, если к ней особенно не присматриваться и не прислушиваться. Потому что вместо подлинности она обязательно...] Илья Криштул: Четыре рассказа [А они дальше спрашивают: "Если б выборы были сегодня, за кого бы вы голосовали?" Милые мои, я уже пятьдесят лет голосую только за себя!..] Тимофей Маляренко: Шнобелевская премия [Через два дня в главной газете города на первой странице вышла статья, рассказывающая о том, как желания изобретателя стремятся разрушить сложившийся...] Таня Скарынкина: Ворошить голубую траву [Река не принимает перебежчиков / не останавливается и не меняется / малютка сидит над рекой и внимательно старится / а иные постояльцы головогостиницы...] Читайте также: Павел Брычков: Знакомый незнакомец или В поисках героя | Андрей Бычков: Светозарное | Из австрийской поэзии | Артем Лесов: Хорошие дни | Наталья Прохладова-Темносветова: Стихотворения | Александр Хургин: Про фашистов и людей | Екатерина Васильева-Островская: Невидимый | Александр Габриэль: Транзит | Михаил Дынкин: Стихотворения | Ростислав Клубков: Мозговая кость | Таня Нефедова: Рафинад | Сергей Сутулов-Катеринич: Небо в разную погоду | Эдуард Учаров: Спас ибо | Юрий Хвалев: Череп Ерофеева | Елена Георгиевская: Зрение и Бетономешалка
