Словесность

[ Оглавление ]




КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность



ТАМ,  ГДЕ  КОНЧАЮТСЯ  ДОРОГИ




      * * *

      День гибнет в лучах золотистой зари,
      и вечер из тени выходит наружу.
      Затеплились окна, зажглись фонари,
      их свет отражают ноябрьские лужи.
      По улицам льются потоки огней,
      горят светофоры, сверкают витрины,
      Москва словно ёлка горит, а над ней
      горят облаков тёмно-красные спины.
      Звёзд нет. Разве только лишь звёзды Кремля,
      да звёздная пыль небоскрёбов и башен.
      Под мокрым асфальтом укрылась земля,
      забывшая запахи леса и пашен.
      Москва! Твои окна не спят никогда,
      свой шум ни на миг не приглушат машины,
      куда-то летят и летят поезда,
      торопятся женщины, с ними мужчины...
      Недремлющий город безумных страстей!
      Ты весь посерел от ночного разврата.
      Так много повсюду машин и людей!
      Нет, всё же, пожалуй, людей - маловато.
      В светящихся клетках за толстым стеклом
      мы режем в тоске свои души и вены.
      И город, который нам с детства знаком,
      уходит от нас сквозь бетонные стены.

      _^_




      ЕДИНОБОРСТВО

      Я помню лес под градом молний,
      ветхозаветным духом полный,
      когда один, совсем один,
      я брёл среди сосновых башен,
      и лес вокруг был дик и страшен
      в сиянии огненных купин.

      Я помню сильный шторм на Волге,
      немыслимо, безумно долгий,
      свинцовых волн крутые лбы,
      мы на своей убогой яхте
      всю ночь стоявшие на вахте
      изнемогали от борьбы.

      В такие дни, в такие ночи
      уже не отделяешь точно
      былое от небытия
      и под горящим в небе знаком
      вдруг ощущаешь Исааком
      такого слабого себя.

      Под гнётом силы невозможной
      вибрируешь предсмертной дрожью,
      а где-то в тишине ночной
      прекрасный ангел, вечно юный,
      перебирает нас, как струны,
      своей бестрепетной рукой.

      Идёт война, гремят сраженья,
      бросают беженцы селенья,
      повсюду слёзы, мор и глад.
      Летают ангеловы руки,
      и к небесам несутся звуки
      его божественных сонат.

      _^_




      * * *

      Там, где кончаются дороги, где в небо смотрят берега,
      пасут уволенные боги золоторогие стада.
      Они владели Ойкуменой (владеть Вселенною легко ль?),
      но постарели постепенно и удалились на покой.
      Прикуривая папиросы от метеоров и комет,
      они поглядывают косо на их не оценивший свет.
      И вдаль бредут Чумацким Шляхом, и гонят тучные стада
      туда, где с молодым размахом горит сверхновая звезда.

      _^_




      БАБОЧКИ

      Бабочки-шметерлинки
      солнечные пылинки
      словно с цветной картинки
      вьются здесь у реки
      бабочки-голубинки
      бабочки-серебринки
      бабочки-золотинки
      лёгкие мотыльки

      Жаром нас обдавая
      лета костёр сгорает
      и шметерлнков стаи -
      пепел того костра
      ветер их вдаль уносит
      скоро настанет осень
      нас ни о чём не спросит
      просто шепнёт: Пора!

      И под свинцовой тучей
      под шепоток паучий
      чтоб никого не мучить
      мы совершим побег
      в край, где почти слепая
      куколку расплетая
      выйдет на свет святая
      бабочка-человек

      _^_




      ОБЛАКО

      Вот облако расслабленно парит.
      Его гора над городом горит,
      в косых лучах заката пламенея,
      и, отражаясь в парковом пруду,
      плывёт за мной, а я куда иду?
      Не знаю сам - но облаку виднее.

      А я иду, куда ведут глаза.
      Они меня ведут куда-то за
      невидимый рубеж на небосводе.
      И облако поверх него плывёт,
      как будто белоснежный пароход,
      а может, айсберг или что-то вроде.

      _^_



© Андрей Баранов, 2014-2016.
© Сетевая Словесность, публикация, 2014-2016.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Константин Стешик: Рассказы [Умоляю вас, никогда не забывайте закрывать входную дверь в квартиру! Слышите? Никогда! Я знаю, о чём говорю, потому что это именно я тот, кто однажды...] Семён Каминский: Пицца-гёрл [Сначала вместе с негромкой музыкой появлялась она - в чёрном трико, очаровательная, тоненькая, с большими накладными ресницами...] Борис Кутенков: На критическом ипподроме [Полемика со статьей Инны Булкиной "Критика.ru" ("Знамя", 2016, N5) о состоянии жанра литературной критики в настоящее время.] Владимир Алейников: Лето 65 [Собиратели пляшут калеча / кругозор предназначен другим / нас волнует значение речи / и торжественный паводок зим] Алексей Морозов (1973-2005): Стихотворения [Не покидая некоторых мест, / кормиться тем, что вьюга не доест. / Сидеть в кустах, которыми она кустится. / И оборвать её цветок. / И отнести...] Айдар Сахибзадинов: Три рассказа [Конечно, расскажи я об этом в обществе, надо мной посмеются. Есть у меня странности, от которых не могу избавиться. Это, наверное, душа болит и получается...] Владимир Гольдштейн: Душевная история [Неужели в аду есть дурдом?! Или в раю?.. У Моуди об этом ничего нет... Не-а, наверное, это я сама тронулась... От пережитого...] Максим Алпатов: Мгновения едкий свист (О книге Александра Бугрова "Стихотворения") [Пока поэт не прищурится, музыки не будет. Его задача - сфокусировать оптику на неслышимых, неосязаемых явлениях и буквально заставить их существовать...] Любовь Колесник: Тебе не может больно быть. Ты слово... [Проходя по земле, каблуками целуя асфальт, / из которого лезет случайно посеянный тополь, / понимаю - мне не о ком плакать и некого звать / на отдельно...] Андрей Баранов: Тринадцать стихотворений [Здесь жизни прожитой страницы. / Когда-то думалось - сгодится / всё это, как крыло для птицы, / но не сгодилось никуда...]
Словесность