Словесность

[ Оглавление ]




КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность



ЛИСТОК  УБЫТИЯ


 



      ВОТ  ВОЗДУХ,  ЕЩЕ  НЕЛИСТАННЫЙ...

      Вот воздух, еще нелистанный, -
      То черен, то нежно-бел.
      И ветер с последней пристани
      Еще пока не у дел.
      Опять поплывешь на ялике,
      Мерцающем, как река,
      И смерть еще не предъявлена,
      Еще на вырост пока...

      _^_




      ВЕТКИ  И  ОБЛАКА...

      Ветки и облака
      Машут изглубока:
      Из кистеперой зги
      Тихо идут круги.
      Кто-то натянет лук:
      Вскроют Бирнамский лес
      Артезианский звук,
      Аортианский всплеск.
      ...Что ж ты меня зовешь,
      Властно и невтерпеж,
      Всхолмье мое, трава...
      Дельфы ли, острова...
      Тенью на волоске,
      Облаком по тоске,
      Веткою по лицу,
      Может, и полечу -
      Дальше летучих рыб
      Ласточки, глухаря:
      За роковой изгиб
      Жизни и словаря.

      _^_




      ИДЯ  ОТ  ПСАЛМА  ДО  ПСАЛМА

      1

      Зензубель в папиных руках,
      Как птичка на семи ветрах, -
      Как зяблик-зимородок.
      Там, где трава бежала вдаль,
      Уже настругана печаль
      До шелковистых кромок.

      Такое русское словцо -
      В нем жизнь с собой заподлицо.
      Звени, звени, зензубель.
      ...По тишине и по словам
      Жизнь раскатилась, по углам,
      Как пригоршня изюмин.

      Где громоздился мой миракль,
      Теперь качается корабль,
      Верней, ладья без весел.
      И все видней она, видней
      На кромке восходящих дней,
      На стыке снов и весен.

      Свистулькой детской полетим,
      И зябликом, и иже с ним,
      Погонной мглой полетной -
      На присных папиных руках
      На невозвратных облаках,
      Вдоль тополей бесплотных.

      2

      Апрельский неподсудный день
      Разрезан пополам.
      Взлетает белая сирень
      К заоблачным цветам.
      И смотрит ангел, не дыша,
      Как пресечется боль
      И как умножится душа
      На Божию любовь.
      ...Лети прозрачным лоскутком
      Вдоль неземных аллей
      И смерть встречай к лицу лицом, -
      Но нет лица на ней...

      3

      Над маминой жизнью, чуть слышимой,
      Над папиной жизнью былой
      Фаготное лето и лишние
      Трава и дрова за стеной -
      Из детской далекой считалочки, -
      Ее до конца домолчи,
      И жизнь, дорогая скиталица,
      Откликнется смерти в ночи,
      Басам хоровым ли, тромбону ли, -
      Что выберет жесткая тьма?
      ...Как мало мы вместе здесь побыли,
      Идя от псалма до псалма,
      От вздоха до вздоха витального, -
      Их ветер-посланец унес, -
      До терции сна госпитАльного,
      В венке ледяных лакримоз.

      _^_




      СВИРИСТИ,  ПЕЧАЛЬ-УТЕХА...

      Свиристи, печаль-утеха,
      Зимних птиц корми с руки,
      Пусть летят они, как эхо,
      Поперек и вдоль тоски
      От земли обетованной
      До последних судных дней,
      Над моей фата-морганой
      И над памятью моей,
      Где среди любого вздора
      День за днем в ушах звенит
      Древнегреческого хора
      Нерастраченный лимит.

      _^_




      ПРИЗРАКИ  ЛАСТОЧЕК

      1

      Мамин листок убытия
      Все подытожит дни.
      Даты на нем и литеры
      Еле уже видны.
      Над чабрецами мокрыми
      Справка, квиток, билет
      В детских рисунков облако
      Без канцелярских мет.
      Он еле слышно движется,
      Скорбен его полет.
      Чуть различимой ижицей
      Мамина жизнь плывет,
      Как уплывала папина
      Из лазаретов сих.
      Может, небесных капельниц
      Хватит им на двоих.
      Прибрано все и воздано,
      Только листок гоним
      Здешним коротким воздухом
      Или уже иным
      В небо густое звездное,
      В землю, что спит под ним.

      2

      Старая чашка, советский диван,
      Ситец сорочек ночных.
      ...Тянется август октавиан
      Дольше иных.
      Вот и закончился сороковой,
      Словно все прочие дни.
      Призраки ласточек мчат над травой,
      Жизни и смерти сродни.
      Помнишь ли ласточки юркий чертеж,
      В лоджии купол гнезда,
      Как расплескалась в небесную дрожь
      В чашке живая вода...

      3

      Ты плывешь в вышине надо мною
      Близким облаком, вязовым днем,
      Всею горечью дней кочевою
      За рассохшимся южным окном.
      ...Горсти звезд над соседнею крышей -
      Это ночью, а ласточки днем.
      Ты лепила "спасибо" чуть слышно,
      В забытье оставаясь своем.
      Помню вздоха тоску межевую,
      Что повем я об этой тоске?
      ...Как текли мои слезы вслепую
      По твоей невесомой щеке.
      Как сияла небес благостыня,
      Принимая в себя на века
      Песню песен окрестной полыни
      И кладбищенский шорох песка.

      _^_




      ЗВЕНИТ  ЦИКАДОЮ  СМИРЕННОЙ...

      Звенит цикадою смиренной
      Дождливый бледный летний день -
      Неразговорчивой вселенной
      Не звук, а только звука тень.
      Так воздух ткут не прялки - Парки,
      Так дышит жизнь... Она длиной
      Не боле запаха фиалки
      Ночной.

      _^_




      ПОЙ,  ЛЮБОВЬ  МОЯ,  СО  МНОЮ...

      Пой, любовь моя, со мною -
      Так не спеть потом в раю.
      Граммофон иглой стальною
      Разрывает грудь мою.
      Мир поющий не пустынен,
      Хоть и катится из рук
      Полусыгранной пластинкой,
      Где залег в бороздках звук.
      То щемит он, то шаманит
      Граммофонною трубой, -
      Где отдаст, где прикарманит
      Принесенное с собой.
      Голоса и отголоски,
      Обреченный балаган -
      По расплавленной бороздке,
      По растресканным губам...

      _^_




      МЕЖДУ  НАВСЕГДА  И  НИКОГДА...

      Между навсегда и никогда
      Тянется недолгая вода,
      Воздух, испытуемый на слом,
      Бабочка за канувшим стеклом.
      И не надышаться наугад
      Музыкой стрижей Твоих, цикад,
      Беглых лет и зим Твоих, Господь,
      По сусекам собранным в щепоть.

      _^_



© Татьяна Литвинова, 2014-2016.
© Сетевая Словесность, публикация, 2014-2016.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Алексрома: K3 [Вначале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог, и Слово раздалось в абсолютном вакууме, и Слово было осцилляция, и у Слова было значение -...] Александр Рыбин: Освобождение от музеев [Каждое поколение имеет право разнести вдребезги все то, что было создано предыдущим/ми поколением/ями...] Владимир Алейников: Свеча и полынь [Воспоминания о двух поэтах с трагической судьбой - Николае Шатрове (1929-1977) и Леониде Губанове (1946-1983).] Виктория Кольцевая: Листопадовый чин [Не верь настенным и песочным / когда витийствует сверчок, / и распорядок дня и ночи / его бессоннице вручен...] Александр Уваров: Похоронный клоун [За жирную траву крутого склона / Хватаюсь в бесконечных, странных снах / И снится мне: я - похоронный клоун, / Я просто клоун / На похоронах....] Михаил Бару: Из одной темноты в другую [Куда бежишь ты? Хотя б намекни... Молчит. Петляет. Уходит от ответа. Может, его и вовсе нет. Да и так ли он нужен, этот ответ...] Игорь Куберский: Из рассказов о Локасе [Локас - это литературный герой, собирательный образ, которому я передоверяю разные занятные случаи из жизни...] Илья Криштул: Машкины мужчины [И было Машке уже за тридцать. И смирилась она с тем, что женского счастья в её жизни уже не будет. Не судьба, что поделаешь...] Джеффри Хилл: Стихотворения [Вернулось Слово из-за рубежа, / Где загорело средь глухих болот. / Когда убийством стало очищенье, / Награда ощутима и чиста...] Александр М. Кобринский: Ийю [Моя отрешённость - земное мерило. / Я ни вправо, ни влево его не сдвигал. / И мой смех без кривых обходился зеркал. / И кривился я там, где и вправду...]
Читайте также: Екатерина Зброжек: За пределы сознания | Елена Иваницкая: Рецензия на трилогию Александра Мелихова "И нет им воздаяния" | Алексей Ильичев (1970-1995): Сдача в плен | Ростислав Клубков: Мысли о Ильичеве (О поэзии Алексея Ильичева) | Ростислав Клубков: Воля и слава (Письма флорентийского викария Вангеля другу) | Александр Пацюркевич: Топсида. Мечта об упокоении | Айдар Сахибзадинов: Москва - Третий Рим. И четвертому не бывать | Сергей Славнов: Олд-скул | Алена Тайх: Стихи разных лет | Петер Туррини: Стихотворения | Сергей Хомутов: Между судьбою и жизнью | Владимир Коркунов: Борис Кутенков и Елена Семёнова: "Они ушли. Они остались" - постоянная возможность напоминать себе о смертности" | Владимир Алейников: Без двойников | Владимир Алейников: Стихотворения | Александр М. Кобринский: Руническая письменность: истоки и распространение
Словесность