Мой ангел
Мой ангел, давайте-ка сложим уставшие крылья.
Мой ангел, давайте-ка грянем о землю с небес.
Как Вы ни старались, меня здесь не очень любили.
А, впрочем, быть может чуть-чуть был удачливей бес.
Мой бес, что толкает меня не стихи и запои.
Мой бес, что сует под ребро то кулак, то перо.
Вы ангел, и Вам не понять, что же это такое,
Когда день за днем выпадает сплошное "зеро".
Закончим ненужный разлад между миром и Богом.
Когда мы поем - кто-то цедит пустые слова.
Мой ангел, нам нужно для счастья не так уж и много -
Любовь, и вино, и пропахшая солнцем трава.
И, как ни крути, поутру нет причин для веселья.
По грустной дороге пойдем с переметной сумой.
Мой ангел - хранитель сидит и страдает с похмелья,
Поскольку вчера квасил горькую вместе со мной.
Моим женщинам
Как странно меняются свойства души и ума.
Закончилось лето, но так же пройдет и зима.
С моей точки зренья я прав. Ваш вопрос ни о чем.
Я слышу дыханье Судьбы у себя за плечом.
Сестра моя, Муза, нам нужно с тобой помолчать.
Звонит телефон, только я не хочу отвечать.
Как холодно в доме. Наверное, это февраль.
Откройте, стучат. Это видимо снова Печаль.
С моей точки зренья я прав,
Я буду молчать на допросах.
О свойствах растений и трав
Спроси у росы.
Прости мне мой взбалмошный нрав,
Жена моя, Осень.
Не может быть вечным ничто -
Взгляни на часы.
Поедем кататься на лодке по мерзлой воде.
Стремление петь о своем не приводит к беде.
Ты можешь не спорить, ведь я все равно промолчу.
Я жду, что Судьба мне вот-вот прикоснется к плечу.
Неузнанной женщиной Память стоит у окна.
Я что-то ей должен сказать - так считает она.
Но я отправляюсь летать, все законы поправ.
Я буду молчать, ведь с моей точки зренья я прав.
Судьба не приходит на час,
И с этим не стоит и спорить,
Но кто-то обязан из нас
Решать за двоих.
Не сводит задумчивых глаз
Старуха по имени Горечь,
С моей точки зренья я прав,
Я вновь при своих.
Я
Я погружаюсь в небо, как в пучину,
Смеясь, волнуясь, думая, скорбя...
Ну, в чем твоей трагедии причина?
Скажи, ну что мне сделать для тебя?
Тебе не скучно, милая моя?
Я мысли разбросал по небосклону.
И, трогая их пальчиком влюбленно,
шепчу: " Все это я придумал. Я."
Вот Ковш Большой несбывшихся надежд,
Вот Малый Ковш того, что удавалось.
Вот Дева - без весла, и без одежд.
О, как она бесстыдно раздевалась.
Коснись рукою. Слышишь звуки Лиры.
Я отыскал ее среди старья
Давным-давно. До сотворенья мира
.
Ты зря смеешься, в самом деле - я.
Вот утренней звезды хмельное зелье,
Вот ежедневных мыслей - Гончих Псов
Созвездие. А это - бред похмелья,
Созвездие Соленых Огурцов.
Все правильно. Не веришь, и не надо.
Но это все равно придумал я.
А, ты смеешься? - Вот мне и награда.
Тебе не скучно, милая моя.
Романс ни о чем.
А вечер был, действительно, хорошим,
Шампанское - действительно шампанским,
Пирожное... Да, кстати, о пирожном.
Пирожное-то было так себе.
И он явился, хоть и был непрошен,
Но в дверь его пустили без опаски,
И вечер пролетел так незаметно -
Они проговорили о себе.
Она сказала, что была актрисой.
Ну, не звезда, но не "шаги за сценой",
И много лет ждала заглавной роли,
И верила - вот-вот произойдет.
Она его смеялась анекдотам,
И привыкала к мысли постепенно.
Рука дрожала возле чашки с кофе.
"Как жаль. Сейчас допьет он, и уйдет".
Он говорил сначала о погоде,
Умелые вплетая комплименты,
О музыке, и даже о работе,
Смущение стараясь подавить.
Он даже покурил, хотя и бросил,
И всячески оттягивал момент он.
Рука дрожала возле чашки с кофе.
"Как жаль, сейчас допью - и уходить".
Как быстро закипел проклятый чайник,
И оба, пряча взгляды друг от друга:
"Да-да, конечно, пусть чуть-чуть остынет".
" Не торопитесь, очень горячо".
И как им не хотелось расставаться,
Но выпит кофе. Не найти предлога.
Они проговорили целый вечер,
Не рассказав друг другу ни о чем...
"Вальс-Бостон"
Мы пили водку под гитару в тесной комнате,
И танцевали "Вальс-Бостон", а Вы не помните.
И мы ушли, а Вы, к окну прижав ладошки,
Смотрели вслед, как мы шагаем по дорожке.
А мы шагали, и шагалось нам невесело.
Мы, уходя, гитару на стену повесили.
Нам "Вальс-Бостон" сбивал шаги, туманил зрение.
Проснулся город. Настроение весеннее.
Мне на вокзал. Ему - домой. Мы как кочевники.
А жили б рядом, точно были бы соперники.
А Вы, к окну прижав ладошки, тихо плакали.
Я вновь приеду. Мы станцуем. Только, надо ли?..
Последняя попытка
Я, на случай последней войны
Накупил макаронов и соли.
Населенье любимой страны
Заливает тоску алкоголем.
И ползет по утрам в магазин,
Наскребая бумажки на пиво.
Если б я хотел выпить один,
Я бы это обставил чертовски красиво.
Я бы впрок накупил коньяка,
Я бы взял шоколада с лимоном,
Я бы галстук надел. А бокал
Взял хрустальный, для самого чистого звона.
Я бы музыку тихо включил,
Чтобы пить и грустить не мешала.
Я сидел бы, и пил бы, и пил бы, и пил...
А война? Тьфу да чтоб она вовсе пропала.
Что война, коль бушует в крови.
Есть коньяк, шоколад и пластинки.
Я на случай последней любви
Нынче утром до блеска начистил ботинки.
Марш вразвалочку
Покуда мы ругали жизнь,
Она тихонько продолжалась.
Сначала шла. Теперь бежит.
И впереди - такая малость.
Куда глядели, дураки,
Куда ушли такие годы?
Покуда мы ругали жизнь,
Она прошла - закон природы.
А нам плевать, а мы вразвалочку
Из дома выйдем, и - налево, до пивной.
И в старом скверике, на старой лавочке
Под разговор хороший хлопнем по одной.
Покуда мы ругали жен
За то и это, без причины.
Искали всякий раз резон
Всем доказать, что мы мужчины.
Они любили дураков,
Варили, шили и рожали.
Покуда мы ругали жен,
Они нам всех дороже стали.
Покуда мы себя кляли,
Мы становились все умнее.
Бежали годы. Раньше - шли.
Теперь мы многое умеем.
Теперь успеть бы все успеть.
Все вспомнить, что не позабыто.
И песни лучшие допеть,
И до пивной, пока открыто.
Вот и все...
Стихает дождь, закончилось кино,
Опять к концу подходит бабье лето.
Допили мы последнее вино,
Допели мы последние куплеты.
Чуть сдвинулось орбиты колесо.
Ну, вот и все, мой друг,
Ну, вот и все.
И хочется чуть-чуть остановить
Извечное течение минут.
Давайте чаще в гости заходить,
Делить на кухне простенький уют.
Не запирайте двери на засов,
Еще не все, друзья,
Еще не все.
Никто из нас не верит, что уже
Кина не будет - это полный бред.
Сберечь огонь, что мы смогли зажечь,
Мы сможем до преклонных наших лет.
Еще не смолкло эхо голосов.
Еще не все, мой друг,
Еще не все...
Марш на прощанье
Закрой за мной дверь,
Помой за мной пол,
И думай, что я
Навеки ушел.
Зажги в кухне газ,
Прикури от огня,
Присядь и подумай
О том, что не любишь меня.
На улице снег,
Рассвет и такси.
Куда мне идти?
О чем мне просить?
Бреду, сам себя
За глупость кляня.
Я в сон твой приду,
Если в дом ты не пустишь меня.
Обида, как нож,
Кромсает в куски.
Сбивает дыханье,
Стучится в виски.
Вернуться? Сказать
"Прощай и прости?"
Пусти меня в сон,
Если в дом свой не можешь пустить.
Давай, улетим
Давай смотаемся куда-нибудь
От этой бесконечной кутерьмы.
Давай угоним самолет
И улетим искать, где свежая трава.
Мы строим стены и решетки
Для своей, увы, пожизненной тюрьмы.
И на костер, в котором нам гореть
Приносим мы дрова.
Давай улетим,
Не все еще кончено.
Рискнем, а потом поглядим.
Ведь все, что прошло
,
Не стоит нисколечко
Того, что еще впереди.
Давай исчезнем, на денек хотя б,
От этой бестолковой суеты.
Давай пролезем на корабль
И уплывем ловить акул на острова.
Мы день за днем меняем планы,
Отдаляя наши прежние мечты.
И тратим время, наблюдая,
Как растет и снова сохнет трын-трава.
Давай слиняем от тоски,
От бесконечных разговоров про дела.
Давай прикупим коньяка,
Закроем дверь, отрежем провод от звонка.
Так надоела ежедневная, ненужная,
Привычная, глухая кабала.
Давай смотаемся. Есть шанс,
Пока нам небо не закрыли облака.
Белая река
За моим окном река,
За твоим окном река
Мерно плещет в берега
Подоконника.
У меня на кухне свет,
У тебя на кухне свет.
Мы на разных берегах
Tete-a-tete.
В набежавшую волну
Котелочек окуну,
Газ зажгу и вскипячу,
И немного отхлебну.
Плоским камешком круги
Нарисую на воде.
Солнце село, и не видно
Ни зги.
Где - то белый пароход,
Где - то лодка рыбака.
Я вчера построил плот -
Унесла его река.
И, до самого утра,
Грустно в реку смотришь ты.
Да, напрасно мы вчера
Жгли мосты.
Эта белая река
Протекает сквозь века,
Отражая берега,
Облака и рыбака.
У меня дрожит рука
И не вяжется строка,
Эта белая река
Глубока.
Прости
Кому и за что
Я сказал сейчас это "прости" -
Я даже не знаю,
А, может быть, просто забыл.
Последние гроши
Сжимаю в замерзшей горсти.
Хотелось напиться,
Но я ничего не купил.
Ты прав, мой приятель,
Не наша вина
Что мы без вина,
И осень одна.
Но, чувство вины
В последние дни
Внушает нам -
Мы не одни.
Куда и зачем я ушел -
Я не помню уже.
Я, кажется, думал,
Что так будет лучше всем нам.
Я шел и курил,
И с собой говорил о душе,
Душе, что хотела
Свободы, любви и вина.
Когда и откуда вернусь я -
Не знает никто.
И сам я не знаю,
Не чаю ни духом, ни сном.
Войду, не спросясь,
Брошу в кресло сырое пальто.
Скажу: "Я вернулся.
Я просто ходил за вином".
Всюночьнапролетное...
Сегодня ночь, на удивленье, удалась.
Второй бутылки мы отпили половину,
И я ему запел, в который раз
Про то, как лошади устало месят глину.
Потом он долго перестраивал лады,
И пел, и песне в кухне было тесно.
И было ощущение беды,
И боли, и победы - в этой песне.
Мы отвечали, в общем, невпопад,
Хотя и обходились без вопросов
Про жизнь и смерть, про тьму и свет, про рай и ад,
Про эмиграцию... Турусы на колесах.
Он не ругал меня за изобилье слов,
Он подливал как раз тогда, когда хотелось.
Он слушать мог всю ночь и петь готов.
Мне так давно вот так легко не пелось.
Мы так давно не виделись уже -
Побольше года, может, даже два.
Мы так поговорили о душе,
Найдя почти забытые слова.
За дом, за жизнь, за жен, за дальнюю дорогу -
Мы повод находили, слава Богу.
Душа смеялась, плакала, летала.
Ко мне приехал друг с Урала - разве мало?..
