Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность



*


 


      * * *

      На скатерти стола расставлен натюрморт.
      Когда перемещается взгляд
      и слева от гигантского лимона
      открывается окно,
      показывается голова хлебопёка.
      Лицо добродушное,
      колпака только не хватает.
      Огромные высокие створы,
      волчьи цифры оконного проёма
      накрывает узорчатая тень,
      деревце,
      ветвящееся дерево страха.

      _^_




      НА ЛЕСТНИЦЕ

      стоматолог рек: рты наши - помойка
      более двухсот разновидностей микроорганизмов
      вот тебе и подоплёка
      ораторского мастерства
      посему - пиши

      _^_




      * * *

      В полдень я уже приходил
      и вернулся
      в сумерках - к деве-реке послушать беседу,
      плеск беседы, болтовню струй.
      Жалко, ты меня не слышишь.
      Не журчишь, говоришь, в себе - о себе,
      между собой:
      быть девой - просто покой в стремительном течении.
      Любить - это просто непостижимое,
      чему не научишься.
      В полдень - молчание.
      Затемно - невнятная болтовня, танцующая
      чуть слышно
      в затенённой долине.

      _^_




      М., ИЛИ НАТЮРМОРТЫ

      Город можно рассматривать как ландшафт или натюрморт. Меня давно уже привлекает возможность увидеть в нашем городе ряд тесно составленных кубических форм, пересекающиеся усечённые овалы, просто россыпь нарезанной говядины. В глубине, между предметами, там, где встречаются непараллельные плоскости, иногда пробегает металлический святоша, вроде маленькой заводной зверюшки. Именно здесь, в этом узком пространстве, нам предстоит сдать нашу кровь, хотя и не всю и не без остатка. Нас ждёт приятная медсестра (далее - М.), южанка со светлыми волосами, её голова вся из закругляющихся линий, даже тяжёлые локоны закругляются, словно печёное тесто. Моё предплечье стянуто резиновым жгутом, М. просит разжать кулак и не смотреть в её сторону. Прекрасные тёмно-зелёные ширмы простираются вправо от меня. Лёгкое движение внутри моей плоти, на сгибе локтя, напоминает о происходящем. Я не вижу цвета своей крови, собираемой сейчас в пять разных пробирок. Только чувствую смену пробирки по едва заметному подрагиванию иглы, когда стеклянный край прикасается к металлу и сразу же замирает в волшебных пальцах М. Раздаётся жужжание. Как веер, раскрывающийся в широком рукаве халата, из-за двери выдвигаются пол-лица некоей пожилой дамы. Ах да, она же была здесь передо мной, струйка крови засыхает у неё на локте, не захотела взять вату со спиртом, теперь вернулась.

      - Вы же видите, чем я занимаюсь, - быстро произносит М.

      Её пальцы дрогнули и стекло опять коснулось иглы. Разговор завязался, зажурчал, пожилая дама уже стоит в полный рост и извиняется, извиняется. Каким-то невероятным, немыслимым жестом, продолжая собирать кровь в пробирку, М. левой рукой протягивает пожилой пациентке целительный белый кусок, а затем вослед ей произносит тихо, отчётливо, только для себя и для меня:

      - Идиотка.

      И это греческое слово, трагичное и прекрасное, как наш мир, соединяет наконец стеклянное с живым, оставшимся в дар от меня.


      _^_




      В СТАРОМ ГОРОДЕ

      i

      сколько ни гляди: жадность переселенцев [пробел]
      стоят у металлических ворот, наглухо запертых
      невозможно
      не перейти в соседнюю комнату, стаканообразное пространство
      невозможно изгнать из мiра цитирующее сознание
      после дерева
      после церкви [пробел] известная аптека
      колышет [улицами] двигаются жители
      невысоконьких домов
      страшусь нарушения, ведь собрание деталей
      а повезло старым этажам, в них жил Толстой
      нельзя сломать
      и птица в берёзовых волосах
      мазано мастехином
      белила [пробел] девяносто процентов

      ii

      тупо регистрирую
      чайно-кофейный с китайскими картинками
      причина развить отношения с внешним мiром
      бррр фарфоровая женщина - фарфоровой собаке
      чай
      и венский стол, горячее ставили: бельмо на шпоне
      осталось в сталь шампанское на охлаждение
      осталось перечесть чё-нить, развесить
      отрезы тканей на стульях
      аль гоум [тело складок] шшь
      роскошь
      доступна даже нищим
      так говорил Матисс, остались
      шесть кофейных пар с кофейником
      а мне нравится готовальня эпохи Николая Второго
      пррр деревянный селезень со шкафа [пробел]
      сидишь и смотришь
      продам всё, продам ващe

      _^_




      МЕХАНИКА

      полулежащая женщина
      приподнятые торс и голова
      лицом обращена ко мне
      маска ужасной улыбки
      гримаса смеха
      собрана по частям, двигаются детали
      смеётся
      возвышается в ярком ореоле

      _^_




      * * *

      четверть века тому назад
      Виталий писал мне на бумаге
      карандашом
      "не презирай мечты своей юности"
      нынче
      Виталий воспоминал былое - Липецк
      говорил о голоде
      как из страха сжигали фамильные портреты
      говорил с любовью: Елец
      Липецк, Орёл - мещанские города
      не было пролетариата, базы большевизма
      на Пикассо и Матиссе закончилась
      живопись, обращённая к предмету
      Кандинский
      знаками делал среду
      коренные липчане выбиты...
      после войны сносили дома кварталами

      юность моя прошла
      я не презираю

      _^_




      ЗВЕНИГОРОД

      i

      поэзии лазурная пустыня
                fioretti
                блеск реки
      цветики лучше многих сих лающих
                шагающих
                влекомых
      вспышкой - на рубежи пространства быть

      ii

                шагают
      замещаемые,  молчаний фиолетовых
                жёлтых
                обнажены
      на обросшей равнине
                перечни
                предметов
                согласно
                Wolcott
      осенний ветер японских поэтов
      вот и Лила сегодня промокла
      в носу ковыряет сидит

      _^_




      ЖИВОПИСЬ

      девочка со старухой у воды
      и фламандская туша
      туша короля - может быть, нашедшего
      боб и не поднявшего кубок
      хохотом разматывал клубок
      материков и рек, сечь желал
      нас
      точно деревенских сынков-негодников
      по реза?м - резы?
      во плоти - страх
      нет уж
      теперь пробитая туша, выпущены
      выброшены грязности-разности
      в бескорелевье
      в отсутствии зрителей

      _^_




      СВОБОДНЫ В БЕСПРИЧИННОСТИ

      ОНИ
      как же раньше жили!
      раньше жили свойными именами
      после переехали наши в пятиэтажный кирпичный дом
      ОНИ
      вроде стоят за полуоткрытой дверью
      а кем назвать их, детки уже не знают
      потеряли
      думали, вот - проходят
      над полем к посёлку авиаторов
      снова тут ОНИ
      вся вода наша мыла пустоту их пустот
      чистые, непрерывной вереницей
      самые свободные из нас, свободны
      ОНИ
      без причины быть

      _^_




      * * *

      на горизонте
      есть точка, которая меня интересует
      вернее, которая заинтересована во мне
      а может быть, не я нахожусь в центре пейзажа
      а может ли центр находиться не здесь, где я стою
      но в точке на линии горизонта
      едва заметной точке
      и этот центр притягивает меня

      _^_




      * * *

      на сковородах вонючих ешенный
      помешенный помешанный
      кочергою помешенный
      на улицах городов
      где невесна и тлеет торф
      зачем ты пробрался в?
      к чему ты нагнулся над?
      а будешь - записаны в строчку
      в нераздельную строчку через запятую

      _^_




      АПРИЛЬСКИЕ НОНЫ

      Мельтешат переходящие по всем направлениям сразу,
      по всем, не описуемым в терминах плоскости и линии,
      хаос быстро перетекающих ярких свeтов,
      перетекающих один из другого,
      и едва ли кто-то заметил скачущий взгляд человека внутри.
      Неузнанный, выглядывает, словно отдалённый потомок,
      бледное растение северных деревень.
      Исчезает и появляется в шаре времён года,
      в шаре, меняющемся прямо сейчас, едет машина
      от кафе по направлению к станции,
      и сколько ни вглядывайся, не увидишь ни единого деревца,
      ни - не - ни, идиотское занятие смотреть в окно
      движущегося экипажа, бросается к полицейскому,
      у полицейского лицо помутнело и не закрывается рот,
      ищет металлурга, но тот бежал. Надеется на передачу данных
      из одного в другое, на переводчика с иностранных,
      переводчик болеет шизофренией, тягостное зрелище.
      В сумраке, где ему не с кем говорить о пейзаже несущемся,
      рождается новая форма,
      тело, женщина. Шагнула навстречу
      и кружочки сосков подрагивают в такт шагам,
      нежные скулы цветут,
      возьми за руку и притяни её ладонь,
      принеси дары: жемчужное ожерелье, полoтна и серьги, а ещё
      время останови на острове. Позволь, чтоб побольше
      потонуло в омывающих водах.
      Откуда же та, которой не было? Ищет причину,
      видит ясным умом:
      шар времени переменился,
      августейшее солнце проницает лучами стихии,
      плывущие по всем направлениям сразу.

      _^_




      НЕ В КОЛОДЦЕ ПОД КОРНЯМИ

      а мог и не терять
      теперь цветение лиц, жесты рук, реки
      отравленные зеленью
      теперь цветение лиц
      если затерял, больно становится больше и больше
      мало места
      просто мало места. дёрнешься, сразу стена
      вот бы выкрутить
      спрятать
      как пробки из чёрного счётчика
      полутемно
      полутёмные квартиры: деревенская улица в Кремле
      на улице лошадь ступает за мальчиком

      _^_




      * * *

      фонарик, лампочку вынули
      достали изнутри батарейки
      пустота
      комната закрыта дверью
      квартира закрыта рядом дверей
      у дома величественный фасад
      рустованный камень

      _^_




      СТРЕМНИНЫ

      ...Однажды высветит восток
      и душу спросит ум:
      К чему стремительный поток
      подъемлет пенный шум?
      Бывали реки.
      Безграничные реки
      в светлом пространстве географических карт и в подземной полночи.
      Разрывали тканные вязи,
      очищали сердца, увлекая от предметов.
      Теперь у них железное терпенье,
      безграничная воля отнять уворованное, себе вернуть.
      Ручьевинами серебра
      потоки желанья огибают квадратные кладбища,
      за стеной на земле ларов, в аллеях есть камень,
      освящённый кенотаф ВРЕМЕНИ.

      _^_




      ГЛАЗА ОРФЕЯ

          Á la fin tu es las de ce monde ancien
                  Apollinaire

          Ты от старого мiра устал наконец

      Напишите стихотворение о непредставимом.
      Указывая на рай,
      перебираешь производные от глагола мочь.
      Возможность.
      Вводится термин: политическая система.
      Расщеплённый огонь,
      интервенция коллективных сил.
      Что это за тепло такое было и откуда райская тишина?
      Они увеличиваются, приближаясь.
      Вводится термин: супружество.
      Прозрачная глубина
      светит тебе любовью супружеской пары.
      Может быть, плод воображения?
      Забота о сокрытом.
      Не утро туманное и не даль туманная,
      туманное детское - не имущее существительного.
      Вводится термин: тёмный варвар.
      Ведьма и враг пугают, восходит угроза.
      Не презирай себя,
      не сдавливай горло.
      Игра рассыпающихся частей
      шаром, распирающим изнутри, поднимается,
      растёт: и, как ты знаешь, колышется.
      Расплющенная перспектива.
      Твой сон разорван звуком утраты.
      Внимание ходит по кругу, вонзается в себя самоё
      от лица варвара тёмного, движением
      человеческих конечностей.
      Испуг.
      И с яростью машины шумной распределяешь пространство,
      режешь его,
      именуя куски бáнцу хунцé.
      Вводится термин: ум.
      Trelilissimo: их согреваешь,
      нежность не оставляет другому места для раскаянья.
      Воображаешь тысячу трёхмерных вещей в полёте.
      Тьфу - плевок,
      знак презрения к низшему классу.
      Ты стоишь в этом страхе как в потоке воды,
      в ударной волне огня,
      огненной воды.
      Лишённый покровов, кредита - а он был так нужен.
      Мысли хорошие, но не здесь.
      Щадящая мягкость, движение, за сеткой стена. Чашки
      на широком столе.
      Понятие единичного.
      Кружок, нарисованный карандашом в прямоугольнике.
      Придут, изменят часовню
      уникального, не знающего ни в чём повторения.
      Вводится термин: привязанность.
      Ты движешься в мiре обстоятельств и подробностей,
      а можно: быть без меня,
      быть, но - не я.
      Блистающая фигура за границей вот этого вот,
      любой ценой.
      Cesare или ничто: материализованный принцип.
      Вводится термин: винá.
      Чего-нибудь, да избегаешь.
      Сладость переливающаяся, сладость Закона.
      Взгляд живой, обещающий - из под тёмных покровов.
      Проповедник разумный глаголет:
      штрихами намечу контур,
      дам вектор движения. Обуздаю по мерке.
      Горячишься, привычка к благожелательности.
      Вводится термин: истерика.
      Напрасно представляешь других: женщину лающую, мужчину
      с ножиком в отведённой руке.
      Защищён.
      Ты мешаешь себе.
      Вводится термин: страх.
      Люди боятся неустранимого,
      прячутся за рамами, за стёклами,
      за мешаниной быстрых движений верхних конечностей. Чушь!
      Здоров.
      Вводится термин: игра.
      Идёшь в предысторию, в надчеловечество, чтобы
      уйти от игры. Осушить бы источник.
      Внимание скользит поверхностью шара,
      проходит вдоль занавеса,
      украшает полстину - не ощущая её изнанки.
      Тебе не освободить связанных. Прислушайся,
      трещинами
      восходят угрозы.
      Вводится термин: знание.
      Знаешь, как ты был смешан с мраком позорного.
      Знает знание - воспринятое от других,
      по частям и давно.
      Оно-то и глядит на тебя.
      Дегустация вкуса всего недобытого. Сильный же ветер
      налёг сегодня!
      Противоречие политических систем, гнев
      от разделённости.
      В не твоём времени нет ни пятна, ни скудости.
      Вводится термин: след.
      Под скрежет мечтаешь о мощёной площади, пустой, просторной,
      не вмещающей впечатлений.
      Вводится термин: отдача.
      Неуловимое к неуловимому.
      Боль и боль.
      Совсем не важно, что ты делаешь.
      Солнышко - позволь ему солнствовать, отпусти.

      _^_



© Илья Семененко-Басин, 2021.
© Сетевая Словесность, публикация, 2021.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Айдар Сахибзадинов: Казанская рапсодия [Кто жил на нашей улице в пору моего детства, их уже нет. Как несметная стая птиц, поднявшаяся от старых тополей, их имена-образы зависли над памятью,...] Алексей Сомов: "Грубей и небесней". Стенограмма презентации [В Культурном центре академика Д.С. Лихачёва 15 июня 2021 проект "Вселенная" в рамках цикла "Уйти. Остаться. Жить" представил сборник стихотворений и эссе...] Артём Козлов: Стансы на краю земли [Здесь земля не круглая, а плоская, / Что не поцелуй, то сцена Оскара. / Каждое молчание загадочно, / В книге мы - бумажные закладочки...] Татьяна Житлина (1952-1999): Школьная тетрадка [Мы жили с ливнем, как соседи. / Я довела его до слез. / Умчался на велосипеде, / Мелькая спицами колес...] Ростислав Клубков: Приживальщик. К образу помещика Максимова из романа "Братья Карамазовы" [Как воздействует (да и воздействует ли) на человека невидимое: неосознаваемое им, скрытое и ускользающее от его сознания - и что изменяет (да и изменяет...] Юрий Тубольцев: Абсурдософские рассказы [Создание безошибочных схем - это еще не творчество, творчество начинается именно с ошибки...] Евгений Орлов: Четыре стены [И поэтому - имеющий уши да развесит их, имеющий глаза - да развесит и их. Перед вами - "Четыре стены", дорогой мой читатель..] Катерина Ремина: Каждому, кто - без дна [острова собираются в стаи, ломая камни / о течение вод, отражающих бесконечность: / наклонилась и шью по ее васильковой ткани / письма иглами по...]
Словесность