От спутника до Митника, или Типология хакеров


Михаилу А. Якубову, который меня многому научил

Технолингвистические парадоксы

Русское слово "спутник", вошедшее в 1958 году в английский язык, был скрещено со словом "beat" - и появились битники. На смену "разбитому поколению" явились беззаботные "дети-цветы". Большинство хиппи отрицательно относились к компьютерам, видя в них лишь средство централизованного контроля. Те же немногие, кто увидели в них мощную силу, способную преобразовать мир согласно идеалам творческой свободы и неиерархического, неподцензурного никакой цензуре общения, стали работать над этим превращением. Хиппи ушли в прошлое, а их идеалы в будущее, заложив философскую базу кибернетической революции. На арену истории вышла новая порода нон-конформистов: хакеры.

Слово "хакер" невозможно адекватно перевести на русский - в первую очередь, в силу его двусмысленности. С одной стороны, хакер - преступник, незаконно проникающий в компьютерные системы с целью украсть или изменить содержащуюся там информацию. С другой, хакер - это просто специалист по компьютерам и компьютерной связи, для которого его занятие - одновременно и хобби, и работа. Таким образом, слово "хакер" совмещает в себе по крайней мере два значения (один дотошный хакер насчитал целых 69) - одно окрашенное негативно ("взломщик"), другое - нейтральное или даже хвалительное ("асс", "мастер").

Иногда два эти значения пытаются развести, именуя зловредных хакеров особым словом - "кракеры". Поясню это различие примером: если вы смотрели фильм "Сеть", то хакером является там именно Анджела Беннет, в то время как "преторианцы" - самые что ни на есть кракеры. (Конечно, было бы правильнее писать "крэкер", но приходится выдерживать параллелизм: слово "хакер" проникло в русский язык, как в свое время "sputnik" - в английский; кроме того, хочется избежать ненужных ассоциаций с известного рода печеньем).

Поток лингвотехнологических метаморфоз (как это свойственно любым превращениям) замыкается на себе, подобно змее, кусающей свой хвост. На конференции по компьютерной безопасности в марте 1995 в Берлингаме Кари Хекман сравнил вызов, брошенный специалистам по секьюрити хакером Кевином Митником, с ситуацией, в которой оказались Соединенные Штаты после того, как русские запустили свой спутник.

Апология и развенчание

Итак, глагол "to hack" применительно к делам компьютерным может означать две противоположные вещи: взломать систему и починить, "залатать" ее. Оба эти действия предполагают общую основу: понимание того, как система устроена, способность оперировать громадными массивами программных данных. Не случайно, что многие сисопы (системные операторы) - бывшие хакеры (во втором, "ломательном" смысле).

Двусмысленность термина (или псевдо-термина) "хакер" ведет к парадоксам. "Хакер" - это и герой, и хулиган, и расчетливый преступник; мастер киберреальности и угроза компьютеризированному обществу. Отсюда - крайности в оценке: хакеры подвергаются либо полной идеализации (в сочинениях самих хакеров), либо такому же полному очернению (в писаниях журналистов, паразитирующих на навязчивых фобиях обывателя).

Реальность, как всегда - посередине. Грубо говоря, "хакера вообще" не существует. Существуют реальные люди, играющие с компьютерами в очень разные игры. Мотивы игры, ее правила и результаты, к которым она приводит, не сводимы к какой-либо единой формуле, а образуют обширное поле возможностей.

Хакер - двигатель прогресса

В 1984 году Стивен Леви в своей знаменитой книге "Хакеры: Герои компьютерной революции" сформулировал принципы "хакерской этики":

"Доступ к компьютерам должен быть неограниченным и полным".

"Вся информация должна быть бесплатной".

"Не верь властям - борись за децентрализацию".

"Ты можешь творить на компьютере искусство и красоту".

"Компьютеры могут изменить твою жизнь к лучшему".

Эти формулировки восходят, несомненно, к коммунализму и свободомыслию хипповских коммун 60-х (куда же восходит философия хиппи - спросите у Андрея Мадисона).

Леви говорит о трех поколениях хакеров.

Первое возникло в шестидесятых - начале семидесятых на отделениях компьютерных наук в университетах. Используя технику "разделения времени" эти парни преобразовали "компьютеры общего пользования" (mainframes) в виртуальные персональные компьютеры, существенно расширив, тем самым, доступ к компьютерам.

Затем, в конце 70-х, второе поколение делает следующий шаг - изобретение и производство персональных компьютеров. Эти неакадемические хакеры были яркими представителями контр-культуры. Например, Стив Джобс, хиппи-битломан, бросивший колледж, когда ему надоело учиться, или Стив Возняк, инженер в "Хьюлетт-Пакардс". Прежде, чем преуспеть в "Эппл", оба Стива занимались тем, что собирали и продавали так называемые "синие ящики" - приспособления, позволяющие бесплатно звонить по телефону. А их друг и сотрудник на ранних стадиях Ли Фельсенштайн, разработавший первый переносной компьютер, который назывался "Осборн-1" вообще был радикалом из "новых левых" и писал "подрывные" статьи для известной подпольной газеты "Berkeley Barb".

"Не спрашивай, что твоя страна может для тебя сделать. Лучше сделай что-нибудь сам", - говорила тогдашняя молодежь, перефразируя лозунг Джона Кеннеди. "Делай свое дело" легко переводилось как "Начни свой бизнес". Ненавидимые широкими кругами истеблишмента, хиппи были с готовностью приняты в мир малого бизнеса. С собой они принесли честность и легкость в общении, что оказалось привлекательным как для продавцов, так и для покупателей. Однако успех в бизнесе, принесший многим из них богатство и власть в молодом возрасте, не обязательно сопровождался "перерастанием" их контр-культурных ценностей.

Третье поколение кибер-революционеров, хакеры начала 80-х, создали множество прикладных, учебных и игровых программ для персональных компьютеров. Типичная фигура здесь - Мич Кейпор, бывший учитель трансцендентальной медитации, создавший программу "Lotus 1-2-3", которая весьма способствовала успеху IBM-овских компьютеров. Подобно большинству компьютерных первопроходцев, Кейпор по прежнему активен. "Фонд электронных рубежей" (Electronic Frontier Foundation), основанный им совместно с текстовиком из "Грейтфул Дэд", успешно влияет на политику Вашингтона в отношении гражданских прав в киберпространстве.

За годы, прошедшие с выхода книги Леви, к власти пришло четвертое поколение революционеров, свершения которых живописует в Time Magazine Стюарт Бренд. Именно они преобразовали милитаристскую ARPAnet - сеть, финансировавшуюся министерством обороны США, в "тотальную дигитальную эпидемию", известную ныне как Интернет. Создание неиерархической системы коммуникации, называемой Usenet и бесчисленных "досок объявлений" (BBS) - тоже их заслуга. Руководствуясь той же "хакерской этикой", что и предыдущие поколения, они противостоят коммерциализации Интернета, создавая программы, которые тут же становятся доступны всякому, кто их пожелает - так называемые "freeware" или "shareware", живо напоминая "диггеров" 60-х, "подрывавших капитализм", бесплатно раздавая свое имущество и товары.

Конечно, - пишет Бренд, - далеко не всякий на электронных рубежах ощущает свою преемственность с конр-культурными корнями 60-х. Трудно назвать хиппи Николаса Негропонте, шефа Лаборатории массовых коммуникаций в Массачусетском институте технологии (M.I.T.) или магната "Майкрософта" Билла Гейтса. Тем не менее, философия 60-х сохраняет живой творческий потенциал. Виртуальная реальность - компьютеризированное сенсорное погружение - получила свое название и была снабжена начальной технологической базой Джейроном Ланье, который вырос в Нью-Мехико в "геодезической юрте" (изобретение Букминстера Фуллера, популярное среди хиппи), зарабатывал деньги игрой на флейте в Нью-Йоркской подземке и до сих пор носит длиннейшие растафаровские косички. Последнее поколение суперкомпьютеров, допускающих громадное количество параллельных подключений, разрабатывалось и запускалось в производство гениальным волосатиком Данном Ниллисом, который задался целью построить машину, "которая могла бы нами гордиться". Система криптографирования, называемая PGP (Pretty Good Privacy), обеспечивающая приватность каждому пользователю - детище патлатого пацифиста из Боулдера Филиппа Циммермана (кстати, за то, что он забросил свое изобретение в Интернет американские власти хотели впаять ему срок - там действует закон запрещающий экспорт сильных криптографических методов), а нашумевшая программа "SATAN", позволяющая выявлять дыры в защите компьютерных систем - творение неуживчивого анархиста Дэна Фармера.

Таковы "хорошие хакеры", двигающие технический прогресс и использующие свои знания и умения на благо человечества. Им, как водится, противостоят "плохие" - которые читают чужие письма, воруют чужие программы и всеми доступными способами вредят прогрессивному человечеству. О них мы поговорим в следующий раз.


Мирза Бабаев

День за днем, 2 февраля 1996