|
 |
|
МОЙ ДРУГ СЛОН
Рисунок автора
|
|
ОЩУЩЕНИЕ НАД
Надорвал сердце,
как отравленное письмо.
Надломил волю,
как шоколадку "Золото Альп".
Надкусил яблоко,
как Белоснежка,
впитал красный яд.
Пришел домой
(дурной гость!)
и снял с себя скальп.
_^_
СЛОВО СЛОН В РУКУ ДАЛ ХОБОТОМ ТРУБКУ
Алло, кто-нибудь в этом городе,
возьмите трубку. Завтра здесь воцарится ад.
А пока под этим куполом,
усыпанным звездами, готов звонить, куда попало,
шутить взахлеб, плевать, что поздно...
- Девушка здравствуйте, как вас звать? Васса?
Сколько стоит вызвать такси до Марса?
(короткие гудки - в телефонной трубке
и на том конце провода - надутые губки)
- Кому теперь? Алло, диспетчерская? До каких работает аэропорт? С шести
ноль-ноль до плюс бесконечности? Перерыв с двух до трех? Большое спасибо.
- Девушка, это опять я, простите, а до... Юпитера?
(Короткие гудки.... бросила трубку)
Это какой-то бред табуреток! Завтра здесь будет ад... В зеркале - некто.
Так. Так. Так. Но это не вы это ваш предок.
Кисти рук в поисках сигарет, таблеток.
Бархатный шахматный стук в висках. Завтра здесь воцарится ад.
- Девушка, а до Сатурна?
А кроме шуток? А что, недурно....
(Ну, вот опять бросили...
Ну, мы же взрослые люди!..).
_^_
...И ГРЯНУЛ ГРОМ
Я НЕ УМЕЮ ДЕЛАТЬ БУМАЖНЫЕ САМЛИКИ
ТЕ, КОТОРЫЕ ДЕЛАЮ - ПАДАЮТ
Я НЕ УМЕЮ ВСТАВЛЯТЬ СМАЙЛИКИ
В АЙ-СИ-КЬЮ...
Я НЕ МОГУ СПЛЕСТИ ВЕНОК ИЗ ОДУВАНЧИКОВ,
А ЭТО ТАК КРАСИВО -
НАУЧИ МЕНЯ, ПОКА ОНИ ВСЕ НЕ ОТЦВЕЛИ
И НЕ ПРЕВРАТИЛИСЬ В ПРИЗРАКИ ОДУВАНЧИКОВ
_^_
ВРЕМЕНИ БОЛЬШЕ НЕТ
(командировочная фантазия)
Времени больше нет.
Оно вышло, стоит в пижаме
на балконе,
я - в гостиничном номере.
Я так долго боялся этого возвращения!
Блудный сын
просит прощения:
у отца-циферблата,
сестер-стрелок и брата-маятника,
у тополей за окном, у перегоревших лампочек-одуванчиков,
у фонтана, студентов, влюбленных и памятника.
_^_
ИМЯ МНЕ ТРЯСОГУЗКА
Имя мое водянистое: трясогузка. Видели когда-нибудь?
На живых нитках, пружинах тикающая птичка...
Поплавок нервный. Паук-водомерка. Перпетум мобиле,
вечный неврастеничный двигатель,
часовой механизм в голубоватом оперении.
Лишь одна вещь напоминает мне трясогузку:
пятизвездочная втулка
заднего колеса
шоссейного велосипеда
(смотрите в кинотеатрах).
Водянистый железистый запах весенней ядовитой зелени,
Влажный блеск глаз, подернутых стеклопластиком.
Трясогузка имя мне. Над блюдцем студеной лужицы
чищу перышки, зябну и прихорашиваюсь...
_^_
ЛИВНИ
Станем длинными ливнями
Станем клешеными ливнями
гривнами и карбованцами
польской валютой злотыми
Станем лапшой ливневой
Гривой львиной, кроной яблоневой
Гречневой кашей, теплой еще
Разговаривающей
Станем дощатыми ставнями,
Воротами будем тесовыми
Приталенными насекомыми
Осами.
Станем его инструментами
Станем минами длинными
Вытянутыми протяжными
Стежками станем портняжьими
Улицами удивленными
"Как же так?.." Станем же. Будем же.
_^_
* * *
Люди, забытые под дождем, как гроссбухи.
Перелистай их слипшиеся страницы.
Каждый из них, разжав руки,
отпустил что-то: себя, синицу.
На каждом лице ладони в мозолях.
Дождик сеется мелкой дробью на землю.
Красный "Иж", двух седоков взвесив,
Уносит их по направлению к остановке.
_^_
* * *
Оставь мне пядь чистой души,
чтобы было на чем стоять. На пуантах.
Оставь мне прядь волос, чтобы было что целовать -
Локон украденный, задание на дом.
_^_
ПОЭТИКА
Поэтика это когда чай Brook Bond
Из пакетика встречает
Кефир как залог беспечальной и вечной
Жизни и печенье песчаное
(add to favorites говоритц)
Поэтика это когда чай из пакетика
И дети вокруг
Понимаете, дети мелькают как мелкие
нежелательные инсекты
над языком голубым лоскутком из зажигалки
наполняя собой - плафоны, уворачиваясь
от свисающих с потолка клейких лент,
сквозь которые вполне можно смотреть на солнечное затмение
(по-английски eclipse)
Это любовь соковыжималки
К яблокам всех сортов...
Она выжимает их насухо.
И к сухофруктам засахаренным,
К кураге - пчел, ос (полосы, талии)
Или когда дребезжит поднос
Поэтика это любовь пламени к племени
Оловянных солдатиков
_^_
МИСС ТУРБУЛЕНТНОСТЬ
Мисс Турбулентность, здравствуйте!
Часы сломались, вышли из строя, трансформируются в насекомых,
в какие-то новые формы, неведомые науке, изучающей насекомых,
сквозь лупы и микроскопы.
Разгерметизация орбитальной станции - раскаленные заклепки в разные стороны
разлетаются и становятся спутниками обломки, части конструктора.
Космонавты как куклы в скафандрах, на пуповинах,
как на картинах Фриды Кало.
На столе стынет магнитофонный кофе.
Закуриваю противотанковую сигарету.
К двум часам я буду готов к труду и обороне,
к концу света.
Уйду-ка я в себя и закрою двери,
на засов, от полчищ орков, от троллей,
ухандокаю еще один день, повешу табличку:
("Do not disturb") Оставьте меня в покое".
Мисс Турбулентность: здравствуйте, здравствуйте.
Новые времена настали, я не справился с управлением.
Запутался как Лаокоон в каких-то резиновых кишках, шлангах,
в каких-то проводах разноцветных, в избыточной информации.
Это танец с тарантулами в черепной коробке профессора математики.
Часы сломались, вышли из строя.
Календарь разорван дрессированным сенбернаром.
Числа образуют номера телефонов. И я звоню по ним.
Алло, диспетчерская? Мир пластиковых стаканов?
Лом цветных металлов дорого?
Нельзя читать чужие листочки, сложенные вчетверо.
Повторяю, нельзя читать чужие листочки, сложенные вчетверо.
Это чревато разгерметизацией. Это как в операционную ввалиться с улицы
с папиросой, в грязных ботинках, как ассенизатор какой-нибудь.
Выругаться, как водитель трактора Ка-Семьсот.
Так нельзя.
Повторяю, как заклинания:
"Do not disturb",
"Access denied", мистер Ассенизатор.
_^_
СПОКОЙНОЙ НОЧИ
Насели свой мир призраками,
засыпь его наполовину морским песком,
белым как снег, потом насели свой дом насекомыми:
сверчками, саранчой и клопами.
Вот зачем: пусть они путешествуют призрачно
по обойным узорам цепочками (как саперы).
Насели свой дом шорохами.
Насели свой мир обрывками мыслей,
пусть они пляшут в вентиляторе магнитофонными лентами.
Забаррикадируйся саркофагами, мумиями.
Маслянистые коконы
тропических бабочек
развесь гирляндами под потолком.
Потом усыпь паркет сплюснутыми гильзами,
кислыми на вкус. После этого
ложись спать. Пусть тебе
приснится улыбка Джека Николсона.
_^_
|
© Михаил Малашонок, 2010-2026.
© Сетевая Словесность, 2010-2026.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Екатерина Вольховская. Львиная доля. Рассказы. [Есть такие совершенные создания, которым всё идёт и всё прощается. Их любят абсолютно все женщины и большинство мужчин...] Владимир Алейников. Сокольники. Эссе. [И погода была – хорошей, и нисколько не уставала все красоты поры осенней, вместе с явными чудесами, нам, друзьям, собравшимся вместе, здесь, на воле...] Надежда Гамильнот. Бунт как искусство (О книге Анны Горенко "Королевская шкура шмеля"). Рецензия. [О новой книге из мемориальной серии "Уйти. Остаться. Жить", посвящённой поэтам, ушедшим молодыми во второй половине XX - начале XXI веков.] Евгений Толмачёв. "Пора дать писателю официальный социальный статус". [Интервью с поэтом, прозаиком и публицистом Станиславом Минаковым. / С писателем мы поговорили о блеске и недугах современной русской...] Сергей Сутулов-Катеринич. 17 мгновений войны. Асимметричный цикл стихотворений. [Любая бойня – мимо воли Божьей: /
Помимо, но во имя сатаны. /
Прапрадед правнучонка уничтожит – /
Мальчонку, не пришедшего с войны...] Алексей Григорьев. Не далее как в этом январе. [бублики, бараночки, конфеточки, /
водочка, водичка, колбаса. /
были мы смешливыми поэтами, /
стали мы (ненужное – вписать)...] Михаил Ковсан. Радость большая. Рассказ. [А у соседей снизу радость большая. Не веселье, конечно, и тем не менее. Груз с плеч. Камень с души. Не сравнивая, что очень понятно, но груза кусок,...] Татьяна Горохова. Донкихоты духа. Эссе. [О Володе Курдюкове и его сыне Никите Кникта. / Владимир Курдюков – художник, который всю свою жизнь посвятил искусству, очень много работал:...] Юлия Великанова. Книга, пугающая с пользой (О романе Эдуарда Резника "Мой маленький Джей"). Рецензия. [Ещё одно понятие сейчас добавилось в нашу реальность – коллективное исцеление психики. Свою лепту роман в это наиважнейшее дело вносит.] Литературные хроники: Антон Ровнер. Пять поэтов, хороших и разных. [18 серия цикла "Вечер авторов хороших и разных" в Культурном центре академика Д.С.Лихачёва в рамках арт-проекта "Бегемот Внутри".] Марина Намис. Травяные наречия. [Ночь пока вселяется в нас, /
пока /
я снимаю азбуку с языка, /
вьюга снежным кругом обводит дом, /
говори на белом, на небылом...] Евгений Степанов. Будь что будет. [Я жил без пустословья. /
Любовь текла по венам. /
А то, что не любовь, – я /
Считал второстепенным.] |
| X | Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
|
