Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность


Игорь Куберский

Книга отзывов. Архив 88



Архивы:  08.08.13 (152)   01.02.13 (151)   02.02.12 (150)   26.05.11 (149)   15.01.11 (148)   13.08.10 (147)   04.08.10 (146)   09.03.10 (145)   02.12.09 (144)   01.10.09 (143)   30.03.09 (142)   30.01.09 (141)   23.12.08 (140)   19.10.08 (139)   15.08.08 (138)   10.07.08 (137)   28.05.08 (136)   27.04.08 (135)   17.04.08 (134)   03.04.08 (133)   29.03.08 (132)   24.03.08 (131)   17.03.08 (130)   11.03.08 (129)   03.03.08 (128)   02.02.08 (127)   24.01.08 (126)   14.01.08 (125)   07.01.08 (124)   27.12.07 (123)   19.12.07 (122)   11.12.07 (121)   19.11.07 (120)   01.11.07 (119)   25.09.07 (118)   06.08.07 (117)   23.04.07 (116)   13.04.07 (115)   03.04.07 (114)   27.03.07 (113)   12.01.07 (112)   14.12.06 (111)   02.12.06 (110)   21.11.06 (109)   15.11.06 (108)   21.10.06 (107)   26.09.06 (106)   06.02.06 (105)   19.12.05 (104)   12.08.05 (103)   17.05.05 (102)   31.01.05 (101)   06.01.05 (100)   16.12.04 (99)   26.11.04 (98)   10.11.04 (97)   31.08.04 (96)   20.08.04 (95)   18.08.04 (94)   18.08.04 (93)   17.08.04 (92)   14.08.04 (91)   01.08.04 (90)   13.07.04 (89)   05.07.04 (88)   01.07.04 (87)   20.06.04 (86)   19.06.04 (85)   15.06.04 (84)   13.06.04 (83)   06.06.04 (82)   17.05.04 (81)   01.04.04 (80)   08.03.04 (79)   28.01.04 (78)   30.12.03 (77)   08.12.03 (76)   01.12.03 (75)   25.11.03 (74)   09.11.03 (73)   29.10.03 (72)   04.06.03 (71)   21.03.03 (70)   05.02.03 (69)   31.01.03 (68)   23.01.03 (67)   16.01.03 (66)   07.01.03 (65)   30.12.02 (64)   25.12.02 (63)   17.12.02 (62)   13.12.02 (61)   09.12.02 (60)   05.12.02 (59)   29.11.02 (58)   27.11.02 (57)   22.11.02 (56)   16.11.02 (55)   11.11.02 (54)   23.10.02 (53)   08.10.02 (52)   30.09.02 (51)   10.09.02 (50)   21.08.02 (49)   08.08.02 (48)   24.07.02 (47)   11.07.02 (46)   29.06.02 (45)   09.06.02 (44)   28.05.02 (43)   17.05.02 (42)   29.04.02 (41)   11.04.02 (40)   14.03.02 (39)   26.02.02 (38)   19.01.02 (37)   06.01.02 (36)   28.12.01 (35)   14.12.01 (34)   29.11.01 (33)   14.11.01 (32)   30.10.01 (31)   24.10.01 (30)   20.10.01 (29)   16.10.01 (28)   12.10.01 (27)   04.10.01 (26)   29.09.01 (25)   23.09.01 (24)   15.09.01 (23)   12.09.01 (22)   05.09.01 (21)   30.08.01 (20)   27.08.01 (19)   13.08.01 (18)   31.07.01 (17)   26.07.01 (16)   24.07.01 (15)   22.07.01 (14)   20.07.01 (13)   19.07.01 (12)   18.07.01 (11)   12.07.01 (10)   08.07.01 (9)   04.07.01 (8)   02.07.01 (7)   29.06.01 (6)   21.06.01 (5)   19.06.01 (4)   30.05.01 (3)   24.05.01 (2)   07.05.01 (1)  



05.07.04 16:49:42 msk
igrok

Никогда я толком не понимал смысла переписки между людьми. Хорошо, если человек находится в плену, воюет на фронте или работает в верховном совете. Тогда ему, конечно же, следует ждать письма и думать над ответом. Или, допустим, ушёл кто-нибудь на разведку да заблудился в лесу. Естественно, нужно поскорее отправить в Центр сообщение, что, мол, ребят, 0,75 ^ ##8# по плану В или хотя бы $250, а иначе %100@zhopa.ru. А Центр ему: не отчаивайся, Димка, скоро осень.
Но вот в мирное время, я, честно, никак не могу понять, для чего людям нужна переписка? Сочинение письма живому человеку я рассматриваю как гражданский подвиг, акт интеллектуального отчаяния наподобие собирания марок или загибания коромысел. К тому же участие в переписке часто чревато последствиями.
Однажды я ответил на письмо читателя. Он жаловался на то, что его вероломно лишили украинской прописки. Читатель обещал взорвать самолёт Ленинград–Москва, если к его проблемам не прислушаются органы внутренних дел Советского Союза и паспортные столы мира. К письму прилагался акт независимой психиатрической экспертизы, признавшей его вполне вменяемым в отличие от официальных врачей-вредителей из института Сербского, постановивших считать его вялотекущим шизофреником. Ответ получился у меня настолько чувственным, что в течение последующих трёх с половиной лет этот подрывник звонил мне домой примерно раз в месяц и говорил: "Я думаю взорвать крупный химический завод, чтобы привлечь внимание общественности к проблемам простого человека. Что вы скажете по этому поводу"? Я смотрел на часы и говорил: "Родной мой, сейчас три часа ночи и общественность, мне кажется, спит. Давайте попробуем перенести взрывы на светлое время суток. Сходите на завод и перенастройте часовой механизм".
Вынужден признать, что письма от читателей (и почитателей) я получаю и теперь. Причём даже чаще, чем раньше, поскольку при нынешних порядках письмо больше не имеет ценности теракта. Это в прежние времена нужно было сначала взорвать самолёт, потом найти конверт, послюнявить его, вложить послание и снести на почту. Теперь, когда почта стала в основном электрической, слюнявить ничего не надо, автора может убить током. Интернет стал делом быстрым и безопасным, как чистка зубов с похмелья. Прищурился, поглядел в мутное оконце, пальцем по зубам поводил - и готово дело. Оно, может, и мелочь, но приятно.
Кстати сказать, одно время мне казалось, что получать электрическую почту неплохо, поскольку это позволяет поддерживать быструю связь с воображаемой аудиторией. Если я, допустим, сочинил что-нибудь воображаемое, а воображаемой аудитории вдруг понравилось, то я уже не буду долго чувствовать себя недоумком, а сразу пройдусь по улицам эдаким курабье, рассыпчатым и желанным. Но эта самонадеянная мысль, естественно, не сработала, поскольку курабье из меня, прямо скажем, никакое. Самым прекрасным, что мне прислала за всё это время воображаемая аудитория, было письмо из бухгалтерии туристической фирмы Coral Travel и послание человека по имени Алексей Турчин. Бухгалтерия, собственно, пишет мне одну только фразу: "Все богатые богаты одинаково, а всё безденежье разное". Алексей же Турчин предлагает мне за 100 долларов посетить тренинг "Деньги", помогающий рассеять страх перед накоплениями. Читатель прилагает к письму ещё и набор стихов о деньгах, из которого в память мою навсегда теперь врежутся строки Деньги - золото живое, сказка, праздник и мечта.
Сердце у меня такое, что богатое всегда.
Раздумывая над тем, как к этому следует относиться, я решил, что секрет человеческой переписки, наверное, вообще кроется не в радости общения. Всё гораздо таинственней, чем кажется поначалу. Это не люди пишут друг другу, а просто сама жизнь таким образом подаёт особые знаки, собрать и расшифровать которые и есть смысл жизни. Наверное, в письмах, подобных осколкам моего же собственного воображения, кроются фрагменты чего-то целого, сложив которое, я смогу понять самого себя.
Эта идея настолько меня увлекла, что я стал на полном серьёзе копаться в почтах и форумах, где на моё имя приходили различного рода сообщения, пытаясь как-нибудь ловко систематизировать полученное. Результат поразил меня ещё больше. Письма в ответ на мои публикации (даже те, что начинались со слов "Привет, поц, как Моссад, незадолжал по зарплате"?) можно было разделись строго на две категории, потому что всё их содержание по сути укладывалось всего в два слова "крайне интересно" и "бред". Ну, хорошо, в четыре слова "крайне интересно", "интересно", "бред" и"полный бред".
Таким образом, выходило, что я представляю собой абсолютно гармоничный результат борьбы добра со злом. Находка эта на время успокоила мои панические усилия по осмыслению нужности переписки. Выяснив, что я являюсь слепком тёмных и светлых сил, я решил, что для творчества и самовыражения этого вполне достаточно, внешний мир мне более не нужен. Всё необходимое само живёт во мне. Все космонавты, уточки, деревья, города, явления и страны, все страсти, низости и радости мира оказались теперь лишь плодами моего собственного воображения и то, что мне следовало делать впредь, так это прогуливаться среди них и примечать умелым взглядом. И я перестал обращать внимание на письма, решив пройти весь путь самостоятельно.
Это была странная и порою весёлая прогулка. По крайней мере, до тех пор, пока я не оказался у стен довольно большого химического завода. Я был там совершенно одинок и почему-то отчетливо понимал, что не смогу уйти отсюда никогда. Завод переработает меня и превратит в едкий зелёный веселящий газ, и я не появлюсь уже среди людей, поскольку этот завод – мой собственный головной мозг.
Единственным, что могло спасти меня в этой, прямо скажем, глупой ситуации, было письмо. Допустим, на имя Алексея Турчина, того, что звал меня на тренинг. Мне вдруг очень захотелось написать ему в ответ буквально следующее: "Дорогой, Алексей Турчин! В настоящее время я собираюсь взорвать химический завод, чтобы привлечь внимание общественности к нуждам простого человека. Что вы думаете по этому поводу?"
В этот момент я понял, в чём заключается прелесть человеческого общения по переписке. Просто в её возможности. Так что, когда я вернусь со своего химического завода, я, наверное, всем вам напишу. Правда, боюсь, я знаю, что вы мне ответите: не огорчайся, Димка, скоро осень.


05.07.04 14:55:48 msk
romero

Есть масса неизученных феноменов:
1. Такие качества, как мужская преданность женщине и умение мужчины же заработать на хлеб с маслом теперь, оказывается, обескураживающи и малосимпатичны.
Мир вам, убогие людишки, мнящие себя высокообразованными и высокопорядочными гражданами собственного плоского мирка надуманных истин и придуманных жизненных целей.
2. Верность женщине, которую "оказывается, ещё можно и любить".
Привет вам, всевозрастные циники, думающие в своём эгоизме и малопригодной для настоящей земной жизни никчёмности о своей исключительности, неповторимости и обманчивой желанности - не испытать вам истинного наслаждения и ощущения нужности даже в предательстве.
3. Особый критинизм задающего вопрос ("может быть, жена кормит?") в надежде, вероятно, на ответ, после которого ("Я уже писал, отвечая Хелен, что однолюб") следует совсем уж критическая в своём непоследовательном (а, может быть, именно в нём) критинизме реакция ("Не лучше ли было бы ему написать ей письмо, а не поститься  по этому поводу в чужой гестбуке").
Завидую вам, постящиеся в чужих гестбуках, задающие вопросы без возможности ответов, жрущие, жующие, перерабатывающие, срущие и мечтающие о собственной единоличной  вседозволенности в любых пределах (даже этой Гостевой), не замечающие в недрах своего оскорблённого самолюбия маленький кусочек дерьма, с которого и начинаются все глобальные проблемы одноразовости и стерильности "медперсонала", не умеющего ни раздваиваться, ни растрАиваться, ни даже толком растрОиться из-за кратковременной использованности и пластиково-пакетности.
4. Самый странный в своей очевидности феномен - яростное неумение читать (и хотя бы попробовать что-то понять) знакомые со школы буковки, складывая их в слова и предложения.
Где написано, что я верен собственной жене, а не за "единственным любимым взрослым человеком"?
Где написано, что двухяйцевые одняшки в медирцинских халатах вообще способны изучать какие-либо феномены?
Где написано, что слова о собственной самодостаточности нужно читать как апломб о "финансовой состоятельности"?
И с каких это пор romero стал "нашим"?
Вашим, доктор, я не стану никогда, ни за какие деньги и ни на каких условиях - так что копайтесь со своей "пацанской" непосредственностью и фамильярной посредственностью в баночках с собственным калом, пожизненно изучая один единственный феномен - уникальную в своей неповторимости свою же персональную человеческую глупость.


05.07.04 13:41:30 msk
Если малосимпатичны ответы, то не надо задавать совсем уж несимпатичные вопросы.


05.07.04 11:00:10 msk
Доктор

Есть что-то обескураживающее и малосимпатичное в том, с каким апломбом наш romero  заявляет о своей финансовой состоятельности и верности собственной жене, которую он к тому же еще и любит. Не лучше ли было бы ему написать ей письмо, а не поститься  по этому поводу в чужой гестбуке? К тому же он,  постясь, каждый раз ухитряется делиться еще на два ника, как боеголовка или амеба, что вовсе уж странно. Растроение личности? Сей феномен мной еще не изучен. Впрочем, эти пацаны дублируют друг дружку, как однояйцевые тройняшки.


05.07.04 06:14:19 msk
Спам Спамович Ромеров

У знаком с человеком, в голове которого оказались (или уже были изначально - не знаю) спички. Гладкие, ровные деревянные брусочки с серными головками. Точно такие же, как продают в табачных ларьках, чтобы чиркать и прикуривать. Разница заключалась в том, что у этого человека спички были прямо в голове, и как их оттуда было доставать, я лично ума не приложу. Главное дело, совершенно не понятно, откуда они взялись, как туда попали. То ли были уже с рождения, то ли забрались в голову по какому-то недосмотру. Но я думаю, что, скорее всего, они там просто накапливались с годами. Человек играл в прятки, катался на велосипеде, собирал жёлуди, брился, ходил на работу, тискал женщин, спорил о политике, участвовал в жизни страны и думал, что это принесёт результат. А в результате в голове скапливались только спички. И, в конце концов, их собралось там уже такое количество, что стало много. То есть просто была уже зима, приближался Новый год, пора было подумать о подарках, о семье, о будущем, а у человека в голове – целый ворох спичек, которые постоянно трясутся, шуршат и мешают нормально жить. А и посудите сами: можно ли жить по-людски, когда в голове одни только спички?
Ну и вот. Прежде всего, невозможно было сосредоточиться. Спички постоянно тряслись и тряслись, шуршали и шуршали, и от этого лицо человека принимало отвлечённое, философское выражение.
– О чём ты вообще думаешь? – спрашивали его в такие минуты.
– О бобрах, – отвечал он.
– Почему же о бобрах?
– Мы мало знаем о них.
– Мы знаем многое другое.
– Чушь. Ничего вы не знаете.
– Это почему же?
– Вы знаете, например, сколько спичек в коробке?
– Нет.
– Вот видите, – отвечал человек. – Нельзя знать многого, не зная элементарных вещей.
Сказать по правде, человек этот был эгоистом. Это ведь ладно, когда в голове у тебя одни только ссаные тряпки. По крайней мере, ты можешь тогда познакомиться с какой-нибудь шваброй и водиться с нею остаток дней. Неплохо, если в голове кисть рябины – её облюбуют синички. Совсем неплохо, когда в черепе выросли опята, – со всей округи набегут грибники. Прекрасно, когда голова набита кислой капустой – надел на неё кастрюлю, подержал над газом, и вот уже готовы тебе щи, ешь себе и не пищи. Наконец, просто великолепно, если вместо мозга – саморез. Ты можешь вгрызаться им в сущности, торчать в любой поверхности заподлицо. А ну как в голове – только спички. Они ведь, известное дело, – не игрушка. Легко ли такому человеку уживаться с окружающим миром? То-то. Впрочем, человек со спичками в голове рассуждал таким образом, что, по крайней мере, с такой головой, как у него, не пропадёшь. Такой головой – о-го-го! – можно "зажигать" всю оставшуюся жизнь. Ею можно чиркать и светить, когда вдруг отключат электричество, когда внезапно заблудишься в лесу. Такой головой всем можно дать прикурить, и мало им не покажется. Так оно и получилось. Или почти так.
Как я уже говорил, дело было примерно под Новый год, когда наступает уже пора суеты, предпраздничного смятения, когда все стараются лишний раз попечалиться о прежней жизни и помечтать о будущей. В эти мгновения все вдруг высыпают на улицы, обмениваются взглядами, несут в толпе свои головы, в которых прячутся праздничный ананас, перечница и утюг. И всех прихватывает морозцем, и краснеют игрушечные носы. И у нашего человека настроение было отменным, и в голове его шуршало и тряслось что-то необычайно радостное. И тут у него попросили прикурить.
Необходимо сказать, что спичек у нашего человека отродясь не водилось – разве только в голове, да и то к середине жизни, он для себя не решил, как их оттуда правильно вытаскивать. Однако ж для того, чтобы показать, как светла и огненна его мысль, как способен он зажигать окружающих, как лучезарно будущее мира, человек наш размахнулся покрепче своею странною головою и чиркнул ею по шершавой по стене. Снопы бессмысленных искр разлетелись от этого в разные стороны, череп его занялся весёлым пламенем, как бенгальский огонь, а после этого всё потухло.
Очнулся наш герой, когда понял, что в голове его стало вдруг пусто и вообще стало темно. И стоял он один посреди этой темноты, сжимая в руках какой-то странный коробок. Тогда он раскрыл его. Внутри лежали самые обычные горелые спички. Гладкие, ровные деревянные брусочки с обуглившимися головками. На всякий случай он сосчитал их. Спичек оказалось ровно сорок семь. Отчего-то человек наш заплакал. И в пустой голове его от этого появился первый крючок.
К чему я всё это рассказываю? Время тогда было предпраздничное, волшебное. Всякий раз оно разрешает нам мечтать о новой, невиданной жизни. Никогда не отказывайте себе в этом нечаянном удовольствии. Радостно встречайте ещё один год, который каждый раз обязательно отложит вам в голову что-нибудь новое, своё – камушек, например, щучью икру или пипетку. Но только заклинаю: будьте осторожнее со спичками. При неумелом обращении с огнём можно спалить всё вокруг и в какой-то момент обнаружить, что рядом не осталось никого, ни одного приличного человека. Одни только окурки. Ну и ещё, конечно же, бобры...


05.07.04 04:06:02 msk
igrok

Меня всегда интересовал один очень важный вопрос - чем же всё-таки думают люди?!. Да и сам вопрос представлялся чем-то вроде кукурузы в непаханом поле представлений человека о себе самом. Только после ответа на этот основополагающий вопрос я представлял возможным легко убедить себя в том, что человек - венец цивилизации, совершенное создание, которое, в отличие от Му-Му, может самостоятельно играть на ксилофоне, заседать в парламенте и варить суточные щи. Хорошее знание ответов на вопросы вообще ведёт человека к блистательным высотам миропонимания. Даже бегло осмотрев себя или почесав ради интереса какой-нибудь орган, человек начинает разбираться, что у него откуда растёт, для чего оно надобно и как им пользоваться, если завтра, не дай бог, война, понос или золотуха. Так что и нам с вами, дорогие мои, следует подойти к подобным вопросам более тщательно, с интересом, чтобы, может быть, раскрыть и в себе тайные, ранее неизвестные способности. Или наоборот, забыть о них навсегда, чтобы не прослыть психопатами или диагностами.
Начнём, разумеется с головы, ибо именно голова зачастую находится в верхней части любого прямоходящего человека (мне же мечтается, что именно этим органом и/или его содержимым человек и думает, отвечая самому себе на заданные вопросы). Голова - это особый продолговатый нарост, имеющий уникальное преимущество перед остальными местами организма. Скажем, только голову человека принято фотографировать на паспорт, поскольку голова, а не пятки и подмышки носят конкретные имя, фамилию и отчество гражданина любой страны. Внимание именно что головы хотят привлечь люди, когда надумают поздороваться со своим современником, выпить водки или разгрузить вагон муки.
- Здравствуйте, Доктор, - принято говорить тогда голове.
- Здравствуй и ты, Пациент, - отвечает голова, если её, конечно, ни с чем не перепутали (либо она сама себя принимает не за то место).
Это, естественно, далеко не все преимущества головы. Скажем, если мы рассмотрим сугубо мужскую голову, то обратим внимание, что она, как правило, состоит сразу из трёх частей - лысины, затылка и рожи. Ловкое сочетание этих компонентов делает мужскую жизнь заметно богаче женской. Известно, например, что мужская голова не всегда может как следует и понять-то, чего от неё требуется. Тогда ей за это можно сунуть в рожу, иногда также называемую рылом или торцом. Если же она что-нибудь понимает, но туго - треснуть ей по затылку. Когда же она всё прекрасно понимает, но молчит, - то можно и поцеловать её за это в любимую лысину. Обидно, что до сих пор не совсем ясно, откуда взялась у мужчин голова. На этот счёт в официальной анатомии сегодня существуют две более или менее внятные гипотезы, впрочем, взаимно исключающие друг друга. Согласно одной из них, голова человека - не что иное, как морская раковина, в которой когда-то обитал Берибобель, доисторический моллюск доброты. Изредка выходя на балкон раковины, Берибобель курил, глядел в соль океана и предавался тоске по лучшим временам. Время от времени он умирал, рождая из песка и слюны жемчужину народного гнева. Выйдя на сушу, Берибобель не вынес страданий и извёлся как класс, а раковина была вынуждена лежать на пригорке, овеваемая ветрами перемен. В результате в ней образовались отверстия, прильнув к которым, до сих пор можно слышать вой пучины, запах табака и непристойности. Для жизни в океане современная человеческая голова уже не пригодна.
Другая теория менее романтична. Она склонна рассматривать мужскую голову как кедровую шишку, которая в ходе эволюции немного обтесалась и растеряла почти все орехи. В пользу этого соображения можно привести хотя бы тот факт, что до сих пор, если как следует потрясти головой, чувствуется, как в ней что-то такое действительно гремит и чешется. Возможно, это и есть уцелевшие орехи. Или чечевица (хотя откуда в кедровой шишке чечевица, для учёных до сих пор остаётся загадкой).
Впрочем, в наше время споры вокруг происхождения головы несколько поутихли. Важным почему-то считается не то, откуда взялась голова, а то, что конкретно в ней находится. Именно мох, который растёт в человеческой голове, тщательно изучается сегодня специалистами. Предполагается, что он наделён разумом. То есть головной мох, по мнению учёных, способен к самостоятельному мышлению и оценке мира. К тому же он якобы контролирует работу всего организма, отдавая ему указания, соответствующие текущему моменту.
Здесь с официальной анатомией лично я охотно бы поспорил. Соображения о разумности человека - это, конечно же, полная чушь. Дураку ясно, что если бы вся голова человека состояла не изо мха, а допустим, даже из авокадо, ума бы от этого не прибавилось. Ведь для того, чтобы смотреть футбол по телевизору, платить (или, наоборот, не платить) налоги, рубить дрова и снимать трусы, согласитесь, никакого особого авокадо не требуется.
Вообще, лично я считаю, что голова не только не помогает человеку, но даже и изрядно вредит его организму. Вспомните: всякий раз, как соберутся ноги, например, побежать-побежать по тропинке красоты, руки решат потянуться-потянуться к прекрасному, а глаза надумают налюбоваться-налюбоваться на совершенство, ничего из это не выходит. Всё это теряется во мхе головы, путается, блуждает, пока не увязнет совсем уж по горло, совсем без надежды, без любви. Стоишь, бывало, тогда посредь страны. Вместо головы - нарост. Вместо мозга - Берибобель. Стоишь, простоволосый, и думаешь: "Господи, это ж какое говнище вокруг несусветное! Хоть вой".
Вот что я скажу вам по этому поводу, прямоходящие мои друзья. Учите анатомию. И берегите голову свою. В конце концов, как бы сложно ни было нам с ней, всё-таки она - свидетельство неоднозначности бытия, многогранный инструмент познания истины. На трёх компонентах её держится этот мир - на затылке, лысине и роже, изредка называемой также рылом или торцом. И не надо большего требовать при жизни от подобных голов. Ну а после смерти из них пепельницы хорошие получаются. Или подсвечники - на случай уж совсем кромешной темноты.


05.07.04 03:30:25 msk
romero

Му-Му, сдаётся мне, очень много чего не договаривалО, - потому-то всё так печально и закончилось (причём - для всех участников процесса!). А что до меня - отвечу по всем пунктам (как перед лечащим врачом - правда, подозрительно давно и, похоже, всерьёз ничего не беспокоит: вероятно, уже умер).
1. Инфантильность - это когда тебе жена без денег не даёт (причём, сдаётся мне, что причина не в деньгах - психиатры ведь могут обращаться к коллегам сексопатологам (?) - и в этом ничего странного и страшного нет).
2. Компьютер - это такой тип пылесоса, обсуждать наличие которого в свете причастности к богатству даже как-то неловко (и это при том, что мой компьютер даст фору десяткам профессиональных).
3. Время - категория абстрактная как и безвозмездность, ибо, во-первых, воздастся (хотя не предугадать - как отзовётся), а во-вторых, по разному воспринимаемая в силу субъективных причин: для того чтобы писАть все гостевые безделицы времени необходимо крайне немного, а умение выражать свои мысли орфографически грамотно и литературно корректно столь очевидно незатруднительно, что уделять этому пристальное внимание даже не представляется возможным и уместным.
4. Женщины - я уже писАл, отвечая Хелен, что я однолюб. "Жёны на мерсах" - это такая совково-перестроечная картинка для бедных (умом и средствами), собой ничего не выражающая, но выдающая с головой коллекционера подобных открыток. Я же (как любой самодостаточный человек), являясь не Доктором, но мужем, абсолютно самостоятельно способен себя накормить, одеть, обуть, попутно утерев сопли нытикам, плачущим на предмет "много денег не бывает" (как говаривал один из персонажей Жванецкого - шоколад в постель могу себе подать, но для этого придётся встать, одеться, приготовить, раздеться, лечь и выпить). Кроме того - мне доставляет неизъяснимое наслаждение процесс (и результат) ухаживания (и заботы) за единственным любимым мной взрослым человеком, приносящий такое несказанное удовлетворение, которое вряд ли доступно в этой жизни простым смертным (не умеющим по-настоящему любить и доносить домой все деньги, покупающим машину втайне, а не вместе, счастливо смеющимся только при наличии денег).
На самом деле всё просто - первую половину жизни ты работаешь на имидж, вторую половину жизни он работает на тебя: я рано начал работать, работаю много (и даже во второй половине). Именно поэтому уже мало волнует вопрос наличия фантиков с водяными знаками. Именно поэтому и свободного времени так много. Именно поэтому и аппетит хороший. Именно поэтому и девушки любят - но, поверьте, не за деньги и заслуги перед Родиной и Судьбой, и не так, чтобы я этим мог цинично пользоваться (ибо я в состоянии отличать правду от лжи, белое от чёрного, настоящее от поддельного).
Сдаётся мне, Доктор, что Вы, как Каштанка, - за штанину покусываете, а получается просто цирк какой-то...
И самое главное - если кто-то пытается ухитрится выживать, то я просто живу - а для этого необходимо иметь мужество, честь и чувство собственного достоинства (а есть деньги или нет их - оставим это для Докторов)!!!


04.07.04 22:08:11 msk
Доктор

Все это довольно занятно, но меня почему-то охватывает беспокойство – как это наш romero при таком, мягко говоря, инфантильном взгляде на деньги ухитряется выживать. Ведь вот имеет компьютер, доступ в интернет да  и времени, видать, прорву – попробуй  столько понаписать и притом совершенно безвозмездно. Может, жена кормит? Появились теперь такие крутые жены на мерсах…
Мне тоже не сразу дался переход на деньги. Помню – первые большие деньги я подбросил вверх перед женой и детьми, и они ( деньги) устали весь пол и мы их собирали, счастливо смеясь.
Может, с тех пор я и понял, что когда есть деньги – это хорошо, а когда их нет – это плохо. Что много денег не бывает. Что брать деньги за свой труд не стыдно. Что если часть денег не доносить домой жене, то через год можно купить авто. Что когда есть деньги, то и аппетит хороший и девушки тебя любят. А без денег даже жена с тобой не ляжет.
Даже бомжу нужны деньги, и он, санитар полей, лесов и пляжей, проводит первую часть дня за собиранием бутылок, чтобы провести вторую часть, как ему хочется, – то есть выпимши.
Нет, romero, сдается мне, что вы, как Муму, что-то не договариваете.


04.07.04 06:16:55 msk
romero

А я несколько раз в своей жизни я встречался с деньгами. Это были краткие, но яркие встречи. И я до сих пор помню некоторые из них.
В первый раз это случилось ещё в том счастливом возрасте, когда мальчиков отправляют за квасом с эмалированным бидоном в руках. Этим мальчиком в тот раз оказался именно я, и в руках моих был бидон, и на улице стояло удушающее ленинградское лето, а на асфальте лежали десять рублей. Красная, бессовестная бумажка, потерянная кем-то по недоразумению.
Десять рублей представлялись мне в то время циклопической суммой денег, сопоставимой разве что с бочкой кваса, из которой судьба минуту назад была готова нацедить мне один бидон. Невозможность обладания десятью рублями была совершенно очевидна. Двумя днями раньше я клянчил у родителей розовый пластмассовый автомат "Огонёк" за три рубля и как раз накануне с трудом смирился с мыслью, что покупка "Огонька" может довести мою семью до тяжкой финансовой катастрофы. Поначалу я даже думал отвернуться и не заметить страшной находки. Но было уже слишком поздно.
Десять рублей лежали, я шёл к ним навстречу, и наше судьбоносное свидание было неизбежным.
Как только я поднял деньги, я почему-то отчетливо понял, что не смогу справиться с ними никогда. В небольшой красной бумажке была заключена сила сразу трёх пластмассовых автоматов "Огонёк" и ещё чего-то таинственного, и эта сила не имела никаких разумных объяснений. Чтобы не пасть её невинной жертвой, мне нужно было поскорее обменять десять рублей на что-нибудь более внятное и простое. Почувствовав это, я забыл про квас и отправился в магазин производственного объединения "Колосс", где купил тридцать пакетов толчёного яда под названием "Суп вермишелевый с мясом". При добавлении в кипяток яд превращал обычную воду в мутно-зелёную жидкость с запахом и вкусом испытаний. В детстве мне казалось, что только пройдя именно через эти неимоверные и тяжелейшие испытания, человек может повзрослеть, дожить до 16 лет, получить паспорт и стать совершенно свободным.
Покупка тридцати пакетов вермишелевого супа была моим первым самостоятельным идиотским поступком. Родители стали поглядывать на меня с опасением и летом отправлять в профсоюзный пионерский лагерь "Берёзка", ненависть к которому я до сих пор нежно храню в своём добром сердце. Но главным результатом встречи с десятью рублями стали всё-таки особенные отношения с деньгами, установившиеся у меня сразу, бесповоротно и навсегда.
Фактически отказавшись от денег, поменяв их на грубую мутно-зелёную прозу, я остался жить в реальном мире, где настоящих денег почти что не бывает. Они заглядывают сюда лишь иногда, для озорства, чтобы намекнуть о своём существовании людям.
Мои последующие встречи с деньгами по идиотизму, в сущности, немногим отличались от первой.
В 16 лет, когда у меня был уже паспорт а я вдруг с ужасом понял, что жизнь на этом не заканчивается, я пошёл получать гонорар за публикацию в газете. В ней не было ни одной знакомой мне буквы, текст был полностью переписан какими-то людьми, но под ним стояла моя фамилия и, стало быть, мне причитались какие-никакие рубли. Надев единственный в своей жизни костюм цвета какао, я отстоял довольно длинную очередь вместе с какими-то важными и безумно печальными людьми, протянул кассирше паспорт и узнал, что школьникам гонорар не положен.
Ещё я помню свои тяжкие раздумья на заре перестройки на тему, стоит ли занимать у одного знакомого семь долларов США на покупку в валютном магазине литровой бутылки водки Smirnoff: смогу ли я когда-либо в жизни вернуть эту фантастическую иностранную сумму? Ещё я помню бесконечное количество окошек, где деньги мне выдавали уже под роспись, как важный документ, не подлежащий передаче другому лицу.
Я помню мало денег, достаточно денег и много денег. Я помню их бумажками, стопками и брикетами, похожими на динамит. Но я совсем не помню, куда они все делись, зачем и по какому поводу я встретился с ними и как именно расстался. Я никогда не мог понять, почему, почему я так и не накопил их, не полюбил, не сблизился с ними.
Всерьёз я задумался об этом лишь однажды, когда денег в какой-то момент не стало. Я хотел их, но они почему-то не встречались на пути. Я стал тогда впервые думать о деньгах всерьёз, припоминать, какие они бывают. Я вспомнил много денег разных народов, которые мне приходилось держать в руках. Они были с геометрическими фигурами, с цветами, с какими-то лупоглазыми людьми в буклях, с проспектами, переулками, цветными пятнами, опушками, животными, реками и домами. В этих странных рисунках и цифрах было явно зашифровано какое-то послание, смысла которого я так и не мог отгадать. Однако от долгих раздумий о деньгах мне вдруг показалось, что это не банковские билеты, не государственные обязательства, не эквиваленты, а своеобразные открытки. Тайные приглашения людям посетить другой мир. Мир треугольников, акварельных цветов, нарисованных проспектов и господ в буклях. Мир тайных водяных знаков, видных только на просвет. Мир, отгороженный от смертных многими степенями защиты.
Внезапно я вспомнил своих друзей, всерьёз и на всю жизнь воспринявших эти приглашения. Их живые лица и вправду отражались теперь в моей памяти в виде пастельных рисунков, на их головах появлялись кудрявые букли, а голоса делались мягче, тише и становились похожи на шелест купюр. Мне даже казалось, я вижу их в окнах нарисованных домов. Они стояли там вполоборота и ждали нарисованного рассвета. На лицах их застыла радостная улыбка недоумения.

Б-р-р-р. Единственное, о чём я на самом деле жалею, - так это о том, что закрыли магазин производственного объединения "Колосс". Я бы и сейчас наведался туда, чтобы купить себе толчёного яду, вселяющего надежду на взросление. Эти супы, кстати, в своё время называли "суп-письмо". Я бы отправил это письмо своим друзьям, чтобы иметь возможность хоть иногда разговаривать с ними.
Кстати! Если будете в мире денег, передайте им привет.


03.07.04 02:28:22 msk
igrok

Это точно - довольно отвратительно, что в России до сих пор существуют деньги. Немного радости от них. А и может ли сделать человека счастливым кора, ободранная с родимых берёз, на которую слезами нанесены водяные знаки нужды? Сами собою напрашиваются лирические строки: "Плачут берёзы. Жухнет трава. Сколько же горя в стране от бабла!" Подкуп. Взятки. Казнокрадство. Убийства. Подлоги. Вымогательство. Грабёж. Косоглазие. Педерастия. Думаю, не следует поворачиваться к этим фактам спиной. Деньги в России, действительно, необходимо упразднить.
Подумайте сами, сколько духовной силы и таланта сможет выпустить тогда на волю наш терпеливый народ из тесных клеток своих материальных затруднений. Прежде всего, лишённая денег страна сразу же вернётся к своим корням, вспомнит, как растить их, окучивать, выкапывать. Крестьянин, сегодня загубленный, тёмный и пьющий, заново обретёт свою ценность - он научит нас рыть помидор, парить репу, щипать куру и воспитывать утя. Румяные женщины снова станут, сообразно частушкам, "напрасно отдаваться трактористам". Сторожа совхозных садов снова возьмутся за двустволки, чтобы сбивать с деревьев голодных тимуровцев. Петухи заменят нам будильники китайского производства.
Воспрянет и рабочий класс. У него пропадёт неуверенность в завтрашнем дне. Он будет знать совершенно точно: зарплаты не будет всю жизнь. Тогда только и появится трудовая доблесть, набухнет рабочая косточка в голове, даст росток. Примчится рабочий в цех, овладеет напильником, настрогает деталь и вынесет её к людям - полюбуйтесь, братья, какую мандулу я сработал без единого гвоздя, присобачивайте её теперь куда хотите, а я таких еще могу тыщу! И схватят его братья в объятья, взгромоздят на пьедестал и отделают в бронзу в назидание потомкам.
Хорошо и интеллигенции. Это вообще её стихия - упиваться собственным безденежьем. Напишут патетический стих. Замахнутся кистью на полотно. Не побрезгуют прозой. Чаще станут браться за реактивы, бить током лягушек, проращивать в ватке фасоль. Учёному и поэту незачем деньги - ведь их манит неизведанное, а не кефир.
Прекрасно себя почувствует менеджмент, которому больше не нужно будет заниматься всей этой ебитдой (EBITDA (англ.) - Earnings Before Interest Tax Deprecation and Amortisation - прибыль до уплаты процентов, налогов и начисления амортизации). Будучи детьми не плотского акта, а корпоративного духа, менеджеры наконец-то займутся тем, что умеют делать лучше всего, - станут лущить кедровые орехи и петь под караоке. В результате будут изобретены тарифы сотовой связи "Молчаливый" и "Нордический", навсегда утопят в унитазе туалетного утёнка, а тётя Ася, наконец-то, безвозвратно отравится отбеливателем.
Олигархи вылетят в космос, ибо что им останется делать на Земле? Конечно, поначалу их будет нам не хватать: кого ж мы будем обсуждать и ненавидеть? Зато заоблачные просторы станут бороздить прекрасные, невиданные прежде корабли с колоннами, лужайками, фонтанами, собачкой Фифой и элементами фэн-шуй.
Страна избавится от удушающего бремени чиновничества. Оставшись без взяток, канцелярские оборотни перестанут наконец-то царапать на стенках лифтов нецензурную брань. Подождут-подождут мзды да и займутся делом: станут кататься на лыжах, наряжать ёлки, играть на дуде. Конечно, к сожалению, вымрет часть милиционеров - околеет на дорогах, подавится свистком. Зато выжившие будут рыскать - искать грибы, копать клюкву, переводить старушек через дороги.
Как-то вдруг, из сырых, неудобных засад к людям выйдут чекисты. Они улыбнутся, отогреют руки и расскажут наконец всем нам главную нашу государственную тайну, какую стерегут столько уж лет: почему же в России всё время такая хреновая жизнь? Почему нужно всегда ссать мимо унитаза либо вовсе без него?
Всем будет хорошо, легко и свободно без денег. Только вот я не знаю, что станет делать тогда наш президент Владимир Владимирович Путин. Кого он будет ловить, сажать и разоблачать? Как наведёт порядок? Чем удивит народ? Но я по этому поводу думаю так - там и поглядим. Это ж с деньгами нас у него так много. А без денег он у нас будет один.


03.07.04 01:47:52 msk
А, по-моему, всё из-за денег. Не приспособлены язычники к этим заморским бумажкам...


03.07.04 01:21:49 msk
Спам Спамович Ромеров

А всё потому, что роль самопознания в Отечестве так велика, что выходит далеко за рамки собственно приседаний и гребли как ниоблее часто встречаемых видов "советского спорта". Так и рабочий человек, точа деталь, и крестьянин, ковыряя гряду, и музыкант, дуя в дуду, думают: а вот на какой бы такой хрен всё это нужно? Надо же было сделать из меня такого дурака, чтобы дуть всю жизнь в одну и ту же дырку, а толку от этого - один только свист? И не катись ли она к чёрту, жизнь такая, сволочи, паскуды, обманщики, воры, жулики, христопродавцы, поганые жиды (здесь может быть масса вариантов - выбран наиболее распространённый)? Сгубили, сгубили талант, зарыли в сырую отеческую землю, за какую бились отцы и деды наши, и дети будут погибать.
Так думает наш человек, и в это мгновение он именно что непобедим, потому что сам себе враг, он сам себе судья и сам себе господь. Только молния или желтуха могут в эту минуту выбить его из наших сплочённых рядов, но и тогда он навеки останется в списках части.


03.07.04 01:03:19 msk
Ещё одно мнение

Жизнь и вообще устроена по-идиотски, но только в России люди умеют получать от этого таоке удовольствие. Говорю без капил иронии и сарказма - действительно, где как не у нас?..


03.07.04 00:58:00 msk
romero

Русские, узбеки, грузины - джентльменский набор из зашоренных штампов и этнических заблуждений. А вот кто такие эти самые русские? Если раз хотя бы в жизни доводилось вам бывать русским человеком, вы, конечно же, помните это ни с чем не сравнимое ощущение. Зубы выбиты, голова нечёсана, руки растут из задницы, ноги по локоть в непролазном дерьмище, денег нету ни черта, дети - негодяи неблагодарные, друзья - сволочи, слова доброго не услышишь, будущее - ошибка, прошлое - заблуждение, а ветерок такой тёплый, ласковый, а рассвет такой сказочный, розовый, и лежишь ты, пряник недоеденный, посреди пустого стола мироздания и думаешь тихо про себя: "Родина моя ненаглядная, как же прекрасна ты у меня! Как же счастлив я, будучи у тебя!" Конечно же, это незабываемые мгновения. И особенная их прелесть заключается в том, что сделаться по-настоящему русским может совершенно любой человек, хотя бы даже и тунгус, или монгол, или негр. Чем-то это похоже на то, как любой желающий может стать американцем. Только для того чтобы записаться в американцы, нужно стоять в очереди, есть землю, клясться на долларе и в результате рано или поздно всё-таки попасть в состав компота из сухофруктов - набора жёстких фиников, изюмов и дичков, запаренных кипятком капитализма. А для того чтобы сделаться истинно русским, никакого даже и желания не требуется. Русские ведь - народ стихийный, паюсный, поэтому не нужно ни паспорта, ни исторического наследия, ни веры, ни целенаправленного полового акта. Всё происходит как-то само собой, внезапно, ибо настоящие русские - не результат сложной эволюции, смены мезозоя кайнозоем под трепет балалайки, а следствие болезненного озарения, проще говоря, сотрясения головного мозга. Например, я совершенно убежден: если об голову какого-нибудь негра бить кирпичи, лечить его водкой, жалеть и петь ему песню "Мне малым-мало спалось", он либо обидится, либо через неделю сделается таким русским, что, встречая его у подъезда, вы будете говорить:
- Здорово, Афанасий! Как жена, как дети?
А он будет отвечать:
- Да пошёл ты в жопу, Аполлон. И без тебя тошно.
Вообще сотрясение головного мозга - настолько чудесное состояние, что способно совершенно видоизменять мир, делать зыбкими границы материального и духовного, превращать говно в пулю, а пулю - в мысль, которая "всё летит". К тому же при внезапном повреждении ума окружающая природа приобретает некоторую вселенскую загадочность, а акт общения с нею - силу заклинания. Кушпель-пушпель-три-рубля-кукиш-пупиш-тра-ля-ля! Становятся видны пугающие знаки - и хорошие, и плохие. Однако отличить одни от других в таком состоянии практически нереально. Не случайно же русскими инь и янь служит один и тот же предмет - топор. Им можно, как говорится, и мон-плезир из дров натесать (да не один), и старушку по голове приголубить (да не одну). От сотрясения из человека также часто выходит песня. Долгая, протяжная - не то радость, не то вой. Движения его приобретают пластичность и необязательность: хотел сделать что-нибудь путное, а получился только хоровод. Наконец, очень беспокоят окружающие люди, в особенности незнакомые (особенно, - с другим цветом кожи и/или разрезом глаз). От этого, кстати, символами подлинно русского гостеприимства издавна являются хлеб и соль - лакомство, в сущности, трудное, тюремное. Но самым, конечно, прекрасным последствием внезапного помутнения головного мозга служат мучительные вопросы, которые русский человек обычно задаёт себе сам и сам же на них не может ответить. Ну как, к примеру, выяснить, "кто виноват?" Медицинский факт: ударенный ум не помнит ни обстоятельств удара, ни их последствий. Следовательно, не виноват никто. Или сразу все. Или кто угодно. Другой пример: вопрос "что делать?" Следует ли истязать себя познанием, если дураку ясно: делать нельзя ничего. Постельный режим. Покой. Максимальное потрясение - душ Шарко и макрамэ. Однако именно из-за того, что русскому человеку категорически противопоказаны любые виды деятельности, он берётся за всё что угодно, после чего умирает в мучениях и славе. К великому счастью, - это не приносит никаких конкретных результатов.
Единственное, пожалуй, преимущество от жизни на свете русских людей - это их колоссальное превосходство над другими народами мира. Всё дело в том, что другие народы какие-то уж больно умные. И в этом их очевидная слабость. Мозг ведь, как известно, нужен только для координации движений, не более того. Чтобы правильно набрать телефон, попасть в трусы и вынести мусор. Плюс, разумеется, накопить несколько полезных сведений - как зовут маму, как пишется "водка" и как пройти в библиотеку (даже в два часа ночи). То есть ум, умность - забавы вовсе не самоценные, а скорее вспомогательные, приспособленческие. Вот что действительно имеет значение - так это звериная сила, инстинкт, убеждение, воля. И здесь русский человек не имеет себе равных на планете. Он может удариться оземь и обернуться утицей. Сегодня быть фиалкой нежной, а завтра стать зайцем с рогами. Он может реветь, как буйвол. Грызть, как белка. Биться башкой, как дятел. Не иметь денег, но посмотреть так, что рублём одарит. Махнуть левой рукой - и чего изволите. Махнуть правой и домой пойти. И там, лёжа с выбитыми зубами и руками, растущими задом наперёд, думать, ненавидя весь свет: "Родина моя ненаглядная, как же прекрасна ты у меня! Как же счастлив я, будучи у тебя!"


01.07.04 12:45:06 msk
ТщательнЕе надо бы, тщательнЕе!


01.07.04 12:41:08 msk
Так об этом-то и речь....


01.07.04 12:33:44 msk
V-2

igrok

"Кто-нибудь заметил яркую особенность "авторской пунктуации" - не запятая с тире как у Гения постингов и Набокова, а странное многоточие в виде всего двух точек? Как часто люди выдают себя с головой, даже не замечая столь забавных мелочей, просто нажимая на клавиши... А пора бы умнеть, придумывая подвохи другим."

Справедливо, но если только это не обыкновенная, старая как мир, попытка запутать следы..


01.07.04 12:27:04 msk
V-2

ВН
Причина - "потому что потому", да?)))
Хотя, спасибо за комплимент. Сильный комплимент. Значит, я хорошо "влез в шкуру". Хоть стих-то недоработанный. К сожалению, где-то на середине пропало вдохновение. Пришлось обтёсывать кое-как без охоты.

ИК
Спасибо за ответ-рассуждение.
Лично мне интересно было этим текстом заявить в очередной раз (предыдущие и последующие очереди не мои), что существуют люди, которые думают примерно так. И они не во всём неправы. Необязательно, что и автор думает также.
Скорее, это попытка текста-пощёчины, которой будят от обморока перепившегося человека.


01.07.04 12:27:03 msk
Спам Спамович Ромеров

"...Я написал большую красивую сцену его гибели.  Позвонил  редактору ( редакторше) прочел. Она помолчала и говорит – “Не верю. Мистика какая-то. Оставьте, Игорь Юрьевич, как есть. Он еще не готов к смерти”. И потом у нас еще был  долгий разговор о добре и зле..." (И.К.)

Пометки на полях к разговору о добре и зле.

Уже говорили вчера об абсолютности и того, и другого. Удивительно. Иногда месть (слово жёсткое, как лезвие длиной 14 сантиметров) заставляет переживать больше, чем кровавые бензопилы в американских триллерах. Во всяком случае, некоторое время я провёл в полном оцепенении, пытаясь рассуждать о том, можно ли в самом деле убивать людей, руководствуясь логикой мести и преследуя даже литературные цели. Выходит, что да, убийство в моём сознании вполне может быть оправдано, если вдруг в башке моей найдётся убедительное доказательство превосходства добра над злом. То есть если я почувствую, пойму или узнаю, что убили именно плохого-неправильного человека, а не хорошего-прекрасного, то я склонен буду умилиться, расстроиться, цокнуть языком или покачать головой, но всё же осознать, то есть, в сущности, оправдать это событие.
Поймав себя на этой мысли, я тут же понял, что и остальное человечество довольно далеко продвинулось в этой логике понимания мира. Уместно ли давить старушек грузовиком? — иной раз задаются нравственным вопросом смертные люди. Да видно уж так, если они, старые слепые перечницы, прутся, куда не след. Правильно ли взорван чекистами чеченец Яндарбиев? Скорее да, поскольку и ребёнку ясно: чеченцы — плохие люди. Хорошо ли убить узбека? Не очень. Наверное, это следует сделать только при условии, что это будет грязный, невоспитанный, вороватый узбек. Можно ли сжигать евреев в печах? Ах, нет. Это совсем уж негуманно. Хорошо, а ну как завтра грянет война, непорядки, смута, кого ж тогда сжигать? Ну, тогда другое дело. Кого ж ещё, когда бы не евреев.
Да и причём здесь цвет кожи, форма носа, рост, вес, язык... Нужно ли убить человека, который виновен в смерти твоих детей и никем не наказан за это? Можно ли взять на себя смелость и наказать его, если и сам Господь обязан был бы поступить точно так же? Может ли быть, хотя бы и мысленно, оправдано убийство, если мы твёрдо знаем, что добро всегда обязано победить проклятое зло?
Замучив себя этими вопросами, я, естественно, задумался о жизни и смерти как таковых, об их природе и силах, которые стоят за всей этой суетой. Внезапно я понял, что никогда ещё не присутствовал при рождении жизни, но зато уж волею судьбы много раз и видел смерть и даже убивал. И в Афганистане, и даже на простой охоте. Но каждый раз всё-таки что-то безвозвратно происходит. Что-то странное случается в долю секунды, между мгновениями, когда кто-то живой ещё двигается – и вдруг превращается в тушу мяса. Я вдруг вспомнил это совершенно точно. После выстрела я всегда чувствовал присутствие чего-то необъяснимого, необъятного, непостижимого, похожего на то, как ты спишь и тебе вдруг кажется, что тонешь. Ты пытаешься вздохнуть, пошевельнуться, вынырнуть, пробиться к свету, но понимаешь, что вокруг одна только бездна. Тупая, вязкая, беспощадная. И такая очевидная в своей простоте. Как-то всё это неопределённо и глубинно страшно...


01.07.04 12:13:53 msk
igrok

Кто-нибудь заметил яркую особенность "авторской пунктуации" - не запятая с тире как у Гения постингов и Набокова, а странное многоточие в виде всего двух точек? Как часто люди выдают себя с головой, даже не замечая столь забавных мелочей, просто нажимая на клавиши... А пора бы умнеть, придумывая подвохи другим.
Но я не об этом (слишком очевидно) - я о страхах.
Если вам случалось жить жизнью яркой, деятельной и нескучной, вы, конечно же, знаете, как многого можно добиться с перепугу. Как страх оказаться тупорылым, беспомощным и никчёмным созданием сделал из вас благородного и целеустремленного человека, окружённого одними подонками, захребетниками и спиногрызами. Страх вообще - великая движущащя сила прогресса. Именно в нём, а не в желании подпрыгнуть, навить на голове кудри и посвистеть заключена колоссальная созидательная энергия. Смысл любого поступка - это не что иное, как избавление от страхов, преследующих гражданина всю его сознательную жизнь, каждую минуту бытия его среди людей.
Страшно человеку обычно становится уже с самого утра, едва одеяла и подушки раскроются, как лепестки кактуса и выдавят его из бутона ночных кошмаров навстречу новому дню. Кто я? - сразу подумает такой человек. Тот ли, что был ещё вчера? Всё ли во мне исправно, как прежде, или вот уже сейчас, стоит лишь сделать неловкое движение, нечаянно запрокинется глаз, печень перестанет биться в груди, а тело обметает простатитом? В чём смысл ещё одного пробуждения? Не в намёке ли на то, что счастья осталось так мало, а впереди - одна неминучая смерть, и кто-то обязательно поколотит?
Мнительность - всюду предательство, весь мир против, круговая оборона от несуществующих нападок, ветряные мельницы воспалённого в ночи сознания...
Пробирается такой человек по дому и видит - в плите горит газ. Почём он теперь, этот молчаливый убийца? Страшно даже и подумать. На газу кипят пельмени. Из чего они? Какими руками леплены, с какими недобрыми мыслями в голове? И так повсюду, куда ни упрётся взгляд. Мебель, убившая год непосильного труда, потолок, угробленный дождями, окно, ведущее в равнодушный, жестокий мир. А вот и близкие! Люди в халатах с босыми ногами. Кто они? Как удалось им так вкрасться в доверие, так расположить к себе, подобраться так близко? Всё, всё что угодно могут задумать они! А ведь среди них могут оказаться негодяи и дети, существа совсем уж непредсказуемые, цветы, приносящие волчьи ягоды (бежать от всех в поисках светлой страны). Будешь умирать, стакан воды не подадут. Надо обороняться от всего мира, все - враги, ни шагу назад, за нами - Аргентина, враг - не пройдёт.
Нет. Прочь отсюда, прочь. На улицу, живущую преступными законами, на воздух, пропитанный ядами выхлопных газов. Туда, где осуществляются мечты и где они же и гибнут под воздействием климата, непригодного для жизни здравомыслящих существ. Хорошо ещё, если там, на воле, зима, холодная и голодная. Но может ведь оказаться, что всё гораздо хуже. Там может быть лето, жаркое, засушливое и тоже голодное или же дождливое, неурожайное и совсем уж последнее. Что же делать, как же быть? От ужаса не спасает даже работа, это сборище стяжателей, интриганов и тунеядцев. Повинность бывать среди них приносит, конечно, деньги, но за этим-то и кроется самый окончательный безысходный кошмар. Потому что на свете не бывает ничего страшнее и невыносимее этих бумаг, повесток из другого непостижимого мира. Откуда деньги? Почему их так много и почему их так мало? Почему они одновременно есть и их нет. Что означают они, что сулят?
Ах нет уж! Лучше оставаться дома. Лежать в диване, слушать телевизор, впитывать новости большой и чужой страны. Сколько народу покалечилось, взорвалось, погибло, утонуло, разбилось, свихнулось и скрылось от властей по причине своих афер. Что ещё задумал президент, возрождая Россию, какие сделаны новые законы, смысла которых не поймёшь и главное - никогда заранее не скажешь, какой и когда от них ожидается вред. Мелькают, толкаются на экране живые картинки. Катышки, перхоть, облысение, запах изо рта. Становится уже темнее. Сейчас появятся угрозы от людей, которые собираются выйти из тени - и прямо в Гостевую. Все хотят напасть и обидеть, задеть непомерно раздутое самолюбие, - ведь сколько раз уже выгоняли пинком под зад из Гостевой. Все они уже здесь, они рядом. Притаились в складках занавесок, прячутся в темени уборной. Жёлтый фон, чёрные буквы. ПОРА! ПОРА! - кричат они на всю страну. ПОРА выйти из тени! И приходится выходить. Маленькому, злому, ростом не больше 13 процентов взрослого трудолюбивого человека. И зубы уже скрежещут от ненависти, во лбу - звезда горит, и даже кроссовки с дырой от неумелой привычки поъезжать к мячу на грунте.
Единственное спасение от этого кошмара - быть совершенно беспринципным в своей принципиальности. Как морские пираты XXI века. Именно такими людьми, кстати, и творится история всего мира (во всяком случае - им так кажется). Принципиальная беспринципность - это такое особое созидательное состояние, происходящее непосредственно от многоликого страха. Просто в какой-то момент его становится так много, что не остаётся больше ни себя, ни близких, ни денег, ни дома, ни природы, ни бога, ни чёрта, ни сомнений, ни даже и самого страха. Остаётся только дьявольская уверенность в своей никчёмной правоте и желание уничтожить весь этот ненавистный мир, чтобы воздвигнуть новый, прекрасный, незнакомый, где все будут любить только тебя одного и никого другого. Вперёд - туда! В бой! Ни шагу назад, позади - только смерть, и нет права на ошибку. По щучьему велению, по моем хотению, встань ко мне передом, а ко всем задом, как лист перед травой, глазки закрывай, баю-бай.
Вот и закончится ещё один страшный день, ну и слава Богу. Но завтра будет новый, ещё более страшный, чем прежде. И до него останется только ночь. Тёмная, звёздная, страшная - в чёрной-чёрной комнате, среди чёрных-чёрных десятитомников, с чёрными-чёрными мыслями.
А, может, тебе помыться, Ёжик?!.


01.07.04 12:01:00 msk
В.Н., Ответ

Причина проста. Ник П. Вяземский - больной ник, скорее всего и больной человек. Кстати, диагноз - не такое легкое дело, для его постановки требуется немалый опыт и знания.


01.07.04 11:45:42 msk
Причём, - очень больно побить! Так, что даже страшновато...










НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Михаил Рабинович: Повторение слов [Подвальная кошка, со своими понятными всем слабостями и ограниченностью мировоззрения - вот кто, по-настоящему. гарант мира и стабильности, а не самозваные...] Татьяна Шереметева: Маленькие эссе из книги "Личная коллекция" [Я не хочу. Не хочу, чтобы то, что меня мучает, утратило бы силу надо мной. Что-то в этом есть предательское по отношению к моим воспоминаниям, к тем,...] Глеб Богачёв, И всё же живёт [Антологию рано ушедших поэтов "Уйти. Остаться. Жить" трижды представили в Питере и Ленинградской области.] Александра Сандомирская: Дождь и туман [Сладким соком, душистой смолой, / током воздуха, танцем пчелиным / бог, обычно такой молчаливый, / говорить начинает со мной...] Алексей Смирнов: Опыты анатомирования, Опыты долгожительства: и Опыты реконструкции, или Молодильные яблоки [Все замолкают, когда я выхожу в сад. / Потому что боятся. / Подозревают, что дело плохо, но ничего не знают и не понимают...] Игорь Андреев: Консультант в Еврейском музее [...А Федю иногда манил дух Израиля. Еврей! Это слово для него было наполнено какой-то невыразимой магией...] Андрей Баранов: Синие крыши Дар-эс-Салама [Мы заснули врачами, поэтами, / инженерами и музыкантами, / а проснулись ворами отпетыми, / проходимцами и коммерсантами...] Григорий Князев: Лето благодатное [Как в начале ни ахай, как в конце ни охай, / Это лето обещает нам стать эпохой, / Жизнью в миниатюре, главой в романе, - / С урожаем рифм... и без...]
Словесность