Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность



Роман Бо

Часть вторая

Порнуха



I

На конференции после первого же доклада между Кьюрмихом и Пашей разгорается спор о Полозовой.

- Ф фольклоре полощи(зы) щ(з)меи, - шипит Паша.

- А в биологии - ящерицы! - парирует Кьюрмих юркой скороговоркой.

И Линь Шин облизывалась как ящерица после каждого слова. Губы ее не просыхают. У И Линь Шин почти нет шеи. Можно подумать, она всю жизнь пропожимала плечами.

Дворцев в "Запорожце" с бычьими глазами на шее.

II

Слайк играл на дудочке и пел песенку для Тарасика про белые крылья луны.

На свадьбе у Бо ГПП пел жестокую песню про Митрёху, красиво не выговаривая "р".

Сексапилька напился и терзал свои голосовые связки.

Роман играл на гитаре.

Бо сидит на кровати с гитарой в руках. Играть все равно не умеет, так просто держит.

Всеобщий любимец Коля-убийца играл на гитаре и, сверкая глазами, пел неприличные песни.

Плуцер играл на гитаре уклончиво и пел вкрадчиво.

Грегуар играл на гитаре молча, раскачиваясь и поматывая головой с красиво вьющимися поющими волосами.

На дне рождения Бо Парников играл на гитаре и пел песню про запущенный сад почти молча как Грегуар и вкрадчиво как Плуцер.

Пам-пам не мог не подпеть каждой раздающейся песне, но у него клинически не было слуха.

Аркан играл на гитаре и пел, быстро перебирая бороду.

Розовый Килрак играл на гитаре и пел свои песни. Бо больше всего нравилась песня про вечный балет, когда все скользит, но ничто не течет и ничего не меняется.

III

У Слайка неотразимая лысина,

жизнелюбивые ботинки,
очень навороченные очки,
старый свитер,
облезлое трико,
длинные стройные руки и ноги.

Слайк как ветряная мельница или дерево.

Если Слайк отпускает бороду, то не бреет ее, пока она сама с него не облетит.

Немыслимо представить Слайка - в шляпе.

А вот Видик, в ковбойской шляпе и сапогах со шпорами, порет порнуху.

IV


Килрак со всеми выпендривается - и все его любят за это, хотя он - ничто, розовое облачко, кузнечик, золотая челка и пустое обаяние.

Бльзак тоже со всеми выпендривается, но его никто за это не любит. Не выпендривается он только с отдельно взятыми женщинами, которые любят его за это. Бльзак почасту встречается с ними в библиотеке и подолгу болтает им разные глупости. У Бльзака голос тонок как у эстонца или птицы.

Коля-убийца всеобщий любимец. Его исключили за то, что он кидал ножи в первокурсниц на Херне.

Когда-то на Пяльсони не было женщин, с которыми не спал Шива. Но Шива уехал, а Колю-убийцу исключили, и женщины поспускались за Плуцером со всех этажей.

Но самый всеобщий любимец Роман. Женщины машутся (галятся и светятся) за право побыть с ним в одной комнате.

Но Кьюрмих запретил Роману романы.

V


Бо вернулся из армии и познакомился с Петей и ГПП. Петя с ГПП вместе поступали. Петя боится экзаменов, а Бо с ГПП вышли покурить на балкончик, и Бо стал смотреть на машины, поворачивающие с улицы Пяльсони на улицу Ванемуйне, а ГПП стал читать Бо стихотворение, которое они с Величкой сочинили. Бо слушал ГПП все недоверчивей, и когда ГПП кончил и спросил "ну как", Бо спросил в ответ: "А это случайно не Бродский сочинил?"

ГПП не обиделся, и оба пошли в ресторан, но их не пустили - ГПП был в рваных кроссовках. И тогда они пошли по этажам, посмеиваясь от голода, пока на какой-то кухне не нашли и не набросились жадно на забытую на плите миску салата "Тарвас".

VI


После читки стихов ГПП, Пилькой и Слайком в Главном здании Раам-Равец курила с ними у мужского туалета, И Линь Шин нажаловалась Кьюрмиху, а Бо подружился с ними и пришел к ним в женскую комнату на один из верхних этажей, где все они жили. По комнате было развешено женское белье и пахло всем тем, чем пахнет женская комната на Пяльсони по вечерам.

Под сильным влиянием ГПП, Пильки и Слайка Бо стал очень много писать.

Утром Слайк ушел покупать самый вонючий сыр.

VII

Яблочный Пловцер

Но особенно притягателен Плуцер, когда он не в духе. Тогда он даже не пиздит пьяных эстонцев, ссущих в раковины, но осторожные эстонцы все равно отшатываются от раковин, придерживаясь за ширинки.

Климуха ходит вся в белом как раковина и всем радуется.

Когда он особенно не в духе, Плуцер способен на все самое непотребное.

А когда Плуцер в духе, он готовит в раковине плов и кормит им разных женщин.

А когда Плуцер в духе, он привозит из колхоза целый рюкзак яблок, и полрюкзака сразу раздаст, а полрюкзака оставит в коридоре на разбор. И как только рюкзак опустеет, Плуцер покупает целый рюкзак бутылок и начинает лихорадочно собираться в Москву к Каубамае. А надо знать Плуцера, он редко когда что делает лихорадочно. Плуцер так торопится на поезд, что отказывается от помощи Грегуара с рюкзаком, и роняет его с высоты своего человеческого роста, и опаздывает на поезд.

Услышав в соседней комнате звон бьющегося стекла, И говорит Парникову: "Никогда не понимала удовольствия бить стекла", - а Бо говорит, что женщинам не понять. Тогда И спрашивает его: "Ты что, мужчиной себя почувствовал?" - и Бо пробкой вылетел из комнаты, и видит быстро удаляющуюся по коридору спину Плуцера, опаздывающего на поезд, позвякивая похудевшим рюкзаком, и догадывается, в каком он духе, наверное, скоро вернется.

VIII

Ты что, - думает Бо, - мужчиной себя почувствовал? Ты приставал к ней в сарае и встретил отпор. Но ты продолжал упорно дружить с ней, пока в одно прекрасное утро не увидел ее в постели с Парниковым.

Тебя забрали в армию. В армии ты получил письмо от Каубамаи: "Бо! Я не люблю тебя. Я не жду тебя. Я "вышла замуж" за другого". Ты вернулся из армии и получил записку: "Бо! До свиданья, Каубамая".

Ты стал ухаживать за другой женщиной, которая избегала тебя даже тогда, когда ты приглашал ее на какие-то концерты в Главное здание просто уже из упрямства, просто из "любви к искусству".

Ты что, - думает Бо.

IX

Плуцер с Каубамаей были на Пяльсони людьми как бы особой породы: красивыми, большими как лошади и высокими как деревья. Пока Каубамая ходила в душ, Плуцер охранял ее в коридоре в торжественно белой рубашке.

Бо с Каубамаей ездили на автобусах на окраины города слушать концерты эстонских рок-групп. Обратно с концертов, когда автобусы уже не ходили, Бо возил Каубамаю на шее, как ведьму.

Х

Бо слушал Севу. Севу глушили. Бо слушал Грапса. Все прикалывались над Бо. Бер и Гну привезли в 103 "Аквариум" и "Зоопарк". Пилька-кримсон подарил Бо на день рожденья Моцарта и Сальери. 313 слушала "Под небом голубым", "Переведи меня через Майдан" и Субарманиана. Серж брал у Эму слушать "Битлз" и "Баэз". Малкин слушал "Джэнэзис" и "Джетротал". Эму принесла на Пяльсони Лу Рида и Лору Андерсон, но их украли на Новый год из комнаты рядом с балкончиком, под которым поворачивали машины с улицы Пяльсони на улицу Ванемуйне, пока ГПП читал подозрительному Бо стихотворение, которое они с Величкой сочинили.

XI

Бо, Плуцер и Культурис смотрят порнуху. Видик сломался. Культурис и его команда занимаются видиком, попросив Плуцера разбудить его, если починят, но просыпается только утром к'Юрмиху.

И носила джинсы со свитером, белым, выгодно облегавшим грудь и обхватывавшим шею по подбородок. И сильно душилась. И Бо всегда нравились ее дешевые духи и несколько кукольные движения.

Катя всегда одевалась просто в серую кофту.

У одной женщины при каждом всмехе мгновенно вздрагивали и замирали плечи и грудь.

Гну придумал такую историю. Он пошел утром в туалет и увидел, как какая-то странная дамочка подглядывает через дырочку в окошке. Не растерявшись, Гну помахал хуем ей в дырочку. И дамочка в ужасе скрылась, а Гну пошел по этажам, помахивая хуем.

Однажды осенью Гну рассказывал, краснея от возмущения, что весной он вдруг почувствовал себя мужчиной, ну и трахнул одну-другую... а теперь у них хватает наглости... требовать от него продолжения!

Однажды в 331 пришел гегемон и сильно им нахамил. И тут как раз приехали их большие друзья-юристы из Таллинна. И один из них как раз работал в милиции. Они сразу побежали по этажам разыскивать гегемона и забежали на кухню, откуда как раз выходил Гну с чайником. Наткнувшись на Гну тот-который-работал-в-милиции схватил его и смотрит, тот или не тот. И Гну стоит и смотрит. А тот смотрит, что не тот, ну и отпустил.

XII

Слайк пришел в гости к Бо, в еще необлезлом трико и полосатой тельняшке. Задолбанный Бо сидел на стуле нога на ногу и пил чай. Слайк сел напротив Бо и стал на него смотреть и странно улыбаться. Бо как бы улыбался в ответ. Слайк положил руку ему на коленку, поблескивая серьгою в ухе и обнажая дырочку от зуба.

Улыбка Бо делалась все более условной, пока он как бы невозмутимо снимал ногу с рукой на коленке с другой ноги и переводил взгляд со Слайка на стакан с допиваемым чаем.

XIII

Плуцер говорит Грегуару, что на Пяльсони как бы все голубые, - Как это? - удивляется Грегуар, - Ну, им только не хватает активности, хотя бы одного активного, - Как? - все еще не может понять Грегуар, - но ведь они же спят с тетками? - Вот! - торжественно резонирует Плуцер, - даже в этом они не могут себе отказать!

XIV

Бо болен. Ему кажется, что у его кровати на стуле все время сидит какая-то женщина в искусственной шубе с вороной на голове. Когда же Бо начинает всматриваться в нее, ворона делается неразборчивой, и Бо уже кажется кошкой. И Бо уже кажется, что это какая-то кошка в искусственной шубе сидит на стуле с неразборчивой вороной на голове. Ворона все время молчит, но все равно Бо не может отделаться от мысли, как вообще кошки кошмарно каркают, а вороны мяукают. Но страшнее всего для него эта шуба - под ней можно задохнуться.

XV

Подарки

  1. Коробка из-под пистолета, подарка Гну на Новый год, зеленого цвета, с надписью "В знак военных успехов".
  2. Надорванный листок из еженедельника, число 11 апреля, цифра в золотистом прямоугольнике, слово "№апрель" а трех языках; с рисунком темно-синими чернилами:

    танк,

    из танка торчит непропорционально большая голова Бо с плечом с сержантским погоном.

    На башне звездочка и надпись "Б". Сверху пририсовано солнце с оторванными лучами.

    С надписью: "От полковника Скорохода".

XVI

Записки

"Бо! мы просим прощения. Войдите в комнату через окно. 2000".

В 108 жили в-8-ром с 1 ключом. Расходясь, его оставляли в коридоре в противопожарном щите, но испугались, что потеряется, стали таскать с собой. Расходясь, на всякий случай снимали форточку с щеколды, чтобы Бо мог проникнуть в комнату без ключа. А утром Бо просыпался первым, и чтобы не отпирать комнату изнутри, пока еще никто не проснулся, прыгал в окно и шел в библиотеку.

"Бо! мы уезжаем на электричке в 2104. Ждем тебя у вокзала в 2045. У нас есть магнитофон. Захвати свои кассеты. И непременно Леннона!"

Серж больше всего любил Леннона. Парников жил один в Ныо. Бо, Парников и Серж брали бухла и ехали в Ныо. Утром Бо не может открыть дверь на кухню, с той стороны на голом полу спит Серж.

Парников дерется, когда напьется. Как-то на Пяльсони к Парникову приехал друг с Урала. Ну выпили, и конечно подрались. Носились по всем коридорам и били друг друга. А на одном из этажей как раз отмечался выпускной, и там оказались двое громилл, ухаживавших за выпускницами. Они увидели проносящегося с кулаками за другом пьяного Парникова, догнали его, отволокли на другой этаж и зверски избили.

Ворона на голове вечно все забывала на Пяльсони. "Если ты поедешь в Ленинград, возьми, пожалуйста, мою

          коричневую сумку,
              продолговатую, с ручками,
                      большую,
                          коричневую (Она в моем шкафу).

В случае если ты поедешь стопом, возьми, пожалуйста, в шкафу в моей комнате летнее платье белое с голубым, на пуговицах. В общем это не обязательно, и если не найдешь, не беспокойся, приезжай".

Белое с голубым с ручками на пуговицах.

"Бо! солнышко, Ворона на голове забыла очень нужную свою записную книжку в тристатринадцатой.

Пожалуйста, забери ее, и с ней позвони Вороне на голове, скажи ей мой телефон".

Бо ехал стопом, расплачиваясь с водителями пуговицами от платья, и довозя до Питера один ручки от сумки.

XVII

В 101 около туалета, как в крайнем купе плацкартного вагона, живут Культурис и его команда. Все они физики, но какой-то неправдой поселились на Пяльсони. Дедушка одного из них видел в Финляндии живого Ленина. Другой, рыжий, с усами, запер Бо в туалете как девочку. Утром Бо пошел умыться и не смог открыться. Культурис и его команда держали дверь. Бо не обиделся. Еще один был одет всегда одинаково: в синие тренировочные штаны, белую футболку с цветочками, очки и кеды.

Обаяние этих ребят для Бо было в том, что все они были какие-то надежные, на них можно было положиться. Правда, Культурис в конце концов оказался каким-то ненадежным, и его за что-то исключили.

И еще Бо чувствовал, что является для них чем-то высшим. Хотя Культурис и его команда как бы издевались над ним.

Бо с Культурисом поехали стопом в Питер на рок-фестиваль. Пьяный Цой в белой рубашечке с засученными рукавами приставал ко всем в Зимнем стадионе: "Ты меня знаешь? - А я тебя нет - Так что иди отсюда - и больше ни - ког - да не приходи".

Бо с Культурисом нарисовали себе поддельные аккредитации, в которые пристально всматривались и у многих отбирали контролеры.

Какой-то панк отобрал у Бо значок в подарок своему другу негру. Асыка подралась с какими-то панками.

Когда к стадиону подъехали желтые машины, Бо с Культурисом уселись на землю поближе к ним и стали опрокидывать в себя из бутылки остатки вина, пока к ним не подошел человек в серой форме и не спросил: "Вы что, совсем?" И их повели, но потом отпустили, и сказали, чтобы они больше не приходили, но они все равно пришли и прошли по поддельным аккредитациям.

XVIII

Бо с Пилькой поехали в Москву. По дороге Пилька лежит на верхней полке и читает Витгенштейна. В Москве в метро Бо с Пилькой внезапно встретили ГПП и поперлись к дурацкой Асе. Ася осталась в Тарту, но сказала Пильке, что они смогут остановиться в ее дурацкой квартире.

В квартире был один Асин брат. Он выдал ГПП, Бо и Пильке белье. Бо спал на полу и заболел.

На обратном пути из Москвы Бо с ГПП проголодались и пошли в ресторан на чужие деньги, которые были у ГПП. В ресторане они все время переглядывались и пересмеивались, остались смотреть порнуху и чуть не познакомились с какими-то девками.

XIX

Ужасная судорога

Внешность ГПП с одной стороны козлиная, с другой демоническая, в том смысле, как черт похож на козла.

ГПП производит впечатление безнравственное, но самое главное впечатление от него мне трудно передать.

Глаза у ГПП развратные. Иногда они синие и религиозные, а иногда зеленоватые и развратные.

Самое главное, что ГПП заикается, значит заикается он заикается... и при этом правую часть его лица сводит ужасная судорога. У ГПП перекашивается рот. Он даже использует эту манеру заикаться в каких-то важных вещах, что придает всем его разговорам оттенок какой-то мистерии. Когда он говорит, смотрит исподлобья, совсем как одержимый. Бывает, что ГПП говорит громко, агрессивно, периодически сам же и ухмыляясь этому. А! он же еще "р" не выговаривает. Хохочет мистично. Четко, зловеще. Как шакал. Борода у него растет плохо, кустами.

ХХ

Бо сидит на кровати в ярко-фиолетовых трусах и натягивает брюки.

Солонич машинально кивает и смотрит широко вытаращенными глазами вслед удаляющемуся Сержу.

Бешеная невменяемая И Линь Шин, театралка, тиранка и сумасбродка.

Коридорно-лестничный, яблочно-бутылочный Плуцер.

Парников в армии напился, и его не отпустили в отпуск.

Каубамая дурит Ру, что не умеет читать, не видела капусты, что у нее четыре пальца на руке.

"Я чувствую только когда мне самой делают больно.

А когда я делаю больно другому, я этого не чувствую.

И у меня даже не всегда возникает сознание, что я должна что-то сделать, что-то изменить в себе, чем-то поступиться, чтобы этому человеку стало легче - и даже если такое сознание и возникает, я все равно ничего не делаю, потому что мне лень, или мне самой от этого станет хуже, а я ведь не хочу!"

XXI

Бо сдает Кьюрмиха на Тяхе.

- Кто такой Вальсингам? - спрашивает Кьюрмих.

Бо бледнеет.

- Сколько женщин было у Дон Гуана?

Бо краснеет.

Наконец Кьюрмих в кресле, по-державински завернувшись в шубу, нетерпеливо пошевелив покрытыми инеем усами, спрашивает у Бо:

- Что такое "командор"?

"Щорс идет под знаменем, - думает Бо, - щорс его знает".

Тогда Кьюрмих разворачивается из шубы, хватает черный мел и рисует на потолке

+

(мальтийский крест)

XXII

Грегуар живет у Кьюрмиха, курит трубку и рубит ему дрова.

Бо с Грегуаром идут сдавать бутылки Кьюрмиха. От голубого дома они спускаются они спускаются по ступенькам на улицу Херне. У входа в магазин Бо ставит сумку с бутылками на землю, чтобы помочь Грегуару снять рюкзак. Из сумки выпадает одна бутылка и разбивается. Бо приседает подбирать осколки и порезал палец.

И Бо с Грегуаром поднимаются по ступенькам обратно к'Юрмиху
домой за йодом.

XXIII

На военке Бо сбивал сосульки с крыши длинной палкой, пока одна из них не пробила ему голову, кровь полилась по лицу, и трясущийся гражданский дяденька повел его через дорогу в травмапункт.

Вечером в гости к больному Бо на Каре пришли Силь-Бухра с Вороной на голове. Они подарили ему повязку, а он показывал им сосульку, пока она не растаяла.

XXIV

Летом Бо со Слайком сидят на скамейке в ЦПКО, и Слайк рассказывает Бо про половое созревание.

Летом маленький Слайк с мамой поехали по путевке в Прибалтику, и там Слайк коротал одиночество на пляже среди каких-то странных предметов из материала, похожего на пенопласт, но гораздо тверже и другого цвета.

XXV

На Пасху Бо со Слайком идут в церковь с зелеными куполами в двух шагах от Главного здания. В церкви серьезный Солонич в очках крестится и кланяется. Бо со Слайком крестятся и неумело кланяются.

Впереди всех у иконостаса крестятся и кланяются разные женщины Плуцера.

Вокруг церкви темнеет пьяное быдло.

Бо со Слайком возвращаются из церкви на Пяльсони, идут к Пильке на третий этаж в крайнюю комнату напротив женского туалета и пьют чай с яйцами шепотом, потому что Алка сказала, характерно прикрывая рот ладошкой, что маленький Пилька только что уснул.

XXVI

Черемуха

Климуха ходит вся в белом как черемуха и всем радуется.

"Бо милый! ты, пожалуйста, приходи к нам почаще. Мы тебя очень любим и ждем, даже когда официально не приглашаем. Приходи всегда когда захочешь. Ты давно не был у нас в гостях. Если этот повод кажется тебе недостаточным для посещения, можешь придумать свой".

    "Жаль, что не застала тебя.
      Я ужасно по тебе соскучилась.
        Надеюсь, что у тебя все хорошо".

Климуха ходит вся-вся в белом и ужасно рада всех вас видеть!


Часть третья Оглавление




 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Михаил Рабинович: Повторение слов [Подвальная кошка, со своими понятными всем слабостями и ограниченностью мировоззрения - вот кто, по-настоящему. гарант мира и стабильности, а не самозваные...] Татьяна Шереметева: Маленькие эссе из книги "Личная коллекция" [Я не хочу. Не хочу, чтобы то, что меня мучает, утратило бы силу надо мной. Что-то в этом есть предательское по отношению к моим воспоминаниям, к тем,...] Глеб Богачёв, И всё же живёт [Антологию рано ушедших поэтов "Уйти. Остаться. Жить" трижды представили в Питере и Ленинградской области.] Александра Сандомирская: Дождь и туман [Сладким соком, душистой смолой, / током воздуха, танцем пчелиным / бог, обычно такой молчаливый, / говорить начинает со мной...] Алексей Смирнов: Опыты анатомирования, Опыты долгожительства: и Опыты реконструкции, или Молодильные яблоки [Все замолкают, когда я выхожу в сад. / Потому что боятся. / Подозревают, что дело плохо, но ничего не знают и не понимают...] Игорь Андреев: Консультант в Еврейском музее [...А Федю иногда манил дух Израиля. Еврей! Это слово для него было наполнено какой-то невыразимой магией...] Андрей Баранов: Синие крыши Дар-эс-Салама [Мы заснули врачами, поэтами, / инженерами и музыкантами, / а проснулись ворами отпетыми, / проходимцами и коммерсантами...] Григорий Князев: Лето благодатное [Как в начале ни ахай, как в конце ни охай, / Это лето обещает нам стать эпохой, / Жизнью в миниатюре, главой в романе, - / С урожаем рифм... и без...]
Словесность