Словесность

[ Оглавление ]



Новые публикации
"Сетевой Словесности":
Дмитрий Аникин. Два музыканта. Поэма
Елена Кабардина. Морошка. Стихи
Ольга Расташанская. Полчаса до весны. Стихи
Дмитрий Рябоконь. Кот да Винчи. Стихи
Бекки Сквиррел. Следуя за вопросами... Стихи для детей
Виктория Орлова. "На подоконнике" и другие истории. Рассказы
Яков Каунатор. Жил-был мужик... Эссе
Ингвар Коротков. О своеобразной литературной критике или когда кукушка хвалит петуха... Статья
Наталья Гвелесиани. Новый Завет: художественный перевод в духе современных понятий.
Борис Кутенков. Алексей Небыков: "Немало нерастраченного огня для внимательного писателя...". Интервью
Литературные хроники: Полина Пехтерева. Поэт, смотрящий в глубину. Вечер памяти Алексея Ильичёва


   
П
О
И
С
К

Словесность



МЕМУАРЫ  ОЛУХА




      СЛУЖЕБНЫЙ  РОМАН

      Сейчас наши друзья
      начнут разбегаться,
      как упыри,
      спешащие на тайный праздник.
      Мы останемся одни
      в целомудренной комнате,
      под неоновыми лучами.
      Сердце будет скользить
      на полозьях страха,
      старые руки вытянутся из углов,
      чтобы преградить дорогу
      нашей нежности
      в эту пятницу,
      в этот неисчерпаемый вечер
      совпадений и предосторожностей.

      _^_




      ОЩУЩЕНИЯ

      Театральный полдень.
      Фонетическая нагота.
      Ощущения такие,
      будто вытаскиваю член
      из незнакомой женщины,
      похожей на китаянку,
      неловко завязываю презерватив,
      выплеснув часть семени на одеяло,
      вытираю платком плешь
      и одеваюсь, не переставая смотреть
      на молодое животное,
      утомлённое моими ласками,
      а в кармане пальто
      ещё лежит билет трамвая,
      в котором нас сжала толпа,
      и тогда я стал желать её так,
      что она не могла не заметить,
      но она только улыбалась
      и следила непроглядными глазами
      за плывущими заводскими заборами,
      и я спросил её имя,
      а она просто взяла меня за руку
      и привела сюда,
      в эту комнату, полную книг,
      на эту кровать,
      прогнувшуюся от сотен мужчин,
      под глазницы видеокамер,
      фиксировавших нашу любовь,
      чтобы показывать её
      в прямом эфире по интернету.

      Вот какие ощущения
      возникли у меня при защите кандидатской.

      _^_




      СТАТИСТИКА

      Наши половые акты
      за текущий месяц
      образовали
      репрезентативную выборку.
      Можно сделать
      предварительные
      статистические выводы.

      С вероятностью,
      близкой к единице,
      ты кричишь от счастья,
      если крепко сжимать соски
      или покусывать уши.

      В одном случае из десяти
      мы не успеваем
      скинуть одежду -
      в ней сами собой возникают
      щели и пространства,
      необходимые для любви.

      С вероятностью девять десятых
      твоя причёска,
      поначалу идеально уложенная,
      уже на четвёртой минуте
      напоминает диораму
      "Битва за Днепр",
      а твоя общежитская кровать
      (если мы до неё добрались) -
      стадион,
      где одноименнная команда
      принимает донецкий "Шахтёр".

      Только один раз
      твои глаза вспыхнули,
      как газовые горелки,
      когда я вошёл в тебя,
      и ты шептала слова,
      недоступные смертному слуху.

      А теперь я постараюсь доказать,
      что частота одновременных оргазмов
      соответствует нормальному распределению,
      вычислить квантили
      преждевременных эякуляций
      и дисперсию
      потерянной нежности.

      _^_




      ХОРОШО

      Мне нравится
      твоё лицо после секса
      исполосованное помадой
      и распятое тушью

      Мне нравится
      когда ты лежишь сверху
      расслабленная
      потная
      хотя
      тебе не мешало бы
      сбросить несколько килограмм

      Мне нравится даже
      деликатный целлюлит
      и
      нелепые
      политические споры
      в забрызганной семенем
      постели

      _^_




      ВАРИАЦИИ

      ты кажешься мне слишком рациональной
      чтобы заниматься сексом с коллегой
      подумай какая гнилая матрица
      какая чудовищная петрушка
      где мы будем друг друга любить
      может быть в твоём автомобиле
      который ты отгонишь на перерыве
      в последний ракурс трёхзвенного двора
      под песни леди гага
      которые тебе подарили
      на корпоративе в честь 8 марта
      дешёвая безделушка в духе нашей команды
      ты включишь их как можно громче
      чтобы не замечать окружающей суеты
      гастарбайтерской пьянки
      жестов кудрявых мальчиков
      изучающих нашу
      еблю в салоне подержанной тачки
      а может мы будем сходиться как у гринуэя
      в казённых туалетах там нет видеокамер
      или на так называемом минус первом этаже
      катаясь голышом по строительному сору
      или на чьём-нибудь рабочем месте
      когда все уйдут даже лёша
      и ты будешь опаздывать забрать ребёнка
      и бояться что войдёт дежурный
      что нас к чёрту уволят
      и просить сделай всё скорее
      сделай так как ты можешь
      чтобы я лопнула как воздушный шарик

      _^_




      ОШИБОЧНЫЕ  ТЕОРЕМЫ

      *

      Найди меня
      в маленькой комнате:
      я сижу среди проводов
      на уютном облаке,
      триипостасный,
      несмолкаемый,
      наглый.

      Найди меня
      и надери мне уши,
      Господи.

      *

      Сегодня спросонья
      новое стихотворение
      явилось ко мне
      в виде рюкзака,
      в который надо было затолкать
      подходящие предметы:
      сжавшихся в клубки ежей,
      резные можжевеловые ложки,
      несколько пачек презервативов,
      растрёпанную книгу братьев Гонкур.

      (Я сбросил
      стихотворение-рюкзак
      с Канавинского моста
      на проплывавший пароход.)

      *

      Почему-то
      каждая ловкая поэтесса
      неогрубевшего возраста
      вызывает особые желания:
      хочется ходить с ней по улицам
      и собирать пивные бутылки,
      курить
      дрянные болгарские сигареты,
      плевать с высоких домов
      на нежные лысины
      собратьев по цеху.

      Хочется не просто
      прожить с ней несколько месяцев,
      но непременно зачать ребёнка.

      *

      Мне омерзительно и неловко.
      Меня тошнит от прошлого,
      как от забродившего винограда.

      Оно настигает меня
      простуженным звоном
      январских пододеяльников.

      Я завесил окна
      бархатными шторами,
      но прошлое всё равно льётся
      в комнату из щелей.

      Далеко заполночь
      я лежу без сна
      и расчёсываю новые укусы.

      Надо быть готовым
      подраться с прошлым, как с женой,
      или заняться любовью,
      как с молоденькой мачехой.

      *

      Осень выдаёт зарплату
      институтскими ботинками,
      фарфоровыми воробьями,
      скрипичными ключами
      и голыми девушками.
      Осенью я почти невидим,
      ещё немного - и я расхохочусь,
      расплачусь и увалю в кусты
      очередное трепетное создание.

      Осенью телемастера
      пытаются чинить мою сущность.
      Я едва отбиваюсь
      от неизбежных отвёрток.

      Осенью зеркала
      перестают отражать.
      Хожу дикий, лохматый,
      и ощущаю неловкость
      при попытках знакомиться с женщинами.

      Одна из моих любовниц,
      очень практичная тётка,
      ночью влезла на крышу,
      спилила четыре звезды,
      развесила их по стенам
      и отказалась от лампочек.
      При свете домашних звёзд
      кажется, будто любишь
      семнадцатилетнюю девочку.

      *

      Небрежность победила.
      Отправляясь в полдень
      с нарисованной станции,
      уже не думаешь о том,
      когда вернёшься в небо.
      Поэзия - это железнодорожный гул,
      пляска семантических поршней,
      сгущённая бессмыслица
      случайных разговоров -
      исподволь разрастающийся
      заговор против вечности.

      *

      Иногда я танцую в тёмной кухне
      с мягким карандашом
      и листиком бумаги в руках.
      Даже если
      стихотворение не приходит,
      этот танец вызывает
      особое ощущение
      плотности и непостижимости времени,
      которое особенно усиливают
      два мистических животных,
      стоящих на подоконнике:
      безумный заяц,
      которого я именую Пьером,
      и похожая на него,
      как две капли воды,
      птица-ларец.
      (Танец может продолжаться
      бесконечно долго,
      пока кто-нибудь не включит душ
      или не лязгнет дверью лифта).

      *

      В голове моей музыка,
      это не музыка счастья, нет,
      скорее это похоже на футбол,
      только вместо игроков
      каменные идолы
      (такие же, как
      перед музеем Яворнницкого),
      а вместо болельщиков -
      одинаковые барышни
      в бальных костюмах, -
      но разве это важно,
      если жук-короед
      ползёт по моей руке
      в поисках
      (глупо сказать)
      неизвестности?

      *

      Каждую ночь
      сумасшедшая девушка
      пишет стихи,
      делает из листков
      бумажные кораблики
      и пускает вниз по Днепру.
      Каждое утро
      я нахожу
      уткнувшийся в берег
      размокший кораблик,
      разворачиваю его
      и не могу разобрать ни строчки.

      *

      Бывало,
      я пожимал руки
      заезжим гениям,
      чьи слова живут
      шелестящей камышовой жизнью
      и выходят на охоту ночью,
      как тяжёлые латинские коты.

      (Я собираю бабочек,
      умерших от разрыва сердца,
      высушиваю их крылья
      и курю по утрам,
      набивая
      подаренную голландскую трубку).

      Бывало, я исподтишка
      засовывал
      некоторым из гостей
      стогривневые купюры
      вместо гвоздик
      в петлички фраков,
      и они ходили по набережной
      с сорванной кожей,
      как негоцианты на отдыхе.

      (По счастью,
      к моим книгам
      не будут писать предисловий
      сколько-либо разумные люди).

      *

      Настасья
      тайная вампирша
      каждый четверг
      поджидает жертв
      на крутой улочке
      возле планетария -
      там еженедельно происходят
      заседания киноклуба -
      вампирша обратила внимание
      что кровь индивида
      посмотревшего фильм Эрнста Любича
      намного вкуснее
      чем у того
      кто смотрит одни "Подробности"

      вот уже год как Настасья
      наложила зубы
      на киноклуб -
      поначалу убыль зрителей
      была не так заметна
      однако к концу сезона
      стало ясно
      что клуб доживает
      последние недели

      приходя домой
      Настасья садится
      на круглый стул у фоно
      сыто жмурится
      и набирает одним пальцем
      сочинённую по дороге
      колыбельную для комаров

      *

      битник номер 5
      держит под замком
      тяжесть винной печали
      и создаёт миражи
      из украденной лошади
      и китайского зонта

      битник номер 4
      сегодня не в духе
      ловит сачком в аквариуме
      собственную голову
      и смертельно боится
      католических витражей

      битник номер 3
      колеблется то ли
      заняться оральным сексом
      с беременной подружкой
      то ли как обычно
      устроиться на подоконнике
      и наблюдать за лонг айлендом
      в статусе верховного бога

      битник номер 2
      кушает сыр и яичко
      и ему практически
      на всё наплевать

      _^_



© Станислав Бельский, 2013-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2013-2026.





НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Виктория Орлова. "На подоконнике" и другие истории. Рассказы. [Аркадий был лось. Он сидел в шезлонге, смотрел на море и думал о вечном: что было, когда его не было...] Яков Каунатор. Жил-был мужик... Эссе. [О жизни, времени и поэзии Михаила Анищенко. Из цикла эссе "Пророков нет в отечестве своём...".] Борис Кутенков. Алексей Небыков: "Немало нерастраченного огня для внимательного писателя...". Интервью. [Мы поговорили с писателем о его новой книге "Неодолимая тишина света", о работе издательств с аудиторией и о том, как опыт альпинизма может...] Дмитрий Аникин. Два музыканта. Поэма. [Играют невозможное. Но как / проникновенно! Что нам всем по нраву? – / сентиментальность и скабрёзность... Да, / вот так и трафят общим низким...] Елена Кабардина. Морошка. [Мои стареющие сверстники / кто в Храм, кто в пьянство, кто в безумие. / Я – вышиваю русским крестиком / цветы из песен гамаюновых...] Ольга Расташанская. Полчаса до весны. [Это лето. Море. Мальчик – губы вишни, / Яркая улыбка, выбритый висок... / Поцелуи с солью. Роза. Кисть кишмиша. / Небо на закате – как томатный...] Ингвар Коротков. О своеобразной литературной критике или когда кукушка хвалит петуха... Статья. [Подытожить, честно говоря, получается плохо – улыбка чеширского критика постепенно превращается в оскал лабубы...] Наталья Гвелесиани. Новый Завет: художественный перевод в духе современных понятий. (файл PDF, 5,3 Мб). [Художественно-концептуальный перевод Нового Завета на современный язык, стремящийся сохранить смысловую глубину греческого оригинала и передать её в...] Литературные хроники: Полина Пехтерева. Поэт, смотрящий в глубину. [Вечер памяти Алексея Ильичёва (1970-1995) в рамках цикла "Уйти. Остаться. Жить".] Дмитрий Рябоконь. Кот да Винчи. [Кто просекает структуру момента, – / Тем не до бурных аплодисментов, / Не до восторженных рукоплесканий, / (И не до фиги в кармане).] Бекки Сквиррел. Следуя за вопросами... Стихи для детей. [На снегу следов цепочка, / А в конце цепочки – точка. / Кто за кем спешил по следу, / Кто кого ловил к обеду?..]
Словесность