Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ

Наши проекты

Колонка Читателя

   
П
О
И
С
К

Словесность





НА  ПОРОГЕ

С.И.Липкин. Посох. Стихотворения.
М.: Издательство "ЧеРо", 1997. - 144 с., тираж 2000.


По идее, нам, читателям, и дела нет до биографии поэта - нам должно быть безразлично, когда и где он родился, с кем воевал, кого любил и кого ненавидел. Есть текст, а всё, что находится за пределами текста, нас не касается. "И меж детей ничтожных мира, Быть может всех ничтожней он". Быть может. Ну и что? На практике получается иначе - блудливое любопытство берет верх, и мы заглядываем за подкладку и упоенно копаемся в чужом платяном шкафу. Иногда, впрочем, фигура автора неотделима от его писаний, интерес к личности подпитывает интерес к творчеству, и абстрагироваться от конкретных обстоятельств невозможно. Новая книга Семена Липкина "Посох" издана с учетом подобных соображений: в первом разделе собраны стихи 30-х годов, публикуемые впервые, во втором - ранее в России не печатавшиеся стихи из заокеанских сборников 1981 и 1984 годов, ну а третий раздел, самый большой, собственно и озаглавленный "Посох", состоит из стихотворений последних пяти лет.

Вышеописанное строение книги позволяет увидеть, как талантливый молодой поэт, чьи стихи отмечены разнообразными влияниями, от Багрицкого до Мандельштама, обретает собственный голос, и каковы сегодня, 60 лет спустя, стихи восьмидесятипятилетнего поэта - стихи, отличающиеся необыкновенной ясностью изображения и мысли.

    Бессильно ветви опускает клен,
    И слишком жалок у него наклон,
    Он чем-то озабочен и напуган.
    Предчувствует ли близкую грозу,
    Иль раздражает на скамье внизу
    Хмырей-соседей площадная ругань?

    ...............................
    ...............................

    Теперь он стар и слаб. Но мысль тверда.
    Какая же страшит его беда?
    Бунт, буйство, кровь, огонь побоищ дикий?
    Иль видит то, чего не видим мы:
    Движение миродержавной тьмы -
    Небытия владычицы безликой.

Так бывает ранней осенью: неяркое солнце, безоблачное небо, и в прозрачном воздухе каждая линия четко отпечатана, каждый предмет как будто приближен вплотную к глазам наблюдателя и виден во всех деталях. И порой кажется, что за подобную ясность приходится платить некоторым снижением эмоционального накала. Так начинается стихотворение "Усталость":

    Усталость вошла мне в глаза,
    Вошла - и поныне осталась.
    Усталость грядущего дня,
    С которым земля сочеталась,
    Усталость домов городских
    И поля пустого усталость.

Но текст разворачивается, как туго сжатая пружина, и завершается взрывом:

    Давильня - сей мир, но не гроздь -
    Иное раздавлено тело:
    Под прахом, внизу, не вино,
    А сердце мое заалело,
    Да что мое сердце, когда
    Душа как рубаха истлела.

    Теперь никакую беду
    И счастье нигде я не встречу,
    Согласья с собой не найду,
    Но больше себе не перечу,
    Мне дьявол не страшен теперь,
    А ангела я не замечу.

Эти строки проникнуты не усталостью, а трезвой горечью, чувством несколько неожиданным для человека, прожившего длинную и далеко не бессмысленную жизнь. "Посох" книга вообще неожиданная. Уже многие годы главная тема творчества Семена Липкина - война, холокост, сталинские депортации, вся эта кровавая мясорубка XX века. (Отметим на полях мнение Бродского, считавшего Липкина самым крупным поэтом из всех, писавших о войне.) Для него, поэта классической выучки, вопрос - "возможна ли поэзия после Освенцима" - не стоял; более того, именно после Освенцима поэзия, опирающаяся на безграничную веру в могущество слова, оказывается первой необходимостью. Но в одном из стихотворений "Посоха" появляется щемящая нота неуверенности: "Я лягу, страх вобрав окопный/ И помня тех, кто лег во рву./ Как в первый день послепотопный,/ После Освенцима живу." Книга и отличается сочетанием ясности и растерянности; именно здесь возникает внутренняя напряженность, энергетический разряд. Быть может, эта растерянность - следствие внезапного осознания наступившей старости, совпавшей с концом века. Ощущение паузы на пороге небытия делает "Посох" уникальным явлением. Вот одно из лучших стихотворений книги; наверное, одно из лучших русских стихотворений о старости (каковых вообще не много):

    КЛИЧКА

    Луна грозна, во мгле ночной мала,
    Она выглядывает из тумана,
    Как бы зловещее отверстие ствола
    Из детективного романа.

    Убийца - слышим - движется шажком,
    А кличка Старость. Птичьим, волчьим стаям,
    А также человечьим он знаком.
    Мы умираем. Умираем.

Легко сделать вывод: "Посох" итоговая книга Семена Липкина, но это будет неверно. Неверно потому, что в книге нет точки, есть многоточие; вопреки очевидности. Стихи звучат, и звук требует продолжения.


"Ex Libris-НГ" от 18.10.97.



Некоторые рецензии и статьи
1992-2000 гг.




© Андрей Урицкий, 1997-2022.
© Сетевая Словесность, 2002-2022.






 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Сергей Слепухин: Портрет художника ["Красный", "белый", "зеленый" - кто может объяснить, что означают эти слова? Почему именно это слово, а не какое-нибудь другое сообщает о свойствах конкретного...] Виктория Кольцевая: И сквозная жизнь (О книге Александры Герасимовой "Метрика") [Из аннотации, информирующей, что в "Метрику" вошли стихи, написанные за последние три года, можно предположить: автор соответствует себе нынешнему. И...] Андрей Крюков: В краю суровых зим [Но зато у нас последние изгои / Не изглоданы кострами инквизиций, / Нам гоняться ли за призраками Гойи? / Обойдёмся мы без вашей заграницы...] Андрей Баранов: Последняя строка [Бывают в жизни события, которые радикально меняют привычный уклад, и после них жизнь уже не может течь так, как она текла раньше. Часто такие события...] Максим Жуков, Светлана Чернышова: Кстати, о качестве (О книге стихов Александра Вулыха "Люди в переплёте") [Вулыха знают. Вулыха уважают. Вулыха любят. Вулыха ненавидят. / Он один из самых известных московских поэтов современности. И один из главных.] Вера Зубарева: Реквием по снегу [Ты на краю... И смотрят ввысь / В ожидании будущего дети в матросках. / Но будущего нет. И мелькает мысль: / "Нет - и не надо". А потом - воздух...]
Словесность