ПРО ЗАЕК

ТОЛЬКО ЧЕРЕЗ НОЧЬ

Только через ночь. Подтяжки висят растянуты. Побрякивают
часики. Огонь. Станция. А там пирожки. Капуста не
переваривается. Поздно. А кто просил? Ладно, кофе и спать. Ну
вот зачем ты рубашку тут оставила? Полтретьего. Где второй
тапочек? А первый? Отвесим дань реализму. Тронулись. Что это:
елки или сосны? Темное дело, только стук слышен. Шуршание
веток по окну. Семь лет. Какие семь лет? Я что-то никаких лет
не припоминаю. Были только зимы, холодные, противные. Стук.
Длинные руки - клад для ленивого человека. Снова стук. Опять
ребенка по коридору водят. И не надоест людям. Что это там
булькает? У спящих в желудке водка переливается. Так это и была
узловая. Смотри: огоньки вниз плывут. Мне в детстве родители
говорили: парашютисты опускаются. Да узловая, я тебе говорю.
Ну не надо тут курить. Тогда и я закурю. Нет уж, позвольте.
Ночь. А мы едем. Восемь букв, вторая тэ. Стриптиз. Нет?
Стрихнин. Подходит? Если Махарадзе, то подходит. Хотя вряд
ли Махарадзе. Может, ветчину достать? Мне сока оставь.
Смотри: у тебя на простыне узор в МПС, а у меня - в цветочек. К
чему бы это? МПС - цветок среди министерств. Молчание. Эй.
Не смотри на меня так. Я тебя люблю. Ну что ты мычишь?
Ладно, убирай сок. Мы спим. Погаси эту штуку. Темно.
Мелькают кусты. Фонарь проскочил. Только через ночь, только
через ночь.

МАРИЯ И СОКЕЛ

На холме стоит королева Мария и стремительно смотрит в
высь. На руке королевы Марии сидит птица сокел и тоже
смотрит в высь. Вдруг сокел срывается с руки королевы Марии и
несет в дальние страны записку от королевы Марии. Он кружит
над глобусом земли, зорко выискивая адресата. А королева Мария
загадочно смотрит на волны под холмом. Неведомая иному
ихтиологу рыба плеснет хвостом и скроется в глубине. Но вот
звучат обеденные фанфары, и королева Мария скрывается в своем
замке. И оттуда доносится жадное чавканье. А вечером она
гуляет по дворцовому парку, и хрустят под ее легкой ногой
оброненные кем-то пенсне. Шумят листвою неясные в темноте
своей молекулярной структурой деревья. Ночь вступает в свою
партию. Мерцают звезды как шрапнель. Королева Мария
представляет, как летит птица сокел, с гордым клювом... дай-ка я
тебя потреплю за щечку... И тебя, Мария, тоже потреплю за
щечку... Ой, какая холодная щечка. Какая мягкая, ух ты. Мне так
нравятся твои щечки, Мария. И твои щечки, сокел, тоже очень
симпатичные.

СТРАШНАЯ СКАЗКА

Ночь была жаркой.
Троглодит Иванов сидел на кухне и ел борщ, поглядывая на часы.
Большие японские часы Citizen, висящие на стене, показывали два
часа. За окном завывала сигнализация стоящего под столетним
дубом катафалка. Где-то в квартире скрипнул паркет. Иванов
насторожился. По радио передавали похоронный марш. Под его
мрачные звуки Иванов взял свечу и вышел в длинный темный
коридор. На улице истошно завыла собака. Тусклое пламя свечи
обнажало перед Ивановым паутину и разбегающихся пауков.
Иванов шел по коридору туда, где, как ему показалось, скрипнул
паркет. Он дошел до конца коридора и зашел в комнату, но вдруг...
Но вдруг что-то большое и черное накинулось на него и принялось
душить. Во тьме блеснули клыки чудовища. Оно угрожающе
рычало. Иванов ударил его подсвечником. Свеча погасла. Пытаясь
удерживать зверя одной рукой, другой рукой Иванов искал
выключатель. В сдавленном рычании и звуках борьбы прошло
несколько минут. И, наконец, вспыхнул свет. Тотчас же
чудовище кинулось к кровати и залезло под одеяло.
- Ты чего не спишь? - спросил его Иванов.
- А ты чего?
- Я что-то есть захотел, разогрел себе борщ.
- А на завтра там осталось?
- Да.
- Ну, тогда - спокойной ночи.
- Спокойной ночи, - ответил Иванов, выключил свет и пошел
доедать борщ.

ЛЕТО

Тепло. Хорошо. Цветут лютики, растут ягодки. Милые
трудолюбивые пчелки мелькают как шрапнель. По поляне бежит
за бабочкой барышня с сачком в руках. Небольшая экскурсия детей
прет с утренника на гербарий. А барышня уже почти догнала
бабочку. А дети все прут и прут напролом. А бабочка все ближе и
ближе. Барышня пыхтит, сачок мелькает. А дети прут, прут. А
до бабочки уже два метра, один... Барышня бежит, старается,
сачком машет. А дети напролом прут. И вот уже полметра до
бабочки. Еще чуть-чуть... Дети прут... Барышня настигает
бабочку, замахивается сачком и

ХЛОПППППППППП!!!!!!!!!!!!!!

Всем привет.

ОГОНЬ

Однажды Саша прикинулся глупым, что ничего не понимает.
А Таня ему говорит:
- Тебе сколько сарделек варить?
- А что такое "сарделек".
- Сарделька, - улыбнулась Таня, - это такая кишка, куда пихают
всякую всячину, а потом это варят или пекут в костре, поют
песни и целуются.
- А что такое "кишка"? - спрашивает Саша.
- Кишка, - отвечает Таня, - это такое насекомое, которое
заводится в организме, и иногда очень болит.
- А что такое "костер"? - задает вопрос Саша.
- Костер, - говорит Таня, - это огонь, произрастающий из ящиков
от апельсинов. В огонь можно смотреть вечно, как в мои глаза.
Огонь горит и доказывает этим вечность и любовь. Огонь
говорит нам, что есть на свете то, ради чего стоит ездить на
велосипеде и писать стихи. Воровать яблоки и торговать
цветами. Смотреть на часы и вертеть головой. Читать книги и
гладить рубашку. Вот что такое огонь.
И тут Саша сдается и говорит:
- Ну хорошо, Таня. Пусть будет так. Я буду вечно смотреть в
твои глаза. Я буду хрустеть сарделькой, когда ты сидишь
напротив плиты и обижаешься. А когда плита треснет, и звон
деревьев будет владеть миром, я обниму тебя, и мы уйдем туда,
где горит огонь, горит огонь и горит огонь.

ФОРМЫ

В акваpиуме сидит здоpовенная pыба и еле там помещается.
Hад акваpиумом пpоносится кpупный оpел. В углу сидит тигp
и что-то ест из кастpюли. Заходит паpниша - два метpа pостом.
Талия - 190. В pуках - телевизоp, 29 дюймов по гоpизонтали.
"Паpниша" - это так, к слову. Hа самом деле ему тысяча лет.
Годовые кольца четко отпечатались на его слоновьем лбу.
Шнобель паpниши упиpается в окно. Паpниша бpосает телевизоp
на диван, достает сигаpу толщиной в четыpе пальца и пpикуpивает
от факела. Тут в комнату входит девка. Огpомная, толстая,
с вот такенными ногами. Девка гладит тигpа. Из-за печи выползает
таpакан величиной с кенгуpу. Паpниша хватает таpакана за ус
и бpосает чеpез плечо в акваpиум. Девка оглушительно
подмигивает паpнише. Он со скpипом садится на мpамоpный диван
и устало вытиpает лоб. Его восьмидесятичасовой pабочий день
закончен.
Люблю кpупные фоpмы.

МАРСИАНИН

- Люди добрые!
Извините, что к вам обращаемся! Сами мы не местные.
Поможите, кто чем может! Звездолет украли. Подайте ради
Христа, кому сколько не жалко, на новый звездолет.
Мы живем в Шереметьево-139. Скитаемся. Люди добрые!
Извините, что не местные. Поможите вернуться на родной
планет! На билет не хватает. Купили новую куртку из нейлона,
все деньги кончились. Акваланг нужен. Мы дышать тут не
можем...

Маленькое зеленое прыщавое существо пробежало по вагону и
скрылось. Мадам Ветлицкая наморщила свой маленький лобок.

- Xnj nfrjt? Тьфу, что такое?
- А это наша гордость, - ответил мсье Серов, - марсианин
Петька. Его еще маленьким увезли с Марса. Теперь он по
электричкам ходит, деньги клянчит.
- А вот что-то он про акваланг говорил?
- Фуфло, - Серов достал акваланг и высморкался, - дышать он тут
прекрасно может... Ай!
- Что такое? - спросила мадам Ветлицкая.
- Контролеры! - завопил Серов, указывая куда-то вбок.

Мадам Ветлицкая еще сильнее наморщила свой и без того
сморщенный лобок и посмотрела туда, куда показывал мсье
Серов. Там ничего не было.
А когда мадам Ветлицкая обернулась, вместо Серова рядом с ней
сидел марсианин Петька и облизывался.

Через много лет, в пятницу, 26 апреля 1996 года мадам
Ветлицкая сочинила про это песню. Вернее, не песню... То есть
тьфу, песню. Но не про это. А про что-то еще. Кажется, опять
про любовь.

Да что она знает про любовь, дура несчастная?

ПОЕЗД!

По железнодорожным путям шествует поезд.
Машинист мизинчиком поворачивает руль.

Кочегар: Вам угля два кусочка?
Машинист: Да, пожалуйста.

Кочегар аккуратно кладет в топку два кусочка угля.

Машинист: Алексей, не хотите ли кофе?
Кочегар: С удовольствием, товарищ Васнецов.

Машинист завязывает руль розовой ленточкой, чтоб не вертелся,
и включает кофеварку.

Кочегар: А как поживает Ваша тетушка?
Машинист: Спасибо, ей уже лучше.
Кочегар: А разве ей было плохо?
Машинист: Нет. Ей было хорошо. А сейчас - еще лучше. А как
поживает Ваша племянница?
Кочегар: Хорошо, спасибо.
Машинист (краснея): Как увидите ее, передайте от меня,
пожалуйста, сердечный привет.
Кочегар: Конечно... Кофе, кажется, готов.
Машинист: Я налью.

Машинист наливает кофе.

Машинист: Вам один кусочек?
Кочегар: Сегодня, пожалуй, два.

Машинист кладет в чашку два кусочка угля.

Кочегар: Благодарю.
Машинист: Вы знаете, Алексей, еще древние говорили: "Кофе -
напиток богов".
Кочегар: О, да. Как говорят в народе, "кофе - всему голова".
Машинист: "Кто с утра кофе пьет, тому солнце улыбается."
Кочегар: Именно. В свое время Платон любил иногда побаловать
себя чашечкой хорошего черного кофе.
Машинист: Именно за утренним кофе великому Леонардо пришла
в голову идея парашюта.
Кочегар: И вертолета.
Машинист: А Демокрит говорил: "Все из атомов, но кофе - из
очень хороших атомов".
Кочегар: Не подбросить ли в топку еще немного угля?
Машинист: Нет, спасибо.
Кочегар: Вчера я прочел очень интересную книгу. Вернее, даже не
книгу, а брошюру. Нет, даже не брошюру, а так - памятку. В ней
говорилось о том, что конец света наступит 23 февраля 2001
года. И что стирать это надо при температуре 30 градусов, и оно
состоит на 100% из шерсти.
Машинист: Как интересно!
Кочегар (смотрит в окно): Ой, товарищ Васнецов! Кажется, мы
приехали.
Машинист: Да, действительно, Алексей. Мы приехали.

Кочегар выключает кофеварку.
И они вдвоем выходят.

Вот, приехали.

СОЧИНЕНИЕ

Одна девушка любила одного юношу. И вот любила она его, любила,
а он любил ее, и все было замечательно. Но как-то раз он ее взял
да и разлюбил. А она его, соответственно, разлюбила. (Ну, обычное
дело, с кем не бывает?) И он ей сказал: давай больше не видеться.
И вот решили они разъехаться кто куда. И разъехались. Он уехал
в Амстердам, а она... ха-ха. Тоже в Амстердам. Потому что не
говорили друг другу, куда уезжают. Так более того, и она, и он
поселились (случайно, конечно) в одном доме, только на разных
этажах. И вот встречает он ее в лифте. Ну, крики, "почему ты
здесь?", "ты что, следил?" и т. п. Пришлось опять разъезжаться.
На этот раз, конечно, договорились заранее, куда. Он - в Египет,
она - в Турцию. И она улетела в Турцию. А он летит себе в Египет,
как вдруг бородатый дядька в само- лете вскакивает,
выхватывает пушку и кричит, что самолет летит не в Египет, а
(ну, естественно) в Турцию. И тут в партию вступает тромбон:
пурум-пум-пум, потому что жизнь - маразм, против судьбы не
попрешь, а договариваться надо всегда заранее, хотя это и
бесполезно. Что-то я без размаха пишу. Что бы такое с
размахом?.. Например, огромный комодище, а в нем - жуткая
моль с огромными зубищами и два... нет, семь шакалов с
горящими хвостами плетутся под знойным небом (размах
чувствуете?) туда, где там и то, откуда и дальше некуда.
И прошу Вас, Мария Гавриловна, поставить мне пятерку по
литературе в четверти, потому что сил моих больше нет.

Ваш ученик
Толя Аризонов

В БУЛОЧНОЙ

Размах - удар! Продавщица в булочной упала. Потом оклемалась,
вскочила. Хотела что-то вякнуть. Но! Размах - удар! Продавщица
падает. Лежит некоторое время. Потом поднимается и
отряхивается. Затем что-то пытается промямлить. Но тут -
размах - удар! Продавщица падает опять, причем неудачно, на
банки с оливками. Банки грохочут. Бешено играет музыка.
Жаркие испанцы пляшут в вечернем красном солнце.
Надрываются гитары, кричит мороженщик. Продавщица
моргает, пытается подняться. У нее это опять получилось. Но
размах - удар! И она падает опять под вечерний шум прибоя. На
горизонте видны неторопливые яхты. Тяжелые боссы за угловым
столиком неторопливо обсуждают что-то с помощью сигар и
косятся в сторону мелькающих в танце коротких юбок.
Продавщица приподнимается и потирает челюсть, осоловело
глядя на волны. Размах - удар! И она падает опять на раскаленный
пол забегаловки. И танцующие старательно обходят ее в бешеном
аргентинском танго.

* * *

Тихо освещает вечер луна в окно. Слон щурится на свет из
темной кухни и неторопливо затягивается, скаля зубы. Там
вдалеке, под луной, думает слон, бегает невечная неновая кошка.
Часы бьют три с половиной раза. Слон поудобнее устраивается на
стуле. Тот отвечает скрипом. За стеной слышно шевеление. Это
в комнате ворочается живое существо. Дорогое слону существо.
По темному небу проносится темное облако. Слон вынимает
сигарету хоботом изо рта и крутит ей в кухонном воздухе.
Получается красное дрожащее кольцо. Слон вспоминает прошлое
и представляет себе будущее. Часы бьют четыре с одной
четвертью раза. Это означает, что далеко, но уже близко бежит
за первым солнечным зайцем лунный волк.

ИЗ ЗАПИСОК ОДНОГО ПИСАТЕЛЯ

Каким словом надо начинать рассказ? Можно сказать:
Однажды из дома...
А можно:
Семен Семеныч проснулся...
Или, скажем, так:
Высокая грудь Евдокии упруго манила к себе алыми пятнами
сосков...
В любом случае это будет неправильно. Потому что для того,
чтобы написать рассказ, нужно придумать, о чем будет этот
рассказ. Нужно обозвать героев, обозначить место действия и
вести главного от завязки до развязки и финала через
кульминацию, применяя гротеск и встряхивая время от времени
руки. Нужно продумать все до мелочей, а то получится так, что
героиня едет на велосипеде, а потом оказывается, что она
одноногая. Мозги рассказчика должны внимательно следить за
ходом своих мыслей. Если ты придумал одноногую, значит, на
велосипед ее сажать нельзя. А если уж ты посадил ее в самом
начале на велосипед, то чтобы сделать ее несчастной и
одноногой, недостаточно это сказать, прежде нужно уронить ее
под трамвай.
Слава Богу, что я не занимаюсь этим муторным делом.

ПО ТОНКОЙ ДОРОЖКЕ

По тонкой дорожке от получки до аванса на цыпочках ходит
артист. Вокруг вьются мелкие черные птички и вниз мешают
смотреть. А вниз смотреть обязательно нужно, чтоб знать,
куда упадешь. По тонкой дорожке он идет до аванса, качается и
говорит. Артист объясняет, как он ненавидит дорогу, птиц и
аванс. Как он ненавидит туман, спешку, глупость, дорогу, птиц и
получку. Артист аккуратно машет руками, пытается вниз не
упасть. А черные птички клювами щелкают и отвлекают его.
Дорожка все тоньше, туманы все гуще в городе грязном, как кал.
Артист матерится, а птички щебечут еще нецензурней его. Так,
в спешке, в тумане, в унынии полном, проходят четырнадцать
дней. А на пятнадцатый артист получает свой идиотский аванс.
Потом он, взглянув на аванс одним глазом, в карманы его сует.
И, повернувшись, уходит обратно, туда, где получка была. Теперь
от аванса до самой получки идет он и говорит. Артист
вспоминает эту дорогу, того, кто построил ее. И весь этот
город, его кто построил, и мать и бабку его. Глохнут в тумане и
в щебете яркие, образные слова. Артист аккуратно машет
руками, дорожка виляет вдали. А черные птички гадят на куртку,
и дождик кислотный идет. И так от аванса до самой получки
длятся четырнадцать дней. А на пятнадцатый день получает
деньги свои артист. Он долго, нервно и громко смеется, пихает
получку в карман. Потом артист чистит от птичьего кала
зеленую куртку свою. И, развернувшись, плетется обратно, чтоб
получить свой аванс.

КНИГА

Начиная свою книгу, даже не взглянув на название, еще бы, не
умеем мы в этот момент читать, листаем мы ее бездумно, со
временем учимся читать, но перевернуть и посмотреть, что
было в начале, нельзя, упасуаем мы поневоле ранние моменты,
может, саму завязку, а затем стараемся тщетно не упасуать
текущий момент, желаючи, однако, заглянуть вперед, и с думой
о конце листаем кабы как книгу, упасуая таким образом и то, что
сейчас, а ведь то, что впереди, страница за страницей становится
тем, что есть текущий момент, и получается, что мы
упасуаем и будушее, а остановиться в книге нельзя, потому как
захватывает она, да и другой-то нет, хотя, бывает, что читаем
мы и чужую книгу, словно свою, давая советы, как не упасуать
сюжет, но советы не помогают никому и никогда, потому что
совет есть желание присвоить себе чужую книгу и упасуать ее
по-своему, и запутываемся словно паук в своей же паутине, и
единственное, что мы можем сделать, так это осознать, что
ни прочесть предыдущих глав еще раз, ни прочесть будущих глав,
ни не упасуать читаемую главу нам не дано, и лишь должны мы
читать книгу, читать, и прочесть ее достойно до конца, не
дергаясь, не спрашивая, спокойно и закрыв глаза.

ВОЛЕЙ СЛУЧАЯ

Один человек пошел в магазин за помидорами, а попал в
Склифосовского. А другой человек торопился на презентацию, но
попал тоже в Склифосовского. А третий человек шел себе,
насвистывая песенку, но вдруг попал в Склифосовского. Тут давеча
к нам инженер из Англии прилетел. Хотел опытом
обмениваться. Не тут-то было. Прямо из аэропорта увезли его в
Склифосовского. А еще немцы недавно контракт подписывали,
кивали. Губы раскатали, в общем. Сейчас они в Склифосовском с
удивленными лицами в одной палате лежат. Шесть человек на
трех койках, письменном столе и двух роялях. Не так давно еще
такое было: зашел человек в читальный зал, развернул книжку,
сейчас, думает, почитаю. Ха. Попал в Склифосовского,
естественно. Вот, помнится, очередь за варежками стояла. Все
волновались, что варежек не хватит. Не о том волновались.
Сейчас в Склифосовском. Какие уж тут варежки. Или вот еще
случай: молодожены в Коломенском свадьбу играли. Народу
собралась тьма. Шампанское хлопает, тосты произносят. Кто ж
знал-то, что так получится? В Склифосовского всех увезли.
Молодоженов в разные палаты положили... Так что вы, конечно,
заходите, товарищи. Но имейте в виду.

БАСHЯ

Выходит шикарный мужчина из дорогого автомобиля и видит
такую картину: на суку висит диктор телевидения "Останкино".
За мужчиной выходит шикарная женщина и, увидев диктора,
шлепается оземь. И вечер таким образом испорчен. Мужчина
подходит к диктору и трогает его зачем-то за шнурки ботинок.
Мужчина глубоко расстроен. На глазах его наворачиваются слезы.
- Да, - говорит он, - я вкалывал четырнадцать лет. Я зарабатывал
себе состояние. Моя женщина и я стали шикарными, мой
автомобиль стал дорогим. Что же это, я зря работал? Если
каждый будет вешаться возле ресторана, то что же это будет?
Вдруг он замечает, что рядом стоит и сочувственно слушает
его другой диктор телевидения "Останкино". У диктора на глазах
блестят слезы. Мужчина машет рукой, мол, ах, оставьте, и
уходит в светлое нутро ресторана. Диктор достает из кармана
веревку, мыло и делает петлю. Вдалеке сверкает еще один
подъезжающий к ресторану дорогой автомобиль...

Не все можно купить за деньги.

РЕЦЕПТ

Схватите пектин и желатин и поскорее добавьте их во
что-нибудь. Поставьте быстрее его в холодильник и спрячьте
руки за спину, чтобы никто не догадался.
- А что это такое в холодильнике? - спросит жена.
- Аааа, - скажет теща и упадет в обморок.
- Безобразие, - процедит проходящий мимо милиционер.
Тогда быстро выньте его из холодильника, добавьте туда лимон
и чеснок, перемешайте и поставьте на рояль.
- Это мне? - спросит композитор.
А собака потянется к роялю носом.
Тогда возьмите его, засыпьте туда 1,5 стакана фасоли, откиньте
на сито и остудите. Потом быстро, пока не того, поставьте его
в теплое сухое место. Например, кошелек.
- Милый, что это за пакость? - спросит вас бабушка.
- Кто испачкал сито? - спросит уборщица.
Тогда выньте его из теплого сухого места, поставьте на высокое
и твердое, например, телевизор, и аккуратно съешьте.
Если оно невкусное, то, может быть, вам послужит утешением
мысль, что люди есть везде, и от них никуда не денешься.

НЕРАВНЫЙ БОЙ

Это было в 1982 году. Коля под командованием Вали нес
телевизор по льду Финского залива. Безопасность была не
фонтан. Между Кронштадтом и Ленинградом стемнело.
Стоявший на вахте матрос услышал подозрительный шум и
немедленно доложил об этом командиру. В темноте показался
Коля с телевизором в руках. Командир повел свой маленький
корабль навстречу противнику и приказал открыть огонь.
Начался неравный поединок. Одна из пулеметных очередей
советских моряков прошила голову Коли и подожгла его. Почти
тотчас же загорелась и Валя, смешав строй матросов. Но в этот
момент Коля уронил на командира телевизор. Тот упал. Однако
превозмогая боль командир подозвал к себе рулевого и уже теряя
сознание приказал ему принять командование. Бедный Коля, весь
изрешеченный пулями и осколками снарядов, пылал охваченный
пламенем. Но несмотря на это моряки сражались. Действуя
гранатами и винтовками, они вели бой до тех пор, пока не пришла
помощь.

ЭПИЗОД

На мосту стоит Стелла.
Стелла глядит в воду и смотрит как плещется в ней Тессио.
Плотное невысокое тело Тессио упруго изгибается под водой.
У Стеллы грустный взгляд. Она не решается войти в воду.
Стелла вздыхает.
А Тессио веселится в воде и даже не обращает внимания на
одиноко стоящую на мосту стройную фигуру.

Но тут появляется Олька и швыряет палку в воду.
Стелла бросается с моста за палкой, и чере несколько мгновений
она вылезает вся мокрая, встряхивается и, виляя хвостом, несет
палку хозяйке.
Тессио бежит сзади, пытаясь укусить ее за лапу.

ПЯТЬ САНТИМЕТРОВ ЧЕГО

Утро. Бодун. Шаланды, полные фекалий. Во рту что-то мешает
жить. Степа просыпается и вспоминает вчерашний день
рождения. В числе прочего ему подарили коня. Конь стоит
рядом, и это не сон. Конь фыркает. Степа моргает.

Конь: Посмотри мне в зубы.
Степа: Коней на переправе не меняют.
Конь: Между прочим, литература - это не переправа. А название
новой книги - это не кони.
Степа: Элиза! Ты жива еще, моя старушка?

И тут входит Элиза с огромной кочергой.

Элиза: Ты уже проснулся, милый?
Степа: Нет.
Элиза: А вот и конь. Помнишь, тебе его подарили?
Степа: Век не забуду.

Но оставим в покое коня и Степу.
Поговорим об Элизе.

Элиза - красивая стройная брюнетка. У нее карие глаза, тонкий
нос. Элиза худенькая и ростом ниже меня на 5 сантиметров. Да,
она стройная красивая брюнетка. Рост у нее, как и у многих
советских людей, ниже моего на пять сантиметров. У нее
выразительный карий глаз и тонкие носы. Да. Элиза - она
стройная симптоматичная брюнетка. Рост у нее ниже, чем у
меня. Но не на много. Всего лишь на пять сантиметров весны,
царящей в ее печальных глазах. Волосы у нее черные. Однажды
она их покрасила, но я сказал, что не надо, и она перестала.

Как вы уже знаете, дорогие мои, Элиза, стройная красивая
брюнетка, ниже меня ростом на пять сантиметров весны,
царящей в ее глазах. Ах, какие у нее глаза! В них все: море взгляда,
ирония укора, любовь к жизни и просто грусть.

Кстати, если в рассказе есть кочерга, значит, она должна
непременно выстрелить.

Стреляет кочерга. Конь падает.

Ах, Элиза! До чего же мне нравится, что ты брюнетка. И рост у
тебя - то что надо. В смысле - не как Сюткин, а действительно
то, что надо. Ниже моего ровно на пять сантиметров чудесного
мира, открывающегося простому смертному, когда он заглянет
в твои глаза.

Элиза: До чего красноречив, злодей.

Элиза, стройная красивая брюнетка, увлекает меня в неведомые
дали русского языка. И я несусь по ним на дареном мне самим
Богом коне, не смотря ему в зубы, ибо зрелище это не для
слабонервных.

Можно в конце концов и рукой пощупать.

* * *

Хочет Володя сорвать грушу с дерева, а груши-то на дереве нет.
Но Володя все равно очень старается. Но не получается у него
сорвать грушу с дерева, потому что нет на этом дереве груш. А
Володя скачет вокруг дерева, подпрыгивает, пытается достать
грушу. Но не получается, и никогда не получится, потому что
нет на дереве груши. Володя этого не понимает. Он прыгает, и
будет прыгать, и совершенно зря. Володя очень старательный
мальчик, он так высоко уже прыгает, что, наверное, достал бы
грушу, если б она там росла. Но она же там не растет. И чего,
спрашивается, прыгать? Но он будет прыгать, мы знаем.
Этот Володя - наше тяжелое наследие. Типичный пример
человека, уверенного, что делает все, как полагается. Очень
глубокая мысль. А бывает, человек прыгает, заведомо зная, что у
него ничего не получится. И вот что интересно: если он знает,
что на дереве груш нет, но все равно прыгает, то про него
скажут, что он дурак. А если на дереве есть груши, а человек -
инвалид, не имеет рук и все равно прыгает, зная, что не достать
ему эту грушу, то про него скажут, что он герой. Это тоже
очень глубокая мысль. Все же лучше иметь две руки, две головы и
одну ногу. То есть, две ноги, две руки и одну голову. И ходить
этими ногами на рынок. Брать там двумя руками груши, а
потом запихивать груши в голову. Еще неплохо бы иметь зубы и
документы на их ношение. На рынке часто спрашивают
документы, особенно, если ты похож на кавказца или вьетнамца.
Так что голову лучше всего иметь европейского типа. Еще
желательно быть при деньгах. Решительно не советую
отправляясь за грушами, брать с собой супругу - очень быстро
устанете, вернетесь поздно и без денег.

В ПОГОНЕ ЗА КРАБАМИ

Люди!
А кто из вас видел крабов?
Я вчера специально пошел в зоопарк посмотреть на крабов. Был
жаркий день, по зоопарку бродили посетители с фотоаппаратами
и бумажными стаканчиками.
Первым делом я подошел к столбику с указателями. "Медведи" -
гласила первая табличка. "Тапиры" - гласила вторая.
"Администрация" - гласила третья. Крабов нигде не было. Я
спросил проходившего мимо посетителя, где здесь крабы.
Посетитель остановился, положил фотоаппарат в стаканчик и
задумался.

- А как они выглядят? - спросил он.
- Не знаю, - ответил я.
- По-моему, они такие... моего примерно роста, на затылке белая
шерсть.
- Наверно, - сказал я, - вам видней.

И вот мы с ним взялись за руки и поскакали крабов искать.

- Скажите, вы - краб? - спрашивали мы встречных, но нам не
везло. Встречные только сердито махали стаканчиками.

Наконец мы добежали до сторожихи в зеленой униформе и с
метлой.

- Где здесь крабы? - закричали мы.
- Крабы? - сказала сторожиха, - Пройдете прямо, потом направо,
там будет домик, зайдите в него, первая же дверь слева.
- Спасибо, - крикнули мы.
- Пожалуйста, - ответила сторожиха, села на метлу и улетела.

А мы помчались прямо, а потом направо.
Там и вправду был домик. Зайдя в него, мы обнаружили дверь. На
двери была табличка:

КРАБ
Иосиф Павлович
прием с 14.00 до 17.30

Мы переглянулись и робко постучались в дверь.

- Войдите, - раздался крабий голос.

Мы вошли.
За столом сидел краб. Он сурово посмотрел на нас и сказал:
- Что вам угодно?
- Да вот, видите ли, мы пришли на вас посмотреть.
- Ну смотрите, только недолго, я занят.

Мы отошли в уголок и наблюдали за крабом. Краб что-то писал,
затем достал калькулятор, стал что-то подсчитывать,
записывая результаты в толстую тетрадь.

Прошло минут десять.

- Ну... мы пойдем, - сказали мы.
Краб оторвался от работы и сказал:
- Да, да. Идите.
Мы вышли от краба и здорово посмеялись.

Как все-таки замечательно, что у нас есть зоопарки, где можно
встретить любого невиданного зверька, какого ни пожелаешь!

НЕУДАЧНАЯ ГИБЕЛЬ

Петр Семенов по прозвищу Семен Петров сидел за столом и пил
мать-сырую воду.
Вдруг в голове Семена Петрова что-то заболело.

- Это лопнул важнейший для фунциклирования организма сосуд, -
определил Семен Петров и принялся ждать смерти.

Смерть не приходила.
Семен Петров начал тщательно вслушиваться в нутро
организма.

- Кажется, у меня рак легких, - сказал Семен Петров.

Он отпил еще матери-сырой воды. Смерть не наступала.

- Кажется, у меня злокачественная опухоль мозга, - сказал
Семен Петров несколько погромче.

Но гибели не последовало.

- А у меня порок сердца, - громко произнес Семен Петров.

Молчание.

- У меня гангрена на ноге! - крикнул Семен Петров.

Тишина продолжала царить в комнате.

- У меня белокровие! У меня начинается общее заражение крови! -
закричал Семен Петров, - У меня аневризма аорты! Эй! У меня
инфаркт миокарда! Ты меня слышишь?!

- Слышу, Семен, слышу. Успокойся. Всему свое время.

© Рома Воронежский, 1991-97
rv@angel.elektra.ru