Написать какой-нибудь манифест - искушение. Гонишь призрак, но он снова приходит, мешает заниматься делом. Прорывается в беседах, в письмах. А другие еще подзуживают - мол, верно, и мы того же; за этим, мол, у тебя целая теория с практикой чувствуются...
Но писать манифест - грязное дело. В лучшем случае скажут: "ну вот, еще один открыл и без того известную Америку". В худшем - свяжут твое имя с призраком, заявят, что ты его породил, хотя ты всего лишь описал его, чтобы выкинуть из головы.
Поэтому я просто опишу свое понимание сетевой литературы на основе личного опыта участия в ней. Я буду писать в основном о современной поэзии (или просто о своей собственной), а также о тех тусовках и явлениях, в которых я участвовал, и о тех людях Сети, с которыми как-то знаком. Если кого обошел - не обижайтесь: я здесь не экскурсовод, просто прохожий.
Какие причины заставляют людей издавать художественную литературу? "Новые условия..., создавшиеся в России, выдвинули на очередь вопрос о... литературе. Различие между нелегальной и легальной печатью... начинает исчезать... При существовании различия вопрос о... печати... решался крайне просто". Если так причесать цитату, не всякий догадается, кто написал это в 1905 году. Но именно в той статье 1905 года был сформулирован принцип: вопрос о распространении литературы - это вопрос о распространении идеологии группы людей (партии). Имелись и свои шедевры этого метода - все ведь в курсе, что делал с телом глупый пИнгвин (сам Буревестник запомнился хуже). Бывало и по-другому. Где-нибудь в XII веке, в Японии, какой-нибудь правитель, сам большой поэт, повелевал издать изборник лучших песен. В частности, чтобы на века прослыть тонким ценителем и эстетом. И тоже получается шедевр, с росой на цветах сливы и мокрыми рукавами (имя самого правителя при этом помнят лишь специалисты).
У нас же сейчас книгоиздание - это бизнес. Вложил деньги - получил деньги. Любой русский издатель скажет вам, что издание поэзии сейчас - неприбыльно. А поэзии молодых и неизвестных - убыточно. Но чтобы стать известным, надо хоть раз опубликоваться - замкнутый круг. Можно, конечно, стать известным хулиганом/диссидентом/минетчиком/самоубийцей/etc (выберите сами, что вам нравится). Но с литературой весь этот скандализм не связан - а хочется чистоты эксперимента.
Мой опыт таких экспериментов (путешествия по редакциям, "кто вас прислал?", "позвоните через месяцок", и т.д.) показывает: "человеку с улицы" издаться сейчас на бумаге либо просто невозможно, либо это требует таких затрат сил и времени, которые сводят на нет само желание публиковаться. Первая публикация лучше всего удается через нелитературные приемы: "сто рублей" - на свои деньги, или "сто друзей" - по блату.
Первый способ, самый независимый и честный на сегодняшний день (если есть деньги), я уже испробовал. "Песенка Шута" уже почти вся разошлась, однако и распространением ее я занимался сам - наши магазины ее не берут (своего много!). Сейчас у меня денег нет, новые книжки "в столе". Что до знакомств - я ужасный хам и плохо завожу знакомства. Даже когда встречался с Евтушенко - не мог подлезть за автографом, как все нормальные люди, а сказал: "У вас, наверно, рука устала автографы давать... хотите, я вам сам дам?!" Он конечно, сказал "Ну давай!", но потом неглядя схватил мою книжку и быстренько со мной распрощался.
Однажды мне сказали: "Твои стихи - это словно попытка влезть в поэзию через черный ход или окно." А по-моему, настоящие поэты во все века влезали к своим дамам именно через окно, поскольку в двери их не пускали (значит, было что охранять?). Я начал с X-Windows, теперь лазаю через MS Windows, но в общем - через ИНТЕРНЕТ. Вот результаты этого лазанья за тот "отчетный период", что я дозванивался в один бумажный журнал ("Постскриптум") - с ноября по март. В марте в "Постскриптуме" наконец сказали "ваши стихи не подошли!". К этому времени на Сети
- мне сообщили о первом месте в ТЕНЕТА (за стихи, которые в
1995 году публиковались на Usenet'e);
- на фидошном ОВЕС-КОНКУРСЕ дали третье место за "Цветок
Красоты";
- на хайку-конкурсе токийской газеты Mainichi Simbun дали
второй приз и опубликовали в антологии (о конкурсе я узнал в одной сетевой тусовке);
- появились мои стихи в Журнале.Ру, в
Chaba и в
Anthologie haiku, а также в антологии Haiku World, вышедшей в Японии, и в американском журнале frogpond (последние две публикации - на бумаге, но "выход" на
них - тоже через Сеть).
Думаю, достаточно, хотя возможно я что-то и позабыл. При этом замечу, что организаторы всех вышеперечисленных лит.явлений - очень разные люди из разных стран, руководствовались очень разными принципами, и практически ничего обо мне не знали. Таким образом,
Сеть - это
а) возможность свободно публиковаться и не зависеть при этом
от различных нелитературных аспектов материального мира, связанных с
расходами на публикацию и распространение, со знакомствами и
исповедуемой идеологией, и пр. Более того - автор может хранить полную
анонимность, что позволяет ему раскрыть те стороны своего таланта,
которые в реальной жизни человека часто подавляются (даже чисто психологически, самостоятельно) "рамками" и "ролями" материального мира.
б) возможность - читателям - оценивать "чистый текст" независимо от
имени автора, его прошлых заслуг, и других атрибутов (возраста, пола,
национальности, социального статуса etc).
В бумажной литературе существует понятие рецензии. Но рецензии - это, опять-таки, бизнес. Даже если критик не занимается рекламой (что ныне очень популярно), он все равно на кого-то работает, поддерживает какие-то стандарты. Кроме того, далеко не каждая книга (тем более - одиночное стихотворение) удостаивается даже ОДНОЙ бумажной рецензии.
Опубликовавшись на Сети, автор может получить комментарии
1) немедленные (сразу же по публикации),
2) многочисленные и разнообразные (от людей разных возрастов и профессий),
3) честные (сетевые читатели ничем не обязаны автору; более того,
они с ним не встречаются лицом к лицу - значит, могут говорить ВСЕ
что хотят):
>Spasibo!!! Ochen' verno, ochen' zdorovo i ochen' >professional'no... >I >Nel'zia li eshe?... >MP > Udarenie nepravil'noe (povtOrish'), rifma banal'naya > (moikh/drugikh), sintaksis neuklyuzhij (slova drugikh) > > - M >Andreev takoj zhe poshlyj i predskazuemyj, no bez chuvstva yumora. >Verbitsky
Иногда говорят: "мне все равно, что думают о моем творчестве другие, я не собираюсь под общество подстраиваться". Это очень незрелая позиция. На "обратной связи" основаны все обучающиеся системы - в том числе молодые поэты, если они хотят совершенствоваться. И вовсе не обязательно подстраиваться. Когда летучая мышь ловит отражение своего сигнала от окружающих предметов - она делает это вовсе не для того, чтобы в врезаться в стену. А чтобы, например, облететь. Или - вот что очень интересно в случае Сети! - чтобы встретить другую летучую мышь. Здесь в ответ на свой "звук" можно встретить и такое:
>...mogu adresovat' vas na svoj Russian Poetry Square, >... >http://vipe.technion.ac.il/~alik/poets.html
Это было письмо от Алика Готлиба, который наткнулся на мои творения на Сети. Первыми человеком, с которыми я таким образом познакомился в 1994 году, был Леонид Делицын, создатель первого русского литературного Web-журнала. А вот некоторые недавние знакомые (далеко не все): Линор Горалик, с которой мы встретились в "Словесности" Журнала.Ру; Вадим Гущин, собиратель палиндромов, которому я предложил взглянуть на мою коллекцию; Дмитрий Кузьмин, работающий над "Антологией русского моностиха" - с ним мы пересеклись на моностихах-хайку.
Здесь всплывает еще одна черта сетевой "обратной связи" (5) - она не только помогает совершенствоваться в литературном деле, но и восстанавливает одну из забытых функций литературы. Сетевая литература - это не наркотик "индустрии развлечений" и не орудие пропаганды, а форма взаимодействия, с помощью которой люди делятся мыслями, впечатлениями, улыбками, фантазиями - т.е. форма ненавязчивого общения.
И общение это более плодотворно, чем разговоры о погоде среди людей, объединенных только лишь единством места/возраста/рода-племени/etc - поскольку в Сети можно сойтись на единстве интересов. И не только "один-на-один", но и в виде целого семинара - причем такое коллективное размышление может уйти очень далеко от начальных "рамок" (что не всегда плохо). Из шумных и не всегда пристойных, похожих на вокзалы ньюс-групп soc.culture.russian или rec.art.poems можно попасть в более элитарные списки рассылки вроде Shiki Mailing List. Или в такие места, где все происходит по правилам литературных игр: японская ренга, дуэли в рифмах, буриме и многое другое.
А если кто-то заметит, что это, мол, "просто игры, а не серьезная литература" - могу вам сообщить, что поэзия хайку, на протяжении веков восхищающая весь мир, родилась именно из "хайкай-но ренга" - коллективной игры в ренгу. И великий Басе был в первую очередь Мастером Игры, а не членом Союза Писателей-Буддистов.
И еще одна особенность feedback'а (6) - международность. На Сети можно получить совершенно оригинальный "взгляд с другой стороны" на свои творения, и узнать о многих "ненаших" формах и видах поэзии - например, о газели или о совсем малоизвестном санкане. Причем узнать не по переводам начала века, а по письмам и статьям тех, кто в этих формах пишет даже сейчас (если, конечно, вы владеете языками). Возможно, такие уроки вообще подорвут ваше традиционное понимание поэзии. Тем лучше - вы не будете писать тысяча первое стихотворение на рифмы "ты-цветы" в каком-нибудь заунывном ямбе, а придумаете что-то посвежее.
Теперь кое-что о минусах сетературы.
Сеть, а особенно в России, действительно пока является
достоянием околопрограммистских кругов. На это можно
ответить лишь одним: подождем - увидим. Однако добавлю, что
А) Ликвидация безграмотности - дело рук самих безграмотных.
В) Если посмотреть на кумиров 60-х или 70-х, то среди них -
от Евтушенко с Вознесенским до Макаревича с Гребенщиковым -
далеко не все были "дипломированными лириками". Я вообще не верю в профессиональное писание стихов. Профессионально можно, наверное,
анализировать поэзию, а создавать ее - это все равно что делать детей:
последнее, как известно, веками делалось "по-любительски", без высшего
медицинского или биологического образования, и вроде бы не так плохо
выходило.
В одном из "Вечерних Интернетов" обсуждались негодования писателя Войновича по поводу
свободного распространения его текстов по Сети. Я совершенно согласен
с Антоном Носиком, который в ответ на это сравнил Сеть с библиотекой.
Туда, значит, можно пройти и снять ксерокс со всей книги, а по Сети
прочесть то же - это плохо? Кроме этого,
а) Чересчур щепетильный автор может сам пойти на Сеть и посмотреть,
не лежит ли чего из него у кого-то другого. Достаточно ввести ключевые
слова в "искалки". А потом предъявить свои права и судиться - законы
тоже есть. Так даже плагиат можно отследить (что нелегко сделать в
бумажной литературе).
б) На вопросе свободного распространения можно отличить
настоящего "человека литературы" от халтурщика. Тот, кто хочет
иметь стабильный процент от своих книг и соответственно контролировать
их распространение - честно признает, что сам процесс писания, общение
с читателем и пр. ему не так интересны, как доходы. Вроде такого врача,
которому выгоден дефицит лекарств. А то и хуже - человек продает
"котов в мешке" и не хочет, чтобы этих котов заметили до того, как он
их распродал. Сетература, конечно, подрывает всю эту систему -
здесь о тексте судят по самому тексту, по его интересности, а не по
рекламе или имени автора.
Это, пожалуй, самый интересный вопрос об Интернете. Иначе как "бардаком" его в определенных кругах и не называют. Люди теряются в хаосе несерьезных сайтов и уходят обратно домой, под лампу, читать свой "порядочный" детектив из ближайшего ларька. Здесь я должен сказать вот что: я на самом деле не литератор. Я занимаюсь Хаосом, точнее, моделированием Самоорганизации. Не буду читать длинных лекций о синергетике, но приведу некоторые идеи по поводу хаоса в Сети.
Известно, что наивысшая степень организации, в частности жизнь, имеет место в системах "на грани между порядком и хаосом". Каждая из таких систем имеет компоненты порядка (отбора), поддерживающие стабильность, и компоненты хаоса (генерации), предлагающие новые решения. Слишком свободная система гибнет от нестабильности; слишком упорядоченная, закристаллизованная - от инертности, неспособности адаптироваться к изменяющимся условиям. Либо - не гибнет, а изменяет свои правила, выбирая новое решение в ответ на изменение условий. В общем, происходит отбор - почти по Дарвину, только выживает не "сильнейший", а "подходящий", вернее "подошедший".
Этот "подошедший" - очень неопределенная штука. Во-первых, неопределенность возникает из-за высокой активности и необратимости: если маленький камешек вызывает огромную лавину, то можно долго обсуждать тот факт, что это сделал именно красный камешек, хотя на самом деле мог сделать и желтый; красный просто был первым, кто "разгрузил" накопленный потенциал. Во-вторых, имеет место глобальная взаимосвязь разных систем: то, что кажется на одном уровне случайным - может являться следствием какого-то закономерного процесса упорядочивания на другом уровне. Скажем, мы видим, что кто-то сносит дом или перерывает двор - для нас это выглядит бессмысленным, но если посмотреть с вертолета, может оказаться, что здесь строится улица, которая вполне вписывается в "сетку" города.
Примерно с такой точки зрения я смотрю и на Сеть - это тоже открытая динамическая система со своей "свободной генерацией новых решений" и своими "правилами отбора". Они просто не совсем такие, как то, к чему мы привыкли. Впрочем, есть похожие.
КОНКУРСЫ представлены (и я надеюсь, будут еще представлены) на Сети во всем разнообразии. Начиная с тех, где голосуют читатели (ОВЕС-КОНКУРС в ФИДО) или только участвующие авторы (Shiki Haiku Contest) - и до конкурсов с хитрой системой номинаций и коллегией знатных судей, назначающих оценки ( ТЕНЕТА и конкурс в АРТ ПЕТЕРБУРГЕ). Или, скажем, судья сравнивает стихи попарно - Sea Shell Game.
СЕТЕВЫЕ ЖУРНАЛЫ И ИЗДАТЕЛЬСТВА - могут быть не хуже бумажных. В них тоже есть редакторы, осуществляющие отбор. По-разному - ведь сетевой редактор не обязан подыскивать "жареное" или "наиболее приятное для всех". Он как хочет, так и судит. Может собирать все, как Делицын - но при этом вести статистику посещаемости. Или отбирать из каждого по чуть-чуть, как Санжит в Reflections. Или - только что-то особенное, как Макс Немцов, собирающий переводы в Speaking In Tongues.
Довольно перспективное направление - совмещение Сети и бумаги, как это делает издательство A Small Garlic Press. Они издают бумажную версию своего электронного журнала, а также книжки стихов сетевых поэтов.
Подобное совмещение практикуют не только любители. National Library of Poetry проводит конкурсы поэзии - и тут же издает антологии со стихами лауреатов. Редакторов американских журналов поэзии Woodnotes и Frogpond, я тоже нашел именно на Сети. Они используют преимущества, которые дает Сеть как средство коммуникации (быстрота и широта), сохраняя при этом традиционную солидность оценок и всего "бумажного" подхода к литературе (см. например статью Мишеля Уелша "About Publication"). И когда я посылаю им стихи на публикацию, они нередко сообщают мне свое мнение, рекомендуемые поправки или просто новую информацию о журнале - и посылка, и ответ по электронной почте не особенно обременительны:
>Dear Alexey: > >A haiku of yours is in the Spring issue of *frogpond*, >which was published late because I was quite ill for some time. >I want to check your postal address so that I can send >your contributor's copy.
К сожалению, у нас в России таких выходов серьезных литераторов на Сеть я пока не наблюдал (за редким исключением - А.Н. Житинский, редактор "Нового Геликона", недавно переквалифицировался из Рок- в Web-Дилетанты). Даже попав на Сеть, русские литературные журналы поворачиваются к авторам, мягко говоря, боком. Вот как написано на Web-странице "Нового Мира": "...Журнал независимый. Доступ журнала к Internet и электронной почте предоставлен фирмой Data Express Corporation." А о доступе авторов к журналу - ничего. Сама "независимая" электронная почта, видимо, используется журналом исключительно для общения с фирмой DEC, которая ее предоставила.
ДРУГИЕ МЕТОДЫ ОТБОРА. Как мы выбираем, что почитать, если это не классика, не нобелевские лауреаты, и не в любимом журнале? Иногда приносят знакомые. А если закончил институт, растерял всю компанию, уехал в другой город или страну? Тогда фактически - случайный поиск. И он определяется только лишь прозрачностью той воды, где мы пытаемся разглядеть, "какая рыба плавает быстрее". На Сети в этом смысле довольно "прозрачно" - есть "искалки", каталоги, и даже целая армия обозревателей. Но наиболее интересное явление - это "самоорганизация звезд". Понравилась кому-то страничка - он поместил линк на нее в своих "Cool sites" или "Мои друзья". Или, если это одиночный текст из Usenet'а/ФИДО/просто от знакомого - сохранил его у себя на Web-странице. Другой прочитал - тоже понравилось, тоже прилинковался. В результате через некоторое время популярный автор "виден" почти отовсюду (раньше сказали бы - имя его на слуху). Я, например, не помню, как я попал к Роме Воронежскому или к Алексею Верницкому. Или в Электронный Сундук. Они просто "были видны". При благоприятном стечении обстоятельств дальнейшее развитие "звезд" можно описать такой схемой-циклом: рост популярности => положительный feedback (отзывы, новые материалы, даже новые люди для работы над проектом) => рост проекта (качественно и количественно) => рост популярности =>... Таким образом из простой персональной странички может потихоньку вырасти журнал. Или творчество автора, начавшись на одной страничке, постепенно распространяется по Сети - причем последнее происходит не как напряженный self-promotion, а как естественная цепная реакция:
>Alexey, > >I am compiling an international haiku anthology for Internet, >including poets from various countries.. >Are you interested to enter in this anthology? >Andre Duhaime (Canada) >... >privet ot philippe caquant, glavnyi redaktor gazeti >poezii europoesie,frantsia >ia potchital vashi haiku na atreide.net i oni mne nravilis' >esli vy jelaete, mojete otpravliat' mne neskolko tekstov >(haiku ili drugie) dlia gazetu >izvinitie moy plokhoy russkyi iazik >...
Тут, конечно, можно спорить о том, насколько такие "самоорганизованные" сильнее тех, кого планомерно навязывают. Но вот вам аналогия - песни Владимира Высоцкого при жизни не очень-то крутили на радио и телевидении - однако он был всем известен по "самокопирующимся" записям. С другой стороны, если с детства перекармливать людей "чудными мгновеньями" да "торжествующими крестьянами", а народную тропу превратить в бетонный хайвей (чтоб не зарастала!) - тогда нечего и удивляться, что Пушкинский сайт делают не русские, а какие-то иностранцы. "Для знаний - каждый день по чуть-чуть добавляй, для мудрости - каждый день по чуть-чуть убавляй", как верно заметил один древний китаец.
Сказанное выше вовсе не означает, что "все идет по плану", даже если мы не вмешиваемся. Скорее, наоборот - я хотел проиллюстрировать тот факт, что зарождение "новой классики" происходит у нас на глазах, и каждый может принять участие в ее отборе. А если вы остались в стороне - не удивляйтесь, если эта "классика" возникнет на основе чьих-то субъективных оценок (т.к. не всегда можно "посмотреть на весь город с вертолета"); или если победит не лучшее, а "первое подошедшее" (тот самый случайный камешек, который первым вызвал лавину, т.е. разгрузил какой-то дефицит). "Лягушатник" , на который уже намекалось выше - возможно, не лучший журнал поэзии, но он пока единственный по своей теме; на него и будут линковаться те, кому эта тема интересна. Если кто-то сделает лучше - буду только рад. А сам к тому времени еще какой-нибудь камешек кину.
Выше я много писал об отборе - дескать, есть и на Сети законы, хорошие и разные. Но напоследок хочется сказать, что их пока мало, и это хорошо. Свобода Сети, ее вседоступность, активность - это очень полезно именно для сегодняшней русской литературы, которую за одну ногу уже прихватил шустрый рынок ("талант - ничто, реклама - все!"), а за другую держат костлявой рукой "традиции классики". О традициях скажу особо.
В любви американцев к независимости и к лозунгу "express yourself!"
мне всегда виделся некий экстремизм. Но у нас чаще проступает другая
крайность - любовь ко всеобщим долгоиграющим идолам. И не только в
политике. Когда я вернулся в Питер, зашел в "Дом Книги" и посмотрел там
литературные журналы - у меня было ощущение, что я вернулся на десять лет
назад. Все те же имена - Кушнер, Рейн, Кривулин, Шефнер, Кибиров,...
После смерти Бродского наши журналы вообще открывать не хотелось - очередная
волна "всенародной некрофилии" (термин моего приятеля Сергея
Бельца). А ведь и сам Бродский в "Less Than One" заметил эту
особенность нашей жизни - при диктатуре, писал он, система
ценностей отдельного человека тоже формируется иерархической,
со всеподчиняющим авторитетом-"сознательностью" наверху. Значит,
есть и другие миры, с другими системами ценностей. И сейчас,
когда Империя развалилась, стоит к ним присмотреться - хотя бы
для того, чтобы они не застали вас врасплох. А дорогу себе они
сами проложат: ведь даже десять лет назад молодежь уже не
особенно читала "Неву", "Новый Мир" и что у нас там еще
выходило - вместо этого слушали "Аквариум", "Кино" или
"Наутилус". Как до этого слушали бардов, а не телеэстраду.
И неудивительно - поэзия, как живое существо, всегда ищет
более независимой среды для жизни и распространения. Когда-то она
вышла на пленку в песнях бардов и рок-групп. Сегодня выходит на Сеть.
Потому что действительно интересно, что такое "мы сами".
Потому что, как это не прискорбно, Бродский уже умер. А я - еще нет.
Или, если хотите, ИНТЕР-НЕТ.
...а чуть остыла - и уже мертва.
Лишь миг назад - переливалась, пела,
дрожала лилией, в разгуле карнавала
форелью, выплеснувшейся из рукава
танцовщицы. Теперь - застыла
пустышкой. Склянкой. Вазой для комода.
Игрушкой модника... Нет, лучше молотка!
Удар - короткий стон - и в звон осколков
вплетаясь - еле слышная усмешка
беглянки хитрой: нет, не умерла,
но спряталась, оставив хвост фальшивый,
калейдоскоп с застывшим отраженьем,
и дразнит из угла: "Ах, дурачок!
Порезался... Еще одну расквасил...
Ну, лезь опять в огонь, дуй снова в трубку,
да не обугли губки, дурачок!"
("Жидкое Стекло", 1997, Питер)