Словесность

[ Оглавление ]




КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность



О,  ЭТО  ЦЕЛАЯ  ИСТОРИЯ...

Стихи Игоря Рымарука в переводах на русский язык


 



* * *


Иллюстрация Е. Слепухиной
    Так дышится лесам, и так, почти запретно,
в них дышит эхом звук, под свежей и льняной
рубахой каждый взмах и мускул так заметны,
так маленький олень бежит на водопой.
Полшага в тень ворот - и никого за нами,
нас манит высота, и, значит, неспроста
чуть видный огонек живет в оконной раме,
хоть ночь, как стадион заброшенный, пуста.
И с городом внизу поговорить нам любо,
прогнозов и угроз не услыхав опять, -
но влажный ритм не зря льнет к водосточным трубам,
ближайшего дождя уже недолго ждать.
И вот он загустел, вот он грядет, как праздник
проснувшихся грудей под влагою рубах,
он обнажает суть всех зарослей и азбук,
в началах и путях, зачатьях и годах...
Он смоет накипь строк, он не оставит брода
мне бывшему, тому, кто в пуще слово пас,
и крикнет нам - глухим от лета и свободы:
напейтесь же дождя! напейтесь про запас!..
Так смотрятся леса в немые бездны просек,
на тишине ворот - лишь эхо набекрень,
так - вновь, и вновь, и вновь - воды напиться просит
из пригоршней моих тот маленький олень.

(перевод Натальи Бельченко)
[Оригинальный текст]




НА  ЩЕКАВИЦЕ


Иллюстрация С. Слепухина
    Тут, на Щекавице, кровь свою слышу студеную.
Вижу: раздвигает кусты перепутанных жил на деснице.
Знаю: вспыхивает холодом, как топор у костра...
Считаю зарубки на взгляде своем ветвистом:
первая - от сабли, последняя - от уст любимых.

Кудлатый вечер выкорчевывает из горла слово,
что корнями в каменную землю вцепилось.
В проломе памяти чертов омут бесится!..
Вверху наливается теменью птица, внизу
кружится благовест, как листопад
в узком горле звонницы.

Напротив, на Хоревице, острая трава дымится:
пряди красные счерным - будто вышивка...
Десницу студеную влагаю в белый рукав дымов,
горячую левую к любимым устам прикладываю,
пусть не почувствуют на моем лице забрала.

Сдерживаю крик в смятенной груди:
взгляд на ветру гудит, падает птица,
в водовороте пена, словно на храпе коня...
Не приходи со мною сюда! - ведь тут,
на Щекавице, кровь свою слышу студеную.

(перевод Натальи Бельченко)
[Оригинальный текст]




* * *


Иллюстрация С. Слепухина
    Последний беженец рождественских вестей,
я оказался в Откровенье Иоанна.
И пустота открылась, будто рана.
В смятеньи домыслы плодятся непрестанно.
Разбит скудельный мир на тысячи частей.

Семь наполняются уже Господних чаш -
Мне суждено пригубливать из каждой...
Бредет зверье, замаранное сажей,
пожарищем, чернее тучи вражьей...
Боюсь клейма: "Ты - в их числе. Не наш!"

Карающий огонь неотвратим -
уже склонилась тварь над близнецами.
Поникнем под суровыми руками
Того, Кто Мечен.
Но хранит ночами
Тот, Кто пришел уже. Не меч, но агнец с ним.

(перевод Натальи Бельченко)
[Оригинальный текст]




* * *


Иллюстрация С. Слепухина
   
          Василию Флёрку
блажен кто поделил на чистых и нечистых
роды и племена живой и мертвый люд
кто всходит на костёр по празднественным числам
а в будни сам вершит слепой и честный суд

блажен кто верит нам и каждому картушу
учтиво постучав в почтовый синий храм
где литерам жрецы заглядывая в душу
вещают о былом - борам и таборам

блажен кто утеплил край жизни ледовитой
не прется на рожон и понял меру цен
кто чтит всегда Завет пленен Бхагавад-гитой
и знает наперед - кто блáжен кто блажéн

а кто же тот молчун бесхозный в будней пыли
творца шутейный бзик кудрявый белый еж
его нашли века и метку прилепили -
колядную звезду каленой правды брошь

опомнись кто блажен гони его с порога
туды его в качель не выйдет ни шиша
пусть зла и тяжела а все-таки дорога
затюкана дурна а все-таки душа

(перевод Марии Огарковой и Сергея Слепухина)
[Оригинальный текст]




* * *


Иллюстрация Е. Слепухиной
    темной ночью когда даже сна не разглядеть
ищешь старую тропинку в диких травах
бежишь как пес чьими-то неоставленными следами
до речки до черного камня где бабы
столько окровавленных рубах перестирали

на холодную воду руки испуганные кидаешь
на темную молчаливую и такую тревожную
что железная чешуя нарастает на сонных рыбах
бродячие ветры к берегу силятся притулиться
а твою непутевую голову чертороем крутит

тяжелыми брызгами листья сбивает с ивы
заливает камень смывает следы с тропинки
а загребущим рукам твоим жалко каждую каплю
кажется что упадешь на рассвете в дикие травы
а на рубаху мамке воды не хватит

и как нагому ребенку за мир становится страшно
и с горбатого дна поднимаешь голоса скалки
и каждую рукоять выцеловываешь как на прощанье
и тропинку ощупываешь пока не взойдет солнце
яйцо которым испуг тебе выкатит ива

(перевод Марии Огарковой и Сергея Слепухина)
[Оригинальный текст]




"ГОГОЛЬ..."  СКУЛЬПТОРА  ИВАНА  МЕРДАКА


Иллюстрация С. Слепухина
    Те мелодии печали... Сколько, где их
забывалось, как перчаток, вспомни точно.
В твердокаменных молчащих колизеях,
в сатанинском вертограде полуночном.

Надлежит еще пройтись орлиным взором
темным бором, безголосых душ не трогать,
обойтись не столь фольклором, сколь декором,
но узнать, что привкус скорби - жженый деготь.

Это кто там в красных ботах на воротах?
Как вареник-самолет - еще летает?..

Бездна с бездною,
сквозняк
по смертным нотам
руки с плеч
в пустое небо
выдувает.

(перевод Марии Огарковой и Сергея Слепухина)
[Оригинальный текст]




СТЕКЛЯННАЯ  ЖИЗНЬ


Иллюстрация Е. Слепухиной
    ты живой ты смеешься говоришь смеешься говоришь
а в паузе
               цветок стеклянный зацветает морозом

хоть не собственная и все же крепость четыре стены
обособлен ты есть ты уверен что стеклянный цветок
               не заметил никто
а цветок уже скрупулезно малюет в сквере напротив
               художник
               у него их целая коллекция

видно все комнатный муравейник и ржавую кровь
фотоснимки детей и ружье в третьем акте
видно как ты живой как известь оседает в суставах
как река босоногая пробегает в помещении
               конечно же без разрешенья
               насквозь

ты живой ты стеклянный смеешься гово...
               тишина внезапна

и только слышно
позвякивание ступни прозрачной
речки-беглянки

(перевод Марии Огарковой и Сергея Слепухина)
[Оригинальный текст]




СТАРИННАЯ  ПЕСНЯ


Иллюстрация Е. Слепухиной
    так встречай меня жёнка
встречай меня жёнка соляная медовая терпкая
полынная
так встречай меня в белых одеждах
в белых одеждах с волосами темными дикими
и в багряных слезах виноградных на белых одеждах
встречай пополудни
застилай наш песок
застилай наш песок золотою лозою и листьями и
тенью
и тенью деревьев заслонись
заслонись на мгновенье от палящего черного ока
застилай наш песок
соляная медовая терпкая
полынная
так встречай меня в поле в саду в изголовии дома
в море

так встречай меня сын
встречай меня сын мой ночной быстроногий глазастый
так встречай меня с рыбой серебряной
с рыбой серебряной с гарпуном вороным и звенящим
в гибком теле ее лучезарном в гололедице серебристой
встречай меня в полночь
очисти с меня чешую и усталость
вынь все гнилое пугливое тихое в зелени
зелень духмяную вылей в огонь
огонь прохладный текучий вихлястый осенний
очисти с меня чешую и усталость
о ночной быстроногий глазастый
так встречай на вершине в изголовии камня
в море

так встречай меня друг
встречай меня друг мой далекий далекий далекий
так встречай во сияньи меча
в свете стали в суровой неслышной молитве
на устах оставляющих след на сияньи меча
встречай на рассвете
проведи меня в храм
проведи меня в храм в храм подземный и тайный
свечу разожги
разожги и закутай в запах ратного воска
проведи меня в храм
о далекий далекий далекий
так встречай меня в снах и словах в изголовье могилы
в море

(перевод Марии Огарковой и Сергея Слепухина)
[Оригинальный текст]




РОЖДЕСТВО


Иллюстрация С. Слепухина
    множится заря
в твердых снегах в зеркальных стенах
и с дороги сбились
три волхва в маскхалатах

госпожа ясноликая
разматывает клубок тихо узелки завязывает
усталый плотник дремлет
при топоре выщербленном

глаз фонарика
из темноты огромные ясли выхватывает
пригрелся младенец
под боком у минотавра

(перевод Владимира Ильина)
[Оригинальный текст]




ДОЖДЬ


Иллюстрация С. Слепухина
   
      Ирине
вот из провала Бог
на золотых ветрах
нас будто выдох-вдох
душу о двух телах
золотом обовьет
кров просмолит как челн
и золотым мечом
страх навсегда убьет

может и вовсе нет золота в том плюще -
чувствую трепет в нем будущего креста -
спит Украина - чу - в черном дождя плаще
а золотой поток ищет твои уста

(перевод Санджара Янышева)
[Оригинальный текст]




ГРЕШНИК


Иллюстрация С. Слепухина
   
          Евгению Пашковскому
Господь меня простит: я жил и был не прав;
зато уж и любил без края и без права.
Я не бежал ножей, но и своих в рукав
заточек и стихов не прятал. Как Варавва,

пощады не просил; и чаша - она вот.
За черный чет простит. За белый нечет.
За неуемных птиц, долбящих этот свод.
За плод, что сам - как голова Предтечи -

на блюдо мне падет... Вот и скажу: Господь,
скорей, простит меня... А не простит - не надо:
как веретье, сметет слова-огрызки - плоть
того, что не вернет из каменного сада.

(перевод Санджара Янышева)
[Оригинальный текст]




* * *


Иллюстрация Е. Слепухиной
    Когда рассвет былые строки,
как письма в щель за шкафом, спрячет,
а древний стих - мотив жестокий -
замесит в голове горячей,
тогда, повсюду проникая,
взойдёт безумие, как тесто...

И где лечебница такая,
в которой мне не будет тесно?

Когда, клонясь к закату, солнце,
устав работать сутки кряду,
осветит напоследок сосны -
ко мне в особую палату
войдёшь ты, будто бы случайно -
кто б ласку на меня потратил?

И слово замолчит печально -
мой духовник и надзиратель.

(перевод Геннадия Каневского)
[Оригинальный текст]




* * *


Иллюстрация С. Слепухина
    Стыд - эти сорок под взглядом ужа -
киевский стрепет...
В сорок под срам наезжает вожжа
прозы, как рэкет.
Можешь соловушке сбросить слова,
только не стоит:
бритоголового слога братва
разом построит.

В сорок бывает такой оборот:
градус без водки,
в прозу Галиции "скорая" прет
юзом подметки.
Тем и сюжетов навеяли впрок
частные лица.
Львову кофейному врезался в бок
угол больницы.

При сороковке поэт как маньяк
"prosit" при морсе...
Тут и судьба подмигнет, как маяк
прозе приморской.
А вот пока ты на лире бряцал
глории - свинке,
где-то мудрец-одессит откопал
золото инков.

Дуй в прозаичный прозрачный экспресс
сороконожки
топчут изгои с изнанки небес
стежки-дорожки.
В глотах у них, как в зашитых сумах,
зов волхованья.
Сорокалетье в синайских песках
аж до закланья.

Сорок - как морок то стрелок, то стрел,
лик без обличья,
не беспредельность, но и не предел
послеязычья,
послелюбовб без греха и гроша.
будто в "Токае",
сорок - затычка, а стерва-душа
все ж вытекает.

Дополнение от переводчика

Сорокалетье примерит наряд -
стрекот сорочий,
а у безвременья тот же расклад,
только короче.
Сорок твоих сороков не у дел -
тихо и пусто.
Кто бы последнее слово допел
сорокоуста?

(перевод Ивана Жданова)
[Оригинальный текст]




OH,  C’EST  TOUTE  UNE  HISTORIE


Иллюстрация С. Слепухина
    1

о это целая история
грустно говорит осенняя дева
рассказывая как

целых полчаса любилась
в вечернем саду
с незнакомцем

согревался у ней на груди
изумрудного галстука шелковый змей
в волосах блуждали пальцы из шелка

на золотом волоске качалось
небо с ничейной звездою
гигантский куриный бог

и так повествует дева
о своем приключенье в саду Тюильри
а тебе видится

что те полчаса
вырваны из грязной истории
как чистый лист

что незнакомец ангел
камень отвалил с ее сердца
словно с гроба Господнего


Иллюстрация С. Слепухина
    2

ты не святая Тереза
я не святой Себастьян
и значит не будем о муках

муки взаправду это
сигареты и кофе с утра
полные бреда газеты

нахальный звонок телефонный
похабный пейзаж за окном
и обморочный этот стих
а на деле ведь жизнь прекрасна
ибо есть виноград и вершины в тумане
и я среди них туманный

и ты в интернетном тумане
и дети рахманные
ну чем не прекрасная жизнь
по черному вышита бисером
жемчугом изукрашена
стрелами оперена

только прошу закрой свое сердце
закрой свое кровоточащее сердце
рукою Тереза


Иллюстрация С. Слепухина
    3

я позволяю тебе все
ведь сосна позволяет белке
состязанье с осенним ветром

я позволяю тебе все
ведь творец позволяет шуту
делать вид что он первотворец

я позволяю тебе все
ведь фарфоровая чашечка
позволяет себя разбить

я позволяю тебе все
ведь подсвечник позволяет свече
только ночью гореть

я позволяю тебе все
ведь позволяет себе пичуга
садиться мне на плечо

я позволяю тебе все
ведь глаза Пречистой Девы
позволяют жить мне

я позволяю тебе все
ведь ты опасная небесная белочка
о это целая история

(перевод Натальи Бельченко)
[Оригинальный текст]




STAR-CROSSED


Иллюстрация С. Слепухина
    1

Богородица, склоненная, словно лилия,
над младенцем, - кверху не поднимает глаз,
не видит звезды,

которая во мгле некрещеной
лучом нащупывает сучковатым
ветхую крышу хлевца.

Богородица, склоненная, словно лилия,
над младенцем, - не поднимает глаз, ибо знает:
увидит сад и стражу,

камень, который только она -
только она! - может сдвинуть
своим худеньким плечиком.

Богородица, склоненная, словно лилия,
над младенцем, - глаз не поднимает
на воды,
ибо всякий, кто идет по ним, как по суше,
на звезду непременно наступит
или на ее отражение...

Богородица печальных
глаз не сводит
с Его печальных очей.


Иллюстрация Е. Слепухиной
    2

"Мы так похожи с тобой, -
говорит он, - что с учетом разницы в возрасте
это можно считать инцестом".

А когда ни ночи, ни дня - болит,
а когда ни ночи, ни дня - молчание,
а когда ни ночи, ни дня - одни сплошные сумерки,

он их во мрак превращает,
в темноте ведь легче рассмотреть
крупицу неба,

смертельную и мерцающую, -
в тучах волочит ободранный хвост,
как будто павлин в Лазенках,

где на стойке в пивной -
рядом с пепельницей и картой вин -
иссохшая морская звезда.

"S’ilvousplaît, - говорит он, - grossBier,
dużepiwo, большую кружку,
самого темного".

"Star-crossed, -
говорит она, -
несчастливая звезда, наверное".


Иллюстрация С. Слепухина
    3

А когда пропоет третий, последний,
отрекусь - не от друга, любимой, Учителя -
от себя в кругу привидений,

от себя - в их замедленном танце,
в жутком бесшумном хороводе,
где каждый жест и каждый звук

вневременьем фиксирован и безголосьем,
как гипсом - перелом кости:
неслышный навечный хруст.

Одолжу хоть на час свое залатанное тело
и - спешно, пешком ли, ползком -
к воде, на воду:

пусть Сена то будет с отражениями башен, клошаров,
или фонтан в аэропорту вблизи Карфагена,
или Талалая, в конце огорода, озерцо, -

брошу пригоршню мелочи
а также звезду несчастливую,
чтобы вернуться в этот обморочный мир...

в осенний день,
прозрачный, тяжелый,
словно слеза Богородицы.

(перевод Владимира Ильина)
[Оригинальный текст]




DIES  IRAE


Иллюстрация С. Слепухина
    1

в первый зимний день
напротив скалы и реки
молюсь в гуцульской часовне

за тебя и за себя
за детей на Майдане
за скалу и реку

падает с предутренних небес
оранжевый снег
то Богородица варит банош

для тебя для меня
для детей на Майдане
для скалы и реки

посылает со снегом
послания
воспаленные будто легкие

к тебе и ко мне
от детей на Майдане
от скалы и реки

а если утренние эти послания
не предвещают света
тогда пусть наступит День Гнева


Иллюстрация С. Слепухина
    2

сестра-часовенка
почему твои двери заперты
оловянным ключом дождя

брат-кабак
вход я в тебя замуровываю
кирпичом незримого света

кружек звон и сопение трубки
детский плач и старческий стон
грохот славы шуршанье лавы

звуки все замурованы
все языки земные
все голоса

впрочем есть голоса
которые я еще способен слушать
а может это просто отзвуки

ведь говорит же раковина морем
и жемчужина говорит блеском
а море раковиной говорит и жемчужиной

чтобы снова не обмереть
Магдалина обрезает волосы
приближается День Гнева


Иллюстрация С. Слепухина
    3

в один из осенних дней
третьи петухи поют уже к
подземельному дыханию мумий

вижу жесты глухонемых
в которых вибрирует наш
невыносимый воздух

в котором дышать и видеть
говорить и слышать могут
разве что глухонемые

о эти вечерние новости
ощущение ножа под сердцем
в полночном тамбуре

о тамбурины поездов
и сквозняки кособокие
косоглазые бесприютные видения

видения которым не довелось
взойти на светлую вершину
в долине мертвецов заблудились

иуда спасает Спасителя
Спаситель целует разбойника
настал-таки День Гнева

(перевод Владимира Ильина)
[Оригинальный текст]




THIS  IS  A  GOOD  TIME


Иллюстрация С. Слепухина
    1
    Услышь меня раньше, чем я обращусь к тебе
    Нарекаци
Похоже, Господи, что речь моя - еще не речь
Ведь Ты не услышал меня.
И я не подобен реке, Господи:
Существование мое не есть течение.

Но я говорю, как сказали бы рыбы,
Которые плавали в этой реке.

Как чистый лист говорю
И как перо - оно лебединое.

Отпусти меня в море, Господи:
Черное, Красное... да хоть какое.
Стану там маленькой раковиной
С жемчужиною сердца Твоего.

И всех извещу: было, будет
Доброе время Твое.

2
    Иду на призыв я, бродяга, беглец...
    Нарекаци
Я слышу, Господи. И я иду.
С можжевеловым посохом.

Переметная сума моя пуста -
И тяжела потому.

Одна милосердная женщина
Уста мои уксусом смочит.

И я доберусь, я приду,
О свои слова спотыкаясь.

И я доплыву - ведь будет прибой
В море зеленом Твоем.

Одна милосердная рыбка
Подставит мне плавники.

Тогда извещу всех: было, будет
Доброе время Твое.

3
    Темный из светоносных
    Нарекаци
Господи, какая же ночь беспросветная
Вползла в суму мою?

Под маленьким деревом я ночевал
И деревцем снился себе.

Но, Господи, твой лесоруб
Знал, что в суме моей - ночь.

Его топору светоносному я благодарен,
Его умелой руке.

Тяжелую тьму сбрасываю с плеч своих,
Но не в силах сбросить свет

Жемчужины Твоей
И черного камня.

То было, Господи, знаю,
Доброе время Твое.

(перевод Владимира Ильина)
[Оригинальный текст]




ДЕКАБРЬ


Иллюстрация Е. Слепухиной
    1

однажды в зимний день
забудь что ты жил
и перестанешь бояться смерти

забудь про мир
досадный как гололед
разукрашенный как мертвая елка

забудь про цветочниц с глазами жаб
и про грязные стойки бара
про дорожную полупорожнюю торбу

и заходи спокойно
заходи в безвесть
словно бывший хозяин в жилище подзабытое

даром что снег и песок
утренний снег и песок золотой
не рыдать а смеяться будут


Иллюстрация С. Слепухина
    2

зимний шрифт словно шрот
пробивает задубевший лист
насквозь

в призрачном жилище
призрачный шкаф в нем скелеты
скрипит

попрошусь в нем заночевать
на халяву понятно что на халяву
до Рождества

зацеплюсь за вешалочку свою
подобно праздничному наряду
и послушно буду ждать

кутью
пулю
любимую


Иллюстрация С. Слепухина
    3

эта зима
на меня наступила
как на старую мозоль

болит а я вспоминаю
магнолии и гиацинты
розы и хризантемы

даже подсолнухи пластиковые
что цвели на полях деревянных
бывших в округе

вспоминаю то что умел
ладонь целовать белую
устами еще не каменными

сердце мое засыхает как хлеб
засыпает как пес
под дверями чужими

(перевод Владимира Ильина)
[Оригинальный текст]




ЛИСТОПАД


Иллюстрация Е. Слепухиной
    1

шел я на горы виноградные
а добродился до гор войны

где нет небесных белочек
где сосны подземные

прорастают сквозь камни
скособоченными крестами

когда виноград празднует
тут все плачут

так оплакивает кремень
мертвую коралловую ветку

так оплакивают летучие каштаны
морских ежей

так плачет детский рисунок
словно чудотворная икона

по вину недопитому
сыр пускает слезу

кто исстрадавшись воет
на переспелое полнолуние

кто выжимает плакучий лимон
в кувшин выщербленный

кто вытирает взмокший взгляд листопадом


Иллюстрация С. Слепухина
    2

понуро роем
вслепую будто кроты
крутые ходы в немилосердном воздухе

не ищем канторов
харон принимает любую валюту
например увядшие листья

а дополнительный груз
скажем меды сакральные
перевезем контрабандой

любовь это пчела
которая забыла
где ее улей

а юдифь забыла
свой трофей
в стареньком рюкзаке

пылают небеса
как письмена
на валтасаровом пиру

эринии летят
будто пчелы на мед
как вслед тебе увядшие листья


Иллюстрация Е. Слепухиной
    3

утром блуждаю над озером
и спрашиваю псов бродячих
зачем увядшие листья топчете

потом возвращаюсь домой
и спрашиваю сову параску
где этой ночью летала

я такая послушная сова говорит
я никуда не летала
это ты влетел как листок

в неистовую осень
в свои глуповатые озера сердца
в собачье дерьмо

я такой послушный говорю сове (или себе)
хочу только рыбачить
но поздно уже

и уже листопад
ухожу от него с бесприютного берега
озеро озирается

как сказано в старом фильме
нет воды нейтральной
она святая или отравленная

(перевод Владимира Ильина)
[Оригинальный текст]




A  LA  VILLON


Иллюстрация Е. Слепухиной
    1

Так и живешь - ни дома, ни ключа.
Не капают ни слезы, ни свеча.
Смеркается и на задворках тучи.

Земля, как стул, из-под ноги бежит.
На улице апрельский снег лежит, -
Глотай его. Что кактус твой колючий,

Белёсый, с моложавой сединой,
Выспрашивай паромщика и ной,
Вымаливай, проси покоя, охай.

В Днепре глубоком, где кромешен ил,
Утопленник-старик слезу пустил,
И Водяной, которому всё по...

2

На небе будут с бельмами века,
Мимозы, наподобие песка,
Осыпятся, как будто при раскопках...

Но даром под землей гробы лежат:
Ненайденный тобою тайный клад
В последних не указан гороскопах.

Всё позабудь - планет бездумный лад,
Виденья пирамид и анфилад,
Как книгу пожелтевшую, эпоху...

И вечный эпос, где на фоне плах
Есть всадники на клячах и ослах,
И рифмоплет, которому всё по...

3

Приют всегда найдется для двоих:
Их носит Бог в кармане брюк своих,
А что карман с дырою - позабудет.

А, может, так задумал - ибо вниз,
К лесам, цветам летят под видом птиц
Блаженных опечаленные люди.

Так усмири же ветхий свой испуг,
Встречай рассвет, щенка корми из рук,
И Смерти не буди любовным вздохом -

С высот, куда глазам не прорасти,
Взирает ибо (Господи прости)
Предряхлый Бог, которому всё по...

(перевод Германа Власова)
[Оригинальный текст]



© Игорь Рымарук, наследники, 2014-2016.
© Наталья Бельченко, Герман Власов, Иван Жданов, Владимир Ильин, Геннадий Каневский, Мария Огаркова, Сергей Слепухин, Санджар Янышев, перевод, 2014-2016.
© Евдокия Слепухина, Сергей Слепухин, иллюстрации, 2014-2016.
© Сетевая Словесность, публикация, 2014-2016.

Мы благодарим вдову поэта Ларису Андриевскую за разрешение использовать оригинальные стихи





 
 

оригинальная коробка

www.vippack.net

ОБЪЯВЛЕНИЯ

НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Александр Костюнин: Ингушетия (Дневник поездки) [Благородные черты, кодекс чести Эздел для ингушей, как нечто, само собой разумеющееся. Как воздух! Бесцветный, без запаха, невесомый... То, что он целебный...] Ольга Балла: Поэтика черновика (О книге Александра Маркова "Пальмы Сиона: 42 этюда об экфрасисе в поэзии") [Самым ложным шагом в отношении текстов сборника было бы видеть в них часть академического дискурса и предъявлять к ним соответствующие требования...] Александр Корамыслов: Мысль изреченная - есть ложка... [...сверну журнал - и выйду в свет. / но тот ещё страшней-смешнее. / и счастья в здешней жизни - нет. / и Бог с ним. с нами Бог. и с нею.] Георгий Яропольский (1958-2015): Амбидекстр [Снег шуршит, словно "ша" в слове "финиш". / Над метафорой кружится снег. / Этот занавес ты не раздвинешь, / мой безумный, возлюбленный век...] Олег Копытов: Письмо ветерану [На этом месте, в самом конце, убористый, красивый почерк начала письма превращался в каракули...] Ирина Фещенко-Скворцова: Диалектика формы в поэзии [Нам представляется, что из всех видов художественного творчества, именно в поэзии впервые началось изучение соотношения формы и содержания произведения...] Александр М. Кобринский: В стороне от беллетристики (О Хазарском Каганате) [...для нас в озаглавленной теме интерес представляют только тождественности. Прежде всего, коснемся родственных элементов рунического письма, которым...] Григорий Горнов: Над тёмным районом твоим [Как всегда одет не по погоде, / С филигранной точностью остришь. / А на подвесном путепроводе / Разминулись Ласточка и Стриж...]
Словесность