|
Эти зарисовки и стихотворение передала мне мать моего друга, Леонида Рубенко. Случилось это в 1996 году, когда я только вернулся из США, после завершения курса на МБА. Леонид был моим лучшим другом до тех пор, пока мы не поссорились с ним из-за девушки, в которую мы оба влюбились - Полина X. Она предпочла его мне, наверное потому что он был своего рода гением эгоцентричности. Я никогда не мог его понять, но на то они и гении. Леонид работал над своей докторской, когда совсем неожиданно он покончил собой. Способ он выбрал для этого очень под стать своему характеру - кинулся под поезд метро.
Как только я приехал, ко мне обратилась мать Леонида и отдала мне его рукописи. Сказала, что Леонид просил передать их мне (что означает что он планировал свой уход из жизни уже долгое время). Я прочитал его рукописи и был шокирован полетом мысли Леонида. Он писал про все. Физика, философия, литература, математика. Казалось он знал все. Мне, человеку не столь образованному все его рассуждения на тему "теории времени", искажения силовых полей и доктрины политической стабильности казались китайской грамотой. Но его чисто литературные произведения задели меня очень глубоко. Быть может он решил уйти из жизни из-за меня, из-за того, что я был слишком эгоистичен, чтобы отдать ему ее без ссоры.
Но история эта имеет странное продолжение - Полина нашла меня и мы теперь живем вместе и никогда не говорим о Леониде. Возможно она тоже чувствует вину. Однажды, когда я решил перечитать его рукописи я нашел только один смятый листок, сотни других страниц исчезли без следа. Я подозреваю, что Полина наткнулась на рукописи и уничтожила их, чтобы они не напоминали нам об этом действительно ужасном участке нашего прошлого.
В конце концов я решил опубликовать оставшийся "смятый листок", дабы отплатить Леониду. Возможно, как он говорит, кто-то заложит смысл в его кончину.
Всегда ваш,
Игорь Парфенов
Я просто не хочу слышать твои насмешки
дай мне решимость и отдай же глупость
дай мне возможность потерять свой разум
тогда клянусь что я опять в тебя поверю
ты возразишь, твой образ в голове моей
и как бы скажешь тебе все равно
зачем придумал нас тогда, ответь
эксперимент ужасный или
тебе иногда тоже хочется попеть
Да вопросы эти направляю прямо
в пустоту к тебе ли нет мне тоже
честно все равно но только иногда
когда болезнь съедает хочется верить
но она прогнила и крыша оседает
и разум восстает он хочет больше больше
А больше где же есть не у тебя так
точно А где его искать
искал везде в созданиях живых
да в памятках историй
искал в страницах желтых белых
и своих но не нашел а может
и не захотел лишь только
вот стал думать хуже
заметно но пока никто
не замечает возможно
ты даешь мне время
осознать но честно я не
ангел а ты не мой кумир
пусть уж все будет так быть может
Да я не крепок но только я закон
где мог пытался не переступать
но вижу я вокруг все пляшут как
игрушки пересекая линии как будто их
там нет
Ах кто то скажет он был не человек
издевки и усмешки нам его не жаль
да ведь и мне себя не жаль но только не поймете
что есть выше идеи ваших
настолько выше что вам и не увидеть даже их возможность
Нет не пророк я и не гений был
бы одним из них счастливей был Христа
он просто дал мне что то не объяснив
что будет как и для чего
И жизнь моя бесцельна была так может все же
какой смысл заложит общество в мою
кончину иначе буду я со злости да в могиле
как мило скрежетать зубами и все
злиться и вину
переложить стараться на человека сверху
его пониже но все же выше ощутимей
моих останков и моих проблем
НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" Евгения (Дженни) Перова: Элизабет [Элизабет думает о бабочках. Они красивые и хрупкие. Бабочки пролетают четыре тысячи километров, чтобы заняться любовью. Через океан...] Владимир Савич: Русский день [- Поехали. - Сказал командир (синяя униформа, лысина, тщательно бритый волевой подбородок) авиалайнера и щелкнул тумблером. Натужно загудели моторы. Аэроплан...] Валерий Пайков: Раб божий [К вопросу о причинах смерти российского императора Александра I.] Владимир Орданский: На перекрестке Комсомольской и Фастфудной [На перекрестке Комсомольской и Фастфудной, / как раз за памятником Бродскому, / я встретил вас, раскосо-рыже-безрассудную, / такую плотскую...] Андрей Прокофьев: Избранные места из дневника ТП за год [Проснулась, умылась, нарядилась и пошла... УКРАШАТЬ СОБОЙ МИР!!!)))) И это отнюдь не нескромно. Потому что, как у Чехова, "все должны быть прекрасны во...] Андрей Прокофьев: Слезы стула [Пьеса инспирирована стенограммой дискуссионного круглого стола...] Юлия Тельпук: Использованный адреналин [из концов окрылённых лопастей / сопряжённый с твоим и моим / вылетает наружу и лопается / использованный адреналин...] Саша Митрофанов: Привычка к геометрии [ты не сходишь с ума это просто системный сбой / это как заглянувший в конец книги читатель / но рука нашаривает сама собой / выключатель] Читайте также: Вячеслав Баширов: Бормотание | Александр Белых: Соблазнение Ницше | Алиса Касиляускайте: Побег | Илья Криштул: Четыре рассказа | Тимофей Маляренко: Шнобелевская премия | Анатолий Николин: Рассказы | Таня Скарынкина: Ворошить голубую траву | Варвара Смолина: Нерадужная форель | Раиса Шиллимат: Одна история - война одна | Никита Янев: Адреналин | Павел Брычков: Знакомый незнакомец или В поисках героя | Андрей Бычков: Светозарное | Из австрийской поэзии | Артем Лесов: Хорошие дни | Наталья Прохладова-Темносветова: Стихотворения