Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность




ВЕРЮ.  В  ЧУДО

Амарсана Улзытуев. Новые анафоры
М. "Время", 2016




Книга в Лабиринте
    Et je crois que voici venir la Passion
    Verlaine

Иногда устаешь уже верить, что чуда нет. А оно здесь. Есть. Когда на Озере показал эту книжку пловцу и члену СП, он мне сказал: отстань, и махнул шляпой на прощанье. Жест.

    Я, словно горное озеро, несу столько лет великую правду о Велимире,
    Ясность внесу я наконец о поэте, рождающемся раз в тысячу лет.

Жесть. Читаю в автобусе вслух унга-зирунга - оборачиваются: а кто это? Это Амарсана Улзытуев. Бурят, москвич, поэт и философ. Создал свою неприкосновенность в форме анафоры.

- сразу же припомнил Соснору и ученика его Костю Крикунова - мир недвижим и неразделен. Потом увидел одно стихотворение с посвящением одному человеку, и спросил Амарсану - он? - Да. Он.

    Все мои друзья со мной,
    В синей глубине ветров,
    В речку окуну крылом,
    Легче мотылька скользя

Родина, вероятно, у всех одна - эта божественная улыбка...

Анафора - это не убиваемо, метр в поэтике исполнен ритма, давно и везде поняли, что силлабо-тоникой пишут тощие и отсутствующие. Огромный и жизнелюбивый Амарсана придумал два манифеста и 72 кода индивидуальной регенерации и бессмертия (дам почитать этот трактат сыновьям, обязательно)

    50. У Радости всегда есть место для Любви.

А вся Свобода у него начинается с буквы С

    Сводит с ума нахтигалями своими и раями,
    Светами и мраками вселенных сладких и бездн...
    Сверчком в этом космосе битв пою...

Мне иногда непонятно, как он успел побывать в Гане на похоронах Эдди, в Хаммамете - который, ты понял, как присутствие пустыни в каждом, в любом твоем городе и в этой крымской деревне.

Укулёле.

Где Марья Ивановна Боспорская, перестрелявшая взглядом затылки твоих дедов и бабушек, помнит еще свой НКВД-шный наган. А Джеймс Кэмерон погружается в Байкал

    Дно изучать наших грёз, разные эндемики и разломы
    Сна золотого, если правды найти не сумеем...

Никогда бы не взялся читать вслух нечитаемое. Но у Улзытуева такого нет. Он сквозняк поэтический - рядом на страницах "Оживить ребёнка, Украина". Июнь, 2014 и "Харджиев. Золотой век". (День благодарения) 4 ноября 2011.

Или

    Шаман бледнокожий, похожий на редьку,
    Шаром земным, он пользуется, как бубном...

Когда-то читая раннего Соснору, понял, что придет другой - мощнее и изряднее. И он пришел, с Байкала, из офигенной Сибири - со своей школой писательства и поэтства, с новой просодией и уверенной поступью по страницам и читательским головам.

И я уже ничего не прошу ни от Будды, ни от бога Джа, ни от украинского бога войны Ненде

С проступающим внутрь Деррида или Розановым, всё-таки Амарсана - сын своего отца, Дондока. Только глядя в его монгольское лицо, начал задавать вопросы. Первый был про нашего общего знакомого - наш? - да.

    Падать до земли звездой,
    Прыгать по камням рекой,
    Думать по ночам землёй,
    Верить по земле травой...

Я перелистываю обалденную книжку, везде находя поэзию. Да и бог с ними - анафорами, метафорами, тропами, метром и ритмом. Вчитайтесь - и будет вам благо.

    Писавший статьи под фамилией Человеков - Платонов,
    Пили мы с ним как-то водку и разговаривали о Евангелии..

Настоящий поэт не разменивается на пустяки - делает свое дело, пишет манифесты и искореняет размер и бедную рифму. Очевидно, ему она в тягость, в серость и в не будущность. Писать по-другому - тоже не всякому дано. Улзытуев знает как.

Верю.

В чудо.




© Александр Павлов, 2016-2022.
© Сетевая Словесность, публикация, 2016-2022.
Орфография и пунктуация авторские.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Сергей Слепухин: Портрет художника ["Красный", "белый", "зеленый" - кто может объяснить, что означают эти слова? Почему именно это слово, а не какое-нибудь другое сообщает о свойствах конкретного...] Виктория Кольцевая: И сквозная жизнь (О книге Александры Герасимовой "Метрика") [Из аннотации, информирующей, что в "Метрику" вошли стихи, написанные за последние три года, можно предположить: автор соответствует себе нынешнему. И...] Андрей Крюков: В краю суровых зим [Но зато у нас последние изгои / Не изглоданы кострами инквизиций, / Нам гоняться ли за призраками Гойи? / Обойдёмся мы без вашей заграницы...] Андрей Баранов: Последняя строка [Бывают в жизни события, которые радикально меняют привычный уклад, и после них жизнь уже не может течь так, как она текла раньше. Часто такие события...] Максим Жуков, Светлана Чернышова: Кстати, о качестве (О книге стихов Александра Вулыха "Люди в переплёте") [Вулыха знают. Вулыха уважают. Вулыха любят. Вулыха ненавидят. / Он один из самых известных московских поэтов современности. И один из главных.] Вера Зубарева: Реквием по снегу [Ты на краю... И смотрят ввысь / В ожидании будущего дети в матросках. / Но будущего нет. И мелькает мысль: / "Нет - и не надо". А потом - воздух...]
Словесность