|
*
* ЯЗЫЧЕСТВО * ГЕНЕТИКА * КРАСНО-СИНИЕ
* ГОРОД * У ХРАМА * САЛАМАНДРА
ЯЗЫЧЕСТВО
Стояло детство и июльский чад,
Наверно, пятого-шестого, в жизни лета.
Круглел плодами придорожный сад,
И там, в саду...
топорщился, надетый
На кол,
огромный и муругий щен, -
Смертельный риктус, высохшие брыли...
Не то чтоб я,
постигла суть вещей,
Постигла то, что ангелы забыли
Меня,
одну,
что их в высотах нет.
Что не склонить главы христопоклонной,
Что навсегда мне быть наедине,
Лицом к лицу,
с язычеством исконным.
Сначала страх свивал меня в клубок
Пред вами, новоявленный, великий,
Природу коронующий, Белбог,
С мушиным роем на кровавом лике,
Что пищу дал для всех животных чрев,
И кажну тварь готов беречь и нежить,
Будь "азм",
иль червь...
И тут из-за дерев
доверчивая высыпала
нежить,
И стало все понятно на земле:
Смертельность жизни, животворность праха.
И я ушла расти,
терпеть,
жалеть,
Без крестика нательного,
без страха,
И слушала, как шепоты летят,
Вдогонку мне: "Нам ликованье давши,
Нама однех не кинеши,
дитя,
Дитя живое, роженое наше. "
_^_
ГЕНЕТИКА
Детства памятная тетрадка,
Я ее заполняла год:
Тавро - скифская лихорадка,
Змееногой богини грот...
По страницам табун носился,
Слух дождился в уздечный звон,
И лазутчика глаз косился,
Глаз
раскосый,
в мой детский сон.
Пятна алые в окоеме,
Ночь костровая
взор сосет,
В синей вене, в ее изломе
Генетический дремлет код.
Паганизм мой к высотам вящим,
Добрый Боже, зачем зовешь?
В ветропляс, к ковылям дрожащим
Дух ковыльную клонит дрожь...
Скрип колес, колыханье крова,
Взгляд
язычества свет слепит.
Только б ехать, опять и снова,
От себя, от степи... к степи.
_^_
КРАСНО-СИНИЕ
Добровольная эта "схима", -
Отражение ваше, страсть!
Я из красного вышла к синему,
Чтоб из синего пряжу прясть.
Пусть, страстными деньки, не страстными,
Пальцы, грубая нить, крови!
Только б синюю пряжу с красною
Крепко-накрепко перевить.
По небесной безвкусной сини ли:
Катит яблоко, - пряный вкус!
Облаченный в красное-синее,
На иконе застыл Исус.
_^_
ГОРОД
Бласфемистый, схемистый, шлачный, железный, бензинный,
В мою угловатость шпыняющий локти углов,
С душой шестеренки и кожею пыльной резины,
Мир лома и хлама, и ломом ржавеющих слов,
Урчащих машин
и прогорклых газетных отрыжек,
Мир профилей четких
и фасов,
- фасовщиков дел
Ургентных, -...
Серейший,
с серейшей толпою, без рыжих,
Ты много работал и маслом машинным вспотел...
Ноумен твой, - я,
но с предплечья стираю свой нумер,
В рисованный пригород детства удрав по "саше",
К шоссе, - ни ногой!, -
Чтоб от взрослых асфиксий не умер
Ничтожный комочек, зачем-то живущий в душе:
Заинька...
Ма-аленький...
Лапочки...
Валенки.
_^_
У ХРАМА
Дурачок - у храма -
С заячьей губою...
Что, браток, обижен
Растакой судьбою?
В мире технократов,
Места нет изгою...
Что ты там лопочешь,
Заячьей губою?
Что бормочешь, старый,
В чем твои печали?
- Ехали т-татары...
Домик растоптали.
_^_
САЛАМАНДРА
Di mia morte mi pasco e vivo in fiamme,
Stranio sibo e mirabil salamandra...
cancion Ben mi credea.
До вторых петухов не смыкаю ока.
Боль в висках. Под глазами и в окнах, чернее ваксы.
Не кончается, вспухший от времени, том барокко...
Пентаграммы... андрогены... абрахаксы...
Чую, ноет смерть в каждом мускуле, в каждом нерве,
Дует вечность в мембраны мои сквозные.
Слышу, как в роговицах, в зрачках копошатся черви, -
Прогрызают яблоки мне глазные.
Саламандра горит, не сгорая, в пылу крисоля,
Спит в огне, кольцевидна, мусоля свой хвостик звездный...
Что ж, не чувствую пламени в теле моем? - Только воды его и соли...
И в глазах этот звук, нарастающий и тревожный.
Прочертив полумрак, к зеркальной спешу амальгаме:
Что там, - смерть, безумье, - венцом альтераций слуха?...
Там лицо мое... и глаза... и зрачков вертикальный пламень:
Ненасытный, предвечный, звучащий сухо...
Вот он, божий огонь, не затухший в телесном хламе,
Обращающий в Атриум потные эти антры:...
"Смертью своей питаюсь,
живу, где пламя,
Странная сласть,
волшебная саламандра... "
_^_
© Анфиса Осинник, 2002-2012.
© Сетевая Словесность, 2002-2012.
НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" Евгения (Дженни) Перова: Элизабет [Элизабет думает о бабочках. Они красивые и хрупкие. Бабочки пролетают четыре тысячи километров, чтобы заняться любовью. Через океан...] Владимир Савич: Русский день [- Поехали. - Сказал командир (синяя униформа, лысина, тщательно бритый волевой подбородок) авиалайнера и щелкнул тумблером. Натужно загудели моторы. Аэроплан...] Валерий Пайков: Раб божий [К вопросу о причинах смерти российского императора Александра I.] Владимир Орданский: На перекрестке Комсомольской и Фастфудной [На перекрестке Комсомольской и Фастфудной, / как раз за памятником Бродскому, / я встретил вас, раскосо-рыже-безрассудную, / такую плотскую...] Андрей Прокофьев: Избранные места из дневника ТП за год [Проснулась, умылась, нарядилась и пошла... УКРАШАТЬ СОБОЙ МИР!!!)))) И это отнюдь не нескромно. Потому что, как у Чехова, "все должны быть прекрасны во...] Андрей Прокофьев: Слезы стула [Пьеса инспирирована стенограммой дискуссионного круглого стола...] Юлия Тельпук: Использованный адреналин [из концов окрылённых лопастей / сопряжённый с твоим и моим / вылетает наружу и лопается / использованный адреналин...] Саша Митрофанов: Привычка к геометрии [ты не сходишь с ума это просто системный сбой / это как заглянувший в конец книги читатель / но рука нашаривает сама собой / выключатель] Читайте также: Вячеслав Баширов: Бормотание | Александр Белых: Соблазнение Ницше | Алиса Касиляускайте: Побег | Илья Криштул: Четыре рассказа | Тимофей Маляренко: Шнобелевская премия | Анатолий Николин: Рассказы | Таня Скарынкина: Ворошить голубую траву | Варвара Смолина: Нерадужная форель | Раиса Шиллимат: Одна история - война одна | Никита Янев: Адреналин | Павел Брычков: Знакомый незнакомец или В поисках героя | Андрей Бычков: Светозарное | Из австрийской поэзии | Артем Лесов: Хорошие дни | Наталья Прохладова-Темносветова: Стихотворения
