Словесность

[ Оглавление ]




КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность



ЭТО  БЫЛО,  БЫЛО...


 



      ЭКСПРОМТ  О  ВЕЧНОМ

      Порой не удивительно уже:
      кого ни встретишь - непременно третий.
      Как муторно, как пусто на душе -
      не то что рифм, нет даже междометий!
      Усталости известная печать
      наутро искажает наши лица.
      С листом бумаги - тяжело начать.
      С бутылкой - нелегко остановиться...

      _^_




      НОЧНОЕ  ОТКРОВЕНИЕ

      Не по возрасту рано нелепые белые метки,
      точно нитки, запутались
          в длинных моих волосах.
      И опять я не сплю,
          и рифмую я нервные клетки,
      и неслышно пульсирует кровь
          в электронных часах.
      И я редкие строчки
          из слов собираю по крохам -
      так из тощего тюбика
          давят зубной порошок...
      Я, как все, почему-то пишу,
          когда мне очень плохо,
      и почти ничего не пишу - когда мне хорошо.

      _^_




      НЕВЫДУМАННЫЙ  ДИАЛОГ
      С  ВЫМЫШЛЕННЫМ  ПЕРСОНАЖЕМ

      Критикесса с глазами синими,
      ты спроси меня: "Почему
      вы не пишете про красивое
      и приятное, не пойму?

      Разве в жизни мало хорошего -
      очень много, сдается мне.
      Вы ж опять меня огорошили
      сочинением о г...

      Ведь искусство на то и создано,
      чтобы петь через "не могу"
      про тайгу и про небо звездное,
      и про яблоки на снегу,

      и про смерч листопадов осенью,
      и про вешние трели птиц,
      и про то, как небесной просинью
      светят очи любимых лиц,

      как в саду, набухая тучею,
      к солнцу кисти стремит лоза...
      Отчего бы вам, в крайнем случае,
      не писать про мои глаза?"

      Критикесса голубоокая,
      ты поверь: не легко совсем,
      погрузившись в дерьмо глубокое,
      романтичных касаться тем.

      Критикесса розовогубая,
      знаешь, очень мне нелегко,
      покатившись под гору кубарем,
      петь про звездное молоко.

      Критикесса голубоглазая,
      при желании я могу,
      в липкой грязи по пояс лазая,
      петь про яблоки на снегу.

      Критикесса розовоустая,
      мне пришлось от любви страдать.
      Я порою такое чувствовал,
      что словами не передать.

      Критикесса голубовзглядая,
      критикуй меня, критикуй.
      Но стихов, что тебя обрадуют,
      от меня ты дождешься...

      _^_




      БРОДЯЧИЙ  ЦИРК

      На задних лапках, как собачки, лошади -
      афишами заклеен весь забор.
      В Заборске-городке, на Старой площади,
      бродяжка-цирк раскинул свой шатер.

      Он завтра начинает представленьице,
      с дороги отдохнув едва-едва.
      И краткий текст скупого объявленьица
      округе всей поразнесла молва,

      добавив отсебятинки, как водится, -
      мол, будут чудеса - так чудеса:
      слепой жонглер, свинья-канатоходица
      и... с петушком живущая лиса.

      И в чудеса не верящая публичка
      придет на представленье все равно,
      не пожалев ни времечка, ни рубличка,
      поскольку опротивело кино.

      Ну, а пока за пыльными кулисками -
      там, где пожарник - козырной король, -
      тапёры репетируют с актрисками
      уж на зубок замученную роль,

      ученый кот поет с чужого голоса,
      бичует маг беспомощность руки,
      воздушная гимнастка бреет волосы,
      а акробат считает синяки.

      Состарившись от времени, от бега ли,
      лошадки бьют без устали челом -
      всю жизнь свою они по кругу бегали
      и больше не умеют ничего.

      Приблудный и безродный пёс-заморыш
      за пайку дармовую лебезит.
      И спившийся еще в утробе сторож
      втихую пропивает реквизит.

      Все просто. Лишь неясно, кто на привязи:
      иль люди, иль животные? И то,
      куда еще судьба их завтра вывезет,
      не знает и хозяин шапито.

      Когда бы знала публика, как хочется
      все бросить - и... уехать далеко.
      И лишь в своем углу от смеха корчится
      ковёрный шут в сиреневом трико,
      коварный шут в сиреневом трико.

      _^_




      ЭТО  БЫЛО,  БЫЛО...
      (Реприза)

      Мне кажется - все это было
      со мною когда-то уже:
      бликуя на солнце, слепило
      окно на втором этаже,

      чай теплым был самую малость,
      и ложка упала на пол,
      и кошка к гостям умывалась -
      и так же никто не пришел,

      я так же спешил, как на крыльях,
      и снова - в который уж раз! -
      вернулся проверить: закрыл ли
      я форточку, воду и газ.

      Не помню ни время, ни дату,
      но вижу как будто вдали -
      вот так же с соседом когда-то
      в дверях разойтись не смогли,

      и слышу, как транспорт негромким,
      но сочным хулят матерком -
      в троллейбусе взгляд незнакомки
      банально - до боли знаком,

      и то же подобие жажды -
      как месяц назад или год -
      и так же проехал однажды
      я три остановки вперед...

      Проклятье, кошмар, наважденье!
      (А день так же ясен и тих.)
      А может, все это - виденья
      из жизней прошедших моих

      когда-то? И в этом все дело?
      А может, незримо кружа,
      в мое горемычное тело
      чужая вселилась душа?..

      _^_




      ПРИМЕТА

      Мы повстречались в високосный год.
      Хоть, говорят, недобрая примета -
      смеялась ты: "У нас - наоборот!"
      И был июль, а значит, было лето,
      за ним - другое, много лет... И вот
      опять июль - бездождевой и росный.
      Мы повстречались в високосный год...
      ...и разминулись тоже в високосный.

      _^_




      РАЗВОД

      - Открой окно. Что, дождь ещё идёт?
      Проветрим комнату, у нас ужасно душно.
      Умойся. Всё - со временем - пройдёт.
      Не нужно слёз и... ничего не нужно!
      Всё!
      - Нам, наверно, лучше разойтись?..
      - Согласен!
      - Пропасть пролегла меж нами...
      - Действительно!
      - Какая это жизнь?..
      - Да, ты права!
      - Останемся друзьями?..
      - Естественно!
      - Всё к этому и шло...
      - Да что там шло - на всех парах летело!..
      Что странно: у Неё давно прошло,
      а у Него - до сих не отболело...

      _^_




      * * *

      Нам давно надо было расстаться.
      Не скорблю, ни о чём не скорблю -
      я тебя уже  т а к  не люблю
      и уже не могу притворяться.
      Вновь сегодня - чужая - приснишься
      (интересно - а я тебе снюсь?).
      Одного я, признаться, боюсь -
      вдруг опять ты ко мне возвратишься...

      _^_




      НА  СТОЛЕ  ЗАПИСКА

      "Прощайте. Ухожу. С меня довольно.
      Блажен, кто верит: истина - в вине.
      Простите все, кому я сделал больно.
      Прощаю всех, кто делал больно мне.
      Прошу не много: берегите дочку...
      ...за сим желаю долгих лет и зим.
      Ну, мне пора. Прощайте. Ставлю точку".

      Поставил - и ушел...
      ...за водкой в магазин.

      _^_




      НИКОЛАЮ  РУБЦОВУ

      За окном крещенский вечер.
      И, с цепи сорвавшись, ветер
      снег с деревьев рвет и мечет
      поздним путникам в лицо,
      будто спелые початки
      или белые перчатки.
      И до лестничной площадки
      запорошено крыльцо.

      Хорошо в такую стужу
      из окна глядеть наружу
      и хлебать - за лужей лужу -
      чай из блюдца с голубой,
      золотистой ли каймою
      с добрым кумом иль кумою,
      дуя в блюдечко немою
      оттопыренной губой.

      Хорошо в такую вьюгу
      отлететь душою к югу -
      к закадычному ли другу,
      к записному ли врагу.
      И на сахарном песочке
      греть простуженные почки,
      нежа пятки и носочки
      на кисельном берегу.

      Хорошо в такую темень
      обращаться к вечной теме
      смысла сущего - и с теми,
      кто не верит в таковой,
      в сотый раз не согласиться;
      а душой переместиться
      в край березового ситца
      или липы вековой.

      Хорошо в такую пору
      напиваться до упору,
      находя себе опору
      в теплой плоскости стены
      рядом с газовой горелкой,
      также - в скорописи мелкой;
      и - летающей тарелкой
      плыть над плоскостью страны.

      _^_




      ЭКОЛОГИЯ  ПО  ПЯТНИЦАМ

      Снег темнел, как вспотевшая майка,
      что к субботе, как сажа, бела -
      в сажу ту белокрылая чайка
      невзначай окунула крыла.
      Злое солнце - ни лучше, ни хуже -
      подпалить не могло нипочем
      с нефтяными разводами лужи
      заходящим скользящим лучом.

      И уже становился невидим,
      маскируясь под сумерки, смог -
      притворялись и мы, что не видим
      грязной льдины слоеный пирог.

      Отходили приплодные воды -
      то роднились у грязной межи
      экология мертвой природы
      с экологией мертвой души.

      А наутро из ржавчины льдинок
      солнце доброе плавило медь...
      И стекала с промокших ботинок
      на асфальт не вода и не нефть.

      _^_




      ОДНА  ДОГАДКА

      Поднимусь летним днём на чердак,
      выйду тихо на плоскую крышу.
      Кто-то, может быть, скажет: "Чудак!",
      я с такой высоты не услышу...
      Город - как на ладони - окрест,
      я вершина - и нет меня выше!
      "Сорок метров - каков "эверест"!" -
      скажет кто-то, но я не услышу...
      И у самого края перил
      гляну вниз - и отпряну небыстро...
      Я не слышу, ведь я говорил!

      ...так случаются самоубийства.

      _^_




      * * *
          В небе незнакомая звезда
          светит, словно памятник...
                Из песни

      Сорок лет ожидания повода -
      и фрагмента траншеи.
      И длина, и сечение провода
      подходящи для шеи.
      Вновь звезда незнакомая падает,
      становясь незаметней...
      Лишь надежда - что все-таки радует -
      умирает последней.

      _^_



© Владимир Мишин, 2013-2016.
© Сетевая Словесность, публикация, 2013-2016.





 
 

Настенная плитка sybaris travertino crema www.re-mart.ru.

www.re-mart.ru

ОБЪЯВЛЕНИЯ

НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Алексрома: K3 [Вначале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог, и Слово раздалось в абсолютном вакууме, и Слово было осцилляция, и у Слова было значение -...] Александр Рыбин: Освобождение от музеев [Каждое поколение имеет право разнести вдребезги все то, что было создано предыдущим/ми поколением/ями...] Владимир Алейников: Свеча и полынь [Воспоминания о двух поэтах с трагической судьбой - Николае Шатрове (1929-1977) и Леониде Губанове (1946-1983).] Виктория Кольцевая: Листопадовый чин [Не верь настенным и песочным / когда витийствует сверчок, / и распорядок дня и ночи / его бессоннице вручен...] Александр Уваров: Похоронный клоун [За жирную траву крутого склона / Хватаюсь в бесконечных, странных снах / И снится мне: я - похоронный клоун, / Я просто клоун / На похоронах....] Михаил Бару: Из одной темноты в другую [Куда бежишь ты? Хотя б намекни... Молчит. Петляет. Уходит от ответа. Может, его и вовсе нет. Да и так ли он нужен, этот ответ...] Игорь Куберский: Из рассказов о Локасе [Локас - это литературный герой, собирательный образ, которому я передоверяю разные занятные случаи из жизни...] Илья Криштул: Машкины мужчины [И было Машке уже за тридцать. И смирилась она с тем, что женского счастья в её жизни уже не будет. Не судьба, что поделаешь...] Джеффри Хилл: Стихотворения [Вернулось Слово из-за рубежа, / Где загорело средь глухих болот. / Когда убийством стало очищенье, / Награда ощутима и чиста...] Александр М. Кобринский: Ийю [Моя отрешённость - земное мерило. / Я ни вправо, ни влево его не сдвигал. / И мой смех без кривых обходился зеркал. / И кривился я там, где и вправду...]
Читайте также: Екатерина Зброжек: За пределы сознания | Елена Иваницкая: Рецензия на трилогию Александра Мелихова "И нет им воздаяния" | Алексей Ильичев (1970-1995): Сдача в плен | Ростислав Клубков: Мысли о Ильичеве (О поэзии Алексея Ильичева) | Ростислав Клубков: Воля и слава (Письма флорентийского викария Вангеля другу) | Александр Пацюркевич: Топсида. Мечта об упокоении | Айдар Сахибзадинов: Москва - Третий Рим. И четвертому не бывать | Сергей Славнов: Олд-скул | Алена Тайх: Стихи разных лет | Петер Туррини: Стихотворения | Сергей Хомутов: Между судьбою и жизнью | Владимир Коркунов: Борис Кутенков и Елена Семёнова: "Они ушли. Они остались" - постоянная возможность напоминать себе о смертности" | Владимир Алейников: Без двойников | Владимир Алейников: Стихотворения | Александр М. Кобринский: Руническая письменность: истоки и распространение
Словесность