Словесность
     
П
О
И
С
К


[ Оглавление ]


ПОДОРОЖНАЯ


* со щитом или на щите...
* написана туманом по реке...
* не мы ли этого хотели...
* податлива и трепетна рука...
* приняв спросонья утреннюю дрожь...
 
* как просто у облонских...
* прости меня...
* фарватер сух...
* я стану солидный и строгий...
* сколько ж разного намело...


    * * *

    со щитом или на щите
    а подумать
    какая разница
    ведь и годы уже не те
    и крупна не по-детски задница
    не поднимут - тогда беда
    а ногами - пыхтеть с отдышкою
    не поеду я никуда
    полежу на диване с книжкою...

    _^_




    * * *

    написана туманом по реке
    история случайного романа
    где вместе спят онегин и татьяна
    в качающемся старом гамаке
    где ольга суетлива и горда
    и с ленским далеко до постоянства
    где может родниковая вода
    отмыть багрянец первого стыда
    до свежести случайного румянца
    где бережен союз гребца с веслом
    но ломки отражения былого
    где вечен скучный бой добра со злом
    с логичным поражением второго...

    _^_




    * * *

    не мы ли этого хотели
    не мы ли кружево плели
    по восемь пятниц на неделе
    мосты соломенные жгли
    и на удачу уповая
    с червонным трепетом в груди
    все ждали - вывезет кривая
    да вот не вывезла
    гляди
    и остается мнить покорно
    что кто-то ласковый простит
    хоть ствол и крепок - сгнили корни
    и буря черная летит...

    _^_




    * * *

    податлива и трепетна рука
    но тает свет в прищуре исподлобья
    и сущностями множатся подобья
    и губы неподвижны как надгробья
    на кладбище немого языка
    секунды осязаемы как плеть
    и время останавливать мгновенье
    но фаусту за чертом не успеть
    и остается злиться
    и терпеть
    и верить во второе воскресенье
    пугливой речи
    брошено перо
    в кокетливом капризе поэтессы
    ах коломбина
    кто тебе пьеро
    потерянный и найденный в метро
    очередной герой недлинной пьесы
    из рукописи с рунами таро
    оплаченной в редакции по весу
    что ж
    улыбаясь нежно и хитро
    ты гонишь надоевшего повесу...

    _^_




    * * *

    приняв спросонья утреннюю дрожь
    за яркий поэтический катарсис
    ты злишься и бормочешь мне - не парься
    а я как тот венецианский дож
    что подавившись запахом коньячным
    отравленного слугами питья
    хватается за грани бытия
    и роется в пространстве подколпачном
    похмельно осязаемо пустом
    и планы строит будто строит куры
    но спотыкаясь
    падает пластом
    на сломе семантической фигуры...

    _^_




    * * *

    как просто у облонских
    все смешалось
    но кажется что так оно и надо
    и прячется нешуточная старость
    за яркой суетою маскарада
    где говорят о шляпках
    и мужчинах
    и сыплют перлы в доллар номиналом
    и прячутся от связей беспричинных
    в причинной связи сущего с астралом
    который тоже холоден и черен
    созвездьями простреленный навылет
    в нем прорастает
    как сорняк из зерен
    нехитрый и не радующий вывод
    что счастья под луною нет
    а выше
    глухой и старый ангел нас не слышит...

    _^_




    * * *

    прости меня
    но я уже не здесь
    захваченный объятием дорожным
    так плохо тает сумрачная взвесь
    разболтанная мной
    неосторожным
    но вот глаза пусты уже
    пусты
    отравлены дыханием гермеса
    едва ли покаянье и посты
    искупят неприкаянного беса
    но ты гони
    ату его ату
    бей по щекам
    вонзай под ребра шпоры
    чтоб он роняя пену на лету
    рассыпавшись в пустые разговоры
    чертил в ночи последнюю черту...

    _^_




    * * *

    фарватер сух
    крошится в пальцах глина
    еще вчера казавшаяся небом
    хранитель-ангел
    пьяная скотина
    опять ушел за водкою и хлебом
    а здесь лишь соль
    и крохи настроенья
    и мысли
    что рассыпаны как просо
    но все-таки в порядке поступленья
    доступны при решении вопроса:
    бессонница
    племянник в мичигане
    лексема в неприличном анекдоте
    и пуля в черном масляном нагане
    прижатом к мерно тикающей плоти...

    _^_




    * * *

    я стану солидный и строгий
    в очках и чугунной ограде
    с табличкой руками не трогать
    на мраморном хладном фасаде
    укроется в тайной засаде
    тревожный рыдающий зуммер
    просил же - руками не надо
    я умер
    я умер
    я умер...

    _^_





    сколько ж разного намело
    поделом теперь
    поделом
    не суди меня по делам
    пополам душа
    пополам...

    _^_



© Валерий Лукин, 2003-2012.
© Сетевая Словесность, 2003-2012.



Букинистика: редкие книги!

НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Евгения (Дженни) Перова: Элизабет [Элизабет думает о бабочках. Они красивые и хрупкие. Бабочки пролетают четыре тысячи километров, чтобы заняться любовью. Через океан...] Владимир Савич: Русский день [- Поехали. - Сказал командир (синяя униформа, лысина, тщательно бритый волевой подбородок) авиалайнера и щелкнул тумблером. Натужно загудели моторы. Аэроплан...] Валерий Пайков: Раб божий [К вопросу о причинах смерти российского императора Александра I.] Владимир Орданский: На перекрестке Комсомольской и Фастфудной [На перекрестке Комсомольской и Фастфудной, / как раз за памятником Бродскому, / я встретил вас, раскосо-рыже-безрассудную, / такую плотскую...] Андрей Прокофьев: Избранные места из дневника ТП за год [Проснулась, умылась, нарядилась и пошла... УКРАШАТЬ СОБОЙ МИР!!!)))) И это отнюдь не нескромно. Потому что, как у Чехова, "все должны быть прекрасны во...] Андрей Прокофьев: Слезы стула [Пьеса инспирирована стенограммой дискуссионного круглого стола...] Юлия Тельпук: Использованный адреналин [из концов окрылённых лопастей / сопряжённый с твоим и моим / вылетает наружу и лопается / использованный адреналин...] Саша Митрофанов: Привычка к геометрии [ты не сходишь с ума это просто системный сбой / это как заглянувший в конец книги читатель / но рука нашаривает сама собой / выключатель]