ВЕРА, ВЕРОЧКА И ПАПА
Раздался громкий стук в дверь и в комнату, запыхавшись, влетела курносая девочка Верочка, снимая на ходу рукавички.
Верочка полагала, что она хороша собой, но ее подруга Вера относилась к этой Верочкиной самоуверенности с малой толикой недоверия. Вера и Верочка познакомились на вернисаже. Потом они долго гуляли, взявшись за руки, по вечернему бульвару, шурша платьями и зонтиками.
"Нет сил больше жить. Нет сил бороться. Нет терпения. Нет смысла. Не вижу. Не хочу больше существовать. Смерти желаю. Небытия. Чему, ну чему вы так удивляетесь? Вы ведь скучные фильмы проматываете, дабы быстрее узнать, что в конце? А невыносимо скучные и невыносимо однообразные фильмы, что с ними делать-то?" - делилась Верочка с Верой своими сомнениями.
Смеясь и спотыкаясь, Верочка подбежала к папе и стала его дразнить. Папа зарычал и захлопал крыльями. Папка-дурак, папка-дурак, кричала маленькая шалунья. Папа застучал когтями об пол клетки и стал разбрызгивать вязкое свое пойло. Тогда Верочка задрала платьице и показала папе кукиш. Папа совсем осатанел, разбил головой клетку, вылетел с клекотом на балкон и, подобно новому Фаэтону, полетел прямо к солнцу. Лицо девочки исказила гримаса, походка сделалась неуверенной. Раздался стук, еще громче прежнего - это папа выкобенивался на солнце.
Вера под первым попавшимся предлогом стала душить Верочку. Верочка почти не сопротивлялась. Конец, наконец-то конец, - ликовала она.
На солнце с папой произошел казус. Как вы помните, мы оставили его на солнце в тот момент, когда он там выкобенивался. Навыкобенивавшись всласть, папа прилег в тени и заснул на солнце. И вот что ему, утомленному, снилось:
Вот он совсем еще молодой человек, и не сфинкс, а третьекурсник в модной стрижке с полупробором, решает задачу по сопротивлению материалов, балку расчитывает какую-то или что-то в этом роде. Вера сидит на подоконнике, пьет теплое молоко из бутылки и весело болтает загорелыми ногами. Она без лифчика. Лето в разгаре. Вдруг раздается звонок. И еще один. И еще.
А в это время Вера, закончив душить Верочку и удостоверившись с помощью зеркальца в том, что последняя бездыханна, тоже решила отправиться на солнце к папе, но не рассчитала сил и умерла от кислородного голодания в самой начальной стадии перелета.
В полдень папа проснулся: начинало припекать. Он сонно оглянулся по сторонам и поначалу глазам своим не поверил: перед ним на цыпочках стояла Вера. Она была точь-в-точь как зеркальце, а Верочка была похожа на солнечный зайчик. И этот зайчик бегал по папиному лицу.
- Добро пожаловать на солнце, - подумал папа, а вслух произнес: - Здесь вам кислород не понадобится, девочки. Здесь молекулы вообще нестабильны, я после обеда всё объясню, а сейчас - марш, купаться.
- Ура! - обрадовались девочки.
И все они пошли купаться в желтом Солнечном море - Вера, Верочка и папа, причем, Верочка висела у Веры во рту, Вера у папы на шее, а папа в носках и задом наперед двигался по часовой стрелке вокруг Верочкиной щиколотки, благодушно урчал и моргал ежеминутно.
Вынужденная посадка: сборник рассказов
– Оглавление –
– Следующий рассказ –
© Павел Лемберский, 2009-2026.
© Сетевая Словесность, 2009-2026.
| НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ" |
|
 |
| Борис Бюргер. Айфон. Петербургская повесть. [...А где-то через полгода по Юго-Западу поползли очень странные слухи: якобы некий плюгавенький клерк (ростом, правда, в три метра) отбирает у...] Вахтанг Чантурия. Двери открываются. Рассказ. [Поезд дальше не пойдёт, ибо мир кишит змеями в самых разных обличиях их...] Лев Ревуцкий. Ещё раз о женской любви и коварстве, или почти реальная история Дульсинеи из Тобосо. Рассказ. [...история их любви, как и история Ромео и Джульетты, Орфея и Эвридики, Тристана и Изольды, навсегда войдёт в историю.] Ингвар Коротков. Соевая конфета в красивом фантике (О премии "Слово"). Статья. [Давайте посмотрим, кого же выбрали нам эксперты – мэтры поэтического слова – во втором сезоне "Слова". И какие поэты олицетворяют для нас, читателей,...] Наталья Перстнёва. Медленный город. [Будет дождь, будет ливень с июньской грозой, /
Хлынут реки, исчезнут дороги. /
Мы пойдём по реке, мы вернёмся домой /
По воде, как последние...] Георгий Чернобровкин. Горсть времени. [О, если б только знать, как дышится легко, /
когда вслед немоте встаёт за солнцем слово /
и льётся облаков парное молоко /
над родиной, и свет,...] Елизавета Григ. Счастье улицы Эйнштейна. Рассказ. [Есть такие двери, что остаются под замком всю жизнь. Одну я неожиданно открыла, решив перейти улицу, и застряла на дороге...] Яков Каунатор. Реинкарнация (Борис Рыжий). Эссе. [О жизни, времени и творчестве Бориса Рыжего - эссе из цикла "Пророков нет в отечестве своём...".] Борис Кутенков. Об одном стихотворении Александра Куликова. Статья. [Нехитрое и даже традиционное по форме, оно даёт повод для рефлексии на разные темы: и об интертексте – давно волнующей нас проблеме реминисцентного...] Владимир Буев. "Я им не какой-то недоумок деревенский. Всех их обману!". Рецензия на книгу Евгения Попова и Михаила Гундарина "Василий Макарович". [Сам бог велел по поводу книги Попова и Гундарина отписаться, что я и сделал (в этом месте можно улыбнуться).] Евгения Ушенина. Святому Франциску. [я говорю: /
в этой земной глуши не стой у меня за спиной /
давай лицом к лицу когда не просят за себя /
а перечисляют всех даже тех кто не...] Анна Стрельникова. Пурпур ночной. [внутри поэта подклад из кренделей /
с присыпкой из стекла перебитого: /
одна строка насильно милует /
другая вышивает на погребах кресты] |
| X |
Титульная страница
Публикации: | Специальные проекты:Авторские проекты: |
