Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность




ПРОХОР,  БАСЬКА  И  ЛОРД


Щенка колли хозяева принесли в квартиру, когда Прохор был молодым, бесстрашным псом. Правда, как любила пошутить хозяйка, псом "неизвестной" породы, помесью дворняжки с фокстерьером, и с пуделем, и ещё Бог знает с кем. К тому ж, проживая в этой квартире со времён детства, Прохор (почему назвали его этим человечьим именем, он и сам не знал), всё равно оставался "уличным", просидеть хотя бы сутки дома, в квартире, было ему невыносимо. Но всегда возвращаясь сюда с уличных потасовок, он покорно давал себя и выкупать, да и смазать чем-то болеутоляющим боевые раны.

Когда принесли этого длинноморденького щенка, в Прохоре будто отцовские чувства всколыхнулись. Может, они дремали в нём всегда, только он о том не ведал?

Даже дети, мальчик с девочкой, удивлялись тому, что их храбрый Прошка не рвётся, по обыкновению, на улицу.

Щенок рос быстро, и уже через каких-то несколько недель стал больше Прохора и ростом, и весом. Впрочем, это было естественно, поскольку пёс "неизвестной" породы был и малорослым и худым.

Вырос колли в огромного пышношерстного пса с гордым английским именем-титулом - Лорд!

Но если Прохор бегал по всему городу сам, то Лорда на коротком поводке выводили на прогулку трижды в день. Специально для него в огромной кастрюле хозяйка варила мясную супо-кашу. Его мягко ступавшие лапы были всегда чисто вымыты, а густая шерсть хорошо вычесана. Всё в нём дышало спокойствием, величием даже, ведь недаром же он Лорд! Только в отношениях со стареющим, но неутомимо-бесшабашным Прохором Лорд ощущал себя будто бы младшим. Возвышаясь надо псом "неизвестной" породы, братом меньшим себя чувствовал, и не без оснований. Лорд был несколько трусоват. В их нечастые совместные прогулки Прохор ощеривался на всех встречных собак и готов был защищать "малыша" Лорда до смерти... "Благородные", с длинной родословной, псы недоумевали, когда перед их мордами возникала неприглядная, почти чёрная собачонка, грозно скалившая свои небольшие клыки. "С чего бы это?" - задавались многие вопросом, но не успевали додумывать из-за натянутого хозяином поводка.

Проживали они на пару дружно. Лорд спал на специально для него купленном коврике, а Прохор, если ночевал дома, то спал, где придётся, он был неприхотлив.

Но, вот девочка принесла домой исцарапанного, испуганно-мяукавшего рыжего котёнка. Прохор не одобрил этого поступка. "Ну вот, нам только кошки не хватало!" - искал он сочувствия у Лорда. Тот был во всём заранеесогласен с Прохором.

Завидев собак, особенно шерстяную громадину, котёнок поднял переполох, взлетев на шторы, а затем повис, зацепившись когтями, на гардинах. Еле удалось его оттуда снять.

Девочка назвала котёнка Баськой, убедившись, что тот женского полу. Баська тоже обрела своё законное место в звериной семье. Иногда, правда, Прохор ворчал, что можно было найти хотя бы не столь беспородную, невзрачную рыжую кошку, - словно сам был породистым псом!..

Прохор был доволен, что Баська была "домоседкой", и не участвовала в их общих прогулках.

Существование Лорда и Баськи, ограниченное стенами большой квартиры, было практически безоблачным. Их никто никогда не обижал, и они считали людей лучшими в мире существами! Хозяев особенно, ведь те давали им и еду, и питьё, и тепло, и ласкали их, значит, любили.

Только Прохор, "уличный", знал правду. Что люди очень и очень разные, и что мир устроен не просто. Что плохого в мире очень и очень много! Но никогда этим своим знанием не делился он не только с Баськой, но даже и с Лордом, которого считал самым близким родственником. Ни к чему это было.

В доме начало происходить что-то зловеще-непонятное. Даже умный и многознающий Прохор не понимал. Ясно было одно, что-то у старшего поколения хозяев не заладилось. И им необходимо было даже не уезжать, а просто-напросто спасаться бегством! Хозяин, оказывается, смыслил только в программировании, а в людях не очень, и сделал  ч т о - т о  не так. И нынче приходившие в дом люди, которых Прохор определил, как бандитов, чего-то требовали и от него, и от хозяйки, и даже детям чем-то угрожали!

Прохор первым оценил размеры бедствия. До него дошло, что животных своих хозяева бросят. И первым доказательством этому было, что Баську они отдали своим знакомым, у которых была маленькая дочка.

Много вечеров провёл Прохор под окнами новых Баськиных хозяев, благо жили они на первом этаже. Довелось ему слышать, как неистово вопила ничего не понимавшая глупая Баська. Потом, видимо, смирилась перед неотвратимостью перемен и затихла. Сидевший под окнами Прохор, замирая, пытался услыхать хоть какойнибудь звук. Услыхав же как-то её сытое мяуканье, убежал, досадуя на эту дуру.

Их с Лордом отдали тоже, правда, самым близким друзьям, так называемым собачникам без собак. Собаки у тех не было, во- первых, потому, что жили так называемом "трамвайчике", то есть, в смежных комнатах, в хрущебе; во-вторых, у них когда-то была маленькая комнатная собачка, которая померла от чумки, и эту смерть они переживали до сих пор. Но вот и у них в крошечной квартирке появились сразу двое взрослых псов - и Лорд, и Прохор. Младшее поколение хозяев слезами обливалось, прощаясь со своими животными. Девочка клятвенно обещала, что они, при первой же возможности, заберут их к себе, за границу. И не только Лорд, но даже мудрый Прохор поверил словам младших, и обещаниям старших... тому, что у хороших "собачников без собаки" они проживут недолго...

Хорошо жилось им у "собачников без собаки"! Хоть там и повернуться негде было, да их любили. Всё б ничего, если бы псам не хватало тех, уехавших...

Но вот начали водить Лорда по каким-то официальным учреждениям, какие-то бумаги на него заводить, делать множество разных прививок, а ведь, казалось, был он от всего вакцинирован?..

Прохор хоть и видел всё, да понимать не желал. Он уговаривал себя, что Лорд крупный пёс, породистый, вот ему и необходимо большее количество прививок; что Лорд - представляет большую ценность, и ему нужно огромное количество справок для переезда в другое государство, не то, что ему, Прохору беспородному, а значит и беспаспортному: он-то проедет и без всех этих бумажек.

Наблюдал он за тем, как измеряют Лорда, тот позже разъяснил, что это для того, чтобы подобрать клетку - контейнер для перевозки в самолёте. И здесь Прохор убедил себя, что ему-то, мелкому, клетки не потребуется, и так перевезут.

Приученный только повиноваться хозяевам, всё равно каким, неразумный Лорд не проявлял никакого беспокойства, ведь люди точно знают, как ему лучше.

Мрачневший день ото дня Прохор предпочитал заниматься самообманом. Даже когда на несколько дней "собачники" исчезли вместе с Лордом, как-то объяснил себе это.

Но когда вернулись они одни, без Лорда, врать самому себе, оправдывая всех, стало уже нельзя...

"Собачники" лишь виновато поглядывали на Прохора, да женщина украдкой вытирала глаза. Но его это уже не трогало.

Он убежал из этого, как считал когда-то "временного" пристанища на улицу, где никто уже не смог бы его предать. Стало ему всё равно, где и как жить, лишь бы не с людьми, ведь не родился он счастливым, как породистые собаки, представлявшие для своих хозяев не только ценность, но и гордость. А что собой представлял он - пёс неизвестной породы? Бесчувственным стал Прохор и к холоду и к голоду, и к тем пинкам, что награждали его либо пьяницы бессильные, либо мальчишки в своей детской жестокости. Конец его был мгновенным. Будто оглохший и ослепший от горя, попал под колёса автомобиля.

Растолстевшая рыжая Баська по-прежнему сторожит свою еду на кухне. Охраняет не от людей, а от Прохора с Лордом. Знает, что кошачья еда им не нужна, но могут ведь, невзначай, перевернуть её миску или блюдце. Но тех почему-то всё нет и нет, всё с прогулки не возвращаются...

Лорд на чистых заграничных улицах-стритах тоже всё ждёт своего старшего брата, и теряется в догадках, и недоумевает... да спросить у хозяев не может.




© Инна Иохвидович, 2011-2018.
© Сетевая Словесность, публикация, 2011-2018.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Владимир Гржонко: Три рассказа [После, уже сидя в покачивающемся вагоне метро, Майла почувствовала, что никак не может избавиться от назойливого видения: на нее несется огромный зверь...] Алексей Вакуленко: Очарование разочарования [О Поэтических чтениях на острове Новая Голландия, Санкт-Петербург, май 2017 г.] Владимир Кисаров. "Бегемота" посетила "Муза" [Областное музейно-литературное объединение из Тулы в гостях у литературного клуба "Стихотворный бегемот".] Татьяна Разумовская: "В лесу родилась ёлочка..." [Я попробовала написать "В лесу родилась ёлочка..." в стиле разных поэтов...] Виктор Каган: А они окликают с небес [С пустотой говорит тишина / в галерее забытых имён. / Только память темна и смурна / среди выцветших бродит знамён...] Михаил Метс: Повесть о безмятежном детстве [Ученик девятого класса, если честно, не может представить тему своего будущего сочинения, но ясно видит его темно-малиновый переплет и золоченые буквы...] Екатерина Ливи-Монастырская. На разрыве двух миров [Репортаж с Пятых Литературных чтений "Они ушли. Они остались", посвящённых памяти безвременно погибших поэтов XX века (Москва, 30 ноября и 1-2 декабря)...] Михаил Рабинович: Бабочки и коровы, птицы и собаки, коты и поэты... [У кошки нет национальности - / в иной тональности она, / полна наивной музыкальности, / открыта и обнажена...] Максим Жуков: Другим наука [Если доживу до декабря, / Буду делать выводы зимой: / Те ли повстречались мне друзья? / Те ли были женщины со мной?]
Словесность