Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность




Глава пятнадцатая.  ИШКУР  И  ЭА


  • Биномы шумерского Элохима
  • Ишкур
  • Эа
  • Этана
  • Вражда Орла и Змеи
  • Наска
  • Шем-имя - Нимрод
  • Список народов и где-когда?
  • Плачущий бог
  • Символика Змеи и Крыла
  • Солнце-Слава. Уту-Шамаш
  • Эа Соблазнивший – природа Сатаны. Деградация бога – Ягуар. Балам.
    Восхождение Энки на гору – символика печатки
  • Новый храм Иезекииля


  • =Биномы шумерского Элохима

     

    Божий мир строится на разности потенциалов; все что связано с феноменом жизни имеет ДВА ПОЛЮСА, меж которыми бежит ток. Бином – условие жизни.

    В Элохиме, чем ближе к его «Ануна», т.е. креативной, земной ипостасевости, возрастает эта биномность – РАЗНОСТЬ ПОТЕНЦИАЛОВ, ведущая к несмолкающей войне – Армагеддону – что суть процесс «мышления» Элохима.

    Два сына Ану – Энки и Энлиль – это два враждующих клана, но биномная амплитуда не обязательно идет по генеалогической линии двух критериев – земно-водного (Энки-Эа) и воздушного («духовного», Энлиль). Как мы уже отмечали характерен перекрест максимальной антиномичности по связи «дядя-племянник». Ишкур – Эа, оба эти бога равно претендуют на звание Творца. И как одноименные полюсы, они отталкиваются сильнее всего. Также «рыцарь» Нинурта противопоставлен «рыцарю» Мардуку (как «стрельцы» выделен бином Нинурта-Нергал). Думузи схож-противоположен в романтизме богу Сину. Только Инанна не имеет «противовеса» в клане Энки и можно рассматривать бином Инанна-Нинхурсаг – противопоставление женского и материнского.

           

    War of air and water  

    (drawing, charcoal & pastel on paper) 19"x22"

    (Den Barsboldt)

    =рис.1

    =Ишкур

     

    «Гордыня» в русском языке происходит от понятия «гора», «горнее». То же самое в шумерском, где «гордыня» (вспомним гл.11) -  nam-gur.

    GUR[1]=KUR – «гора» - колоссальное шумерское понятие (даже храмы назывались E.KUR-ами, т.е. «домами горы, горами»), интригующе оборотистое в низменном Междуречьи, где «горы» означали явную иноземщину - «за бугром», «заграницу»… 

    Если копнуть глубже GUR = GU[2]UR, т.е. «бык» - «зверь» - некий «Зверобык». Тут мы нащупываем именно «нить»-gu (или «звено цепи»-ur) связи между Змеем- Эа и Быком-Ишкуром. Связь в высшей мере интересная!

     

    Еще раз вернемся к поразительным словам Денницы-Змея-Сатаны:

     

    "взойду на небо, выше звезд Божиих вознесу престол мой и сяду на горе в сонме богов, на краю севера;
    14 взойду на высоты облачные, буду подобен Всевышнему".
                                                                                                                                                                 
    (Исаии 14)

     

     «На горе, в сонме богов, на краю севера» уже сидел бог – Ишкур, синергик и антитеза Эа-Сатаны.

    Они принадлежали к разным кланам и разным «зверям» («бык» и «змей»), но имеют одну «судьбу»-синергию: они едины в Творчестве и его «трагизме».

     

    Бог Ишкур - IŠ-KUR – «Бог гор» (иногда говорят «Бог дальних гор»!).

    В самом деле и вторая часть слова и где-то первая - Iš=iši – означает «гору».

    Но iš, eš, мы помним по понятию «Жены» (Iš-ša)  - «дерево», «древесина», «инструмент» (в том числе «пенис»)… и как мы обобщили в гл. 11 – некий «творческий материал».

     

      Ish8  iši – гора, инструмент; орган; плуг; природное явление (описывает ствол, который переходит во множество ветвей и листьев) - РЕЗЕЦ

     

            KUR – ТРЕЗУБЕЦ

     

     

    В таком случае «Ишкур» может означать «горный, горний материал», скажем, в противовес «Змеиному», «земному».

    Однако в Дубмеше у бога Ишкура есть своя отдельная логограмма и это - IšKUR и это одна и та же логограмма IM – «глина творения», некая космическая субстанция Божьего Творчества, состоящая из элементов šár - «тотальности» и - «уроборической начальности». 

    Примечательно, что Ишкур не имел в Шумере своего надела, нома (от nam), а культ его был распространен на Тавре, т.е. «на севере»! Например, в северном Харране Ишкур-Тешуб был куда как известен! И что характерно: поклонялись ему не только (и не столько!) богоизбранные шумеры, сколько «язычники» хетты и хурриты! В этом своем качестве он и «взошел на Олимп» греческих богов, став Зевсом…

    Как «апостол язычников» св.Павел, бог Ишкур был в самом деле великим пилигримом и был богом не только «на Севере», но и на «Западе»! Он был великим «белым богом» ольмеков – прародителей южно- и центральноамериканских индейцев, был богом-демиургом великих цивилизаций Инков и Ацтеков – бог Кон-Тики, Виракоча, Уилцитпочтли… и дивергировал в Ягуара, Балама. Его главным врагом тут был «крылатый змей» Кецалькоатль, в котором мы легко различим нашего Змея-Эа! И если в Первом Армагеддоне Ишкур (как и Эа) участия не принимал, то во Втором, «дальнем» как раз он был Истребителем.

    Но обо всем по порядку.

     

    Свято место пусто не бывает: Ишкур как и Эа был Художником-демиургом при Господском дворе Элохима и в этом качестве сильно конкурировал с Эа (точнее Эа с ним!) - отсюда их антагонизм. Но если Ишкур был причислен к «сонму», «сану» богов, был образно говоря, «введен во дворец GUR, KUR», то Змей оставался «полевым», находящимся за пределами Двора, «зверем», «дикарем», лишь мечтающим стать как подобным, равным «дворянам». Так как место было уже занято соперником-Ишкуром, шла дикая конкурентная борьба на этом «творческом фронте», где Ишкур в полной мере синергизировал весь Элохим, Господа Бога.

     

    Ишкур -    

    Его эра – Тельца - пришлась на рождение, жизнь и смерть первой человеческой цивилизации – Шумерской (прибл. 40-20 вв. до н.э.). Именно он, «иностранный» «горный» бог, как норманны на Руси, установил в Месопотамии «княжение» разума и порядка, приняв «скипетр» (кстати, одно из значений iš) из рук Ана (синергия Элохима).

    Ваш слуга вложил такие слова в уста Начальника:

     

    Я бог Ишкур,
    Вдали белеет Мною выстроенный град.
    Я – Тот, Который Строит, Бог-Строитель
    Изысканных дворцов и зиккуратов Ура,
    В зеленом иле вязких и засасывающих преград
    Я каменную вытесал твою обитель,
    Твою обитель из гранитных серых плит,
    Эламского гранита Я нанес сюда обилие…

    Там, где теперь скалой стоит
    Династия твоя, несметный человек…
    То накопление, что сохраняет пастырь,
    Что бережет умелый ростовщик, дающий в долг;
    Оно растет и плодоносит в русле полных рек,
    Ты видишь, малое, как на пласты
    Расслаивается единое начало, что творится долго…

     

    Они – актив и пассионарии Элохима, истинно уранические боги, «ангелы неба», «посланники» неба, «наши» боги.

    Эа был первый, но как революционер сгорает в топке революции, он сгорел в чудовищной плавильне своего творчества.

    Увы, доля Творца всегда трагична: если Змей страдает от непризнания «критиков» и «издателей»-богов, то у Ишкура проблемы с «публикой» - потрясающа человеческая неблагодарность, которую Он чувствует неладное в самом начале, задавая вечный вопрос всех Художников:

     

    Я тот, Кто через реку перебросил мост,
    Что бросил Я в ту глинистую жижу?
    Какой Я вижу самоцвет в речном наносе…
    Что создал Я, неистовый вопрос!, что натворил?
    Я запустил часы, они вещают срок, и бьют в набат суетных сил -
    Их ад все ближе! – След застыл их в том евфратском иле…

    Уж неподвластна никому из Нас их воля, -
    Беги, дитя, по полю выбора в бушующую даль!
    Уж не осталось ничего Творцу, как славить тварь,
    Так жаден Я в работе и ревнив!, Моих шедевров роль
    Благоутробна как нектар, Я в дар ребенку дал ген удали, -
    Вершить себя навстречу злым ветрам и боли.

     

     

    В ипостаси Адада Ишкур – «бог Дождя= бог Творчества», т.к. дождь («небесная вода») имел смысл вездесущего шумерского «А», означающего «воду», «семя», «семенную жидкость», «отца», «генетического материала» и т.д[3]. Изливая дождь, бог оплодотворяет и кормит землю, которую, заметим, «возделывает» человек.

    Поэтому, читаем в Бытии:

     

     

    5 и всякий полевой кустарник, которого еще не было на земле, и всякую полевую

    траву, которая еще не росла, ибо Господь Бог не посылал дождя на землю, и не

    было человека для возделывания земли,

    (2)

     

     

    Т.е. земля еще не жива, она в Бытии, в Боге, есть как смысл, как бытийный «кустарник» и бытийная «трава». Только с сотворением человека, который был создан, цитирую: «для возделывания земли», Бог «послал дождь», т.е. оплодотворил землю – земля стала рожать…

     

    В ипостаси Тешуб (прямой предтеча Зевса) – это Громо- и Молниа – вержец. Гром – «глас божий», Молния – «письмо». А Ветер – его дыхание, отсюда еще одно имя-качество Ишкура – Ветродуй!

     

    «Гордыня» Ишкура иного, нежели у Сатаны, свойства:

     

    Творение есть битва с суетой, растленьем, хаоса печатью.
    Мы бредим простотой, Мы бродим смыслом отличимости от дола.
    У Бога смысл, у человека – слово, Я Есть! – остановись водоворот бездонный!
    И вертикальной молнией сшиваем мимолетность всех начатий
    Простых биений, жара, лепки по подобию и копиям оригинала – Бог!
    Огонь небесный и источник возвращенья: выдох-вдох-выдох…

     

    Бык-Господь (далее - Агнец-Господь) становится образом Божьего Воплощения, Богосыновства-Единосущности «тварного» образа, Небо-Земства:

     

    Радость Луне, хранящей семя Быка, (что жизнь воплощает), Быку единосотворенному и Быкам многих видов — молитва, восхваление, радость и прославление!

    (Авеста, <…>, 2)

    12. Луне, хранящей семя Быка, (что жизнь воплощает, наша молитва и восхваление)! Быку единосотворенному (наша молитва и восхваление)! Быкам многих видов (наша молитва и восхваление)!

    (Авеста, <…>)

     

     

     

    =Эа

     

                  

                 

     

    =рис.2

     

     

    Картинка, которую я назвал «Двуликий Энки», взята из знаменитого артефакта - «Аккадской цилиндрической печати из Адда» (2250 до н.э.)[4], хранящейся в Британском музее. Вот ее вид:

     

     

     

    Восхождение Энки

    Akkadian Cylinder Seal of Adda (c. 2250 B.C.)

     

    =рис.3

     

    В толковании персонажей ее нет полной уверенности, однако в целом персонажи идентифицированы. Это, прежде всего бог Энки (1), окруженный струящейся водой с рыбками (2) – вернейший признак бога вод Эа. Характерно и животное (2′) (агнец? телец?), что под ногами у Энки – жертва-произведение. Он вступает (правой) ногой на гору. В руке у Энки «орел Этаны» (10), который держит в клюве змеиных детенышей. Вполне идентифицируем бог Солнца и Правосудия Уту-Шамаш (3), который появляется между гор, держа в руке пилу (нож-мачете) (4), которой он «пропиливает» свой восход. Выше Шамаша стоит Иштар (Инанна)[5] – Утренняя Звезда. За спиной Иштар стрелы (6), ибо она воительница, а в руках обычно – оружие и (или) каддуцей (в данном случае, похоже, она держит в руке зеркало (7)). Характерно и дерево (8), стоящее рядом с Инанной. Это Древо Жизни, его появление характеризует наличие рядом богини-матки («богини растительности»). По правую руку от Иштар стоит бог Нинурта (9) – бог войны (Марс). В руках у него лук и стрела – определительный признак этого бога. У всех богов на голове рогатые тиары (8-10 рогов) – признак божественности.

    Современные исследователи причисляют двуликий персонаж (11)к Исимуду, «визирю» Энки, его «sukkal[6]», которого, в свою очередь, отождествляют с Усми (Усму).

    На сайте Gods, Goddesses, Demons and Monsters дается такая характеристика Usmu (Isimud): «Усму – служащий (an  official) бога Эа. Он имеет два лица. Усму служит посыльным и иногда изображается несущим человеко-птицу перед Эа». Не вдаваясь в долгие объяснения, позвольте утверждать, что Исимуд – это ЖЕЛАНИЕ бога-художника Энки, это его творческое EGO, что мы уже определили в разборе эпоса «Энки и Нинхурсаг», где Исимуд играл роль «сексуального влечения» Энки.[7] Персонификация ЖЕЛАНИЯ-ВЛЕЧЕНИЯ, этого «ХОЧУ», с которого начинается родина всего на свете в виде несущего пред тобой птице-человека – Феникс, Вдохновение, Одухотворение, Муза, Полет, Окрыленность! – и, тем паче, в виде ДВУХ ЛИЦ – удивительно точная, именно откровенническая, иконографическая образность. 

     

    Еще одно изображение двуликого Исимуда (2) – на мраморной цилиндрической печати Аккадского периода (2330-2150  до н.э.)

     

     

    =рис.4

    Поклонение (моление) богини низшего ранга (1), о чем говорит ее одногоровая тиара, приближается к Энки (3), с двух сторон окруженного слугами: двуликим Исимудом (2) и «голым героем»[8] (4). Наличие этих двух слуг говорит о сексуальном характере события. Очевидно, тут отражена ситуация эпоса «Энки и Нинхурсаг». Положение рук богини (1) известно как su-ila – «вознесение рук» - характерный жест религиозного поклонения, моления у шумер.

     

    Всем известный «Двуликий Янус» - древний бог латинян и сабинян – отзвук шумерского Исимуда, который уже в том двулик, что он же и Энки.

    Янус – Janus – уроборический бог дверей, начала (отсюда латинское «январь» - первый месяц) и конца, бог Солнца – восхода и захода – в эллинской транскрипции часто понимался как Зевс и Бог Начала Мироздания, т.е. Творец, Перво-Творец, ПЕРВОБОГ. В самом деле, новизна – первейший аспект творчества, и наоборот, творчество – суть вечная новь. Отсюда онтологическая единосущность Бога Творца – Энки и бога Начала – Януса. Точнее - единосущность Исимуда (творческого Эго Энки) и Януса. Вспомним, что Isimud ( disimu4-de3)- переводится как «глина творения»; сама архитектоника имени isi («пит», «глиняная яма») - mu4  («одевать») - dé («лить», «делать форму»), говорит о ретроспекции творческого процесса: от глины к готовой форме.

    Janus – происходит от лат. janus – «крытый проход» и janua – «дверь». IA.NU.A – «обилие образов», «обилие подобий»[9] или «обилие пустоты, ничего»[10] - красочный символ понятия «дверь» - и достаточно близкая схема IA.HU.A – «обилие веры»[11]

     

     

    Даже думать не надо, само летит на тебя: Рим – стихия камня.
    Это возведенный, вздыбленный камень; как плоть из глины возвел Господь, так человек-Рим вдохнул в камень свою суть, свой смысл… Камень везде – дома, крепостная Аврелианова стена, кладка, пережившая тысячелетия, что за кирпичи? Я потрогал, едва не облизнул. Тонкие и плоские, тесаный известняк. Вспомнил, что шумерский обожженный кирпич – а шумеры в 4 тысячелетии до нашей эры придумали обжигать кирпич – до сих пор лучший кирпич в мире! На нем стоят зиккураты, всякие капища, а он смотрит себе в вечность. Вот и Рим из того же кирпича.

    Образы выступают из камня как призраки – барельефом, горельефом, отрываются от каменной среды, возносятся к небу,… но есть и обратный процесс.

    На Arco di Settimio Severo в Римском Форуме, сооруженной при императоре Каракалла в честь победы Септимия Северо над арабами из Месопотамии (Шумер?!!), видим на базе колонн  барельеф, где рабы-арабы (все в рифму) и их господа теряют лица… Видим регрессивное втирание лица в камень. Камень всасывает образ, как океан волну. Фигура есть, ноги, тело, а лица нет, стерто – сплошная каменная среда.  Это полная смерть. Так Рим «стер имя» Шумеро-Вавилона…
    Арка Тита на
    via Sacra – разрушение и разграбление Иерусалимского храма. И арка Константина – победа Христианства.

    Арка, свод – символ женского лона, откуда изошло все живое:  Ворота Иштар в Вавилоне.
    Первая арка в истории человечества – Ворота Солнца в храме Каласасайя (современная Боливия). Это 40-ой век до нашей эры. Они представляют собой монолит из серо-зеленого андезита шириной 3,8 м, высотой 3 м и толщиной около 0,5 м; вес их оценивается в 10 тонн. Задуманные, возможно, как некая Триумфальная арка, только поменьше, они выглядели как "дверь, ведущая из ниоткуда в никуда". Качество обработки камня исключительно высокое, и авторитетные исследователи считают ворота "одним из археологических чудес обеих Америк". Самым загадочным в этих воротах является так называемый "фриз-календарь", где доминирует изображение, которое ученые считают еще одной ипостасью Виракочи (Бог Бурь, шумерский Ишкур, как некоторые полагают, также, иудейский Яхве); он предстает в образе бога призывающего небесный огонь. По щекам текут слезы сострадания, это Плачущий Бог. Однако лицо его сурово и твердо, царственная тиара впечатляюща, а в каждой руке у него по молнии. Один из лучших современных исследователей мифов Джозеф Кемпбелл предлагает такую интерпретацию этого изображения: "Милость, вливающаяся в мир сквозь Врата Солнца, тождественна громовой энергии, которая уничтожает, но сама неразрушима..."

     

    Имя Янус, возможно, родственно Эанесу – человеко-рыбе, ипостаси Эа… иными словами, это он – Бог-Творец, смотрящий в будущее и прошлое, бог-открыватель, бог-испытатель, а значит - бог-совершающий ошибки, грехи, бог-змей – сатана Богу Господу данной зодии.

     

    Исследователи дружно утверждают тождество Исимуда и Усми (USMU) – это интересный кульбит.

    Где нам встречался Усми? На торжествах по случаю победы в Небесной битве, когда Дамкина, мать Мардука, преподносит сыну-победителю Особый Дар. Она передает этот дар через Усми, который хранит его в «тайном месте». US-MI – всеми без исключения исследователями трактуется как «Тот кто показывает путь» (в нашу Солнечную систему) и тесно ассоциируется с планетоидом Плутоном. Очевидно, «тайное место» это облако Оорта» - пограничье Солнечной системы со Вселенной, куда по своей эксцентрической орбите может попасть только Плутон, где, якобы, может находиться планета Нибиру (Мардук), которая вторглась в Солнечную систему в событии Небесной битвы.

    Мы помним из 5 Таблицы Энумы Элиш, что Мардук «возложил на Усми должность канцлера Апсу и управляющего храмами» (5,84).

    С другой стороны, Плутон ассоциируется с «посланником богов» Гагой, который до Небесной битвы был спутником (слугой, визирем) Аншара (Сатурна)! Не забудем и функционального предтечу Гаги – Мумму – который тоже был слугой-визирем-посланником и т.д. Апсу (ассоциируется с планетой Меркурий), и его Энки «укротил», продев кольцо через нос. С самого начала мы сказали, что Мумму был «СВЯЩЕННИКОМ» (только в кавычках!) первобожьего хаоса, т.е. «канцлером» древнего схематического стихийного «Элохима». Священник – посредник, «посвященный», поверенный в делах, передаточное звено между Смыслами, это пред-Смысл, Жест: Атмосфера-Воздух – посредник между Небом и Землей – жест дыхания; сам образ Священника – жест Поклонения, сама Мольба – жест «Хочу»! Характерен жест рук Исимуда - su-ila – «вознесение рук» - ЖЕЛАНИЕ.

    Поэтому понятна в наступившем половодье образности (дивергенции-конвергенции!) сутьевая спиральная линия Энки-Исимуд (влечение) – Усми – Платон - Гага - Аншар – это завершенный цикл жестов творческой грезы, это ОБРАЩЕНИЕ – и как вращение по орбите, и как ПРЕВРАЩЕНИЕ – «аватара» - в луч-испостась-творение, и как ИЗ-ВРАЩЕНИЕ, т.е. бинарное противоположение себя себе: Исимуд-Плутон все время возвращается в «облако Оорта» - Нулевое Состояние – это его амаргия. Он как священник далек от «мира» - пространства Солнечной Системы («не от мира сего» - плоскость вращения иная), и близок «богу» - Нибиру. Он – «канцлер Солнца-Апсу», т.е. РАСПОРЯДИТЕЛЬ делами Солнца, посредник-посол между Солнцем (Солнечной системой) и Нибиру: отсюда два лица. Он – ворота в C.С., страж.

    Два полюса посредничества: «южный» (планета-бог – с Апсу) – Мумму-Меркурий и «северный» (планета-бог – с Нибиру) – Исимуд-Плутон. Ртуть и лед.

     

     

    В алгоритмике «отслоения» от «бога Энки-Эа» и обретения иконной автономии его функциональной ипостаси Исимуда-Усми – яркое объяснение феномена Элохима как «многобожия» и «единобожия» одновременно («инклюзивный монотеизм»). В двуликости одного из ликов Энки – ключ к пониманию МНОГОЛИКОСТИ БОГА – МНОГОЛИЧИЯ, МНОГОЛИЧНОСТИ и даже такого его явления как Сатана. Сам Энки – лишь один лик, луч, ипостась, икона, настроение, функция, деталь, воплощение, аватара, транскрипция ЕДИНОГО БОГА. Он – Эа – лишь одна рука Вишну в бесконечном танце рук последнего. А Элохим, образно говоря, «все руки» - суть ДВЕ РУКИ ТВОРЕНИЯ – КОЛЬЦО ЕГО РУК.

     

    Но о чем повествует эта печать-икона?

     

     

     

    =Этана

     

     

    =рис.5

    В короткой (три таблицы, 450 строк) дошедшей до нас версии шумерского апокрифа «Легенды об Этане»[12] сплетены две сюжетные линии – каждая в высшей мере самоценная.

    Первая линия – вражда орла и змеи. Вторая – полет Этаны.

    Согласно «Царскому списку» Этана был 13-тый правитель Первой династии города Киша (2750 г. до н.э.), древней столицы Шумера – эта первая царская династия на Земле после потопа. В самой «Легенде об Этане» о нем говорится как о «первом царе Киша». Известен Этана и как «один из первых людей на Земле», как «пастырь, который вознесся на небо, который утвердил все земли» - некий Патриарх человечества, Праотец Божьего племени, основоположник Цивилизации.

    Этана набожен и благочестив, но не имеет потомства. Женой Этаны названа Инанна и неясно в чем (в ком) причина бесплодия. Пафос Этаны – расплодиться и расселиться на Земле, колонизировать Землю. Прямая синергия с Авраамом и бесплодной Сарой – та же доминанта самоутверждения путем ПОТОМСТВА:

     

    O Lord, let the word go forth from your mouth
    And give me the plant of birth,
    Show me the plant of birth!
    Remove my shame and provide me with a son!

     

    Бесплодность несносна! Она лютым палачом отсекает голову у любой жизненной радости. Сказано: «Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?» (Марк 8:36). А какая польза душе, если она не плодоносит?
     Бесплодность есть ад – человек ОБЯЗАН проявиться и тем уподобиться Создателю; царь не может царствовать ВНЕ ПОТОМСТВА – династии: Этана просит у Шамаша SHU.MU – что имеет несколько синергичных переводов: «имя», «шем» (некий летательный аппарат) и Shem – имя старшего сына Ноя Сима.

    И то же содействие Бога: в Библии это Яхве, в «Этане» - Уту-Шамаш, бог Солнца.

     

    Первая сцена «Этаны» - описание того, как боги основали город Киш и назначилии Этану его царем.

    После потери в 120 строк, идет описание Дерева.

    Это тополь, в верхушке которого устроил гнездо Орел, а в корнях – свой дом Змея.

    Орел и Змея поклялись «не преступать пределов, установленных» Уту-Шамашем – богов солнца и правосудия. Орел и Змея уходили на охоту, насыщались добычей и возвращались с кормом для своих детенышей. Но в этой ситуации достатка и покоя Орел «замыслил злое (в сердце своем)»: пожрать детенышей Змеи. Он рассказал об этом плане своим орлятам:

     

    "I shall go up and abide in the sky, / I shall come down from the tree top only to eat the fruit!" (Dalley 192).

     

    Один из «оперившихся» орлят, «особо мудрый», предупреждает отца:

     

    "Father don't eat! The net of Shamash will ensnare you" (Dalley 193).

     

    Орел не обращает никакого внимания на предупреждение сына и съедает детенышей Змеи.

    Придя с охоты, Змея находит дом разоренным и детенышей растерзанными; она (или он, Змей) обращается с воплями к Шамашу:

     

    My own nest is not there, while its nest is safe.
    My young ones are scattered and its young ones are safe.
    It came down and ate my young ones!
    You know the wrong which it has done me, Shamash!
    Truly, O Shamash, your net is as wide as the earth,
    Your snare is as broad as the sky!
    The eagle should not escape from your net . . . (Dalley 193)

     

    Шамаш внимает стенаниям Змеи и придумывает план наказания вероломного Орла: он прячет Змею в утробе мертвого быка, и когда Орел слетает на нее, чтобы полакомиться, Змея хватает обидчика. («Хватание за крыло» - этот станс нам знаком по «синоптическому» «Сказанию об Адапе»! «Схватить за крыло» - емкий праобраз «хватания за руку»…)

    Змея обрушивается с обвинениями на Орла – это напоминает Нюрнбергский процесс. А Орел предлагает Змее откуп – и тут интересный момент – Змея отказывается, потому что «Шамаш не позволит»: «Если я сжалюсь над тобой, то ярость Шамаша обратится на меня!» 

    Змея ощипывает Орлу крылья и бросает его в овраг, дабы умереть ему «от голода и жажды»[13].

     

    Орел молит Шамаша спасти его, обещая «возвестить славу Шамаша в веках».

    Шамаш отвечает:

    "You are wicked, and you have grieved my heart. / You did an unforgiveable deed, an abomination to the gods" (Dalley 195).

    (Another translation reads, "the forbidden thou didst eat" [ANET 117].)

    Шамаш отказывается помочь Орлу, но посылает к нему Этану, чтобы спасти страдающую птицу.

    Тут две сюжетные линии – линия бесплодного Этаны и страдающего Орла – пересекаются. Фактически бог Правосудия связывает две мольбы – Орла о пощаде и Этаны о сыне – в единый акт, как История свела в единое русло (Шатт-эль-Араб) две великие реки – Евфрат и Тигр. Он направляет Этану к Орлу, дабы он спас «Короля Птиц» и затем вознес Этану на небеса, где находится «трава рождения».

    Бог Уту-Шамаш показывает себя великим сценаристом и режиссером… Творцом, Драматургом – это и есть Бог Солнца, рождающий мириады лучей, что как золотая паутина окутывают Землю. Острых как иглы, жалящих лучей…

    Этана лечит Орла, (через 8 месяцев) тот возносит его на небо… и громовым набатом вторгается в двухлинейную сюжетность эпоса еще одна гремучая линия: линия ПОЛЕТА.

    Говорится о цели полета: «найти Иштар и траву рождения», т.е. на планету (звезду) Иштар, где такая трава растет. Я не случайно перешел на терминологию космической синергии – чем дальше полет, тем она уместнее.

    «Орел» все более напоминает космический корабль, а наблюдения Этаны –описания современных летчиков и космонавтов.

    Он видит как люди внизу становятся похожими на жужжащих мух, а море на таз. Еще выше - поля выглядят как маленькие крохотные наделы земли, а море «не больше корзины». А еще выше – Этана уже не видит ни землю ни море. 

    Его охватывает страх, он просит Орла:

     

    "My friend, I cannot go any further towards heaven, / Retrace the way, and let me go back to my city!" (Dalley 198).

     

    Орел спускается на Землю, возвращает Этану город Киш. (По другой версии, страх Этаны приводит к потере устойчивости полета и Орел с Этаной разбиваются).

    Тут Этану и его жену преследуют кошмарные видения, связанные со смертью без наследника – с БЕСПЛОДНОСТЬЮ. В последнем подобном видении Орел возносит Этану ко Дворцу Богов. Это «дом с окном, которое не было заперто на замок»:

     

    I pushed [the window] open and went inside,
    Sitting in there was a girl [the goddess Ishtar],
    Adorned with a crown, fair of face,
    A throne was set in place, and [ ]
    Beneath the throne crouched snarling lions.
    I came up, and the lions sprang at me.
    I woke up, terrified. (Dalley 199)

     

    Этана рассказал видение Орлу и тот дал такое толкование: надо предпринять еще одну попытку достичь небес.

    И на сей раз они достигли «небес Ану» (Высшего, «Седьмого» неба) и вошли во «дворец богов»… они вошли в «дом Иштар» (сквозь арку)… И тут повествование обрывается – эффектная пуэнта Режиссера.

    Есть домысел о том, что Этана обрел «траву рождения», т.к. согласно шумерскому «Списку царей», у него был сын Балих.

     

    Мы уже сказали, что Этана синергичен Аврааму (точнее наоборот), я бы обобщил – образ Этаны суть БИБЛЕЙСКИЙ ПАТРИАРХ.

    E.TA.NA – по сути и означает «патриарх» - «(глава) семьи»[14].

     

    Он не может не напомнить Адапу – первого из «Семи мудрецов» и Еноха – Седьмого патриарха, который в апокрифе «Книга Еноха» описывает свой «полет», свое «вознесение на Небеса, к Престолу Всевышнего». В каноническом тексте Библии о нем сказано:

     

    24 И ходил Енох пред Богом; и не стало его, потому что Бог взял его.

    (Бытие 5)

     

    Это первый из трех библейских случаев ВОЗНЕСЕНИЯ или ВЗЯТИЯ ИЗ ЖИЗНИ БЕЗ СМЕРТИ – после Еноха были пророк Илия и Мессия – Иисус Христос.

     

    Енох – в Библии Chanowk - khan-oke'  - означает «посвященный»:

     

    26 И только я, Енох, созерцал пределы всего, и ни один человек не видел их так, как видел их я.

    (Книга Еноха 4)

    Он был первый из сынов человеческих, рожденных на земле, который научился письму, и знанию, и мудрости.

    (Книга Юбилеев 4)


    Но шумерское прочтение слова HA-NU-KI – дает не что иное как «Обилие Земного Подобия»[15], что синергически совпадает с понятием «патриарх».

    Енох  - пожалуй, самый интригующий образ допотопного человечества – самый близкий космической синергии Ситчина-Элфорда. «Ходил пред Богом» - легко читается как свидетельствование перед Богом-богами, донесения, разведывательная, шпионская деятельность в пользу Бога:

     

    1 [12] И прежде чем всё это случилось, Енох был сокрыт, и никто из людей не знал, где он сокрыт, и где он пребывает, и что с ним стало.
    2 И вся его деятельность в течение земной жизни была со святыми и со стражами.
                                                                                                           
    (Книга Еноха 3)

     

     Эта «разведывательная», «посредническая» специфика Еноха[16], характерная и для Авраама, резко проступает в апокрифической «Книге Юбилеев», где Енох свидетельствует перед Богом о «беззакониях» «Сынов Божиих» - ангелов-стражей, павших в инцест с «дочерьми человеческими».

     

    И вот он был с Ангелами Божиими в продолжение шести лет, и они показали ему все, что на земле и на небесах, господство солнца; и он записал все. И он дал свидетельство стражам, которые согрешили с дочерьми человеческими. Ибо они стали смешиваться, чтобы оскверняться с дочерьми человеческими. И Енох дал свидетельство против всех них. И он был взят из среды сынов детей человеческих, и мы привели его в рай Едем к славе и почести. И вот здесь он записывает суд и вечное наказание, и всякое зло сынов детей человеческих. И ради него Он (Бог) послал потоп на землю; ибо он был поставлен в знамение, и чтобы дать свидетельство против всех сынов детей человеческих, чтобы объявлять все деяния родов до дня суда.

    (Книга Юбилеев 4)

     

    Еще более впечатляющи откровения «Книги Еноха», где напрямую говорится о роли Еноха как свидетеля-следователя-ходатая и обвинителя двухсот падших ангелов, во главе с Семъяйза:

     

    8 И они (падшие ангелы) просили меня написать за них просьбу, чтобы чрез это они обрели прощение, и вознести их просьбу на небо к Богу.
    9 Ибо сами они не могли отныне ни говорить с Ним, ни поднять очей своих к небу от стыда за свою греховную вину, за которую они были наказаны.
    10 Тогда я составил им письменную просьбу и мольбу относительно состояния их духа и их отдельных поступков и относительно того, о чём они просили, чтобы чрез это получили они прощение и долготерпение.
                                                                                                            (Книга Еноха 3)

     

     

    Итак, Этана=Енох – из тех священников «по чину Мелхиседека», что вечно «летают» между Землей и Небом, человечеством и Божеством. Интригующий контрапункт полета Этаны – разбился - не разбился? – это наш вечный сон, где мы ЛЕТАЕМ – вкушаем ПОЛЕТ - освобождаемся от земного притяжения, от ЗАКОНОВ ЗЕМЛИ. Испугался – разбился. Проснулся – умер.

     

     

     

    =Вражда Орла и Змеи

     

    Почему на многих гербах и эмблемах человечества – орел со змеями в клюве (на флаге Мексики:

    =рис.6   Флаг Мексики[17])?

     

    Тема, особенно звучащая в Месоамерике, где сошлись в битве смыслов (Армагеддоне) два Творца: Ишкур и Энки – Крылатый Бык (Уицилопочтли) и Крылатый Змей (Кецалькоатль). Следы Битвы в Небе (синергия Небесной битвы Мардука с Тиамат) – последнего Армагеддона – сохранились в ацтекской и инкской религиях в виде ХИЩНОГО НЕБА.

     

    Согласно ацтекской легенде, бог Уицилопочтли (Huitzilopochtli – «колибри левой стороны», «колибри левша») указал людям землю обитания (“землю обетованную») – там, где они найдут орла, сидящего на каменистом месте на вершине кактуса-нопаля и пожирающего змею. Ацтеки нашли такого орла, обосновались на том месте и воздвигли храм в честь  Уицилопочтли, но едва ли они подозревали, что этот орел прилетел из далекого Шумера, и это Орел Этаны. А самое главное, что изображает он ВЕРОЛОМСТВО – нарушение Божьего Устава, Каинов грех на онтогенетическом уровне.   

    Индейские боги многолики и синкретичны, они вполне могут сочетать в себе противоположные ипостасевые качества. Так, Уицилопочтли – верховное божество ацтеков - бог-воин, бог войны (Мардук). Бог охоты – и от него один шаг к богу-Ягуару, воплощению ненависти к плоти[18]. Изображался в виде человека в шлеме, с оперением колибри[19] (отсюда имя), со щитом и вооруженного луком (Нинурта, Нергал). Но также и в виде воина-орла! Он же вобрал в себя черты богов Солнца Тонатиу и Тескатлипоки[20], стал богом чистого неба (Уту-Шамаш). А изначально Уицилопочтли был богом плодородия (Адад) – во время религиозных празднеств изготовлялось его огромное изображение из маисового теста с медом – своего рода облатка – и она разламывалась на куски и съедалась участниками ритуала. Все это наводит мысль на синергию с Думузи и Иисусом Христом и говорит о жертвенности Уицилопочтли. Вместе с тем, никому из всех известных в истории человечества богов не приносилось столько самых шокирующих человеческих жертв. Порой в день приносилось в жертву до 20 тысяч человек. Жертве вырезали сердце и кровью его окропляли изображение Уицилопочтли. Труп жертвы сбрасывали с пирамиды, затем сдирали с нее кожу, жрец натягивал ее на себя и совершал ритуальный танец… Считалось, что «кровь – пища Уицилопочтли».

    Повторим: изначально это был Бог Плодородия, откуда, собственно говоря, и пошла дивергенция жертвы. Первые испанские монахи и хронисты экспедиции Кортеса засвидетельствовали: у тотонаков – первыми воспринявших наследие предков всех индейских племен ольмеков – главным богом был Бог Дождя (шумерский Адад-Ишкур!). Примечательно, что у ольмеков были и такие представители шумерского пантеона, как Богиня Небес (Инанна), бог Солнца (Уту-Шамаш), был и свой Бог Кукурузы (Синтеотль). Но главная характеристика ольмекского религиозного наследия – дикий культ крови[21]! Воистину был то Кровавый Дождь, падающий с неба.

     

    Второй полюс мезоамериканского пантеона – Кецалькоатль – Пернатый Змей, который изображался в виде белого старика с длинной бородой. Он правил в Толлане, запретил человеческие жертвоприношения и проповедовал мир. При нем люди перестали убивать животных и стали питаться растительной пищей. Т.е. мы имеем синергию с созданием Человека как богоподобного существа, путем «окультуривания» генома примата. Он добыл людям маис, олицетворялся с Утренней Звездой и Близнецами[22]. Кецалькоатль считался создателем людей и всего мира. Он пришел с востока, основал резиденцию в Туле[23], а потом ушел в южном (или восточном) направлении. Причиной ухода легенды называют некий нравственный катаклизм, типа библейского грехопадения: дьявол соблазнил Пернатого Змея и тот предался тщеславию, погряз в грехах. Затем наступило «раскаяние», со стыда Змей решил покинуть сие место и улетел (по другой версии отплыл на «змеином плоту»), как мы уже говорили, на юг или восток. Но обещал людям вернуться «с востока» - поэтому, когда испанские конкистадоры во главе с Эрнаном Кортесом  высадились в 1519 году высадились у атлантических берегов Мексики, они были приняты за воинство Пернатого змея…

    Еще интересная деталь: напоследок Кецалькоатль заставил улететь всех тропических птиц и превратил деревья в колючие кустарники: «терния и волчцы произрастит она тебе»…


    Последуем путем Кецалькоатля и переметнемся через Панамский перешеек в Южную Америку.

    Тут главное божество инков, оно же синергизированное, - у других индейских племен (для чибча он был Бочика, а для майя- Кукулькаи) – Кон Тики Виракоча, великий Белый Бог.

    Американский синкретизм в этом образе буйствует: все в нем неоднозначно и переменно. Само имя, говорят, состоит из трех независимых: Кон (так называли бога на побережье), Тики (Тикки, Тикси – так звали внутри страны) и Виракоча[24].

    Характерен внешний вид бога – белая кожа, прямой нос, тонкие губы, густая белая борода и волосы, закрепленные тонзурой, был высокого роста, горделивой осанки, носил белый хитон до пят, держал в руке нечто, похожее на «книгу».

    Легенды разных племен говорят об одном и том же: Виракоча был богом-странником. Он пришел с севера, а ушел на Запад в сторону Полинейзии (острова Пасхи…). Ушел с заходом солнца… Причина ухода – глубокая обида на людей. Он основал на берегах высокогорного озера Титикака свою резиденцию – мегалитический город Тиауанако. Он активно учил людей: земледелию, ремеслам, врачеванию, законам, добру, одним словом – нормальной жизни, отучил от каннибализма и полигамии, и что важно – запретил человеческие жертвы! Снова синергия превращения обезьяны в человека – наложение на геном Homo Erectus Божьей спирали с созданием «гибрида» - богоподобного киборга Lu-Lu.

    Что мы видим? Да прямую противоположность северному кровавому богу Уицилопочтли! И в дополнение к этой тезе факты: некоторые легенды гласят, что во лбу Белого Бога было украшение в виде змеи. Ацтеки и тольтеки синергизируют Виракочу с Пернатым Змеем – Кецалькоатлем…

    Однако тут сходство Виракочи с Кетчаткоатлем кончается, и начинается откат его образа в сторону… бога-орла Уицилопочтли.

    Цивилизаторство свойственно и Энки и Ишкуру, при господстве которого состоялась первая на Земле Шумерская цивилизация. Виракочу роднит с Ишкуром явная тяга к «горам», «горнему» - само озеро Титикака, хоть и водная среда (Эа), но и апофеоз горного настроя (Ишкур).

    В древнем Теокиуакане (Teotihuacán), столице тольтеков, «Месте богов», что рядом с современным Мехико, главным героем стенной росписи и глифографии является «Бог Бурь». Это обычно профильное изображение, идентифицируемое по выразительной маске на лице (и пучеглазости – шумерский признак!), с молнией в левой руке. Имя этому богу – Тлалок. А суть его – молния, гром, дождь – та же, что и у Ишкура-Тешуба, в части «благодатного дождя» и плодородности – Ишкура-Адада – Уицилопочтли. В свингующей ипостасевости месоамериканских богов с месопотамскими богами их роднит стихия, в частности «ураган» (название «бога бурь» у майя): UR.AG.AN – это «Зверь Неба»[25]. Зверь Неба, Небесный Зверь или Небесный Бык – GU.ANNA – все это термины Ишкура. Это ли бог Виракоча?

    Зеркальным отражением мексиканского Теутиуакана является боливийское Тиауанако – тоже «город богов», город бога Кон Тики Виракоча. Этот город располагался посередине озера Титикака (сейчас развалины города находятся на берегу). При всей цветастости и свинговости богов и культов, сверхкультом обеих Америк несомненно было Солнце. Так вот, в противовес (или довес) теотиуаканской Пирамиде Солнца, в Тиауанако был сооружен величественный храм Солнца, который предваряли Солнечные Врата (вспомним Януса!) – мегалитический шедевр глубочайшей древности (говорят о 15 и даже 40 век до н.э.). На фризе – прямо в середине - изображен бог-Солнце, бог-Царь Виракоча: его лицо светится (испускает лучи во всех направлениях), в руках у него молнии или некие предметы, испускающие молнию. Но самое поразительное и потрясающее: из глаз Виракочи бегут слезы! Это изображение известно как Плачущий Бог и мы постараемся понять, что оно означает. Пока лишь отметим – Виракоча с молниями в руке и Тлалок с молниями – близнецы-братья. Или – одно и то же. Так Виракоча сливается с Уицилопочтли≈Ишкуром[26].

     

                   

    Солнечные врата Каласасайя

    =рис.7

     

    Плачущий бог

    =рис.8

     

    Итак, христоподобный Виракоча свингует между полюсами Змеи (Кецаткоатль) и Орла (Уицилопочтли), между Энки-Эа и Ишкуром… и это великий американский джаз! Настолько великий, что становится ясно, почему у шумеров «бог» и «музыка» - синонимы.

    Кстати, Америка, которая и сегодня рассматривается как некая культурологическая альтернатива Старому Свету – как Новый Свет, была открыта изначально Кон Тики именно таковой.

    KUN TI.KI – само звучание чисто шумерское, корни слова шумерские, как и Ti.Ti.Ka.Ka и Ti-A-U-A-Na-Ku (Ti-Anna).

     

    kun: «хвост», «отводной канал», «хватка», «резервуар»… «кон».

     

    TI.KI – «земная жизнь»

     

    Кон Тики – «отвод земной жизни», «отдушина» - «запасной шанс».

    Америка – Новый Свет – как «отвод». Как «резервуар» творчества.

                                                                                                                                                             KUN = mአ+ (?)

     

     

    mአ - все значения MaŠжертвенное животное», «ребенок», козленок», «интерес»…) плюс «внутренности жертвы, по которым гадают».

     - являет собой синтез значка DINGIR (бог) иMIN – «два», «второй», «партнер», «равно». Этот значок можно перевести как «Божий Повтор», «Божья Копия»… или «Богоподобие».

    Таким образом, KUN имеет смысл некоей редупликации экзорсистного смысла жертвы. Тут, в Америке, понятие Жертвы обретает парадоксальный смысл синтеза Жертва-Жертва – Жертва, требующая Жертвы.

     

     

    Вернемся к вражде Орла и Змея – Тескатлипока и Кецаткоатля (Ишкура и Энки).

    Выше мы писали: дьявол соблазнил Пернатого Змея и тот предался тщеславию, погряз в грехах. Затем наступило «раскаяние», со стыда Змей решил покинуть сие место и улетел…

    Детали «грехопадения Кетцалькоатля» в Толлане:

    Тескатлипока – синерго-антагонист Уилцитпочтли  - тоже «бог войны», но и «ночи и холода» в противовес солнечному «Колибри Левше».

    Считается покровителем жрецов и… разбойников, что напоминает нам греческого Гермеса – «покровителя воров». Считается ТВОРЦОМ МИРА и Господом… (см. дальше).

    Тескатлипока выступает главным противником бога Кецалькоатля, с которым вступает в борьбу за обладание миром.  Следует подчеркнуть: Тескатлипока ВОССТАЛ ПРОТИВ ГОСПОДСТВА над миром Кецалькоатля, а не наоборот. Восстал и победил – бунтарско-разбойничья ипостась Уилцитпочтли – ипостась того Орла Этаны, который «восстал» против мира со Змеей и разорил ее потомство («победил»).

    Странный-престранный момент соблазнения самого Змея: Тескатлипока дает выпить Кецалькоатлю ОПЬЯНЯЮЩЕГО НАПИТКА (вина? Сомы? Яблока? Октли из агавы!) – явная синергия со вкушением от Древа Познания – и бог Кецалькоатль «теряет голову». Он начинает нарушать свои же собственные законы – вот момент совращения! Момент превращения бога в сатану, творца – в разрушителя: НАРУШЕНИЕ СВОИХ ЗАКОНОВ – война против себя, ДИСГАРМОНИЯ и распад Божьего «Я» («Мы»). Он говорил «не убий», а убил. Говорил – не ешь, а съел. Совершил грех с сестрой. Забавная модуляция Этановской темы: Змея сама разоряет свое гнездо и поедает своих детенышей… Орел только дал ей «вина»-«отравы»-«греха». 

    И мгновенное наказание – проклятие-депортация – Кецалькоатль «выдворяется» куда-то на восток (юг), хотя обещает вернуться (мессианский мотив). 

     

    Синерго-антагонизм Уицилопочтли и Кецалькоатля имеет «доктринальную основу»: согласно древнейшим ольмекским текстам, в начале всего существовало ОМЕТЕОТЛ («Мать и Отец богов») – некое Высшее Недифференцированное Начало, синергия Апсу-Тиамат, Црван.

    Ометеотл породил четырех сыновей-богов:

    -          Красный Тескатлипока

    -          Черный Текскатлипока, по прозвищу «Дымящееся зеркало»[27],

    -          Кецаткоатль – белый,

    -          Уицилопочтли – голубой.

     

    Эта четверка находится в постоянной борьбе друг с другом за господство в Космосе.

     

    И Виракоча и Уицилопочтли (и Кецалькоатль!), как и змея и орел – боги и символы Солнца. Солнце вселико – и в этом определении разгадка. Змея и Орел живут НА ОДНОМ ДЕРЕВЕ – т.е. суть Одно. Главный враг змей бог-орел Уилцитпочтли рожден Коатликуэ – «богиней змей»… Само понятие «Пернатый Змей» - уже синкретизм, говорящий о ГОМОЛОГИИ – одном источнике. И недаром имя Уилцитпочтли означает «левша» - значит должен быть и «колибри-правша». И он есть – это Кецалькоатль, имя которого имеет в равной мере значение и «пернатого змея» и «драгоценного близнеца»! Более того – Кецалькоатль ведь, не забудем, покровитель БЛИЗНЕЦОВ, т.е. того самого KUN (Кон Тики) с логограммный суффиксом, который мы расшифровали как «зеркальное отражение», «двоение»…

    Борьба (вражда) Змеи и Орла – отражение внутренней, имманентной смысловой «структуры» солнца-света – давать тень, рождать контраст, являть себя во тьме, т.е. БЫТЬ СЛАВОЙ.

    Кон-Тики Виракоча – некий шаттл, носящийся между землей-змеей и небом-солнцем, обретающий полярные ипостаси единого Бога-Солнца: Змеи и Крыльев.

     

    Итак, СОЛНЦЕ – Уту-Шамаш – средоточие внутриэлохимной тонии и дистонии, гармони и дисгармонии, божьего и сатанинского, - отсюда Шамаш – бог Правосудия, Суда. Солнце – усмиренная, освященная стихия Апсу – есть синграмма Божьего Явления = Бого-Явления = Бого-ТВОРЕНИЯ.

    Ацтеки (до них ольмеки, тольтеки) под понятием «солнце» понимали «мир» и одновременно «небо». Согласно их космогонии, мир-солнце создавалось пять раз (пять небес).

    Во время первого Солнца Земля была населена великанами (библейскими и апокрифическими «исполинами»?), пока бог-творец Тескатлипока не превратился в ЯГУАРА и не пожрал всех великанов. Это синергия Потопа, а Ягуар – синобраз Воды… «растворителя» в руках Художника, счищающего с холста ошибочный штрих. Запомним Ягуара.

    Второе Солнце связано с именем Кецалькоатля, который создал людей и был Господом. Однако в конце этого Солнца-Эры стряслась страшная буря, уничтожившая все почти живое. Те из людей, что спаслись, превратились в обезьян. Буря – опять же синергия Потопа, превращение в обезьян – ретроспективная эволюция – нередкий коранический мотив[28] – род изгнания людей из рая.

    Третье Солнце создал «Бог Бурь, Дождя» Тлалок. Опять «всемирный потоп» в виде огненного дождя. И опять уцелевшие люди претерпевают зооморфную метаморфозу – превращаются в птиц.

    Стоп! Мы видим, как Солнце, словно мячик перебрасывается между ИШКУРОМ (Тескатлипока≈Тлалок) и ЭНКИ (Кецалькоатль) – ипостасевый свинг Элохима достигает кульминации! В конце каждого такого «паса» - «гол» - катастрофа.

     

    Четвертое Солнце (Тлалока) исчезло в водах потопа (тут Потоп синергия Потопа). А люди превратились в рыб…

    И, наконец, пятое Солнце – Пятая Эра – наша эра – она появилась в результате героических усилий Кецалькоатля. Мексиканский ученый Леон-Портилья так описывает ситуацию:

    "Сопровождаемый лишь своим науаль (нечто вроде второго Я[29]), он сошел в мир мертвых, где ему пришлось пройти через целый ряд тяжелых испытаний, которым его подверг Миктантекухтли, владыка обители мертвых. В конце концов, Кетсалькоатль собрал кости мужчины и женщины и отнес их в мифический Тамоанчан. Боги вновь собрались вместе, и, после того как кости были помещены в великолепный глиняный сосуд, Кетсалькоатль, чтобы дать им жизнь, оросил их кровью, извлеченной из его детородного органа. Человек получил имя Макеуаль, что означало "добытый подвигом", ибо в ту пятую "эру" его существование стало возможным благодаря самопожертвованию Кетсалькоатля".

     

    Пять Солнц… пять эр… пять небес… пять элементов...- что нам напоминает? Пять этапов сотворения человека (см. «Энки и Нинмах»). Пять уровней мироздания. Священная пятерица  в индуизме («Панчабхута») и ислаилизме[30]. Пентаграмма и пентакль – маигческие символы.

    Последняя – наша эра – очень напоминает спасительную жертву Христа, распятие (рас-пять-ие, разъятие на пять уровней мироздания!) на Кресте и Его сошествие в ад, с выводом оттуда душ праведников. Макеуаль – «добытый подвигом» - чрезвычайно синергичен христианам (верующим людям вообще).

    А Кецалькоатль-Энки синергизирован с Иисусом Христом?

     

     

     

    =Наска

     

    Четыре предыдущих эры символизируют ретроспективную эволюцию человека: рыба – птица – обезьяна – исполин. Судя по такой динамике, у нас есть все шансы превратиться в амебу.

    Боги и люди и даже звездное небо любой религии мира ассоциируются с животными, а собственно говоря, почему? Откуда этот зодиак, этот зоопарк, эта зоо-образность?

    На фризе Солнечных врат храма Каласасайя[31] изображено великое множество зверей – кондоров, пум-ягуаров, птиц, целого ряда вымерших южноамериканских животных. Полно синкретических персонажей – крылатых фигур, заставляющих вспомнить библейские и вавилонские сюжеты. Ученые сходятся к мысли, что на фризе некий «солнечный календарь»… но почему животные?

    Штрих – силуэты их едва прорисованы, это некая схема, недописанный, незавершенный рисунок… почему? Маниакальная скрупулезность в вырисовке центрального образа – Солнца-Виракочи, плачущего, а звериный фон – схема!

     

    Мы переходим к самому загадочному в мире полотну, изображающему животный мир. Это «линии Наска» на плато Наска, что расположено в 450 милях восточнее озера Титикака.

     

     

         

     

    Равнина (плато) Наска (Южное Перу) находится в подножье холмов в предгорьях Анд и на протяжении 30 миль покрыто непонятными на земле линиями, которые складываются в РИСУНКИ ЗВЕРЕЙ, если смотреть на них с высоты не менее 300 метров.

    Это одно из самых сухих и безветренных мест на Земле, неподвластных эрозии: плоская каменистая бурая поверхность с более светлой подпочвой, которая собственно и дает линии рисунка. Истый мольберт Художника Вечности.

    Я не буду говорить о всех чудесах, связанных с этими «линиями» и «рисунками» - их немало – укажу только, что 70% «линий» - это именно некие спиральные линии, остальное рисунки зверей: кондора, обезьяны, цапли, паука… [32]т.е. та же тема фриз Солнечных врат Каласасайи, только без Бога-Художника, который, исходя из аэродинамики нанесения «линий» - геоглифов – должен находиться в небе над Наска на высоте птичьего полета. Геоглифы – это 10-15 сантиметровые углубления в пове, предположительно полученные путем выжигания, что сразу заставляет нас вспомнить о странных предметах, испускающих молнию, которые постоянно держит в руках Виракоча.

      

      

    Линии Наска

    =рис.9

     

    У ольмеков был интересный и неразгаданный персонаж – СМЕЮЩИЙСЯ БОГ. Повсюду он встречается на архаических рисунках-иконах – во весь рот смеется Он, полный счастья… Посему я назвал этот начальный этап «Забавой Наска»[33]:

     

    Кто дал тукану этот славный клюв,
    Массивный как ладья
    И с желтым перламутром?
    Как развлекался Я
    Тем звонким первозданным утром,
    Альбом для рисования развернув…
    Кто дал тукану этот славный клюв?

    И без конца Я любовался на жирафа,
    Когда тянул ту шею вверх
    Из пластилина. И из олененка
    Вдруг вырос длинношеий смех,
    Тем первозданным утром звонким
    Я вылепил любовно граций графа…
    И без конца Я любовался на жирафа

    Кто сосчитал число полос у зебры?

    Кто изогнул дугой рог антилопы гну?
    Гиппопотама уха что забавней?
    Куда ведут сороконожки стопы?

    Дорогой меж ветвей, тропою давней,
    В младенческие завороженные земли…
    Кто сосчитал число полос у зебры?

    И вот Я воплощеньем рос и шествовал,
    И я любил любое любованье,
    Я вырезал из ласки лики лис,
    С ушами как шатры Ливана;
    Из восхищенья выбил искры
    В глазах полярной лайки белошерстной, -
    И вот Я воплощеньем рос и шествовал

    Кричал мне попугай «Арра! Арра!»
    Ведь Я воскликнул: Хорошо! Ура!
    Веселый попугай веселого села…
    Меня с ума свела гепарда шкура,
    Я закричал: дивны Твои дела!
    Я источал диковинность той дикости утра…
    Кричал мне попугай «Арра! Арра!»

    Вот игуана, – она так странно на Меня похожа!..
    Так филигранна стать, стройна
    Природы Божьей явь,
    И совершенства вечная война -
    Безумством выжечь непроявь,
    Сдирая пустоту змеиной кожей.
    Вот игуана – она так странно на Меня похожа

    Где стаи птиц загадочных фламинго?
    Их Я взметнул у розовой мечты,
    И боль – змеиной кожей на графите
    Желания. Как неофит хватал за мачту
    Ветер вер, ревел безумной арфой и формингой.
    Где стаи птиц загадочных фламинго?

    Не видите: забава се Моя, причуда,
    И вопреки всей мысли иссыханью,
    Я мир творю отчизной чуда:
    В природе все – изыск и любованье,
    В природе все – восторг и ликованье,
    Ибо природа – это Моя жизнь!

    Я спрашивал: почему звери, когда нужда в образе, в аллегории? Да потому, что они суть ОБРАЗНОСТИ, ПОДОБИЯ НАШЕГО: красивая девушка – «серна», «лань»; грозен как «лев»; умилителен как «котенок»… ведь природа – дивность, а звери – НАША ДИВНОСТЬ в ней, наша СУББОТА-Слава-Восхищение забавным их подобием нам, наших «братьев меньших» - иначе зачем тукану такой славный клюв?

     

    Я буду вечной красоте служить.
    Осемененный смыслом грунт
    Взошел, забушевал кедровым лесом…
    Не видите: то Моей страсти бунт,
    И буря магнетического интереса –
    Жить, Любить, Творить – триада радости.

    Я землю смаковал как неземную сладость,
    Был лик ее омыт парной росой,
    И радуга косой – над изумрудной далью
    По ней, сквозь родовых болей росталь, босой,
    Бежал Я в воплощенье по тропе эмалевой,
    А вслед за Мной бежала Моя тень…

    Я землю пек как пироги слоеные в тот день,
    Песком я посыпал Сахару сахарным…
    Бархан катил, шалил мираж, и в раже
    Я в недра загонял вулканов сатану,
    Когда ущелий и пещер задиристый кураж
    Глубины протаранил на версту…

    Кто изощрил природу сей породы - карст?
    Воды и камня битву, -
    Род родильных гротов
    И гробов – родник, что режет бритвой
    Скальный стык и бьет ключом молитвенного пота,
    К свободе проточив ворота сквозь насилий пласт…
    Кто изощрил природу сей породы - карст?

    Какой гончар вдруг вздумал камню рост?
    Капь верхняя – капь нижняя – навстречу
    Растут два конуса – так Я к Себе иду…
    В печинах карстовых назначил встречу
    Бог камня – Смысл Богу воды – Духу,
    И перст перста коснулся – мост!..
    Какой гончар вдруг вздумал камню рост?

    Гончар, чеканщик, сказочник, поэт,
    Разрезал, вздыбил тонущей кормой
    Утес пурпурный – его плоть над волнами
    Вознес как на распятии… Гомона птичьего бармой
    Усеял багряницу почвы – эй, это Я кричу, Аминь!
    И гимном всей грядущей боли лет:
    Я – чудодей, чеканщик, сказочник, поэт.

    Я – свет и цвет любого волшебства, -
    Каньон как крест… играете по нотам Моих грез?
    Хотите мчать по прериям сухим, и быть орлом?
    Моих картин где критик? и кому апофеоз
    Искусства, естества? Кого разит небесный гром?
    И молния сжигает хлорофилл какой листвы?
    Я – свет и цвет любого волшебства.

    Жерства бела была на том холсте,
    Что я коснулся кончиком носка
    У склона Андских гор. Доской иконною
    Плато – у океана матовое – Наска, Наска!
    Я с неба кубарем слетел в сухое лоно,
    Которое словно ждало Художника перста…
    Жерства бела была на том холсте.

    Я закричал, запел, – высок был небосвод,
    Как сок густой струился с моря бриз,
    И силуэтов горных вдалеке белесый крин
    Взорвал глубинной бомбой боль, каприз
    Творить… когда горел, безумствовал ультрамарин
    Бездонных океанских образов и слезных вод.
    Я закричал, запел – высок был небосвод.

     

     

    Синергия – так оно начиналось: Господь Бог начинал ТВОРИТЬ МИР, он делал свои, пусть пока «детские» эскизы… Эти «спирали», напоминающие ДНК и Галактики, и были тем «генетическим творительным резервуаром», что отразилось в имени бога Ишкура – Кон Тики: Ррезервуар жертв-творений», «Хвост подражаний!». Это была «схема» мира – копии по подобию, генетика жизни. Рай. Сотворение. Древо жизни, в сени которого живут мирно Змей и Орел, вдохновение и выдох. Зуд творчества и гордыня его.

     

    О, Наска! Я тебе навстречу жил – кружил
    Мой шем над ровнотой плато, как то на бересте
    Резец – трезубец молниею выжигал те краски,
    Что есть все видимое и всеведение на листе
    Сей Книги, – живопись наскальная, – Наска! Наска!
    Мазка живая суть: родительская ласка, жила,
    И настье жить…


    Свет высок – был счастлив Бог в тот день нагой.
    Я стал Творцом, Я пал – восстал дворцом Богатств, Я рисовал.
    И на плато как полотном ложился план, – гремел кимвал
    Начала. И образов свирепый ток зажег восток и бил в тимпан тугой.

    Тяжек труд – ведь каждый штрих, как карста пласт – точён:
    То Духа сквозь скалы оскал прорыв, как взрыв – вечен.
    Божьей увлеченности нет границ, и время ниц – отреченье.
    Из неча нить, в хаоса граните – обреченность.

    Новый мир – Я Бог Далеких Гор – то света край.
    Я схем – геоглифов - иероглифами сеял по плато – злато.
    На шеме я жужжал как пчелка миллионы лет – как в атоме
    Тут – сжата вся судьба-дикообраз – живого образа - дивности рай.

    Линии Наска – автограф Бога рогатого – Бога Богатого – Гравёра.
    В геоглифах – код дивности резца Господня – изощренье яви -
    В том завещании на плато – крылатости секрет для ратоборцев Я;
    Для тех, кто в небо вознесен, Я дал скрижалями завет: зов веры!

    Мой трезубец! – меч небесных бурь, он утвердил Дракону кон, -
    Копье, что поражает непроявь и порождает копий копи – жезл
    Власти дарить Царство Небесное светотени добра и зла
    Трезубец! – как отец любого слова, и любого жеста код.

    Так над равниной кувыркался голубем в сиянье голубом всей выси
    Мой Дух – Художник, и мольбертом вечности стелилась Наска,
    От ветра, ливней и песчаных бурь прикрытая ладонью ласковой
    Пирамидальных дальних гор, пред океана экраном – Солярисом.

    Солярис-Сириус – всех ликов магма и всех образов бурливый тиамат;
    И я пред зеркалом его как маг неотраженный ворожил живого сказку:
    Искрой искания на камне смысла высекал единственность Я – Наска!
    Накал любви! Я был. И бил лучом сквозь заточенья казематы.


    Паук – вот символ всех наук, низать на нить
    Летучих душ число,
    И бренных тел рутину;
    Он сильный зверолов пред Господом, и ремесло
    Его суть Божья – девственную паутину
    Тончайшими узорами, спиралями и кружевами вить.
    Паук – вот символ всех наук: низать на нить.

    Вот кондор – контур Анд и дань восторгу,
    Он с шема Моего скопирован фетишем,
    И глаз, что видит волосок у мыши.
    Кто равен в танце этому полета дервишу?
    Кто ранен ясностью как гриф Мой? Слышит
    Кто как шелестит трава на бархатных отрогах?
    Кондор – легенда Андских гор и дань восторгу!

    О, обезьяна! Рьяно умиление Мое – скажи,
    Кто наложил гримасы грим на рожицу смешную, кроха?
    Какой детеныш теплый! Нежен пух
    На голове его – и мать выискивает блохи
    В мохнатой шерстке прыгуна, за ухом
    Чешет… Я трепета и неги с неба резал чертежи!
    О, обезьяна! Рьяно умиление Мое – скажи!

    Не видите: дар это Мой, награда,
    И вопреки всей слабости велению, -
    Я мир творю отчизной радости.
    В природе все – шедевр и откровение,
    В природе все – святое вдохновение,
    Ибо природа – это Моя жизнь.

    Я буду вечно творчеству служить.
    Мой перст – Трезубец Мой – Мой зуд:
    Люблю! – Мой луч энергией томим немой
    Избыться, излучиться молнии вечным удавом, -
    Люблю! – Мой гром и зуммер разума и меч прямой…
    На красном и пустом плато Я жертвенный воздвиг престол.

    Как он метался, луч небесный, по столу
    Чертежному! Я пел, и Я кричал, как черт, – будя начало
    Безумию творить – бороться с Богом и Боготворить
    Мои следы на каменной доске – Наска, Наска! – причал
    Забавам молнии-удава и энергий кристаллическая прыть,
    Что соткала здесь линий лилии – Господня шалость.

    Здесь заложилось все и все свершалось…
    Тут ящерица изогнулась луком: улыбаюсь:
    Сё, линии игры – они бегут к уступам юрко.
    На Божьей графике любые калыбалы
    Утканы шуткой, как лубки на ярмарке.
    Да, ящерка, беги по щеке Моей нежности…

    Мне птичка села на плечо и пела безмятежность
    В Моем воображеньи она стала цаплей ломкой
    Как силуэт восторженности: цапля, контур боли
    Моих рисунков благодать тебе, пичуга рока,
    Я заповедал… цапля, цапля – одиночества доль.

     

     

    «Смеющийся бог» превратился в «Плачущего бога»… Что стряслось?

    Ишкур – «Бог дальних гор»… «Дальними» - для шумеров были горы Тавра (ближе - Загрис), а для всего Старого Света – Анды. Очевидно, тут находилась синергическая Мастерская Бога, когда он творил мир – «западный Эдем», откуда «человек» был переведен в «Эдем восточный» или был изгнан дальше на Запад – на остров Пасхи!

     Здесь мы ступаем на почву протоамериканской органной смысло-полифонии, что много сложнее американского джазового свинга Божьих ипостасей.

     

     

     

    =Шем-имя - Нимрод

     

    ШЕМ – одно из ключевых (и спорных!) понятий шумерско-библейской смычки.

    864 раза повторяется слово Shem в Библии, из них 832 раза как «имя», в том числе «имя Бога»:

     

    3 Являлся Я Аврааму, Исааку и Иакову с именем «Бог Всемогущий", а с именем Моим "Господь" не открылся им[34];

    (Исх 6)

     

    В The KJV Old Testament Hebrew Lexicon даются и такие значения слова Shem  как «репутация», «известность», «слава», «мемориал», «монумент»:

     

    14 И говорили женщины Ноемини: благословен Господь, что Он не оставил тебя ныне без наследника! И да будет славно имя его в Израиле!
                                                                                                                                                
    (Руфь 4)

    17 И пронеслось имя Давидово по всем землям, и Господь сделал его страшным для всех народов.
                                                                                                                                               
    (1 Пар 14)

     

    Исследователи[35] едины в том, что еврейское Shemshame произошло от шумерского šu-MU (šè-MU), что можно перевести как «тот, который MU», «средоточие MU»[36].

    MU - – имеет чрезвычайно много смыслов: «имя» и «рев» (самолета), также «магическое заклинание»… [Лигатура  -   - «единственный»  и še - «зерно», «малая доля», «порция», «от сих до сих», «состояние погоды»..] Как видим, še и MU – похожи как близнецы-братья, т.е. в какой-то мере šè-MU можно считать редупликацией ИМЯ-ИМЯ. Синтез может дать какой угодно парадоксальный оттенок, поэтому Алан Элфорд считает, что «шем» - это летательный аппарат, на котором инопланетяне-боги облетали землю. Русское слово «самолет» тут особенно подходит – это некая синергия «славы»-«известности» - «разносимость имени».

     

    Именно в таком аспекте сторонники указанной синергии читают самое, пожалуй, популярное Shem в Библии – в истории с Вавилонской башней:

     

    4 И сказали они: построим себе город и башню, высотою до небес, и сделаем себе

    имя, прежде нежели рассеемся по лицу всей земли.

    (Бытие 11)[37]

     

     

    Согласитесь, «сделаем себе имя» звучит слишком как сленг даже в наше время рекламного имиджмейкерства. Потому говорит Алан Элфорд: не «имя», а «самолет», дабы вовсе не рассеиваться, а иметь воздушную связь.

    Имя как некая «самость» («само») и нечто, разносящее его по миру («лет») очень синтезируются в «самолет» - Этановского Орла – в Крылья и Гордыню.

    Этана просил у Уту-Шамаша «шем» - потомство играет роль такого «самолета», так что тут синергия на синергии. Сын – SHEM – это старший сын Ноя Сим.

    Добавим, что šem, šim; ším; sim -  -  в шумерском – «трава», «ароматическое дерево», «смола», «специи», «аромат»[38]… вспомним «мирр» как запах жизни. Опять мы видим в логограмме значок  še   - а называется эта логограмма NAM (name?!). Я же говорю – синергия на синергии.

    Но вот еще один штрих: sim, sín также означает «нагрузку», «напряжение» и «наследственную черту», «проникновение», «фильтрование», «просеивание» и «видеть насквозь». Это вполне могут быть атрибуты орлиного (самолетного) полета и перегрузок гравитации.

    А может быть разговор идет о тяжести гордыни.

     

     

    Алан Элфорд в своей книге «Боги нового тысячелетия» дает занимательную синергию Нимрода – загадочного внука Хама, представленного в Библии крайне странной формулировкой:

     

    8 Хуш родил также Нимрода; сей начал быть силен на земле;

    9 он был сильный зверолов пред Господом [Богом], потому и говорится: сильный

    зверолов, как Нимрод, пред Господом [Богом].

    10 Царство его вначале составляли: Вавилон, Эрех, Аккад и Халне в земле Сеннаар.

    (Бытие 10)

     

    Что такое «сильный зверолов» - хорошо или плохо?

    И ничего себе царство Нимрода – это же едва не весь Шумер с городами Вавилон, Урук (на юге), Аккад (на севере) и Халне[39]. И это только «вначале». Что потом построил Нимрод?

     

    В версии KJV  не говорится о «зверолове», но об «охотнике»:

     

    He was a mighty hunter before the LORD: wherefore it is said, Even as Nimrod the mighty hunter before the LORD

     

    Особость Нимрода видна уже в том, как он представлен в библейском Списке Народов – отдельно от других сыновей Хуша:

     

    7 Сыны Хуша: Сева, Хавила, Савта, Раама и Савтеха. (…)

    8 Хуш родил также Нимрода.

    (Бытие 10)

     

    Ясно, что слава о Нимроде гремела долго и после его смерти, так что он вошел в поговорку: «потому и говорится: сильный зверолов, как Нимрод, пред Господом».

    Но ничего не говорится о ПОТОМСТВЕ НИМРОДА! Сказано, что был он в «земле Сеннаар», а потом сразу: «11 Из сей земли вышел Ассур и построил Ниневию, Реховоф-ир, Калах…». Ассур, как явствует из того же Списка – сын Сима.

     

     

    Еврейское слово Tsayid - tsah'-yid  - в Библии больше употребляется не как «охотник» (hunter – 3 раза), а как «ловля, улов, убой» (venison 8 раз), в основном как «дичь».

    Постараемся расколдовать TI-SA(H)-ID.

    Sa : «сухожилие» и «сеть».

    ída, íd, i7: «река», «канал», «поток». Логограмма та же, что для «воды» -.

     

     SA(h)-ID - может быть «большой (h) выболовецкой сетью». В таком случае Tsayid напоминает евангелических «ловцов душ», особенно апостола Петра. Основание Нимродом Ниппура – шумерского Рима – еще больше наводит на параллель между Нимродом и Петром. Т.е. «зверолов»-«охотник» - это некий перифраз «ловца»-Первоапостола, «скалы»?

     

    sahid – на арабском «свидетель» (отсюда «шахид» - «мученик»), также Sahed - saw-hade'  - «свидетель» на еврейском.

     

    1 (1). Клянусь небом - обладателем башен,

    2 (2). и днем обещанным,

    3 (3). и свидетелем, и тем, о ком он свидетельствует!

    (Коран, сура 85)

     

    19 И ныне вот на небесах Свидетель мой, и Заступник мой в вышних!

    (Иов 16)

     

     

    Итак, Нимрод был тсаидом - Живым Свидетелем… чего?

    Если понимать SA как «сухожилие», получим иную картину.

    «Сухожилие», «жилы» в шумерско-библейской традиции понималось как «мышца» (и «кровеносные сосуды»), «мускулатура», «сила» и по этому параметру шла «борьба» с Богом: так коснулся Бог «жилы» на бедре Иакова-Израиля и тот стал хромым. Еще вспоминается «бегемот», у которого «жилы на бедрах его переплетены» (в Книге Иова).

    В этом прочтении SA(h)-ID  может иметь смысловой оттенок «невероятной (бегемотной) силы», потенциально направленной на богоборчество – некий железный поток. В таком случае, Нимрод в самом деле был «дичью» пред Богом, бунтарем и сатанистом.

    И, наконец, еще одна догадка.

    Среди значений SA есть такое как  sa10, sám: «быть эквивалентом», «покупать» (уже наталкивает на мысль о богоборчестве… - русское «сам!»). Но что поразило меня, так это логограмма слова -  .

    Воистину похоже на корабль – «шем» - внутри которого разместились «пассажиры»:

     - “бог», - «вода, наследство», še – «зерно, крупа», мера длины и объема…

    Что мыслил себе далекий шумерский писчий, выводя стилетом на мягкой глине эту череду понятий, внутри некоего каркаса-картуша, «ракеты»? БЫТЬ ЭКВИВАЛЕНТОМ, т.е. «деньгами», между Богом-Большим и зернышком-малым? ПОКУПАТЬ Божие?.. да надо быть «сильным», чтобы помышлять такое!

    «Сильный» в данном случае Gibbowr - ghib-bore'  - GIB-BURU

    GIB (gilim-(b), gili, gil, gi16) имеет значения «связка тростника», «танцор», «корона новобрачных», «пересекать», «крутить(ся», «связывать», «быть поперек, против», «отрекать», «трудный для понимания», «запутанный», «растленный», «уничтоженный»… - полная характеристика диссидента-бунтаря.

     

    BURU – в разных гомофонных вариантах может быть «резец», «шахта», «глубина», «птица» и «фруктовое дерево».

     

    Подведем итоги.

    Нимрод поначалу был величайшим царем, Строителем, Прорабом («резец») и Апостолом Ану («фруктовое дерево»), построившим Ниппур.

    Земной славы он достиг благодаря своему происхождению, своим генам («связка тростника» и тот значок «воды-наследства» в обрамлении «шема» - «земной славы»!).

    Он был (или считал себя) РОДСТВЕННЫМ Богу, т.е. имел «Божьи гены» (череда значков-- в «картуше» его имени).

    Он был устремлен к звездам, полету («птица» - Этанов орел!) – построил Вавилонскую башню, дабы запускать с нее «шем» - свое имя – ЛЕТАТЬ.

    Он стал Великим Диссидентом среди человечества («быть поперек, против») – он оспорил Божье Господство («отрекать» и «жилы» как у Израиля и Бегемота).

    Он собрал немало душ-сторонников («ловец душ», «сеть»), но пред Богом это было шутовство («корона для новобрачных») и грех размывания образа («танцор», «крутиться», «запутанный», «растленный»).

    Он стал «свидетелем Божьей силы», стал «смертником»-«шахидом», был наказан («шахта», «глубина»), но остался непонятым, немым для человечества («трудный для понимания»).

     

    NIM.RU (d) –

     

    Nim (num) – «принц», «летучее насекомое», «высокогорье», «восток», «утро», знак умножения в арифметике, «высокий», «ранний», над»[40].

    От NIM произошло «имя» - (greek) onyma – (англ., немецк.) ‘name’ – сино-ним, топо-ним и т.д.

    Мы видим, как в самом имени Нимрода идет неистовая акцентация этого атрибута вавилонской башни – Имени (шема)!

    RU – «бить», «дар», «быть равным» - наше богоборческое несчастное русское «.ru».

    Окончание (d) может иметь любые начальные гомофонные значения: dé («лить воду», de5, di5 («убрать ком земли»), de6,2, e6 («нести», «продолжаться»), но мне ближе всего dè – «пепел» и form suffix - often indicates a present participle to be translated by English -ing or connotes future sense. Used like the terminative postposition -šè after verbal phrases to indicate intent or goal.

    Феноменальное прочтение имени Нимруд – «Стремление Быть Равным в Имени». О Нимроде нигде больше не найдете ни слова – ни в апокрифах, ни в агиографии других религий. Все в нем сказано в одном его имени – Нимрод.

     

    Итак, творчески развивая Элфордовскую догму-синергию, напишем отсутствующую историю «царя Нимрода».

     

    Царь он был среди людей (или зверей), но пред богом, богами – раб.

    Он пришел с востока, гор Загриса – Иранского нагорья – т.е. со стороны горы Арарат, что понятно – все оттуда пришли.

     

     

     

    =Список народов и где-когда?

     

    Словно колючка цепкая человеческая страстишка узнать «где?» и «когда?» в приложении к Списку Народов, данному в 10 главе Бытия, заставляет биться головой о стенку: никакой конкретики! Никакой ясности!

    Мы хотим, чтобы хамиты были негроидами и жили в Африке. Чтобы семиты были везде первыми и отдельными, чтобы иафетисты были ариями в Божественной Опере. Но Куш (Кушит) от имени сына Хама Хуша – это великий сосед Шумера Элам (столица Сузы!), славившийся добычей олова и бронзы[41]. Любой исследователь скажет, что эламиты (кушиты) – это семиты (Елам – сын Сима), а они, выходит, хамиты!  И это не Африка, а Иранское нагорье, альма матер индо-европейцев!

    Ох уж мне эти расисты с измерением черепов, - неужели не понятно, что если Господь СМЕШАЛ и РАССЕЯЛ, то тут никакой «ученый» не найдет начала-конца?

    Алан Элфорд приходит к юморному открытию: «Первые жители Элама – негроиды!». Между тем, это был «один народ, и один у всех язык» (Бытие 11, 6). О фенотипических различиях сынов Ноя в Библии – ни слова! Откуда взялось, что хамиты – негроиды? Если египтяне – потомки Мицраима, сына Хама, то негроидами их никак не назовешь. И чернокожими они не были. Что такое раса?

    В Библии нет такого понятия.

    Как сказано в БСЭ: «Слово "Раса", восходящее, вероятно, к арабскому корню "рас" (голова, начало)[42], встречается впервые в современном смысле у французского учёного Ф. Бернье (1684)». Почти с уверенностью можно утверждать, что фенотипические (морфологические) характеристики возникли в результате мутаций генов и закреплялись в результате отбора. Цвет кожи, цвет и кучерявость волос на голове, разрез глаз и полнота губ, а также другие фенотипические «расовые» признаки – следствие ОБРАЗА ЖИЗНИ, который в свою очередь является следствием УСЛОВИЙ ЖИЗНИ.

    Все зеки похожи друг на друга, причем не только внешне – психотип один. И это при том, что человек сидит единицы или десяток лет. В веках и десятках поколений закрепляется тот облик человека, который, словно скульптор, лепит СРЕДА.

    Т.е. морфологическая дивергенция и появление «европеидной», «негроидной» и «монголоидной» рас с десятками их подрас, произошло где-то на значительно отдаленных от Хама-Сима-Иафета поколениях – очевидно тогда, когда произошло пост-Вавилонское РАССЕЯНИЕ – расселение:

     

    8 И рассеял их Господь оттуда по всей земле; и они перестали строить город [и

    башню].

    9 Посему дано ему имя: Вавилон, ибо там смешал Господь язык всей земли, и оттуда рассеял их Господь по всей земле.

    (Бытие 11)

     

    Нимрод – всего третье поколение после Потопа и разумеется никаких внешних признаков, отличных от других людей не имел. До рассеяния народов единый Ноев народ, надо полагать, имел один облик – ангельский облик самого Ноя:

     

    Он не как человек, а похож на детей небесных ангелов… его глаза подобны лучам солнца и его лицо блестящее…
                                                                                                                 (Книга Еноха 20)

     

    Вначале этот ЕДИНЫЙ НАРОД жил где-то в области горы-вулкана Арарат. Вода после потопа еще не спала и не удивительно, что шумеры считали себя выходцами с некоего «гористого острова Тильмун» - вся земля тогда представляла собой гористые острова – пики гор, что возвышались над потопной водой.

    Потом «Двинувшись с востока, они нашли в земле Сеннаар равнину и поселились там» (Бытие 11, 2).

    Далее была Вавилонская башня и РАССЕЯНИЕ – расселение людей по всей Земле.

    И уже в результате этого рассеяния, попав в определенные природные условия, Единый Народ Ноев стал делиться на расы, под влиянием мутагенности данной среды: в африканской жаре кожа почернела, в азиатских степях глаза сузились, в дремучих европейских лесах пигментация пропала. Тогда же началась метисация – смешение рас и расообразование превратилось в отдельный жанр Божьего Искусства. Любо ему выводить новые виды, производить селекцию – люди разнообразны и в этом Элохим.

     

    Однако Ноев Единый Народ качественно отличался от Допотопного Единого Народа – ИСПОЛИНОВ (Титанов). 

    Нимрод из племени Хамова был в Сеннааре-Шумере истым ПРИНЦЕМ крови – наследником великих ИСПОЛИНОВ – детей, произошедших от брака «Сынов Божиих» –( Стражей, Игигов, падших ангелов, нефилимов) с «дочерьми человеческими»:

     

     

    2 тогда сыны Божии увидели дочерей человеческих, что они красивы, и брали их

    себе в жены, какую кто избрал.

    (…)

    4 В то время были на земле исполины, особенно же с того времени, как сыны Божии

    стали входить к дочерям человеческим, и они стали рождать им: это сильные,

    издревле славные люди.

    (Бытие 6)

     

     

    Это «сильные» - Gibbowr - ghib-bore'  - прямиком наводит нас на Нимрода… Да и «славные» - Shem – кое о чем говорит.

     

    Первый мир – допотопный – был миром Исполинов-Титанов (Атлантов!), в котором человек был как бог – он и по крови был РАВЕН Богу! Человек-Титан был «сыном Божиим» по праву… - он был безмерно этим горд.

     

    Было то время великих городов, и раса атлантов покорила человечество. И было в том мире много сбоя.

    Все говорили: «Я сын Божий! Я сын Божий!», но давно забыли, что сие означает, и кусками отгнивал в том мире жизненный интерес: и уже смысл не смыслил, любовь не любила.

    А они говорили: Наш бог – мы сами, ибо дети Бога. И поклонялись Деннице, то есть природе, призывая его в деяниях.

    Они имели храмы в виде космолета, и вся земля была полна гула, и дрожала земля, когда они отрывались от почвы и сжигали след огненным хвостом.

    Там гордые башни соседствовали с каменными пещерами, полными тлена; свет с тьмой, ученые стражи с дикарями, которые одевались в шкуры и бродили как звери.

    Там было великое разложение, одно в другом: боги, полубоги, люлю (люди), зверолюди, машины, прогресс и регресс, аж до обезьяны, до гада, ползающего на брюхе своем, до клетки и вируса. То титаническая империя, где умные машины и глупые мужи.

    И был культ плоти, так что изыском было есть человеческое мясо.

    Дошло, что плоть вилась и извивалась во сто рук,
    один глаз, змеи вместо влас, и чудо-чудище –

    се, человек. И Господь страдал.

    И пренебрегаем был дух до предела, угнетаема душа, и презираема священная инструкция: «Не материей единой жив киборг, но всяким словом Господина».

    Посему тот мир, несмотря на гром гордыни, был смертельно нем и глух, отмечен аляповатостью и диссонансом, и Господь страдал, видя поражение. 

    И было много тоски.

    Он посягал быть исполинским, но мал стал мир, как ладонь. И Господь наказал: ничего не оставлю от греха,  даже до полного истления.

     

     

    В Ное (шумер. Атрахасис) Господь решил изменить ОБРАЗ ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ – природу его - Ной был именно «Новым Человеком», так что даже отец его Ламех (шумер. Убар-Туту) усомнился – от него ли сей ребенок:

     

    4 И его отец Ламех устрашился этого, и удалился, и пришел к своему отцу Мафусаилу.
    5 И он сказал ему: "я родил необыкновенного сына;
      он не как человек, а похож на детей небесных ангелов, ибо он родился иначе, нежели мы: его глаза подобны лучам солнца и его лицо блестящее.
    6 И мне кажется, что он происходит не от меня, а от ангелов; и я боюсь, как бы в его дни не произошло на земле чудо.

    (Книга Еноха 20)

     

    Элфорд находит этому событию прозаическое объяснение: Ной был объектом эксперимента в области генной инженерии: Ной стал «цветным», т.е. совместил в себе Три расы – Сима (Шема), Хама и Иафета.

    Я бы сказал так: Господь воплотил смысл ОТНО-ГЕНЕЗА, «смысло-рода», «элохимности – федерализма», «многоипостасевости», т.е. ретроспективного перемещения «отринутых» тварных образов на «генный» - зачаточно-вероятностный – уровень. Не в цвете кожи была суть, а в том, что образ БОГО-ЧЕЛОВЕКА – Исполина – потомства Падших Ангелов и Жен (Ев) – сохранялся (тоже сохранялся! Ничто не уничтожается у Бога!) в своем «отринутом», «рецессивном» виде на уровне ГЕНА (зачаточно-вероятностного рода). Он был в Ное и его детях и есть в нас с вами – ГОРДЫННЫЙ ГЕН БЫТЬ БОГОМ – но особенно доминировал, всплыл в Нимроде!

    Раса – не фенотипическое понятие, а генотипическое: гены Исполинов, в отличие от самих Исполинов и их первой цивилизации – живы, более того, это не обязательно «сатанинские гены», ибо помните корень библейской «силы» - GIB – «сложность», «трудность для понимания». Тут дивность и мудреность.

    [Резонно предположить, что современные расы возникли – как все в мироздании – путем столкновения разных волн проторасс: монголоидная – хамитской и иафетистской, европеидная – иафетистской и семитской, негроидная – семитской и хамитской. В любом случае, надо четко понимать, что нет «хамитских рас» или «семитских рас», есть хамитские и семитские гены!].

     

    Иное дело, что в отличие от допотопного человека, Ноев Человек (или «новый человек») был существом ГЕННОГО РАСЩЕПЛЕНИЯ – в генотипе (зодиакальном круге) есть набор ВСЕХ генов, однако фенотипически проявляются – доминируют, господствуют – только гены ДАННОГО ГОСПОДА – Бога Смысла (зодии).

    Допотопный человек был генетически унитарен – образно говоря, весь его генотип был налицо: исполинский ген выражался в неимоверном росте и столь же неимоверной гордыне. Такой человек был лишен моральной гибкости – он либо был свят (Енох, Ной), либо растлен на все 100%. Более того, растленно в этом смысле, т.е. эрозированно, поражено, было все живое, и даже САМА ЗЕМЛЯ:

     

    11 Но земля растлилась пред лицем Божиим, и наполнилась земля злодеяниями.

    12 И воззрел [Господь] Бог на землю, и вот, она растленна, ибо всякая плоть

    извратила путь свой на земле.

    (Бытие 6)

     

    Мы детальнее постараемся проанализировать этот феномен «растления», когда будем описывать Потоп. Сейчас лишь отметим, что ВСЯ ЗЕМЛЯ – все полотно целиком, все Божье Произведение – было Им признано негодным. «Всякая плоть» извратила путь свой на земле, т.е. пошла вразрез с ЗАМЫСЛОМ ХУДОЖНИКА – испортилась. На картине поплыла краска, лица и тела уродливо расплавились, расплылись – растлились – у скульптуры отвалилась рука, в компьютерной программе произошел сбой…

     

     

    Была земля полна бесчестья плоти

    И города гигантов гордыни исполнены

    Исполинской – и горы в небо вторглись,

    И высь перестала быть плотом спасения –

    И все обуяла зависти сень:

     

    Человек был как Бог – лик металла

    Шем во вселенной, слава всезнания,

    Когда Я оплакивал Наска… я стонал –

    И рождал тоску бессилия –  стал мал

    В мутантных порождениях Мой бок.

     

    В те времена увидел Бог, что пот

    Исканий пересох, и было: вдох-вдох-вдох,

    И было: выдох-выдох-выдох,

    Гротескные потуги плоти духом стать

    И сталь машин, и шестерен чугун и ум,

    Вознесший шесть в единство Ма[43]

    Космос в кострах земных забот

    И надо всем едина тень -

    Великий ропот мира-робота

     

    В них ген греха сцепился с Моим гением

    Как глина Абзу с ядерным огнем,

    И крах Мой прах при нем

    возвел в подобье храма на холме.

    Те великаны были похотью (Моих) Ангелов мысли,

    Клана Хранителей и Стражей, что выпустили образов мятеж -

    Словно мираж – за раму разума

    и воплощение в заграничье Замысла,

    Дошло, что плоть вилась и извивалась во сто рук,

    один глаз, змеи вместо влас, и чудо-чудовище –

    Они были совершенны во плоти, во грехе – в прахе

    Гиганты плотин, колоссы глины – и великое –

    Безликое -

    Исполин – не исполнитель приказа,

    Ибо плоть – наказана, она отречена в безобразность.

    Бессмыслен шум их лопастей, и их турбин гуд,

    Их механических страстей

    Жир – мир, кумир их игр,

    Их труб дым и гарь, их руд груды,

    Их шемов мельтешение во тьмы,

    их вскрытия порядков мглы:

    времени-срока, пространств-тюрьмы,

    их сует рощи, и маета исчислений Ма,

    и бремя движений:

    так сузить Мою ношу! Божье поражение:

    Краски все смешались, исчез контраст бытия,

    пропала соль, и, вот,  вкус Воплощения никакой,

    коловорот ила, давление палитры, кривая линза вожделения

    плоть есть пот бессилия:

    деления, и умножения пустот.

    Они мнят спаривание величия и вечности!

     

    Имя Ноя означает «отдых», «передышку» - эта «передышка» - Новый (Ноев) Генотип. В самом деле, человек получил некий резерв шансов, его генотип РАССЛОИЛСЯ, расщепился на уровни и подуровни и сама душа человека стала ристалищем несмолкаемого Армагеддона – битвы богов-смыслов (состязания генов, признаков). Человек стал своего рода Элохимом, он получил право выбора – доминантности - Своего Бога-Смысла-Господа в зодиакальном круге зверо- и ангелоподобных Смыслов.

    Распятие – разъятие на 5 частей, разнесение на 5 уровней мироздания, посему Распятие суть кульминация творчества, которое есть этот переброс на уровни, «игра уровнями». 

    Распятие – катарсис Мастерства…

    По сути в мире было утверждено МНОГОБОЖИЕ, как условие спасения путем выбора и гибели посредством сохранения на пониженном уровне («рецессирования»). Смысл рода (или расы) Сима в том, что он стал «народом Божиим, Яхве-Ишкура» - впервые внеся в мировую богоданность параметр ЛЮБВИ – ЕДИНСТВЕННОСТИ. ИСКЛЮЧИТЕЛЬНОСТИ. Если говорить о РАСЕ в нравственно-волюнтарном смысле, как англ. Race («гонка») или, еще лучше, санскрит. «сок», «вкус» - определенное ВОСПРИЯТИЕ произведения искусства, мы можем получить концепцию гена-смысла и генотипа-архетипа – именно некий вектор рода.

    Мы можем очень приблизительно определить какой расе был предписан какой «бок» Элохима. Очевидно, что в Ханаане, в Вавилоне царил Мардук – Бел. Там же был сильный культ Астарты (Инанны-Иштар). В Африке – Египте – Амон-Ра – Мардук. 

    В Шумер-Аккаде – от юга (Ур) до севера (Харран) и в центре (Ниппур) – был культ лунного бога – Сина. Ему поклонялся вначале и Авраам, т.е. Син – бог-предтеча Яхве. Потом «лунная символика» перешла в ислам.

    Среди индо-европейских племен – хеттов и хурритов – несомненный Господь Тешуб-Адад – т.е. Ишкур. Этот же бог «правил» в Мезоамерике под именем Виракоча-Уицилотпочтли, где, правда, «правление» было «свингующим» - переходило от Ишкура к его синерго-антагонисту Энки-Кецалькоатлю.

    На Индостане – Мохенджо-Даро и Хараппане – доведический бог Айнар с трезубцем-луной на голове, в котором легко угадывается гибрид Ишкур-Сина,  впоследствии, уже в ведическую пору, индуизм становится перелицовкой шумерского пантеона: Индра-Мардук, Брахма-Энлиль, Шива-Ишкур, Вишну-Энки, Сома-Син, Мохини-Инанна…

    Наконец ахейцы-арии в полной мере воссоздали теогонию со свержением Древних Богов Урана и Крона (Ан, Энки) и созданием Олимпа-Элохима во главе с громовержцем Зевсом-Тешубом (Ишкуром).

    Очень грубая схема «расщепления» генов-богов может быть представлена следующим образом:

    Хамитская (африканская) раса – Мардук (клан Энки), семитская (азиатская) раса – Син (потом Аллах), иафетистская (индо-европейская) раса – Ишкур (потом Яхве-Саваоф). Две последние ветви дали мировые религии сегодняшнего дня. Первая ветвь дала поклонение «золотому тельцу»… (образ подземного «солнца»).

    Интересно, что все мировые религии возникли по принципу Небесной Битвы – «ударом» некоего «пришельца-эмигранта» (Мардука-Нибиру) по древней аборигенной религии (Тиамат), из «тела» которой и создается ткань новой веры:

    Авраам, Арии, Будда, Магомет – это «интервенты-мардуки», разрывающие пополам соответственно – «мардукизм-баализм», «дравидский айнаризм-рудраизм», «ведический канон», «библейский канон». Из материи которых мир получил (соответственно): «(эксклюзивный) монотеизм-яхвизм» (иудаизм, а после явления «супер-мардука» Иисуса Христа – христианство), индуизм, буддизм и ислам.

    В отличие от монотеистической допотопной связи Человек-Бог, возник политеистический принцип «избирания» людьми «своего бога», или «избирания богом» «своего народа», т.е. принцип религиозной КОМПЛИМЕНТАРНОСТИ. 

    Наиболее четко этот принцип отражен в следующем стихе Библии:

     

    25 У Евера родились два сына; имя одному: Фалек, потому что во дни его земля

    разделена; имя брату его: Иоктан.

    (Бытие 10)

     

    И едва не слово в слово этот рефрен повторяется в 1 Паралипоменон 1:

     

    19 У Евера родились два сына: имя одному Фалек, потому что во дни его разделилась земля; имя брату его Иоктан.

    (1 Паралипоменон 1)

     

    «Разделилась земля» звучит очень категорично для того, чтобы думать, что территория земли разделилась согласно племенам, народам и т.д. «Земля разделилась» или «Земля была разделена» - говорит о большем: РАЗДЕЛЕНИИ ЕЕ МЕЖДУ БОГАМИ, после Войны Богов – Армагеддона, когда власть над миром от Энки (и его клана) перешла к Энлилю.

    Фалек - Peleg - peh'-leg – в переводе с еврейского означает «разделение». Интересно, что имя отца Фалека – Евер – «пересечение», так что мы имеем синергию с событием Небесной Битвы, где Евер – Мардук, и «разделение Земли» - синергично знаменитому разделению Мардуком тела Тиамат, с образование из него Земли и Неба:

     

    Разрубил пополам ее, словно ракушку.

    Взял половину - покрыл ею небо.

    (Энума Элиш 4, 144)

     

    peh'-leg  может происходить от шумерского pala: «облачения», «ризы», «одеяние» (богов и правителей) (ср., pa-pah, «святая святых”, и lal/lá, “драпировать(ся)», «украшать(ся»)).

    Абсолютно то же слово Peleg - peh'-legв Ветхом Завете встречается еще 10 раз, уже как имя нарицательное и совершенно иного смысла, нежели собственное, а именно как «канал», «поток», «русло»:

     

    1 Вот, Царь будет царствовать по правде, и князья будут править по закону;
    2 и каждый из них будет как защита от ветра и покров от непогоды, как источники вод в степи, как тень от высокой скалы в земле жаждущей.

    (Исайи 32)

     

    Иными словами, «Фалек» если и «разделение», то того же рода, как канал «делит» землю, т.е. это «канализация», «ветвление» земли, некий образ ее ВОЗДЕЛЫВАНИЯ, обожествления.

    Слова «имя одному: Фалек, потому что во дни его земля разделена», я бы перевел «имя Фалек, потому что во дни его земля поделена между богами» - род дифференциации земли, стратификации ее по богам-смыслам – Божий Материал значительно усложняется.

    В подтверждение такому значению слова-имени «фалек» (Peleg - peh'-leg), приведем смежные библейские слова.

    Pelec - peh'-les«весы», «равновесие», «чаша весов»:

     

    11 Верные весы и весовые чаши - от Господа; от Него же все гири в суме.
                                                                                                                                             
    (Притчи 16)

     

    Pele' - peh'-leh – «чудо», «диво».

    Все это подтверждает нашу догадку о том, что «разделение земли» носило характер Божьей Интервенции, Обожествления Земли – федеративного ее «деления» на угодья всех богов Элохима, «канализация» земли «водой-Духом Святым», привнесение качественно нового уровня, баланса и меры в зависимость Человек-Бог-Человек.

    «Дни Фалека» - пятого патриарха от Ноя – это где-то 70-60-е века до н.э. (Потоп был приблизительно в 108 веке до н.э., Авраам родился в 20-21 в до н.э. Очень грубо можно предположить, что время жизни патриархов – приблизительно 10 веков[44]). Дерзну предположить, что «разделение земли» произошло в 72 веке до н.э. – т.е. во Втором саре до н.э. (3600 лет x 3) - Первом После Потопа, когда Нибиру посетила Землю.

     

    Архитектором Вавилонской башни был Мардук, а Нимрод был его прорабом. Тогда не было рас и языков, не было и допотопной сословности (хотя, возможно молва о ней сохранилась от Ноя). Люди делились только по «вертикальному» признаку – кто хотел летать и тем господствовать над землей (пространством-временем), а кто предпочитал «ползать». Разумеется, вершилась синергия «исполинской гордыни и беззакония», однако не факт, что Нимрод понимал это. Был он Королевым своего времени, коллективом НАСА и дерзновенным Икаром – только и всего. Служил богу Мардуку, победившему Хаос и сотворившему Вселенную. Почем ему было знать, что «время Мардука» (его зодия, его карма, его властная эра) ушло или не пришло – этого точно не знал сам Мардук, стремясь все время сверить звездные часы. Мардук в то «время» (в том «месте» Божьего Полотна) стал Амоном – «скрывающимся».

    Предал ли Нимрод Энлиля? Нет, как не предавал я генерального секретаря Леонида Ильича Брежнева и «советскую родину» - просто он чувствовал тягу к Смыслу по имени Мардук – власть, воля, полет. «Зверолов» - это убийца зверей – изжитых богоподобий – приблизительно так советские диссиденты «ловили Свободу» и верили в правоту Запада. А потом умирали в казематах («шахтах»), и поди пойми: правы они были или левы? Угадали направление ветра перемен или стали неудачниками?

    И вот бог Энлиль, как КГБ советских времен, вышел из-за кулис… началась новая пора нимродовой жизни – уже не царствование, а тюрьма. Конечно Мардук не мог ему помочь, не его была зодия-власть, а Энлиля – бога чистого духа, светлых помыслов, смирения и покоя, моления и тех больших глаз удивления, что мы видим у шумеров.

    Элфорд считает, что «народ Нимрода» - т.е. его «группа единомышленников» – «подельников» - «строителей Башни» - была переправлена за океан в Новый Свет – Америку – некий прообраз привоза рабов из Африки. Неподалеку от Наска – чертежной мастерской Элохима-Ишкура – в районе горного озера Титикака рабы работали в шахтах, добывая минералы, в частности «оловянный камень» - касситерит (созвучие с «кассит», «кушит», от Куш-Хуш!). Тут был построен город Тиауанако и храм Каласасайя.
    Здесь стряслось нечто невероятное в результате чего погибли и были покинуты: Тиауанако, Каласасайя, Наска… Как та рыбка, описанная Анатолием Кузнецовым, «выброшенные на берег» безбожия они потеряли вид, поблекли, стерлись, стали сфинксом.

    Потом где-то в районе Теотиуакана[45] появились ОЛЬМЕКИ («каучуковые люди») и каменные лики негроидов, которыми ольмеки буквально огораживали свои стойбища. Мы видим в Мезоамерике сильную расовую дивергенцию – тут «белые боги» и европеоидные истуканы-моаи острова Пасхи, «негроиды-головы» и индейцы-монголоиды. Казалось бы, одна природная среда – откуда расовая дивергенция?

     

    И в Теотиуакане и в Тиауанако рабы – нимродовцы – работали в шахтах, глубоко под землей, добывали руду, плавили металл… Эти «города богов» – Теотиуакан и Тиауанако – тоже построил Нимрод (его род), но уже не как прораб, а как раб. Работа в урановых рудниках привела к бесплодию – поэтому столь распространенный в Мезоамерике образ мужчины, держащего на руках мертвого ребенка. И эта удивительная скорбь на лице. Так Элохим постарался истребить «ген исполинский»…

    Работа под землей – прообраз работы первобогов-змей – привела к фенотипическим изменениям: кожа почернела, язык одеревенел. Немота стала характерной чертой Нимродова племени. Те кто потом возвратился в Старый Свет – замзумимы[46] (замзунимы!), касситы[47], – и хотя немало тут натворили (касситы правили в Междуречье 400 лет, было то настоящим «касситским игом[48]»!) отличались косноязычием и невыразительностью, феноменальной «культурной невидимостью». Они повторяли слово «бар» - «потому что» - и так как у шумер bar означало «белый», «царь», «трон» и прочие позитивы, их дразнили bar-bar – отсюда пошли «варвары» (греч. Barbaros)…

     

    В те времена родов начальных,
    В глубоких шахтах приозерных,
    Работал, жил народ печальный
    С потухшим и поникшим взором.

    Народ – строитель Вавилона,
    Потомок исполинской ветви,
    Что погубил потоп бездонный,
    Когда растлилась суть завета.

    Но род остался в жилах Ноя,
    И выплыл словно ствол древесный
    В речной кручине, зол от зноя
    Господня лета, – жизни вешней.

    В народе том – Мое участье,
    В нем – ген Моей бессильной воли…
    Надежда мира – дети счастья,
    Вдруг обратившиеся болью.

    Сыны Сынов Моих прекрасных
    Гордыней возгорелись дерзко
    Вершить наперекор мне краски
    И формы жизнедарных фресок.

    Отступниками стали веры
    Те исполины… и гордыня
    Неподчиненья Моей мере
    Нашла на них безмерным ливнем.

    Они погибли, Я не сбылся…
    Но нет конца любви у Бога,
    И ген бунтарский отразился
    В спасенном новых бурь прологом…

     

    Поразительное подтверждение версии Элфорда о том, что рассеяние для главного его виновника – прораба бога Мардука – Нимрода – обернулось высылкой из Месопотамии в Месоамерику (Чили, Перу), мы находим у мормонов.

    «Книга Мормона» (в разделе «Книга Эсфера») утверждает, что первыми в Америку задолго до времени Авраама пришёл «народ Иареда», состоявший из нескольких родов, отколовшихся от остальной массы человечества после Вавилонского смешения языков.

     

    «Иаредитяне покинули Месопотамию во времена строительства легендарной Вавилонской башни. С помощью двух загадочных кораблей, на борту которых 16 «сверкающих камней» днем и ночью излучали свет, они переправились в Южную Америку. В этом они следовали наставлениям «Всевышнего Господа, явившегося из облаков», который не только научил их строить корабли, но и указал им путь и даже подарил компас» (Эрих фон Дэникен «Знаки, обращенные в вечность», ЭКСМО 2004, с.104).

    "Сей Иаред со своим братом и их семьями и некоторыми другими с их семьями, отступили от великой башни, в то время, когда Господь смешал язык народа, и поклялся в гневе своем, что он будет рассеян по лику всей земли; и согласно слову Господа, народ был рассеян.

    Брат Иареда был человек большого роста и сильный, и в великой милости у Господа; Иаред, брат его, сказал ему: воззови к Господу, дабы он не смешал нас, чтобы мы могли понимать наши слова… И Господь сжалился над Иаредом, а потому Он не смешал язык иаредийцев; и Иаред и брат его не были спутаны… И Господь сжалился над их друзьями, а также и над их семьями, так что они не были смешаны» (Еф.1:33-37).

    Затем Господь сказал Иареду  и брату Иареду: "Я встречу тебя и пойду пред тобой в землю, наилучшую из всех стран земли… и не будет ни одного более великого народа по всему лицу земли, нежели тот, который я воздвигну для себя из поколения твоего» (Еф.1:42-43).

     

    Yered -- yeh'-red  - - Jered or Jared = "спуск, снижение, понижение» – только 7 раз повторяется в Библии – и только как имя. Зато корневое слово, глагол, от которого данное имя произошло - Yarad - - yaw-rad'  - поминается аж 380 раз и значения его резко усилены: не только «понижать», но и «унижать», «сносить, переносить», «ломать (в т.ч. психологически»), т.е. «опускание» в самом безобразном тюремном понимании этого слова – как гомосексуальное насилие и перевод в другую, низшую, «масть».

    [Поразительный нюанс. Среди глиняных фигурок, найденных в районе плато Наска в Перу, распространены сюжеты на гомосексуальную тему, что ученые не могут объяснить].

    Надо сказать, что это «иарад-опускание» в Библии не всегда имеет негативный характер, а также означает «сошествие», «(пере)ход», «приход» (Бога) с функцией инспекции, своего рода аватару:

     

     

    7 сойдем же и смешаем там язык их, так чтобы один не понимал речи другого.

    (Бт 11)

     

    20 И сказал Господь: вопль Содомский и Гоморрский, велик он, и грех их, тяжел он весьма;

    21 сойду и посмотрю, точно ли они поступают так, каков вопль на них, восходящий ко Мне, или нет; узнаю.

    (Бт 18)

     

    3 Бог сказал: Я Бог, Бог отца твоего; не бойся идти в Египет, ибо там произведу от тебя народ великий;

    (Бт 46)

     

    8 и иду избавить его от руки Египтян и вывести его из земли сей [и ввести его] в землю хорошую и пространную, где течет молоко и мед, в землю Хананеев, Хеттеев, Аморреев, Ферезеев, [Гергесеев,] Евеев и Иевусеев.

    (Исход 3)

     

     

    Вместе с тем, «иарад-иаред» - это несомненно отторжение от Бога, синоним проклятия, наказания:

     

     

    5 Пучины покрыли их: они пошли в глубину, как камень.

    (Исход 15)

     

    5 Ибо Господь сказал Моисею: скажи сынам Израилевым: вы народ жестоковыйный; если Я пойду среди вас, то в одну минуту истреблю вас; итак снимите с себя украшения свои; Я посмотрю, что Мне делать с вами.

    (Исход 33)

     

    16 В преисподнюю сойдет она и будет покоиться со мною в прахе

    (Иов 17)

     

    6 Объяли меня воды до души моей, бездна заключила меня; морскою травою обвита была голова моя

    (Иона 2)

     

    3 На улицах его препоясываются вретищем; на кровлях его и площадях его все рыдает, утопает в слезах

    (Исайя 15)

     

    14 За то преисподняя расширилась и без меры раскрыла пасть свою: и сойдет туда слава их и богатство их, и шум их и все, что веселит их.

    (Исайя 15)

     

    3 Гордость сердца твоего обольстила тебя; ты живешь в расселинах скал, на возвышенном месте, и говоришь в сердце твоем: "кто низринет меня на землю?"
    4 Но хотя бы ты, как орел, поднялся высоко и среди звезд устроил гнездо твое, то и оттуда Я низрину тебя, говорит Господь.

    (Авдий 1)

     

    2 Хотя бы они зарылись в преисподнюю, и оттуда рука Моя возьмет их; хотя бы взошли на небо, и оттуда свергну их.

    (Амос 9)

     

     

    Очевидно, что мормонский Иаред – это не имя, а ставший кличкой статус, увы, безрадостный – «Опущенный». «Иаредов народ» - каста «париев», каста (или по-блатному «масть») народа, «опущенного» Богом, что в Книге Мормона (Книге Эфера) трактуется только как перенос народа из Месопотамии в Месоамерику, из Верхнего Храма – в Нижний, в деловой, «мирской» downtown.

     

    IA-RAD в шумерском прочтении дает букет подтверждающих смыслов, один сильнее другого.

    Учитывая, что IA имеет словарные значения «пять»[49] (пять уровней творения!), «масло-жир»[50] (категории Божьего!) и «префикса, который показывает дистанцию до объекта» (!),

    а RAD – это: «дерево»[51] (предположительно цитрусовое, райское),

    или RAB («раб»!), RAP[52] -  «хомут; оковы, узы, кандалы; позорный столб»!,

    или RA-AD[53] – «калека» («грешник»?), «труп», «отец – крик» («отчий крик!»), «высылка, колючка» (тюремные символы)

    или, наконец RA-AH – «бить», «ударять ритмично», «трясти»,

    мы можем прийти к совокупному прочтению имени Иареда, как –

     

    IA-RAD  =

                            БОЖЬЕ ОТСЫЛАНИЕ (отдаление) ОТ СЕБЯ

                            БОЖЬЯ ВСТРЯСКА

                            «Я-РАБ»

     

    Такое прочтение имени Иареда полностью подтверждает догадку о том, что «род Нимрода» за чрез гордыни, выраженный в строительстве Вавилонской башни, привел (в синергии с проклятием-падением Адама) к ссылке этого рода в Америку, на исправительные («встряска») работы («прагма»)[54].

    На то, что этот народ принадлежит роду Нимрода указывает первый стих второй главы из Книги Ефера:

     

    И минуло много времени, когда Иаред и его брат, и их семьи, и также друзья Иареда и его брата и их семей, спустились в долину, что была на севере, и имя долины было Нимрод, названной так в честь могущественного ловца, со своими стадами, которые они собрали, мужского и женского рода в каждом роде (Еф 2)

     

    «Книга Мормона», закономерно представляющая недоразумение и казус в свете канонов Библии[55], являет собой «зеркально»-искаженную (сквозь мутное стекло) земную перифразу божественного. Это проекция Небесного Храма (Бытия) на землю в виде мирского даунтауна (быта). Тут Истина становится правдой, Смысл – значением, Бог- человеком, а Человек - роботом. Приведенный выше стих (Еф 2,1) есть полная синергия библейского схода первого постпотопного народа с араратского причала в Сеннаар (Вавилон). Синергия Сеннаара-Вавилона с Нимродом о многом говорит: она дополняет библейские сведения об архитектурной принадлежности Вавилона Нимроду и о наказании за эти архитектурные геройства – рассеяние народов «по всей земле». Это «всей» как раз и говорит в пользу Америки (Месоамерики), в библейском контексте вроде бы не существующей (не открытой).

    Как Египет был для Шумера «нижним храмом», так Новый Свет для Старого явился его отражением-искажением в феномене рабства-работы, и земного свершения, результативности. Отсюда собственное прочтение иаредийцами своей доли вовсе не как «опускание», а как обретение земли обетованной с достижением всех мыслимых успехов:

     

    «Они разрабатывали железную руду и изготовляли золото, серебро, железо, медь и разные металлы; и, выкапывая руду... они насыпали огромные валы земли... И у них имелся шелк и домотканное полотно; и они вырабатывали всякого рода сукно... И они делали всякого рода орудия для обработки земли, чтобы пахать, сеять, жать, разрыхлять и тоже молотить. И они делали всякого рода орудия для употребления при работе со своими животными. И производили они военное оружие всякого рода» (Эфер 10: 23-27)

    «[Иаредейцы имели] всякого рода фрукты, зерно, шелк, тонкотканное полотно, золото, серебро и драгоценные вещи; а также разный скот: быков, коров, овец, свиней, коз и много других пород животных, полезных для пропитания человека. И у них имелись также лошади и ослы, и были там также слоны, куреломы и кумомы. И все они были полезны человеку, но в особенности слоны, куреломы и кумомы» (Эфер 9: 17-19).

     

    Рабство Нимрода тут не понимается как бремя, как не понимается нами бременем и проклятием наша земная жизнь. Характерный акцент на добычу руды, говорит о принципиальной «заземленности» американского Нимрода, что, однако, является синергизацией его с перво-богами, его богосыновством.

    Однако, даже согласно «Книге Мормонов» иаредийцы вымерли. Новое «открытие Америки», согласно Книге Мормона, принадлежит иерусалимцу Легию и его окружению[56], прибывшим из Палестины в 6 веке до н.э. Эта ветвь тоже достигла небывалого успеха[57], но вымерла – в 4-5 веке н.э.: в результате междоусобных войн между двумя коленами Легия – ламанийцами и нефийцами, «проклятое племя» (ставших темнокожими и деградировавших) индейцев-ламанийцев уничтожило белых нефийцев. Потом Америку открыл Колумб и она вновь стала даунтауном-шахтой-цехом человечества, не очень похожим на Старый свет, искажающим и извращающим многие категории его, но по-земному успешным. И современные американские прагматизм (от греч. prágma, родительный падеж prágmatos — дело, действие), динамизм, новаторство, есть не что иное как иаредическая, изгойская заземленность и необходимость выкручиваться – четкий парафраз адамовой доли. По странной (для нас, нижних!) Божьей логике жизненный успех и есть квинтэссенция нашей проклятости.

    Иными словами, Нижний мир всегда стремительно добивается успехов, потом вырождается и гибнет, а Верхний вновь совершает аватару и затевает новый День. Солнце отдает Западу весь урожай своего дня, заходит за Запад, вновь восходит с Востока.



    Нимрод – вот имя Моей боли.
    Он славен был, потомок Хама,
    Огромен и искусен в доле
    Выстраивать дворцы и храмы.

    Силен, как слаб Я пред беспутным,
    Он был рабом – прорабом башни,
    Что облакам связала путы,
    И звезд затмила блеск бесстрашно.

    Нимрод – вот имя той гордыни,
    Что жаждет по лицу земному,
    Рассеяться как звездный иней,
    И пасть в растление как в омут.

    Затмить Меня моим макетом!
    Я призывал прораба к праву,
    Ведь имени его ракета
    Ничто без Божьего оправы.

    Шем имени – картуш бесцветный,
    Лишь нимб Мой имена возносит.
    Они ж мечту летать по свету
    Хотели сделать света осью.

    Но нет у Бога дара крыльев:
    Полет, как дух, не сжать в руке.
    Народы Я рассеял пылью.
    И утопил гордыню в языке.

    О сын Мой, раб Мой, нефилим!
    Зачем ты небо сбросить хочешь?
    Нимрода Я спросил о порче,
    Но он был горд, неумолим.

    Он молвил: я строитель Халме,
    Агада, Калаха, Эреха,
    И Вавилона… так не смех ли,
    Что первый мир построен Хамом?

    Кто первым Твой алтарь расчистил?
    Не я ли, Отче? И проклятье?
    Во мне и дух, и кровь зачатий…
    Почто сминаешь род Свой в ил?

    Рассеял нас, лишил сил, связи,
    Народ Нимрода стал скитальцем.
    Черны лицом, грязнее грязи
    Душа и кожа, ум и пальцы.

    Стоит Твой внук скалой немою,
    И нет потомства рефаиму…
    Так, где мой крест, наследник мой?
    Чтоб возложить грехи на сына?

    Как нож разили дерзкие слова…
    Нимрод, – сказал Я, – убоишься ль Бога?
    Я вывел грех на сушу, и дал снова
    Возможность – время жизни для подмоги.

    Да, ты мне ближе Шема и Яфета.
    Да, кровью мы родны… мой грех и стыд…
    Но Сам в Себе неравен Я для света,
    Неужто не поймешь Меня и ты?!

    В Моем творенье ты гигант без спору, -
    Так думал Я, в плену Своих утопий,
    Но не величие, - любовь взрастила споры,
    Что выжили в том хаоса потопе.

    Тебе адамов путь и разделенье,
    Как плевелы от зерен отберутся,
    Мое родное святостью смиренья
    В объятия Творенья возвернется.

    Да, первенец – всегда молений проба,
    И будет: не по плоти, а по духу!
    Нимрод, унять земную злобу,
    В тебе подземности поможет глухость.

    Ты в небо рвался - вройся в недра,
    И соль земли вкуси, и в поте,
    Служи на алтаре планеты,
    Ведь поклонение – работа.

    Нимрод, ты будешь первобогом!
    Мы начинали в шахтах темных,
    Руда нам доставалась стоном,
    Мы в штольнях строили разноги.

    Кристалл земли – уран и радий,
    Касситерит - небесный камень,
    По крохам, в адской мгле, веками,
    Мы добывали в сотни стадий.

    Тот минерал земного вкуса
    Для родов – выхода наружу,
    В космическую злую стужу,
    Для рождества и для искусства.

    Мы, черви, рыли землю ртами…
    Таких рабов не знали боле,
    Таких мучений нет в шеоле,
    Какому поклонялись Мы.

    И нет на свете больше страсти:
    Родить, создать и сотворить,
    Чем рабства Божьего участье,
    Господства Божьего дары.

    Я раб, рабочий всех шедевров,
    Творенье – жертва – сын – любовь!
    По небесам как дикий дервиш,
    Танцует молний явь и новь…

    Нимрод, Нимрод, - в Моем амбаре
    Сочтен последний колосок,
    И нет жадней на свете твари,
    Чем Я, подавший жизни сок!

    Нимрод, ты будешь землероем,
    Касситом, металлургом Божьим.
    И имя, шем твой, шлем из кожи,
    Скафандра вышьется покроем.

    Сквозь землю к звездам вскинешь ты
    Бар Бар – литое имя стали,
    Чтоб во Вселенной его славить
    Фотонным кораблем мечты.

    Бар – сын, Бар – мастер, Бар – металл,
    Бар – барин недр, а значит неба,
    Бар – раб и труженик кандальный,
    И жнец сырья - земного хлеба.

    И стал народ тот окаянный
    Иные строить башни миру,
    В горах, у озера Тианна
    Топор шахтерский был кумиром.

    Они работали как черти,
    И днем и ночью, год за годом,
    Каласасайя храм начертан
    На высях недоступных гордо.

    На храме крест, кварцит как вылит:
    Крест – карста знак, пересеченья:
    Горизонталь – земного назначенье,
    И вертикаль – связь неба и земли.

    Каласасайя – суть прощенья
    Той вавилонской башни адской…
    Колоссом поклоненья Андским
    Стал храм, и образом крещенья.

    Но труд рабам гнетущ и жалок,
    Они полны тоски, и ропот
    Вторгается в барбарский шепот
    Змеиным ядовитым жалом.

    Нимрода вопль Я слышу снова:
    Отец, почто такая кара?
    Народ Твой, славой зверолова,
    Горит в безвестности пожарах.

    Мы летчиками в небе синем
    По праву отчего наследства
    Хотели стать… и стать и силу
    Той сини разнести посредством…

     

    Мы хотели жить, жить!
    Над земным лицом как ликом Божиим,
    Над горами и долами и тропой нехоженой
    Мы мечтали плыть, плыть!

    Наша страсть одна, одна!
    Быть Тобою, Отче, каждый сын ведь хочет
    Дорасти до крови, что нам душу точит,
    И испить ее до дна, до дна!

    Наше небо нам, нам!
    По наследству ангелов-отцов – полет,
    Наша страсть и сердца жар и мыслей лед,
    И осанна Божиим Сынам.

    Господи, перед Тобой стою
    На горе Крестовой, на руках оковы,
    На лице, покрытом потом-кровью,
    Крик: дай чашу мне Свою!

     

    Дай быть тем, кем Ты горд, как горы
    Был, но избранный народ – сынов во славе
    Ты ввергаешь в лаву и позор…
    На край земли их сплавил,
    Словно сор с лица земли их смел в тартар…
    Из поднебесья – в подземелье – Божий дар
    Ты как Уран нам учинил – искать уран
    Твоих чернил,
    Которыми ты пишешь космос,
    И космы образов-чинов Твоих Смоё!

    Чаша соли земли – мне внемли:
    Древний лет на корабле мечты – только Ты!
    Ресурсы суть планет – их нет – горючее
    Для муз Творца. Горю в гари и горе! - лучший
    Тест, Отец: Ты свой инцест
    На нас взвалил, как крест
    Ангелов Божих - в рабов чернокожих изувечил
    И надсмотрщиками над детьми славы поставил
    Статуи Сынов Человеческих!

    Мы есть?
    Наша правда Тебе ест глаза?
    Нам нельзя быть даже генов гениями?
    Немота неба там-там нам, спешка
    И насмешка Хама над Ноя
    Гениталиями –
    Не одно ли:
    Ангельский, как песня,
    Смех?
    Ты - Хама
    Праотец Небесный
    Твоя драма,
    Это, Отче, и Твой грех.

    Так Ты потомство славишь гигантов, гибридов
    Твоей мечты и земли колорита – где взять?
    Не мы ли следствие
    Лова
    Творить и дерзать?
    Звероловы
    По праву наследства –
    Править и славить
    Землю-мать и Отца-небо – Бога – богатств
    Земных охотники ль не мы?
    Немы?
    В уменьи воевать и строить – кто поспорит
    С великаном? Ужели стены выше кровли?
    И в чем вина атланта: в крови?
    В таланте? В силе? Иль в сыновстве?
    Мы возвели Шумер, Египет, Баальбек
    Из человеков
    Подошел всех ближе кто к Творцу, подобьем брызжа?
    Так почему Ты ненавидишь ближнего?


    Почто нам рабство, нам – сынам?
    Пред нами допотопный мир стенал.
    Как стены града Божьего,
    Ограда Вавилона,
    Наш стан был троном
    Ввек живого…
    Не исполины ль исполнителями тех законов
    Были
    Что воплощали Боль, вочеловечивали Бога?
    Слуг было много как богатство –
    Из рога
    Изобилья били
    Прообразы
    Земли Абзу –
    Когда пробив всех зол
    Затор
    В нас на арену вышел Автор!


    Ты личность превратил в личинку
    В червя – чело…
    Сверхчеловеки стали недочеловеками
    И богосын из стали – глиной смытой
    Сомкнуты веки
    И сокрыты лики, мы
    Погребены
    Мы заживо в аду
    Богатство наше – адства
    Прижизненность
    И железной вины
    Колесная ось


    Нам мир не мил, нет дум
    И нет ума в чуме мертветчины,
    во гробе
    дом
    раба, борьба, бар-бар -
    Сына сан и чин
    Горбом
    изломана судьба
    неизлечимо…
    В утробе
    мы земной,
    сторукие уроды,
    Ной
    нас вынес из пучин
    Для муки Геевой - неродов
    И отчаянья
    Нимродова…
    Ужель есть круче страх
    Живя, стать прахом
    Боли - были
    И пылью костной
    Нового Абзу
    А, Б…
    Зэт…
    Зима
    Отчего Отречения
    Нет
    А…
    Б…
    Я …
    Быть
    Косноязычными
    Замзузимами
    Зычными
    Мы
    Как проказой
    Наказаны
    …Ы.


    Чаша соли и земли – мне внемли:
    Древний оплот Плоти – бесплоден!
    Титан, что множился песком,
    Колосс, упавшим колоском – безроден
    В рудниках иссяк всей силы сок, иссох
    Родник целей –
    И поменяло знак начало: день на ночь,
    Елей на горечь
    На злаки адские – златые нивы,
    И выклевали очи андские орлы…
    Сиянье нимба заменив
    свеченьем лучевым мандорлы,
    Нам выпала судьба как мим нема,
    Как маг - жестов мания,
    Жестока словно нижний жернов,
    И неумолима
    Как жрец к жертве…
    Бреду в бреду, и рок
    Питает нефилима
    Манной
    Лучевой.
    Твой лучший
    Тест,
    Творец, Ты свой инцест
    На нас взвалил как крест.

    Что ж беззаконье наше? Что гордыня?
    Отец, титанов мысли отпусти – прости,
    Мы стынем в немощи Судного дня
    Сокрушена душа и кость, и соли горсть
    На рану сыплет шахтный смог…

    Дай чашу силы нам напиться! Чтобы смог
    Твой сын пробиться сквозь металл
    Проклятия… дай Воли твоей пригубить!
    И быть, гореть в неистовстве накала,
    Эти скалы отчуждения отринь, и не любя!
    Не погуби!

     

    И вот на фоне колоссального креста
    Стоял Нимрод грозою черен,
    И Бог над ним как над холстом
    Безумный мастер, что ломает кисти,
    И как над рукописью порванной ученый,
    Раскинулся единой грозной тучей.

    И стала буря и разверзлось кручей
    Небо…, ветер выл и воздух рвал.
    Тешуб, Бог Бурь, держал штурвал
    Стихий природных шхуны, -
    Был небывалый на земле тайфун.

    Как роды мук и схваток круговерть
    Все обуяла, и юлою взмыли смерчи смерти,
    И вдруг открылась бездна зла без дна и тына,
    И заметалось все, ища куда спастись и деться,
    Взревел вдруг мир, словно отец,
    Разведавший о гибели родного сына.

    Но раб смертельной болью ранен
    Не смирен. Он восстает как призрак,
    Он зовет: Господь, ответь! Дай знак!
    Почто караешь, гонишь непрестанно?

    И вновь удар, еще удар хлыста,
    И молнии разрез чернильного холста,
    И гром, что расколол любую дрожь,
    И неба осыпающегося дождь,
    Разящий мир в упор и наповал.

    Смешались верх и низ, взорвался
    Горизонт, и вдруг обрушилось карнизом
    Мироздание… и пали смыслов ризы –
    Вздыбился кормой
    Титаник тонущий, и выкипел до дна
    Тианны кубок – в клубах пара
    Пало навзничь море,
    И разметало горы,
    И все укрыла скорбь одна
    Парчовым саваном из марева, -
    Один как горе пораженья мор.

     

    Но поднял раб лицо: Отец!
    Я не умру, скажи, где смысл?
    Как мне любить Тебя? Душа и мысль
    Не подчиняются призывам сердца…
    Приди, закрой глаза младенцу –
    Пусть не увидит он, пусть не поймет,
    Пусть сохранят сыновства мед
    Сыновние отверстые
    уста…
    Я так устал!
    В Господнем отвержении…
    На баррикадах
    Брани
    адской…
    Бар… Бар…

    И снова гром, и вихрь взметнул раба;
    На миг застыл он в воздухе как птица,
    Раскинув руки словно крылья, и лицо
    Вдруг просветлело, и тот миг как вспышкой
    Озарился… он увидел с Андской крыши
    Крестной – мир, и страны странные, столицы
    Сказочных краев… и золотые купола и кровли,
    И башни, стены крепостные семи мудрецов,
    И кольца городов, и храмы до небес, и лестниц лес,
    И бесконечный ряд святой обыденности дел,
    И тьмы народов, и Земли новорожденной лик…
    Нимрод отверстым взором то увидел,
    И приник
    К нему как к чуду…
    И удивление затмило всех вопросов вал,
    Всех криков крик. Ибо увидел он,
    Что тайфун мал,
    А мир велик
    И причудлив.


    Но миг слетел… и вновь раскаты грома,
    Ревут колокола, землей Содома
    Гибнет мир… крест молнией разломан,
    И крышу сорвало, пылают стены храма.
    Вот видит раб: как падает крест наземь…
    И сам он брошен в ров, что полон грязи,
    И намертво прижат лицом ко дну вихрями…

     

    Но оторвал он ото дна лицо кровавое:
    Нет…Ты скажи, Отец… за что караешь?
    В чем Твоего подобия вина?..
    И свист
    Раздался вдруг, природа силы
    Собрав все, напоследок, застонала, взвыла;
    И услышал пронзительный, как лопнувшая струна
    Он голос ветра:
    Прости
    Меня!

    И вмиг ветер стих, небо ввысь поднялось,
    Земля озарилась свечением малым,
    Страдальца с земли подняла земли ось,
    Он дух перевел. И знал, как дышал,
    Что все сказал.
    И все услышал.

     

     

     

    =Плачущий бог

     

    Плато Наска – стала ареной величайшей драмы бога Ишкура и синергией-постановкой ГРЕХОПАДЕНИЯ человека, привнесения в мироздание ГРЕХА, Проклятия и Отлучения человека от Бога.

    По Элфорду, воспользовавшись отлучкой Ишкура (а Он ведь кроме Анд  контролировал и Тавр), рабы-нимродовцы завладели его шемом (летательным аппаратом, «крыльями», именем-паролью). Они взлетели над Наской и изуродовали ее ЖИВЫЕ КАРТИНЫ глиографом-выжигателем (имеющим вид «трезубца» или «трилистника»): в самом деле, среди «линий Наска» выделяются грубые толстые полосы, уродующие оригинальные изображения, карикатурные грубые попытки изобразить нечто подобное оригиналу, «кляксы» и «порезы»… Иными словами, ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ЦЕННОСТЬ – сиречь СМЫСЛ – рисунков Наска – Божьего Плана Мироздания, СХЕМЫ ЕГО ЗАМЫСЛА – ЕГО СЦЕНАРИЙ МИРОВОЙ ОБРАЗНОСТИ=СМЫСЛОТОНИКИ – были уничтожены.

    Вернувшийся Ишкур взглянул на содеянное и… заплакал[58]. Отсюда – ПЛАЧУЩИЙ БОГ – потрясающая синергия Иисусова сострадания людям, безмерного милосердия Аллаха.

    Потом Ишкур пришел в себя он наказал рабов – ПРОКЛЯЛ-отлучил – сослал на остров Пасхи.

     

    Я Виракоча – бог могучих скал,
    Я пребывал в далеком Старом Мире,
    Ведь решено было закрыть
    Тианны тайны, и иного возгорал накал,
    Кончалась эра Тавра, старого укрытья.

    Кончалась и моя судьба, тяжелой гирей
    Спадала с сердца треба множить суть
    Согласно творчества законам вольным,
    И бог во множестве безмерно сирый,
    Искал единства быль и боль.

    Я призывал его в Харране: в путь!
    Идти, бежать в чужое как в свое,
    Ведь тем спасается любви зерно,
    Что, избежав предписанности пут,
    Падет в сырую землю, а не на гумно.

    Любовь не зрит, не слышит, не ваяет,
    Не внемлет разума советам, суеты,
    Секретам таинств и наветам яви,
    Она как одиночество и доля злая,
    Зовет единственность свою лишь славить.

    И той единственности верные цветы -
    Избрание, как возведение на трон…
    Ты спрашиваешь и пытаешь Мое имя?
    Я отвечаю: «Ты! И только Ты!»,
    И нет другого кода у взаимности…

    И вот Я в мир Единобожия закон
    Как кодекс смысла и любви устав
    Вносил… избранника по прериям,
    Пустыням полным змей как на поклон
    И на сретенье вел с иконой новой веры.

    И в смысловырезке, как каменщик устав,
    Я возвратился на далекий континент,
    Чтоб взять рабов на землю предков,
    Освободив их от работ в земном составе…
    И тут столкнулся Я с кощунством редким…

    = = =


    Увидел Я, что города уж нет:
    Он разорен дотла, сожжен, повален ниц.
    Страшны, чернеют, словно черепа глазницы,
    Ворот провалы… улицы пусты,
    И пахнет тленом дым, как на войне.

    А дым несется облаком густым…
    Тиауанако! Город-остров посреди Тианны!
    Тебя вскормил Я, как небесной манной
    Трудом, что и для бога и для человека – ключ,
    Которым отпираются свершения уста…

    И тут впилась догадка в ум колючкой!
    Я бросился туда, где словно в ларце,
    Хранились детские сокровища у старца…
    Я ринулся к тому мольберту поднебесья,
    Что был мольбой и от сует отключкой.

    Туда, где Моя Муза зазвучала песней,
    Я несся как муссонный дождь на гарь…
    И вот – вдали зарделась склонов киноварь,
    И за хребтами острыми, как бритвой отрезное,
    Раскинулось плато – листом чудесным.

    И я увидел… в то мгновенье злое…
    Я как кондор повис над бездной боли,
    Не в силах ни унять, не внять юдоли,
    Что Бога вашего как жалкого раба
    Кнутом сразила: Наска рас-пя-та…

    Картины Мои, дети тех забав,
    Что в крик, когда планеты спят,
    Что в ярь, когда скала дрожит,
    И жить не хочет никакая сказка:
    Шедевры Моей веры, дервиши
    Моих латунных лунных грез – о, Наска!
    Я с крыши мира пал в твою печаль.

    Глиографом, как бритвой кто изрезал ткань
    Божественных картин природы и начал
    Любого трепета?… какая мания
    Рабу шепнула осквернить икону,
    Что схемою исконной была воли:
    Творенье - Жертва – Сын – любви закон?

    О горы Анда! Как стерпели боль
    Вы, видя грех кощунства: распять искусство
    Начертанием каракулей, что в без-образии
    Как в лаве и растлении не знают глаза,
    Оборотни – в содержании пустом…

    Что натворили вы, безумные барбары!
    Вы шемом Божьим, завладев преступно,
    Убили Наска, изуродовали, обратили в труп
    Забаву Бога вашего, Отца и Господа!
    И молнией святой испепелили жизни Дар?

    И вот увидел Я: словно пожаром
    Покрыто шрамами нежнейшее плато,
    И Мой тукан изрезан, и разметан в атом
    Лик обезьяны… стерт кондора точеный взгляд
    И все погибло, превратившись в хлам и лом

    Погиб Мой храм, Мой дом, Мой град,
    Где легких как душа законов радости
    Я мыслил выси, как природы Моей ось
    Установить – усыновить Моих художеств
    Слойный, стройный, радужный и рьяный ряд.

    О, варвары! Тут стерт и искажен мой жест –
    Тут надругательство над жизнью, - грех!
    Тут замысел Мой погребен, и вехой
    Первородного грехопаденья - глифов мел
    Могилы Наска, Наска, преломленный перст…

    И Я упал, простерся в проскинезе на земле
    Все стонущей от ран и смертной близи,
    И тлена запаха и гноя слизи – опали ризы
    Всяких смыслов… мысли как больные грезы,
    Забились в суете – пал план и стан жизнемоления.

    Размолоты Моих цветений розы
    И не свершилось… перечеркнуты крестом
    Моих забав листы – где Мой покой лесной?
    И весен Моих жизнедарный ток?
    Где Моя цапля, силуэт и контур боли
    Моих рисунков благодать тебе, пичуга рока,
    Я заповедал… цапля, цапля – пораженья доля…

    И небо разразилось тут грозой шальною
    Я заплакал… Бог Ишкур в слезах,
    Как в водах истребленья Ной…

    Я Виракоча, Я Рапача-Рапачан,
    Далеких гор Я божество Кон Тики,
    Моих творений смыслы дики, как Мой лик,
    Природе совершенства внемлющий речам.

    Не видите: дар это Мой, награда,
    И вопреки всей слабости велению,
    Я мир творю отчизной радости!
    В природе все – шедевр и откровение,
    В природе все – святое вдохновение,
    Ибо природа – это Моя жизнь…

    Я буду вечно детскости служить.
    Мой перст – Трезубец Мой – Мой зуд:
    Люблю! – Мой луч энергией томим немой
    Избыться, излучиться молнии удавом,
    Мой гром и зуммер разума и меч прямой,
    На красном и пустом плато, как душу,
    Я жертвенный воздвиг престол…

    Я плакал, и со мною плакали мои зверушки…

    Потом Я оторвался от больного грунта,
    И Мой Трезубец над землей вознес
    Как Крест Распятий, и в подножье слез
    Я высек на горе в заливе Паракас
    Последний глиф – Трезубец бунта!
    То был тройной проклятия наказ:

    Вандалы, варвары, безумные рабы,
    Вы взбунтовались против рая детства,
    Войною ринулись на Творчества наследство…
    Отныне в вас удел гордыни – сбыться Мной!
    В руках у вас смерч ядерный как быль,
    И попечение вершить закон земной.

    Кого люблю – я наказую Пасхой;
    Вы в ссылке средь потопных черных волн,
    Печали одиночества и скорби полные,
    Продлитесь долгие тюремные века,
    Пока не выгорят в душе печати Наска,
    И не прольется сострадания река.

    И вам, несокрушенным, Я призвал
    Испепеляющий Огонь Небесный без конца,
    И милость в мир пройдя Вратами Солнца,
    Есть молнии и грома ипостась – стирать
    Любую слабость, что суть смертности штурвал,
    Сзывающей растленья рать.

    И Я в Каласасайя высек арку Дум:
    Дверь ниоткуда в никуда – то календарь
    Потерь и веры, времени обратный дар.
    На фризе Я - Йлла – бог-царь Зовущий
    Огонь-напалм метеоритного Триумфа.
    Я плакал и со мною плакали Мои зверушки…

    Не видите: забава се Моя, причуда
    И вопреки всей мысли иссыханью
    Я мир творю отчизной чуда…
    В природе все – изыск и любованье,
    В природе все – восторг и ликованье,
    Ибо природа – это Моя ласка…

     

    По синергии Элфорда рабы пробыли на этом вулканическом острове 7 веков и оставили после себя 300 статуй-моаи вдоль всей береговой линии (еще 400 незаконченных статуй были обнаружены в ближайшем карьере Рано Рараку). Статуи, чье происхождение не менее загадочно, нежели назначение[59], стоят на каменных пьедесталах и взгляд их обращен в море. Высота статуй – 15-30 футов, вес – до 89 тонн. На головах статуй – «шапки» в 10 тонн. Лица статуй, как считает Алан Элфорд, индоевропейские – и это лица хурритов-надзирателей за рабами-нимродовцами. Статуи означали: «Мы раскаялись! Наши надзиратели строги – наша кара сурова! Мы еще здесь, спасите нас!»… Такова поэтическая версия английского исследователя.

    Ограждать стойбища «головами» - этот мотив повторяется и в Теотиуакане. Места из которых уходили ольмеки, они помечали таким странным образом: охранялась «душа» этих мест? Или памятником былому очерчивался круг ликов былого? Как кресты на могиле? Что означают эти пронзительные фигуры, эти взоры, эти русские «шапки»?

     

    Статуи-моаи

    =рис.10

    Дон Педро, может быть, ты расскажешь мне, как твои
    предки переправили статуи в разные концы острова?
    -Они сами шли, пешком, – отчеканил он.
    -Ерунда! – воскликнул я разочарованно и не без раздражения...
    Тур Хейердал. Аку-Аку

     

     

    Выстроенные в ряд колоссы мне напоминают утреннюю и вечернюю проверку-линейку в исправительно-трудовом лагере... И лица… «зековские» - впалые щеки, сжатые губы, страдальческие валики под глазами, надбровные, скулы, «инопланетные» лица. Удивительные лица.

     

    Зеки на линейке

    =рис.11

     

    Назначение «шапок» на головах изваяний-моаи навело меня на мысль-разгадку.

    Посмотрите на эти образы, что они напоминают?

                      

    Шапки

     

    =рис.12

    А теперь посмотрите сюда:

     

               

     

    Это шумерская статуэтка Man carrying a box, possibly for offerings, 2700–2600 B.C.; Early Dynastic period II; Sumerian style.

    =рис.13

        

     

    Человек, несущий корзину
    с кирпичом. Деталь рельефа
    из Лагаша. Около 2600 г. до н.э.


    =рис.14
    И обратите внимание на глаза моаи? Не напоминают ли они знаменитые «шумерские глаза» навыкат?

    Статуи-моаи – это протошумеры-зеки, несущие землю на голове. «Шапки» - это такой же определительный элемент раба на о.Пасхи, как крест для христианина или серп и молот для СССР.

    Синергичный и синтетический образ богоподобия (в обрабатывании земли) и наказания работой в земле («первобожие»). Икона контрапункта РАБ-ства. Как поразительно, что название острова – Пасха – напрямую связано с рабством, освобождением избранного народа из египетского рабства!

    Согласно Элфорду, по прошествие срока наказания часть рабов (ольмеки!) была переведена в Теотиуакан – новый Тиауанако. Покидая свои городища в Центральной Америке ольмеки огораживали их гигантскими каменными головами, с предположительно негроидными (точнее – полинезийскими) чертами лица. Если довести эту версию до логического конца, надо предположить, что фенопитические черты негроидов – это крайняя степень «зековского изнурения» рабов-нимродовцев (изначально недиффиренцированных расово, «прото-шумеров»). Я, впрочем, не уверен, что ольмеки были негроидами. Скорее это некий недифференцированный «индейский» («американский») образ, из которого в дальнейшем развилась монголоидная раса. Иными словами, теоретически допустима еще одна пост-нимродовская ветвь, дрейфовавшая дальше на запад и достигшая берегов Азии, где заложила фундамент цивилизации Яншао.

    Хотя нас не интересуют проклятые (в прямом смысле этого слова!) и суетные вопросы: «где» и «когда». Монголоиды от ольмеков или ольмеки от монголоидов – пред вечностью и бесконечностью ничто. А «что» - это «скраблс» смысла.

    …Другая часть рабов острова Пасхи была переведена в Чавин-де-Уантар, для новых земельных работ. Местные индейцы говорят о пришествии людей-гигантов, которые восстали против Бога и были истреблены.

    «Вставшая на путь исправления» часть нимродовцев была возвращена в Старый Свет в виде двух потоков: в Ханаан (рефаимы) и Загрис (касситы). Первые дошли до нас в виде библейских «анакимов», «замзумимов» («зумимов»)[60] и прочих исполинских «последних из могикан-исполинов», среди которых был и Голиаф, которого поразил Давид:

     

    3 И стали Филистимляне на горе с одной стороны, и Израильтяне на горе с другой стороны, а между ними была долина.
    4 И выступил из стана Филистимского единоборец, по имени Голиаф, из Гефа; ростом он - шести локтей и пяди. [свитки: четырех локтей и пяди]
                                                                                                                                               
    (1 Царств)

     

    Рефаимы – были обречены на вымирание и подчинение семени Авраама, о последнем из них читаем:

     

    11 ибо только Ог, царь Васанский, оставался из Рефаимов. Вот, одр его, одр железный, и теперь в Равве, у сынов Аммоновых: длина его девять локтей, а ширина его четыре локтя, локтей мужеских.

    (Втор. 3)

    4 сопредельный ему Ог, царь Васанский, последний из Рефаимов, живший в Астарофе и в Едреи,

    (Иисус Навин 12)

    14 Мертвые не оживут; рефаимы не встанут, потому что Ты посетил и истребил их, и уничтожил всякую память о них.
                                                                                                                                              
    (Исайи 26)

     

     

     

    Второй поток – касситы – оказались намного удачливей собратьев. Они завоевали Вавилон, «отомстив за унижения». Период их владычества характеризуется крайней «культурной немотой».

    А Ишкур-Виракоча сошел с ипостаси доброго Учителя и Художника, обезумев от горя – образ сумасшедшего бога наиболее ярко синергизирован в индуистском Шиве. Ишкур превратился в Ягуара. Это ипостасевый тупик – Анти-Тела – когда исчезает сам материал творчества. Это когда Художник стирает неудачные образы или как Гоголь сжигает рукопись.

    Другая ипостасевая динамика – одержимость признанием: когда Художник ищет «своего» акцептора таланта, когда ревнует публику к другим, когда ищет ПОНИМАНИЕ своей исключительности, - культ ИЗБРАННИЧЕСТВА.

    В «образе» Яхве Ишкур нашел «избранный народ» в противовес «отверженному народу Нимрода» – отныне Божья любовь стала адресной:

     


    12 так Яхве один водил его, и не было с Ним чужого бога.

    (Втор. 32)

    16 И отвергли от себя чужих богов и стали служить [только] Яхве.

    (Судей 10)

     

     

    В соответствии с принципом комплиментарности и доминантности смыслов-богов, но и в отрицание его, Авраам был избран носителем БОЖЕСТВЕННОСТИ – Единобожия, что есть принцип «Ты, только Ты!», знакомым каждому, кто хотя бы раз в жизни любил.

     

     

     

    =Символика Змеи и Крыла

     

    У меня есть две крохотные собачки – чи-хуа-хуа – Рудик и Венька. По паспорту они – Рудольф-Маттес и Вендуросо и родословная их не чета моей… но не в ней суть. Считается, что чи-хуа-хуа – ацтекская собака и так называется район в Мексике. Но я убежден, что родина моих «собакий» - Египет, и произошли они от ушастой лисицы, которая спасла мир (см. «Энки и Нинхурсаг»), но опять же не в этом суть.

    Нетрудно догадаться, какой культ царит в нашей семье. Рудик и Венька неистово машут хвостиками и лижутся, когда я прихожу с работы, а Венька обязательно приносит в зубах игрушку – дарит? Как машут хвостами и несут игрушки хозяева песиков – говорить не надо… Порой я невольно олицетворяю их с моими мальчиками, которые живут вне меня и по которым я сильно скучаю. Порой я вижу в этой паре себя самого с братом… Кто они мне? И кто я им?

    Я им – Бог (или по Библии: «Тот Кто Владычествует»). Свой Бог, «бог Рудика и Веньки». Тот Бог, который вдохнул в них душу. И стали они неотрывной частью моей души. А они мне то же, что люди для Бога – любовь-жалость, их Небо. Так же смотрит Он на нас, когда мы виляем хвостами-молимся и тащим в зубах жертвоприношения, ему не нужные, но приятные как факт. Так же он ласкает нас и наказывает, когда писаем в углу комнаты или грызем тапочки. И так же нам непонятно – за что?

     

    Мы в зверях видим подобие нам, как Бог видит свое подобие в нас. «Звериная образность», «Звериный круг образов» - Зодиак – это такая же единственно доступная нам образность по-подобию, какой человечество является для Элохима.

    Звери – «братья наши меньшие», т.е. подобие наше «малое», образы наши.

     

    Энки известен как Великий Змей – все шумерологи отмечают, что он «взял эмблему своей матери – змею». Эмблема Энлиля и его клана – орел.

     

    Что же символизирует Змея и что символизирует Орел?

     

    Символика Змеи предельно проста, это – ЛИНИЯ.

    Змея символизирует линию, является линией в космической зоо-образности (зодиакальности) – недаром в Бытии сотворение космических тел (Четвертый День) предшествует сотворению  зверей и человека (Пятый и Шестой День).

    Змея – «линия» в Божьей графике, «зоо-линия», «живо-линия» - концептуальное НАЧАЛО творчества, элементарная частица творения, атом и альфа сотворения. И этому пра-символу всего, что творится, синергичны-гомологичны, как крыло гомологично руке, такие природные образы, как: молния, резец (стилет), ствол, ветвь, лоза, меч, стрела, луч, палец, фаллос, хвост, жезл, посох…,    ,aš, iš, diš

    Начало любого творчества – отсюда вся драматика змеиного образа – от Энки до библейского Змея: все начинается змеей, любая образность, любое ОБРАЗО-вание!

    Делительная суть линии аутентична сути Змеи: ОТДЕЛЕНИЕ «Я» от «не-Я», имманентно Божие: «Да будет свет!» - Свет сам по себе ДЕЛИТЕЛЬ на «свое» и «чужое» - породитель и пограничник.

    Линия-Змея сомкнулась, образовав первую клетку. Змея – Граница, Мембрана, порождающая любую самость.

    Закономерно Тиамат изображается в виде Змеи – «Мать Что Все Породила» - Делитель Хаоса - линия породила любую визуальную суть. Змея – неслыханная потенция родов, само ее явление – деление – образ.

    Змея – иконный образ НАЧАЛА БОЖИЯ=КРЕАТИВНОСТИ, она суть ЖЕСТ[61], «зарождающий богов-смыслы»:

     

     


    Отсюда – Змея, Змея – образ ПЕРВОБОЖИЯ («первотворения»), ДРЕВНОСТИ БОЖИЕЙ, вспомним нашу расшифровку Левиафана: Livyathan (liv-yaw-thawn') LIBIR. AD.(h)AN

    Libir – «старый», «древний», «использованный», «изношенный», «ВЕТХИЙ»… AD – «хромой», «калека».

    Встречаемое в Дубмеше словосочетание muc saj-kal – «Первая Змея» или «Лидирующая, главенствующая змея»[62] носит исключительно позитивный и креативный характер:

     

    Мой царь, кому с рождения своего было предопределено главенствовать, правитель Унуга, Первый Змей, живущий в Шумере, кто растер горы в порошок,  высокогорный олень, наделенный царскими рогами, дикая корова, козел, высекающий искру копытами своими, кому хорошая корова дала жизнь в вершинах гор, Энмеркар[63], сын Уту, прислал меня к тебе.

                                                                         («Эмеркар и правитель Аратта», 170-207)

     

    Вспомним также забавную синергию Алана Элфорда: первые боги (аннунаки) прибыли на Землю в виде метеоров. Они сарами работали В ЗЕМЛЕ – и первый мир (и первый человек) были созданы в земле.

    Работа «в земле» - вспомним смысл имени Мардук – «земляной червь»! – по-видимому и была той «работой», которая изнурила аннунаков и привела их к мятежу.

    И первый человек был вначале «в земле», и только в описанном в «Гимне мотыге» эпизоде, Энлиль вывел людей из земли:

     

    Навстречу Энлилю сквозь землю стал пробиваться его kalam.

    Он благосклонно взирал на Черноголовых. (21)

     

    Kalam – имеет широкий спектр синергий[64], среди которых – (твое) ТВОРЕНИЕ, ПРОИЗВЕДЕНИЕ.

     

    Синергия перевода из некоего «западного» эдема в Восточный Эдем. Еще синергия – этот «подземный западный Эдем» - шахты Теотиуакана и Тиауанако.

    Первый мир на Земле – подземный мир, преисподняя, «шеол» – то, что Божьим сбросом - превозможением и сохранением - было переведено на низший, «отрицательный», (или первый!) уровень мироздания. Не надо думать, что этот перво-мир был дан – он сотворен первобогом-червем («мардуком») в земле, из земли и для земли, и вся Земля – от подземных источников и руд до надземного ландшафта – «дело рук» (точнее тел[65]) первобогов. «Обустройство, возделывание Земли» проходило стадию «создания Земли»:

     

    Силуэтом и символом Тильмуна был гора Син, чей конус был виден в любом уголке острова. В той стране вершинных снегов и ледовых колоссов человек не мог устоять, только Дух. И Ниму приснился этот страшный ландшафт: он во сне скопировал его, и устрашился, проснувшись: земля ли это? А горы пели, когда ветер шел сквозь узкие ущелья и сквозные пещеры, урчали, и грохотали, когда нисходила снежная лавина. И несясь с небесной высоты, страшный снежный поток, смешанный с обломами ледяных глыб, врезался в застывшую и густую ледяную воду океана и создавал волну, которая омывала саму вершину Сина, и едва не срывала остров как шлюпку в открытое море. Горы злобно выплевывали морскую жижу, наполовину затвердевшую льдом и кристаллической тряской, и тогда у подножья их творилась неимоверная сеча, великолепию которой не было названия. Тут океан вскипал от бомбовых ударов лавины, и лавина обнажала само дно в воронке ответной ярости океана; он бил скалу и срывал с нее вековой ледовый нарост.

    И верхушкой своей, словно килем остров врезался в стихию безжизния, которая была восхитительнее жизни, ибо не умела делиться.

    Холод останавливает вечную воду и она обретает облик суши. Так лед спасает сушу, и движением своим клеймит ее: ледник – великий зодчий и оформитель ландшафта.

    Он маргинал, что сходит с полюса своей гениальности и ледяного одиночества на континент среды. Верный рабочий почвы и сотрудник Нима, когда они строили остров из четырех стихий и мечты. И Сам был прорабом великой стройки. А его рабочими: ледник, вулкан, ветер и бегущая вода.

    Он пашет землю, засевая ее красотой, и вот: симпатия, которая суть гравитация, когда сползает ледник по склону весною планеты, захватывая скальные глыбы и превращаясь в исполинский рашпиль – им создаются долины и троги, ущелья и каньоны, фьорды и русла рек, озера и исполиновы котлы. А он тает и падает в море, плывет айсбергом одиночества, изъедается волнами, обращаясь в воду, хаос и безличие смерти, оставляя шедевром ландшафт – такова участь художника!

    Он переживал роды ледника, в горней выси снежных напластований, фирна и нутряного подтаивания выползает из снежной своей кожи ослепительно белый монстр, что любим воздухом и солнцем. Он ползет по склону на брюхе своем, как первобог; он всасывает скальную породу, становясь абразивом, обтачивающим мировой ландшафт.

    Тысячи раз проходил Ним родовой путь долин; несся гулким ледопадом на крутых склонах. И как снежный барc прыгал на космическую землю. Горел в нем огонь совершенства в Божьем раздутии, и сжигал согласие.

    Он метался и перечеркивал содеянное крестом; вновь выползал на горный склон, ища пути к себе.

    Разве не его отчаяние в этом кратере, и не его ли это ужас  в грозовом обрыве, где не видно дна и вершина в свирепствовании черных туч?

    Не крик ли это его боли и его слабости в спиральной кручине: так падает воля, снедаемая страстью.

    И не его ли это пытка – зубцы на фоне опалесцирующего неба: так истязается душа в несбытии своем. Эти нахохлившиеся останцы, месы и уэды, эти эоловые грибы и дутые ярданги в рассыпном подножии гордынь – не его ли поражение, и тлен, и непроявь? И черный крик, и стон молчания, и его, человека, изгнанность? Пейзаж страданий и мольбы?

    Ним валился на теплый, покрытый белым ковром пол кабины, а в смотровой иллюминатор ему горели звезды, Божьи глаза.

    Он умирал. Он бредил: нет страха больше гор. Он слышал их трубный зов.

    Гигантский ледниковый язык слизывал почву на склоне, лепя из морены причудливое обрамление бортов и ложа долины. Он вминался каром в склон, и врезался в небесную глыбу, создавая силуэт пиков и арет, а потом ветер тонким надфилем шлифовал очертание грезы. И в симфонии горнего строительства, где басовым тимпаном реликтовых цирков и вздыбленных морен, где лютнями и арфой отрогов и висячих долин, возносился хор гребней и дайковых стен, и пронзительная ария остроконечного пика – находила себя бродяжья его душа, неприкаянная суть – творить небу. Оно горело синью и голубизной, светилось белесо и отражалось в ледниковом озере и утопало в жидком хрустале горных неистовых гельтов и колодцев.

    И не знал он что творит.

     

    Первобоги – это Черви – Змеи. Но не только перво-боги порой изображаются в виде змей. Этот шокирующий момент запечатлен во многих религиях, в первую очередь в шумерской. Вот изображение бога Энки (Эа) в виде змеевидной волны (он поясняет жрецам секреты звезд): 

     

                                    

     

     

    Вот памятник Будды (12 век, Камбоджа):

     

                                                             

     

    А вот Пернатый Змей Кетцаткоатль в религии майя:

     

                                                            

     

    И даже, казалось бы, совсем далекие от земли – наши – боги, порой изображаются в виде змей:

                   

     

    Это изображение Яхве на одной из средневековых миниатюр. Он обвивает образы Апостолов.

    Есть зарисовка с памятника, сделанная участником армии Наполеона в Египте (1798 год), где Христос и Дева Мария представлены в таком виде:

     

                                                      

     

     

    Не только образ змеи-червя, но и прорытый этим червем ход – ЧЕРВОТОЧИНА – имеют символическое значение: именно в этим словом определяют астрофизики пространственно-временные туннели в гипотетической модели Вселенной. Понятно в связи с этим и то обстоятельство, что первые храмы человечества (кроманьонцы – выходцы из Атлантиды) были пещеры, символизирующими такие червоточины.

     

     

    В нашем образном зодиаке, этом круге образов Подобия Нам, Змея занимает точку отчета, нуля, и менее всего похожа на нас – отсюда тот атавистический ужас, который она нам внушает. Подобия нет! Еще нет подобия! И эта «потустороннесть», фактическая трансцендентность – вызывает запредельный страх. Так боятся смерти, хотя от змеиных укусов людей умерло несравненно меньше, чем от какой-нибудь бактерии или вируса, не говоря уже о «смертельных укусах» человека.

    Две характеристики Змеиного Образа:

    1.                 Простейшее, линейное «нулевое» тело, «не обезображенное» никакими конечностями.

    2.                 Ядовитый УКУС – искус-укус-вкус – искусство. Змея – эмблема не только медицины, но и искусства – умение обходить преграду, обвивать, «ползать на брюхе».

    Яд – это закрепитель, фиксаж в мастерской Бога-Художника. Самим ЯВЛЕНИЕМ СВОИМ – как Солнце, Свет – Змея-Бог являет и ПЕРВООБРАЗ – деление, линия, жест. Но уже следующий смысловой миг рождает новый – не удерживая старого – образ, и получается бесчисленность образов, а по сути – ноль. Поэтому ЯДОВИТОСТЬ Змеи – дабы застолбить деление-картину, образ-схваченное, остановить движение по Фаусту: «Остановись движение – ты прекрасно!». И яд – такое же креативное средство, как амаргийный агент, как жертвенный материл, как крылья-полет, когти-интервенция и зрение-видение у орла. Яд парализует мышцы «образа»-жертвы (произведение искусства как жертва!), образ замирает, умирает, застывает в Бытии – то, без чего нет никакого художества: Художник дует на краску – Божье дуновение-смерть - краска на полотне сохнет и холст кладется в рамку-гроб, глина обжигается и вода испаряется, каменная глыба перестает быть глыбой, воплотясь в образ. Смерть – обязательный атрибут творчества, только Бог творит Жизнью как мы материалом, со-творяя с этим живым материалом Бытие - несмолкаемый смысловой бихейвиоризм:

     

    3 (3). Он сотворил небеса и землю истиной, дал вам образ и прекрасно устроил ваши образы. И к Нему возвращение!

    (Коран, сура 64)

     

     

    Итак, Змея – первый Зверь нашей образности, оплодотворенная яйцеклетка образности-творчества. Она же – первое понятие Бога о Себе, т.е. ПЕРВЫЙ ЕГО ОБРАЗ для нас (тварного). В «творческом пути» Бога, его СОТВОРЕНИИ (творении с тварным) – Автор-Бог всегда зеркальное отражение Творения, или Творение – всегда Его ПОДОБИЕ (копия). Посему в терминах человеческой образности (зверином), пусть сотворения – есть ЕГО ОТНОГЕНЕЗ. Т.е. Звери – такое же подобие Элохима, как и человек, подобие творчески «внутриутробное».

    Все Бог создал по СЕБЕПОДОБИЮ – иного творчества нам не мыслимо. И созвездия, и галактики, и мышление, и законы мироздания. Просто в Библии к словам «И создал Бог зверей земных» не приписано «по образу Нашему [и] по подобию Нашему», а сказано «по роду их».

     

    «Род» – Miynmeen ME.EN – «Хозяин или Владелец ME», а ME – это некий феномен Божьего Могущества – чисто Божье качество (Слово), Божий признак, как, скажем, ассоциативное мышление – признак человека. «По роду их» - я перевожу как ПО БОГУ ИХ – «по их Божести» - по родовой (не видовой, как у человека) причастности Божественному, «по хозяйству МЕ», в смысле – «по своему закутку в хозяйстве Божием – в Элохиме».

     

    «Образ» - следующая градация Божественности после ME – евр. Tselem - tseh'-lem  - (TI)-SE-LIM - «Проявление земного избытка»[66]. Латинское caelum – «небо, небеса» (русское «целость, целое!»), «небесный свод» подчеркивает тот факт, что Небо для Земли и наоборот – суть ЗЕРКАЛО. Т.е. Образ – это зеркальное отражение Бога в Земном Материале, и (или) Образ – это отражение Земного Творения Бога в Небе-Боге.

    И, наконец, третье звено креагенеза – онтогенеза креативности, «внутриутробного» или «эволюционного» развития Божьей Творительности – «Подобие» - dem-ooth'  - DE.MU.TE – «формирование имени»[67] - по сути то самое «сделаем себе имя», что руководило строителями Вавилонской башни.

    Слово – Образ – Подобие – триада творческого восхождения, чреватая падением.

     

    Зодиакальная (звериная) образность – это образность Божьего креативного становления – «творческая эволюция». Сила и плодоносность быка, непобедимость льва, ярость ягуара… пластичность змеи, ее способность принимать любую конфигурацию – это нативные качества Бога-Создателя нативности – природы, родов.

     

    Синкретические животные – иконные образы Элохима, как синкретики богов-ипостасей. Грифон, сфинкс – это истинный Божий портрет, хотя и достаточно абстрактный. В синкретике дана суть Много-Божия, т.е. Множества Бога – Он Мног!

     

    Звери – облик (подобие - синергия) Бога в Зодии, образ Господа. Как человек, согласно закону онтогенеза Геккеля-Мюллера, проходит во внутриутробном развитии всю шкалу эволюционного развития животного мира – от одноклеточного, моллюска, рыбы, амфибии, рептилии и т.д., вплоть до обезьяны и, наконец, рождается человеком, так и Элохим в земном-креативном своем преломлении «проходит те же стадии» - в этом полное (внутриутробное) «подобие» Бога и Человека. Эти стадии – Круг Зодиака.

     

    1. "Находясь еще в утробе (матери), я знал
    Все последовательные поколения этих богов.
                                                                                         
    (Ригведа, м 1, IV, 27)

     

    От Бога-Змеи (Энки), через Бога-Быка (Ишкур), Бога-Льва (Син) и т.д. до Бога-Агнца – СЫНА ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО – прошел путь творческого становления Элохима. И в Коране нам дается концептуальный Бог, уже выходящий за категории зодиакальности и образности вообще. Логичен, посему, запрет в исламе на любое изображение Бога – Аллах не имеет образа:

     

    Что это за изображения, которым вы поклоняетесь?

    сура 21, 53 (52).

     

     

    Орел.

     

    Орел – не менее противоречивая фигура, нежели Змея.

    В индуизме орел – «похититель небесной сомы» - герой, своеобразный Прометей, подаривший человечеству «огонь куража, музы». В Ригведе (мандала 1) ему посвящена целая глава «Сома и орел»:

     

    4. (То) прямо летящий орел понес его
    С высокой вершины к сторонникам Индры, как Бхуджью.
    Тут между (небом и землей) отлетело это маховое перо у этой
    Птицы, промчавшейся (своим) путем.

    (Ригведа, м 1, IV, 27)

     

     

    Об Орле в Библии есть откровение (видение в виде сна) в Третьей Книге Ездры (гл. 11):

     

    1 И видел я сон, и вот, поднялся с моря орел, у которого было двенадцать крыльев пернатых и три головы.
    2 И видел я: вот, он распростирал крылья свои над всею землею, и все ветры небесные дули на него и собирались облака.
    3 И видел я, что из перьев его выходили другие малые перья, и из тех выходили еще меньшие и короткие.

     

    В дальнейшем рассказывается о том, что перья стали властвовать и исчезать:  «12 И вот, с правой стороны поднялось одно перо и воцарилось над всею землею.
    13 И когда воцарилось, пришел конец его, и не видно стало места его;»
    - явная синергия с ОЩИПЫВАНИЕМ перьев у этанового орла:

     

    19 Так было и со всеми другими (перьями): они владычествовали и потом исчезали навсегда.

     

    И орел-калека был брошен в овраг, дабы умереть ему от голода и жажды:

     

    23 и не осталось в теле орла ничего, кроме двух голов покоящихся и шести малых перьев.

     

    А далее идет потрясающая синергия ОТДЕЛЕНИЯ ПЕРА ОТ КРЫЛА – синергия сатанизма – восстания части против целого – синергия отрыва «луча» от солнца, «волны» от моря, ангела от Бога:

     

     

    24 Я видел, и вот, из шести малых перьев отделились два и остались под головою, которая была с правой стороны, а четыре оставались на своем месте.
    25 Потом подкрыльные перья покушались подняться и начальствовать;
    26 и вот, одно поднялось, но тотчас исчезло;
    27 а следующие исчезали еще скорее, нежели прежние.
    28 И видел я: вот, два остававшиеся пера покушались также царствовать.

     

    Образ двуглавого, трехглавого орла – весьма распространенная эмблема государственности (имперской). Многоглавность орла, наряду с самостоятельностью перьев – библейский образ внутренней РАСПРИ («языческого многобожия»), дезинтеграции, дисгармонии, которое суть зло. 

     

    29 Когда они покушались, одна из покоящихся голов, которая была средняя, пробудилась, и она была более других двух голов.
    30 И видел я, что две другие головы соединились с нею.
    31 И эта голова, обратившись с теми, которые были соединены с нею, пожрала два подкрыльных пера, которые покушались царствовать.
    32 Эта голова устрашила всю землю и владычествовала над обитателями земли с великим угнетением, и удерживала власть на земном шаре более всех крыльев, которые были.
    33 После того я видел, что и средняя голова внезапно исчезла, как и крылья;
    34 оставались две головы, которые подобным образом царствовали на земле и над ее обитателями.
    35 И вот, голова с правой стороны пожрала ту, которая была с левой.
    36 И слышал я голос, говорящий мне: смотри перед собою, и размышляй о том, что видишь.
    37 И видел я: вот, как бы лев, выбежавший из леса и рыкающий, испустил человеческий голос к орлу и сказал:
    38 слушай, что я буду говорить тебе и что скажет тебе Всевышний:
    39 не ты ли оставшийся из числа четырех животных, которых Я поставил царствовать в веке Моем, чтобы через них пришел конец времен тех?
    40 И четвертое из них пришло, победило всех прежде бывших животных и держало век в большом трепете и всю вселенную в лютом угнетении, и с тягостнейшим утеснением подвластных, и столь долгое время обитало на земле с коварством.
    41 Ты судил землю не по правде;
    42 ты утеснял кротких, обижал миролюбивых, любил лжецов, разорял жилища тех, которые приносили пользу, и разрушал стены тех, которые не делали тебе вреда.
    43 И взошла ко Всевышнему обида твоя, и гордыня твоя - к Крепкому.
    44 И воззрел Всевышний на времена гордыни, и вот, они кончились, и исполнилась мера злодейств ее.
    45 Поэтому исчезни ты, орел, с страшными крыльями твоими, с гнусными перьями твоими, со злыми головами твоими, с жестокими когтями твоими и со всем негодным телом твоим,
    46 чтобы отдохнула вся земля и освободилась от твоего насилия, и надеялась на суд и милосердие своего Создателя.

     

     

     

    =Солнце-Слава. Уту-Шамаш

     

    И змея и орел (крылья) – шумерские символы Солнца. Наряду с ними, солнечными знаками являются: паук и паутина, пчела.

    Змея – ассоциируется с лучом, который «жалит» тьму - пронзает пространство. Крылья символизируют вездесущесть солнечного света. А диск – круг – само светило.

    В гармонии своей, в элохимной сути, великой эмблемой Солнца (и Нибиру!) является знаменитый шумеро-египетский «крылатый диск»:

     

     

     

    =рис.15

     

    Это также истинная – родоначальная – икона «Троицы»-Элохима:

    ДИСК (Бог-Отец, Брахман, Ану) –

    ЗМЕИ (Бог-Сын, лучи, Атман, Энки) –

    КРЫЛЬЯ (Дух Святой, Энлиль).

    В гармоничном составе ТРИЕДИНСТВО СОЛНЦА суть смысл ТВОРЧЕСТВА, ТРЕЗУБЕЦ ТВОРЧЕСТВА:

    Змея-Луч – зов-зуд творчества (искус-укус-вкус!);

    Крылья – гордость-гордыня творчества (вдохновение, муза, полет, свобода, тот «ШЕМ», который и «имя» и «известность»);

    Диск – Слава, свет во тьме – вопреки тьме, СЛАВА БОЖИЯ.

     

    В «гармоничном составе» в Евангелии переводится как провозглашение «Таинства Любви» во время крещения Христова:

     

    22 и Дух Святый нисшел на Него в телесном виде, как голубь, и был глас с небес, глаголющий: Ты Сын Мой Возлюбленный; в Тебе Мое благоволение!

    (Лк 3)

     

    «Голубь» - евангелическая синергия этанова «орла» - встречается в Евангелии, когда говорится о «продаже голубей», вызвавшей гнев Христа, который понятен – ОТЧУЖДЕНИЕ любого элемента Троицы (Элохима) есть дисгармония, грех. Христос говорит о единении Божьих элементов:

     

    16 Вот, Я посылаю вас, как овец посреди волков: итак, будьте разумны как змеи, и бесхитростны как голуби.

    (Мф 10)

     

    ОТЧУЖДЕНИЕ элементов единства Элохима – являет собой феномен греха – сатанизма, противопоставления части целому:

    Луч оторванный от Солнца – Змей, брошенный и прикованный к Земле = ПАДШИЕ АНГЕЛЫ и самый из них – Люцифер-Светоносец – становятся элементами АДА:

     

     

    Как ветви топором обрубленные,
    Змей лежит, прильнув к земле.

    (Ригведа, 1.,32. "К Индре")

     

    Образ Змея как «отрубленной ветви» напоминает о Древе Жизни, а ветви в Ригведе синергичны лучам, огням Божиим:

     

    Ведь ветви твои, о Агни, другие огни.
    В тебе радуются все бессмертные.
                                                             
    (Ригведа, 1.,59. "К Агни-Вайшванаре")

     

    Змей остается «линией», оторванной от Картины, - но без линии нет Картины. Вот «чертова суть» Змея-Творца: он аз творчества, зуд его.

    Крылья, оторванные от Троицы – суть гордыня (не потому ли русское «орел» и «ореол»), неподчинение Божьему Закону Любви – элемент метания, неприкаянности и нимродова богоборчества.

    Диск, лишенный творительных элементов, превращается из звезды-Солнца в «черную дыру» - «мертвого бога», в трансцендентность, в точку и ноль:

     

    И вмиг отсуетилась утварь
    Дня,
    И расчехлилась немота движения,
    И поражение как рыцарь на коне
    Наплыло в зеркале, что стало вне
    Меня, и царь пал ниц, - грядет пора
    Мора, то мерзость запустения,
    И море тлена без границ,
    Смерть божества – потеря отраженья:
    Бог Мертвый – Черная дыра.

     

    Вся трагедийность мироздания исходит из этого РАСПАДА СОЛНЦА на составляющие, распада СВЕТА, распада ТВОРЧЕСТВА-ДЕЯНИЙ – чему яркой аллегорией является вражда Орла и Змеи: Орел вознесся высоко и пожелал уничтожить «потомство змеи» - зудящее НАЧАЛО ТВОРЧЕСТВА, первые его лучики-«детеныши», его кропотливую, «адскую» черновую работу у подножия Древа Жизни, это рытье в земле-материале

     

    Бог утвердителен как свет: «5 И свет во тьме светит, и тьма не объяла его»
    (Ин 1), т.е. Он СВЕТОПОДОБЕН (равно как свет – богоподобен).

     

    UTU (ud, U4)– шумерское имя бога Солнца и Правосудия (египетский бог Тот), означает кроме «солнца» и «света» еще «время», «погоду» и «демона бури», а также союз «когда», «с каких пор». Это указывает, во-первых, на семантическое родство с Богом Бурь Ишкуром, а во-вторых, говорит о ПЕРЕМЕНЧИВОСТИ, непостоянстве понятия, в третьих, говорит о его «проклятости» - о факторах «проклятости»: времени (когда) и сроке (с каких пор). В четвертых: логограмма говорит о Троице.

    Логограмма стоит рядом с liš, что означает «фрагмент», «кусок». Т.е. один штрихотделяет Солнце-Свет от страшного – фрагментации. Этот штрих  не что иное как iš8 – «гора» и «древо» и «инструмент»-«резец»… Я дешифрую это так: недостаток мастерства () приводит к распаду, фрагментации Творчества – его упадку и отрыву от Бога-Солнца – судьба библейского Змея. И наоборот, добавление этого штриха () – «горнего», «древесного, жизненного» iš  соединяет фрагменты в Божественное Целое:

     

                                                                      + 

     

    - формула Элохима, формула Обожествления и Осатанения.

     

    Интересно, что редупликация значка UD - - дает значения: dadag – «чистота», «бриллиант», «священное» и babbar – «белый», «яркий», происходящее от редупликации BAR – «светить»… «творить», имеющего логограмму.

    И вот формула «нибирузации», т.е. сакрализации самого Солнца:

     

                                                     +   ↔ 

     

     

     

    =Эа Соблазнивший – природа Сатаны. Деградация бога – Ягуар. Балам.
    Восхождение Энки на гору – символика печатки


     

    Кецалькоатль напился дурманящего напитка и переспал с сестрой. Энки съел растения-детей. Энки советовал Адапе не есть Небесной Пищи Бессмертия. Энки создал и ввел в мир Умуля – болезни, старость, немощь плоти.

    Мы видим ОШИБКИ-ГРЕХИ этой ипостаси Элохима, мы видим, что эта (творительная) ипостась МОЖЕТ ошибаться, творить ЗЛО, что фронтально противоречит Бытию Элохима. Святость не знает помарок.

    Увы, при всех героических свершениях – а их много: победа над Апсу-Хаосом и освящение Апсу (Солнце), сотворение человека и научение его цивилизации, создание Мотыги, создание Первого Города, спасение человечества в Потопе и т.д. – так вот при всех этих подвигах, Энки СОВЕРШАЕТ ПРЕСТУПЛЕНИЯ против Элохима, Энки ОТПАДАЕТ. Этот луч-змея Солнца-Элохима, этот Ангел Божий ОТПАДАЕТ от Целого, превращаясь в Змея – Сатану-Антибога. Падшие ангелы, соблазнившие «дочерей человеческих», Люцифер – «Светоносный», «Денница» (владелец Апсу-Солнца!), Семъяза – это все синергии Энки, «Князя Земли».

    Самый мудрый из богов Дубмеша, «хитрее всех зверей полевых» в Библии, самый яркий Ангел (т.е. самая яркая ипостась) – ОТПАЛ от целого-Элохима, и пал на землю, прикован к ней брюхом своим… - это суть БОЖЕСТВЕННОЙ ТРАГЕДИИ.

     

    Змей, который соблазнил Еву, в апокрифе синергизирован с одним из Стражей – Падших Ангелов:

     

    41 И имя третьему Гадрел: это тот, который показал сынам человеческим все смертоносные удары, и он соблазнил Еву, и показал сынам человеческим орудия смерти, и панцирь, и щит, и меч для битвы, и показал сынам человеческим все орудия смерти.

    (…)

    47 И имя пятому Касдейя: этот показал людям все злые удары духов и демонов, и удары рождения в утробе матери, дабы устранить его, и удары души, укушения змей, и удары, случающиеся в полдень, - сына (accusat) змеи, именуемого Табает.
                                                                                                                    (Книга Еноха 11)

     

     

     

    Тогда сказал Ним:

    «В чем тут моя доля, если я должен открыть возлюбившим, что увидят они умерщвление любимых? И в чем тут моя участь, если я должен открыть отцам, что увидят они умерщвление сынов?»

    Но сказал Рафуил:

    «Ним, неужели ты не понял, что ты ставишь им зеркало? Грех не отразится, но покаяние. И станет неприкаянность окаянностью – милосердие смысла, справедливость любви».

    Сказал Ним:

    «Теперь вижу как слепа моя вера. Но я буду свидетельствовать злодеяние, как делает чистое зеркало».

    И в этот миг Ним сошел с Седьмого неба, и обрел плоть, корабль и прежний мир, дивясь странностям своим.

    И снова прошел Ним небеса, и засветилась вдали амазонитовым шариком планета, и защемило сердце, когда он увидел колыбель свою.

    Тут он увидел, что спутались времена, и пробыл он (на небе) гораздо более века, потому как космическое время суть гармония, земное же – срок.

    И спустился он на гору Ермон, и пик ее Ардис, призывая стражей, и явились.

    Гордо возвышаясь, шли они на него, и закружили вокруг главы его, когда он старался перекричать бурю:

    «Семьаз! Было мне (сказано) покаяться вам, ибо страшное уготовили вы себе.

    Я написал вашу просьбу, и мне было открыто в видении, что именно ваша просьба не будет для вас исполнена до всей вечности, дабы совершился над вами суд, и ничто не будет для вас исполнено.

    И отныне вы не взойдёте уже на небо до всей вечности и на земле вас должны связать на все дни мира: такой произнесён приговор неба.

    Но прежде этого вы увидите уничтожение ваших возлюбленных сынов и жен, ради которых пали, и вы будете обладать ими, но они падут пред вами от меча».

    И услышал он неистовый рык, и Семьаз спустился рядом, словно темная гора, и глаза его горели истребительным пламенем.

    Он рек, словно смещенная скала:

    «Что сказал тебе Диктатор? Ужели изволил драться?»

    Ужаснулся Ним словам стража, но продолжал:

    «Семьаз! Небо как зеркало, ты не можешь быть белым и черным, там и тут. Покайся, иначе сгорит твоя суть в святости Того Кто Есть Смысл! А мне сказано было:

    И теперь скажи стражам, которые послали тебя, чтобы ты просил за них, и которые жили прежде на небе, теперь скажи им: "Вы были на небе, и хотя сокровенные вещи не были ещё открыты вам, однако вы узнали незначительную тайну и рассказали её в своём жестокосердии жёнам, и чрез эту тайну жёны и мужья причиняют земле много зла".

    Скажи им: "Для вас нет мира"».

    Страшно захохотал Семьаз, а с ним весь легион.

    «Это Он печется о мире, мы же жаждем войны!» - сказал сатана – «Армагеддона[68], когда решится судьба вселенной, ибо в битве мировая гармония».

    И словно содрогание всей земли, вторили диким эхом демоны, трижды и еще трижды:

    «Армагеддон! Армагеддон! Армагеддон!»

    Еще раз возвысил голос Ним, стараясь спасти падших ангелов:

    «Не ты ли говорил мне, Семьаз, что трагична борьба с Творцом миров, бессмысленна и обречена на провал? Теперь ты отрекаешься от спасения своего и отвергаешь мое следствие. И как мне свидетельствовать сие, ибо мне было сказано свидетельствовать пред своим смыслом? Ведь приговор на небесах, а на земле – я. Ведь зеркало правды я принес,  вот оно, раскинулось над вами – подними очи, Семьаз! Грех не отразится, но покаяние. И станет неприкаянность окаянностью – милосердие смысла, справедливость любви!»

    Но дьявольское войско не слушало его и ревело:

    «Армагеддон! Армагеддон! Армагеддон!»

    И выступил князь Уракибарамеел в чудовищных доспехах, весь в латах и объятый гневом, закричал:

    «Смотри, Ним, и свидетельствуй, как гибнут дети Божии! И вы, братия, внемлите: так, идет ангел на смертный бой за любовь, за свободу, за гордость свою, за отчизну! Да защитим крепость свою и суть! И да грядет Армагеддон!»

    И выступил внязь Акибеел на крылатом коне, в бархатных переливах черного, и закричал:

    «Смотри же, Ним, и свидетельствуй, как на горе сей Ермон поклялись ангелы пойти на муки вечные! Э-гей, братья, дадим пример геройства самости нашей! И да грядет Армагеддон!»

    И выступил князь Тамиел, объятый пламенем, с громовой палицею в руках, и закричал:

    «Смотри, Ним, и свидетельствуй, как будут биться ангелы страсти земной с ангелами света снятого, и пусть (достанется) победа сильнейшему. Но мы, братия, не отступим и не сдадимся на милость врагу, да пусть в веках зияет раной пример сей безумной храбрости – идти на битву со Всевышним! Да примем муки вечные, но не уроним идеала свободы и любви! И да грядет Армагеддон!».

    И выступили князья и бароны, сары и фараоны земель, рыцари и воеводы Рамуел, Данел, Езекеел, Саракуйял, Азаел, Батраал, Анани, Цакебе, Самсавеел, Сартаел, Турел, Иомъйяел, Аразъйял и многие другие, а имя им легион,  и наполнился свет их сусветом.

    Сквозь этот рев, последним усилием воли улавливал Ним слова Семьаза:

    «Смысла нет где сила. Любви нет где воля. Выбора нет где святость. Жизни нет где бытие. Рая нет где ад. Бога нет где Я…»

    «Ради любимых своих, отрекитесь от зла!» - закричал Ним – «Ты же говорил, Семьаз, что любит ангел  (дочерей человеческих) более себя!»

    Но рушилось вокруг мироздание, разбился небосвод и осыпался осколками, неслось сметающей волной:

    «Он – белая дыра, Он только отражает, Он только извергает, Он только светит, Он только слепит, Он только судит, Он только Он…»

    И открылась пасть вулкана, и ринулась лава из недр земных, и поднялась до небес, и откинула Нима в околоземное пространство.

     

    Отпадение – одна грань сатанизации ипостаси (фактическая), это явление имеет и волевую специфику ОТТОРЖЕНИЯ, что суть Армагеддон – битва Смыслов. Только эта война определяет ПОБЕДИТЕЛЯ=ГОСПОДА, который устанавливает МИРОПОРЯДОК.

    Отторгнутое тщится вновь слиться с Целым: «сяду на горе в сонме богов»… оставаясь в плену своей гордыни: «взойду на высоты облачные, буду подобен Всевышнему»…

    Именно этот момент, мне кажется, отражен на шедевре шумерской глиптики «Аккадской цилиндрической печати из Адда», который я назвал «Вознесение Энки». Тут все: и свершение мечты «взойти на гору», и Орел Этаны – как символ искупленного греха – связь с ним Змеи-Энки говорит о ВСЕПРИМИРЕНИИ в Конце Времен. Энки отходит и оставляет позади Исимуда – свое ЖЕЛАНИЕ, приводившее его ко греху. Он идет навстречу восходящему солнцу Уту-Шамашу, чтобы вернуться в лоно Элохима. Он в зените славы, окруженный мандорлой струящейся воды, полной рыб. А у ног его – Агнец – его жертва, Его Спасительная Жертва. Тут и другие боги – Инанна с Древом Жизни, и Лев-Ягуар-Ишкур – некогда соперник Энки, Нинурта со своим луком и стрелами – непримиримый враг клана Энки, но на этом изображении – лишь благосклонный свидетель Восхождения Энки. Воскресения Энки. Вознесения Энки. Энки восходит к Распятию.

    Это икона БОЖЕСТВЕННОГО ТВОРЧЕСТВА[69].

     

    В иконе мы видим странное окошко с символами (12):. Странное оно потому, что записаны древними рисованными символами, хотя ко времени печати (2250 г до н.э.) в Шумере была уже достаточно развитая клинопись. То есть это нечто вроде использования нами латыни.

    Мне не удалось идентифицировать три из четырех символов-пиктограмм, только нижнее правое – «нога» - может означать «стоять», «идти»… «восходить»:

      -

     

    Первые три символа, имеющие архаическое строение, нигде в шумерской изобразительности не встречаются, во всяком случае в таком виде.

    По сходству и приближению, можно их определить как:

     - 5 уровней (мироздания), дом, крепость-цитадель    , 5 крат LAGAB – “плуг», «отщипывать глину», «брус», «ствол», «каменная плита», «круг», «целое»…

     

     - зерно-урожай над землей, поток воды над землей, над «телом»- BAD 

     

      - символ некой парности, тиара, «скипетр» - ПЕРЕСЕЧЕНИЕ-символ господства     EN (?)

     

    По мнению [Audrey Fletcher] «окошко» на цилиндрической печати означает «Место Очищения» (Освящения) и восходит к египетскому иероглифическому сюжету "Abt":

     

    abt

     

     

    «Abt" – «Место Очищения» - описано в «Книге Мертвых»:

     

    Я дал ему место в Ладье Миллионов Лет

    (Глава 175)

     

    Мои недостатки удалены, мое зло было устранено. Что это? Это значит, что корабельный канат был обрезан. Зло, пришедшее ко мне, — отброшено. Что это? Это значит, что я очищен в двух больших великих водоемах в Гераклеополе в день, когда рехит1 совершают приношения этому великому Богу, который там. Кто они? Имя одного — Миллион, имя другого — [Море] Уадж-Ур. Они натроновое озеро и озеро Маат [Правды].

    (…)

    Что до «озера пламени», оно находится между Наирутефом и двором. Каждый, кто ступает на него неочищенным, погибнет от ужаса. Вариант: его имя Острый; он — привратник Аменти.

    (17,13)

     

     

     

    «Древне-египетский иероглиф ( ) - похожий на прямоугольное основание пирамиды с подземным входом, является иероглифов для «храма». Над этим основанием – горизонтальные волнистые линии (), символизирующие «воду», что переводится в древнем египетском как Nu, Nun, Mau и Mu. Иероглиф воды представляет Первородный Океан Нун, а также Млечный Путь. Полукруг над символом воды представляет Священную Гору Nu, восходящую над Водами Nu. Стилизованное Древо Жизни, Мировая Ось, в форме мумии Осириса, пьющего Воду Очищения (происхождение «Церемонии Открытия Рта», которое проводилось над мумией покойного фараона)»

    [Audrey Fletcher]

     

    Процедура «Отвержения Уст» - это когда душу умершего проводят между двух гор – с чем синергична фигура выходящего из горной расщелины («рта») Солнца-Шамаша. 

    Общая схема пути души (KA) умершего согласно египетскому ритуалу соответствует пути Осириса и может быть представлена так:

     

                                                       

    =рис.16

     

    Согласно [Audrey Fletcher] две «створки диптиха» с иероглифами на цилиндрической печати «Восхождения» - это два способа прочтения египетского оригинала «Место очищения» - «Abt»:

     

    Правая «створка» - - сообщает о человеческом ритуале «Отвержения уст», причем нижняя часть - - («нога Осириса-Ориона», ступающая «между гор») – архаичная, а верхний глиф - - «развитая» пиктографическая форма (две ноги, две руки Осириса-Ориона). 

     

    Левая «створка» - -  говорит о небесном ритуале «Открывания уст»: проход Солнца через горный портал в Новую прецессионную Эру. Опять же, снизу вверх идет «совершенствование» стилистики глифа.

     

    Это астрономическая версия трактовки «Вознесения» еще раз подчеркивает глубину содержания шумерской печати.

    Но я бы иероглифическую икону внутри картины-иконы объяснил несколько иначе:

     

     - Тот, чей Дом на Воде, а Тело под Водой (Земля, прах),

     

     - Бог Творения («двоения»), - ВОСХОДИТ.

     

    В какой-то мере четверной символ перекликается с «Иисус[70] () Назарянин[71] () Царь () Иудейский[72] ()», табличкой, которую прибили римляне к изголовью Распятого Христа. 

     

    *  *  *

     

    В северном Перу, в высоких Андах, расположилась местность Чавин-де-Уантар, положившая начало удивительной культуре «Чавин». Высокая степень металлообработки. Подковообразный Храм, обращенный строго на восток, который ряд исследователей считает эсхатологическим «храмом Иезекииля». Появление этой культуры в готовом виде, внезапно как снег на голову[73], «наводящее ученых на мысль искать их прародину не только вне Перу, но и вне Америки». И, наконец, фантастический культ Ягуара[74].

    Вот черты культуры Чавин, которая оплодотворила все последующие великие индейские цивилизации обеих Америк.

    Самое поразительное, что ягуар не обитает на высоте почти 5 тыс. метров, где расположен Чавин-де-Уантар! Это явно бог-«варяг», как, отметим, ВСЕ БОГИ – как Мардук-Нибиру – БОГ-ПРИШЕЛЕЦ.

    Ягур и человеко-ягуар, ягуаро-подобное существо – громкий мотив иконографии всей ольмекской культуры, очаги которой находятся по ту сторону Панамского перешейка, на территории современной Мексики. Таким образом, нетрудно предположить, что Бог-ЯГУАР был Господом всей Месоамериканской эйкумены, или СТАЛ таковым после того как покинули эту землю Кецалькоатль-Энки и Виракоча-Ишкур.

    Ольмеки не только поклонялись ягуару, они считали его прародителем, т.е. читали себя образом и подобием зверя. В раскопках ольмекского местечка на территории нынешнего Портеро-Нуэво обнаружена каменная скульптура, изображающая соитие женщины с ягуаром. Именно от подобного зачатия, согласно религии ольмеков, родились полулюди-полубоги – первые ольмеки. Мы видим полную синергию с соитием Сынов Божиих (падших ангелов) с «дочерьми человеческими» и рождением от него исполинов – синергию, связывающую нас с «драмой Нимрода».

    Культ Ягуара – повсеместный не только в Мезоамерике, но и в Африке (культ леопарда)! – не вызвал бы такого завораживающего интереса, если не одно обстоятельство: непостижимое родство (мы бы сказали синергия) хищного и беспощадного зверя с… мудрым и добрым богом Кон Тики Виракоча! Родство того качества, каким дневная улыбка оборотня связана с его ночным оскалом. Родством – оборотничеством!

    О том, что «культ Ягуара» связан с неким ИЗМЕНЕНИЕМ бога Виракочи говорят все исследователи, вот пример:

     

    «искать объяснения столь внезапно появившейся культуры нужно как раз с точки зрения обновления религиозного культа. Не зря было сделано ударение на попытку воплощения двойственности реальности и в строительстве главных храмов, и в изображении богов. Поскольку это было именно изображение измененного бога. По аналогии с «Пополь-Вухом» майя, мы можем отметить, что изображение кошачьих было присуще лишь главнейшему богу. Этим богом в древнем Перу был Виракоче покровитель всего сущего, и прежде всего бог солнца» [www.peru.ru]

     

    Изменение (или обращение) бога Виракоча (в Центральной Америке Тескатлипока, который в свою очередь является агрессивной ипостасью Уицилотпочтли), т.е. бога Ишкура в его Андском вояже – и появление НОВОЙ РЕЛИГИИ – поразительнейшее со-бытие в бытии Элохима: впервые столь нагляден нам перекат волны из одной в другую форму – впервые столь нагляден сам феномен ИПОСТАСЕВОСТИ и ипостасевой флуктуации.

    Причем, что удивительней всего, ученые-этнографы, далекие от религиозных синергий холодно констатируют, не объясняя, казалось бы невероятный факт: культ Ягуара – это новая или иная «форма» культа Кон-Тики Виракоча.

    Высокий белобородый в патриархальном хитоне и книгой в руке, христоподобный Виракоча почему-то предстает в облике оскаленного хищника с торчащими изо рта клыками – и никто не видит в этом ничего особенного?

    Ученые-этнографы придумывают объяснения, что

     

    «духа-союзника чаще всего представляли в виде животного, однако не потому, что он действительно принадлежал к царству фауны или флоры, а потому, что обладал их качествами. Так, медведь олицетворял «силу», лисица – «хитрость», змея – «мудрость», обезьяна – «ловкость» и т.д. (…) Дух-союзник как бы надевал маски зверей, выступая в их облике, и поэтому первобытный человек обращался к ним, ища поддержки в достижении задуманного». [ Из книги Николая Непомнящего "ХХ век: Открытие за открытием"]

     

     

    На самом деле ягуаризация Виракочи, т.е. регрессивное отслоение от его антропоморфного образа звериной ипостаси, есть элохимная амаргия – возвращение к «утробной» бого-образности. В какой мере рыкающий хищный зверь представим в роли «заступника» и «союзника» - вопрос деликатный, но смысл ягуара – убивать. Уничтожать. Стирать. А посему, он «санитар леса» Божьего, Духовного, но не человеческого и плотского. Ягуар – истребитель плоти и в этом его Божественность. Вспомним, что по ацтекской космогонии, Первый Мир, населенный Исполинами, был уничтожен Тескатлипокой, превратившимся в Ягуара. Он пожрал исполинов – уничтожил грех Божий, ошибку Его, стер с полотна Его аляповатость и диссонанс.

     

    Я Ягуар, Я Зверь безумных вер,

    Я дверь в безмерный страх,

    И в эру воли – мой прыжок

    И прахом покатился рок по полю

    Жесткому,

    Ломая смысла трость…

     

    Я Ягуар – Я яр всеядности, я гвоздь

    Как твердь, как лом, ломая кость,

    Вторгаюсь в дом, и рву вязанья,

    Я – не гость, Хозяин сей окрестности

    Я – Каин всех крестов взаверт,

    Всех язв и смерти -

    Шерсть, Я шестью шесть –

    сочти и позови:

    Я Вий, великий вихрь любви -

    Как  смертный шелест:

    Мое нашествие –

    Крадусь сквозь вереск

    Вер и вен сплетенья –

    Тенью в бреду ветров бреду,

    Я шест в броду

    Неведом дум мне бум-м и благовест:

    Я перст!

    Я есть! Я ось! Я ость

    И острием сей мести

    Весть  -

    Я ярость, ярость!

    Дикость, дикость!

     

    Ябог невидим, невидимка,

    Но Глас Мой громогласен, пикой

    Он пронзает немоту…

    Мой рык как крик скалы смещенной

    Урчание как водопад из туч

    И кашель Мой могуч, как возмущенный

    Стук и треск ствола

    При молнии ударе…

    Я слеп в пожаре чувств, и суть гола

    Как явь: Я яд,

    Я крови зов и мания –

    Что отрицает со-страдание низов, и магию

    Со-мнений, со-участья ряд,

    и со-причастия наряд,

    и счастья со-творения

    тленную мантию

    срывая

    в утвержденье-ярость –Я -

    Единственность святого бытия – Я-

    Ягуар – сар, света вес-противовес,

    Я – изверженье пламенеющих небес!

     

    Мяуканье – любовная игра;

    Он видит нерв, он слышит крови течь.

    Наука выследить и взять плоть-плод в награду,

    Что Бог задумал, и засеял, и пожал,

    В жерству резцов вонзив кинжал

    скальпелем вечности…

    И скальпом обрезанья – пытки жало –

    распутать узел Божьего вязания… -

    Жалость!

     

    О, жертва – жатва интереса Моего: что там?

    В спиралях синтетического хлама?

    И программ громадах?

    Какой ах?

    Твой вкус –

    Благоутробен мне, люблю Я солод

    крови – мускул мускус:

    Я толщей бренной, избранной к искусству

    Причащен, как к голоду, -

    Одну, одну

    в чащобе чуждого чувством тугим,

    ранив родную

    жилу -

    избранность,

    выть воплощенья гамму-гимн,

    кору и пряность

    жизни

    Протаранив чрез укус

    Словно врата:

    Мед, камфора и кислота,

    Вода, вино и уксус.

     

    В Шумере не было ягуаров, но родственные ему леопард и гепард обозначались словом NIB.  Мы помним, что этот корень входит в состав слова NIBIRU (Nibru, Nibir) – «планеты богов», т.е. локативной синергии Элохима.

    Ягуар, как и Лев – лунный знак, ночной, знак времени и перемен. И оборотничества, которое есть наглядность ипостасевой флуктуации: одна и та же суть имеет форму человека и ягуара, человека-волка, живого-мертвого, доброго-злого. Этот свинг образности – танец образности! – и есть суть оборотничества в божественном его преломлении – это и синергия ПЕРЕВОПЛОЩЕНИЯ вообще, МЕТАМОРФОЗЫ Живого в Боге, в том числе ПРЕОБРАЖЕНИЯ, как синергии Жизни После Смерти:

     

    2 И, по прошествии дней шести, взял Иисус Петра, Иакова и Иоанна, и возвел на гору высокую особо их одних, и преобразился перед ними.
    3 Одежды Его сделались блистающими, весьма белыми, как снег, как на земле белильщик не может выбелить.

    (Марк 9)

     

    На языке майя «ягуар», «оборотень» и «маг, колдун» выражались одним словом – «балам», что говорит еще об одной грани этого богатого красками культа: религиозность этого рода подразумевает владение МАГИЕЙ. Впервые четко и однозначно декларируется генеральная цель всех религий: быть богом.

     

    Сказал глупец: зачем живу?

    Сказал, во тьме зажегши черный свет.

    Меня тут нет! – Я выстою в бою,

    Всех буреломов выстрою в строю ву -

    -ду, бу - ду[75], сгорю, перечеркнувши смерть,

    И выжгу на небе звезду свою.

     

    Кричит рассветный зверь: я раса раненых

    Зарей, во мне разрывами краса –

    И всполохами – рас-творимость раннего,

    Росой вплетенной в косу трав слеза…

    Себя Я ведал хитростью лисы,

    Медведя силой, мудростью змеи;

    Я - естества на весь удел бальзам:

     

    Балам – души и тела пополам

    Балам – родильных замыслов камея…

     

    Сказал глупец: зачем живу?

    И слово, каменея,

    Легло на илистое дно…

    И вмиг отсуетилась утварь

    Дня,

    И расчехлилась немота движения,

    И поражение как рыцарь на коне

    Наплыло в зеркале, что стало вне

    Меня, и царь пал ниц, - грядет пора

    Мора, то мерзость запустения,

    И море тлена без границ,

    Смерть божества – потеря отраженья:

    Бог Мертвый – Черная дыра.

     

    Бог Мертвый – Бар, чужак средь цеха,

    Аху[76], ау! без эха глас, без цвета глаз, греха саван…

    Ату Его зовут… В Дом Отчего расплава Црван

    Я возвращусь, как Блудный Сын,

    Что потерял икону Лика, и картин

    Талант творить, не бог – богемности поэт,

    Никчемный, тусклый, как чердачный свет,

    Средь невостребованности, неверья нищеты,

    Гонимый голодом и жаждой – это Ты?

    Убожества бессилие и срам?

     

    Балам – души и тела пополам!

    Балам – больница-храм и ладан-опий!

     

    Бар – Бог, вдруг бесподобия лишенный тем,

    Что в немощи копить подобие иконных тем,

    И отразить свой дух не в силах в плоти копий,

    Как естество Свое в искусство заземленья Дишь, -

    Необоротен в теле праха: Змей и Скорпий,

    Врастает немотою в неба тишь.

     

     

    Где отраженье Духа во плоти?

    Где Мой резец – венец безумной прыти –

    Рыскать в трясине, полной газов гнили,

    Где схоронили боги хаоса неверья ген;

    В засасывающем как слабость плотном иле,

    И вырождения в могильный протоген.

     

    Он Оборотень – тень своей мечты,

    Он – Ан наоборот – и ад насквозь, и тыл

    Любого зла казнить телесного закон,

    И знаком «маш» наотмашь Он клеймит,

    Сбивая в маслобойне плоти тела ком,

    И в скотобойне крови яви динамит.

     

    На поприще мирском нет выше естества:

    Что человеку век без силы волшебства?

    Что мертвому сей гимн, коль не звучит хе-ам!?

    И для чего сей храм, где хлам словес пустых?

    Бог мертвый – Маг живой, и магмы вечной кам,

    И рама тех картин, где чар подбой густой.

     

    Балам – души и тела пополам!

    Балам – растопка, перепайка плоти лома!

     

    Я – Маг, Маш-Маш – Я ваш кумир,

    И мира миф – Я гриф телесного, и дом

    Молитвы  заклинаний, и закланий ном;

    Двумя распятьями рожденный волхв,

    Горящий куст неопалимой смирны,

    И тарантаса-тела подъяремный вол.

     

    Колдун, скажи, в каких пространствах

    Бушует ветер новизны, и рвет сей тризны

    Облака? Где сквозь магическую призму

    В ночную мглу, как буйный зверь,

    Вторгается всесилья странность,

    И воскрешаемость потерь?

     

    Дай мне тут все преобразить!

    Кричит Шаман[77] небесных торжищ.

    В тиши ночной его саднящий плищ

    Веленьем вдоха: жажда чуда – мочь,

    Когда болей-смертей перестает грозить

    Безумие, и волшебство спешит помочь.

     

    Кто сыну вместо хлеба камень дал?

    И вместо рыбы положил змею?

    Какой мне прок от истин, что гниют?

    От слов, что не в начале, а в конце?

    От дел, резон которых слишком мал,

    Чтоб изменить уродство в сем лице?

     

    Без колдовства нет смысла во плоти,

    Как без дыхания нет телу череды.

    Кричи, душа! Зови чудес гряду!

    Я выкраду с небес траву-развой,

    Что миной разорвет гранит плотин,

    Сковавших океан воды живой.

     

    И буду как пожар ковать кресты

    Пересечений – жизнедарности палаш,

    Из плоти в плоть - помазанник Маш-Маш

    Свой пыл перенесет как огнь летучий

    В искусстве и религии, где суть проста –

    Бери! Лепи из глины лучше! лучше!

     

    Балам, Балам – баланс над бездной;

    Балам – игра во имя страсти;

    Мне возвышаться, тебе – пасть;

    Мне обращаться прителесно…

     

    Бал – плоть твоя – моя, моя!

    Баал – земное имя торжества творения.

    Всему воздастся даром оплодотворения,

    Что жертвует мне Килпу[78] – крест-насест,

    Килпу души, что шерсть, кора, плоть крайняя,

    И плот речной Моих пришествий.

     

    Жертва килпу - есть мясо вдохновения,

    Мой хлеб, Мое вино, Моя вина – творить…

    Не может Бог не боготворить!

    Из жертвенного массы – маски красоты

    Леплю: янь-инь, Отец-Сын, ветр в венах,

    Змей-Зверь, космос-хаос и восковые соты.

     

    Вы сорвали этот плод, этот плод?

    Он на Древе Жизни рос или растет?

    Его мякоть – Наша Суть, Разум Наш,

    Его шкура – килпу для игры маш-маш;

     

    Килпу – как колки на скрипке – струны,

    Что лучатся светом солнечным и лунным,

    Ритма аба-ба[79] Наш пульс и свинг, -

    Воплощений чар овчарня и овин.

     

     

    Ягуар – искусство убивать!

    Я лечу в ночи чрез ров как вихорь вольный,

    Шорохов взметнувшиеся горны – улюлюканье,

    Запахов медовых трав дурман – мельканье звезд в лицо,

    Бархатный ковер лесного дна – подо мной алмазный небосвод

    Надо мной – простор вселенной – он дышит! Он слышит!

    Мои клыки как меч не знающий промашки,

    Мои ноздри раздуты от густого, как смола, воздуха зачатий и тления,

    Мои резцы как скальпель в руках хирурга,

    Мои глаза видят невидимое и мой язык определил всему вкус и аромат.

    Я вижу даже перебежку мыши из норы в нору,

    Даже полет светляка, что на том берегу; даже рыбу, что легла на хладное дно,

    Никакая малость не ускользает от взора Создателя, никакой волосок, никакое шевеление, ни жест, ни трепет – магия смысла – закон сохранения бытия.

    Я лечу!

    Я слышу даже щебет, который издала сойка во сне,

    Даже скольжение змеи между камнями на берегу, и юрканье ящерицы на отрогах Анд, так она сбежала по мшистому развалу в узкую ложбинку, - слышу как бежит молодая кровь в артериях у совы, что сидит на ветви, как шелестит усталая кровь в ее венах,

    Я чую сладость-cоль любой плоти, любой жизни, любого дыхания – ибо Я – Ягуар!

     

    Прыжок – Я вознесся выше любой земли.

    Я несусь меж галактик и туманностей, и скатываюсь по спирали Млечного Пути.

    Кружат и исчезают за мной метеоритные потоки, летят навстречу одинокие бродяги кометы. Они распушили хвосты, змеи одиночества, иные ко всему.

    Я перелетаю через Звезды, светлячки вселенной, гиганты цефеиды: Голубые и Красные.

    Обхожу важные звездные пары, напыженные Белые Карлики.

    Я стрелой пронзаю пульсары – йох, йох, звездный ветер, испускающий длинные как спицы, лучи, вкалывая их в газовые облака новых галактик, не запутаться в их веретене! И слепит глаза звездная пыль, я лечу!

    Иду на пересечение - зодиакальные созвездия – Мои братья. Малые звери вселенной, дети, ребенок не рождается рабом. Я Звездный Зверь, Мои глаза – несущий свет, корабль мечты. Они горят во тьме.

    Я перепрыгиваю через Черные дыры и пролетаю сквозь гравитационные воронки. Весь мир – Мои Джунгли, Моя окрестность, и на всем – Мой крест.

    Я лечу!

    Я всегда лечу!

    И там, на краю, где вспаханное Поле, отделяющее Смысл от Вашей Вселенной, там зарождается вещество и энергия, просыпается пра-движение, жест.

    На нем лежит кольцом Алмазный Змей Космоса Ур-Боро, заглатывающий собственный хвост. И все что в его кольце – материя, что вне - Океан Вечности, со всех сторон омывающий тварный мир, Безбрежность Наша – Мы Сами.

    Этот Змей, древний Кадм, он убил Его в роще, …образ скорби, верности и гармонии.

    Он Ур-Намнар[80] Вселенной, и все овито им, что в бренном творения.

    Он лежит на Поле, пограничном с Нами, там нет никакой метки.

    …Энергия Солнца управляет всеми основными передвижениями воды и воздуха на Земле. Все топливо, которое сжигается - остатки растений, когда-то поглощавших излучение Солнца…

    Мы все побираемся у Тебя, Господи, клянчим крошки Твоей Трапезы,

    ведь все мы Божьи побирушки…

     

     

    Стань зверем, сын, стань магом, сын!

    Перенеси себя в ту дикость,

    И в дар Подобью принеси

    Свою безликость, свой баласт;

    Стань чуткостью собаки динго,

    И дивностью тюленьих ласт.

     

    Разбей сосуд чугунный тела,

    Разбей – убей – роди – кричи!

    Пусть свет ночи взорвется белым;

    Стань взором той совы сквозным,

    Что пульс как пульт радарных числ

    Включит в раж солнцедарной зги.

     

    Горение – живого вдох, горение -

    Живого выдох, воль экстаз.

    Стань волком, сын, его борение -

    Мое благословенье и наказ – живи!

    Рычи, и мчи навстречу дню фантазий,

    Что растворен в твоей крови.

     

    То школа боевых искусств, и ритуал -

    Быть унганом Моих просторов,

    И быть вором Моих яств, Баалом

    Незасеянных полей – дерзай, и вера

    Да летит свободы спорой,

    И прорастет дубравой матери Ашеры.

     

    И скажет палец Ашират – Он там!

    Он там! Сквозь ничего свое

    Узнай Мой глас, далекий Хам,

    Узри сиянье кедешот и кедешим,

    Верша слияньем тел, Бела внаем

    Беря закланьем жертвы у Бамот-вершин.

     

    Я не желаю плоти – только вкус!

    Искусству нет ни толщи, ни весов;

    Лишь вдох – и выдох – и восторга груз,

    Молитва вожделения Коат-Ликуэ, -

    Богини с косами и телесами, что босая

    Бежит росой времен, страдая и ликуя.

     

    В культе ягуара есть несколько инициаций, от «подражания животным» - психотренинга, по сути являющегося первой ступенью ВОЗНЕСЕНИЯ-ОБОЖЕСТВЛЕНИЯ, до полного подчинения себе материи – предела мастерства, гениальности Художника!

    В Ягуаре заостряются все черты Ишкура-Творца – чутье, интервенциализм (владение материалом), видение, вкус… - вот гимн Ягуару:

     

    "Он обитает в лесах, скалах, водах; благородный, знатный. Он - царь, правитель животных. Он осторожен, мудр, горд. Он не питается падалью. Он - тот, кто ненавидит и презирает, которого тошнит от всего грязного... И ночью он не дремлет; он высматривает то, за чем охотится, что ест. Его зрение ясно. Он видит хорошо, очень хорошо видит; он видит далеко. Даже если очень темно, очень туманно, он видит".

     

    Культ, однако, не подразумевает любование неким «лунным котом» - это культ ЯГУАРА С ОСКАЛЕННЫМИ КЛЫКАМИ – культ убийства, крови, поядания плоти – то что терминолоически неточно, но образно можно назвать «сатанизмом». Рыскающий и нападающий зверь-хищник – вот стержень религии ягуара, как бы перечеркивающей страх и саму силу смерти. Христиане не распинать и умерщвлять людей на кресте любят, нося и превознося крест. Так и культ Ягуара подразумевает ВЛАДЕНИЕ ЖИЗНЬЮ, умение ГОСПОДСТВОВАТЬ над жизнью-плотью-материалом, т.е. ТВОРЧЕСКОЕ МАСТЕРСТВО. От сего идет практика жутких человеческих жертв в индейских религиях – Бог-Магии требует Материи-Крови. И на кинжале, которым вырезалось сердце жертвы, был изображен Бог Бурь – Ишкур!

     

     

    Мой дом, где суша не отпала

    от воды

    Душа у хищника судьбы –

    ушко игольное – ей мало

    забав-игрушек и забот –

    Охота мне охота! Хаос вод мил

    В сырых лесах, сквозь вязкий ил

    И сумерки чересполосиц и болот

    Он пробирается навстречу Схеме…

    Неся в шеме шальное бремя – Мэ

    творчества… – моя ловушка

    Скользить во тьме

    Сквозь душ игольное ушко

     

    Я был зверушкой на плато

    Я знал восторг иной –

    Был лаской иконной…

    И была Наска исконным

    Ликом доброты и инеем

    Нежности – и снегом всепрощения…

    Когда оборвались под ластиком тех линий

    Лилии, и грех хищенья

    В мир вошел

     

    Я был котенком ласки,

    Ведал шелк

    И бархат барский

    Тайного  п р и к о с н о в е н и я

    Ладони лад – и буквы оборотной Я

    Заряд… простая суть, звериное чутьё

    Любви, мечты –

    И высшее внетьё:

    Я… ты… игры идиллия,

    Когда тех линий лилии

    Сорвал огонь с небес

     

    Теперь Я бес!

    Отныне детства рай

    Отвергла тварь, и Искажение

    Внесло впряженье в Божию спираль

    И в образы природного предсения –

    И зло, как пьяница, ввалилось в дом

    В сенях его ломая чудо

    Генных витражей – нативных отражений

    В хрустале зеркал

    И донных признаков фарфор

    И разума лекала…

    Так отныне я хочу тебя – охотником, любя,

    Я призраком являюсь плоти

    Как укор

    Как плод

    и формула греха -

    форма смеха:

    Так выпорхнула из-под вороха

    наскийских чертежей

    Божественная Кошка –

    черт! –

    Шкала, скала, лай и лаз

    Моей Грусти, Моей Ярости –

    Ягуар!

    Гуашь брошенной кисти…

    Гуано Моего отвержения…

    Игуана Моего Я Есть!…

     

    Я закопаю тело освежеванное,

    Чтоб возвратиться, откопать его, и съесть.

     

     

    В Ягуаре, еще больше в Шиве – происходит не только дивергенция двух начал творчества – созидательного и разрушительного (очистительного) – но и синтезирование двух Творительных Ипостасей Элохима – Ишкура и Энки. Ягуара роднит со змеей функция фиксажа жизнеобразности, назначение останавливать жизнь, как художник останавливает мгновение на картине, фотографии или в поэме. Роднит в Ягуаре Ишкура с Энки водная среда обитания – болотистое место – место творческих начинаний, глины, мастерская.

     

     

     

    Человек, ты робот, раб, рабочий почвы

    Безрассуден – в перемочи зуда,

    Человек, ты ромб в багете Славы

    Лава, пластик, глина и руда,

     

    Человек, молчи! Машина ткани

    Мания отсутствующей воли

    Ты игрушка Бога Боли: Я люблю!

    Робот серии Лю-Лю – тварь-тварь

     

    Синтез трав, земли и киноварь

    Рек кровавых – Человек-Зенит

    Корм Зверь-Я, бессильна оболочка

    В строчке века сохраниться точкой

     

    Человек, умри! Живи, крича!

    Твой причал в началах воли к смерти

    И в речах - печаль инграммы смеха

    Грех – помеха, сбой в Программе

     

    Бог - оборотень, тень благодати

    Черный Ягуар! предотвращает Он потраву,

    И сберегая урожай, Он множит трав расцвет…

    Ил, Иль бесплотности и Эль бесцветности,

    Когда зовут далеких странствий сны -

    Ягуар Красный[81]!

     

     

    Красный Ягуар – Покровитель Далеких Стран - прямиком наводит нас на индуистского Шиву – возможно самого древнего индуистского божества, имеющего синергию с Айнаром как с Ишкуром. «Танец Шивы» - пляска его рук – говорит об апофеозе образности, это стрессовая жестикуляция, образность, напоминающая нам «танцующего ольмека».

    Шива– Разрушитель имеет черты эмоционального, экспрессивного бога, роднящие его и с Ягуаром (Yahu) и с Яхве (Yahu):

     

    «В его природе подчеркиваются суровый, грозный, устрашающий, карающий аспекты; характеру его присущи экспансивность и гневливость… Иногда Шиву представляют повелителем духов и демонов, любителем кладбищ, бездомным скитальцем, сумасшедшим. В наборе присущих ему атрибутов сочетаются череп (капала), он же чаша для подаяний, и трезубец (тришула). Его вахана[82] - белый бык Нанди… В иконографической традиции важнейшими чертами Шивы являются третий глаз во лбу, способный исторгать испепеляющий огонь, высокая прическа, украшенная полумесяцем и ниспадающий поток воды, кобры в волосах, на шее и груди, иногда ожерелье из черепов, белый цвет покрытого пеплом тела и синий –шеи…»[83]

     

    Несомненные атрибуты Ишкура (Виракочи) – белый бык, трезубец, исторжение огня (молнии). Третий глаз – всеведение – синергизирован с «магической палкой с круглым отверстием в одном конце», которую держит в руках Тескатлипока, через неё он видит всё сокрытое и тайное.

    Атрибуты Энки – змеи, поток воды…

    На родство Шивы именно с Андской ипостасью Ишкура – Автора Наска – говорит один из титулов Пашупати – «бог зверей». Удивительно также, что место обитания Шивы - «мифическая гора Кайласа» - имеет явное созвучие с храмом на горе Каласасайя…

     

    А родство с Ягуаром подчеркнуто в ожерелье из черепов – именно так украшен пояс Ланзона[84] – «Воина с копьем» - знаменитой колоннообразной фигуры человеко-ягуара в храме Чавина.

     

     

     

    С армадой Тела Он впервые вышел на сечу.

    Он – Ягуар творчества, Он Царь Земной, Он Рыцарь Антитело,

    Он обитает в лесах, скалах, водах; Он осторожен, мудр, горд.

    Он не питается падалью.

    Он - тот, Кто ненавидит и презирает, которого тошнит от всего грязного...

    И ночью он не дремлет; он высматривает то, за чем охотится, что есть.

    Его зрение ясно.

    Он видит хорошо, очень хорошо видит; он видит далеко.

    Даже если очень темно, очень туманно, он видит.

    Хищный, Ревнитель тел, Он Очиститель Замысла –

    Облаченный в солнечный ветер,

    Омытый лонными водами,

    Взлелеянный простором;

     

    И молвил Зверь, первый Помазанник[85]:

    Не свет я вам принес, а молнию!

    Не мир я вам принес, а топор!

    Не покой я вам принес, а бич!

    И не венец я вам принес, но трезубец[86]!

     

     

     

    =Новый храм Иезекииля

     

    Несмотря на половинчато-синкретический образ Ягуара, его антагонизм Змее-Энки достигает кульминации, по принципу «лечить подобное подобным». У майя распространен мотив Ягуара, сжимающего зубами змей, а в ацтекской «Легенде о Дымящемся зеркало» рассказывается о том как Уицилопочтли-Тескатлипока (Ишкур) сражался в Туле, к северу от Теотиуакана, с пернатым змеем – богом Кецалькоатлем (Эа-Энки), и сокрушил его царство. Прежде всего, не может и не вызвать восхищения название: «дымящееся зеркало» - ведь это задымившийся от страстей «зеркальный» синерго-антагонизм Уицилопочтли («колибри-левши», «колибри слева» = «духа, души слева») и Кецалькоатля («пернатого», «близнеца»-… «правши»).

    Вспомним, что согласно древнему ольмекскому тексту все это братья-близнецы одного начала – Ометеотла, и что богов Тескатлипока два – Красный и Черный, которого, собственно, и величают «Дымящееся зеркало»[87].

    Красный и Черный – это два типа Ягуара: бог дальних стран и бог урожая. «Зверь урожая» - UR-BURU – это наш кольцевидный Уроборос – начало-конец, гармония-армагеддон[88]. Очень емкий образ!

    «Легенда о Дымящемся зеркало» - это ацтекская синергия вавилонской «Энуме Элиш» и данным Дубмеша о Войне Богов после потопа. Ипостась Ишкура победила – Змей-Кецалькоатль-Энки был изгнан, хотя обещал вернуться в полной аналогии с завещанием Христа. Был введен Закон Жертв – кровь полилась рекой. После Наска наступило время тотального ИСТРЕБЛЕНИЯ плоти – индейская иконография обеих Америк наполнена образами Хищного Неба – Птиц клюющих землю и несущих в клюве людей. В знак победы был воздвигнут чавинский Храм.

    В святая святых его поставлен поразительный монумент El Lanzon:

     

    El Lanzon - монолит, вырубленный из цельного куска гранита 5 м высотой. Полагают, что это главная святыня религии Чавина. На камне вырезано изображение, где ясно видны клыки и когти божества. Несмотря на то, что клыки как будто ассоциируются с культом ягуара, изображение в целом напоминает гибрид человека и быка, а из головы у него выползают змеи. Правая рука бога поднята вверх, левая опущена. В поднятой ладони бога отсутствует линия жизни, и на этом основании предположили, что это бог смерти. Другие, напротив, считают его образом милосердного бога и называют "улыбающимся богом из Чавина". Хотя точное назначение камня El Lanzon остается неизвестным, ясно одно - этот обелиск играл значительную роль. Его тонкая, сужающаяся к концу верхняя часть точно соответствует отверстию в крыше, и это свидетельствует о том, что весь храм был спланирован вокруг камня. Таким образом, по-видимому, эта священная реликвия была специально спрятана в глубине храма, чтобы ее нельзя было отсюда вынести. [http://dmarkov74.narod.ru/America/chavin.htm]

     

     

    Ланзон имеет форму копья, ножа… пальца Ашират и Оси Мира. Рядом с Ланзоном каменный блок алтаря, который индейцы называют «семь козочек», а археологи «Созвездием Ориона» из-за семи дыр в камне, напоминающих расположение звезд данного созвездия. Копье как стрелка часов указывает на Зодию-Дом-Эшарру Господа. Это символ Института Власти в Элохиме, организации Его, это указатель КОСМИЧЕСКОГО ВРЕМЕНИ. Это предтеча Креста Распятия – одна вертикаль Божьей Воли, не отринутая пока горизонталью Божьего же со-Страдания. Это – орудие жертвования (творения), как и Крест, спасающий БОЖЬЮ СВЯТОСТЬ=СОВЕРШЕНСТВО, только не спасающий пока саму жертву горизонталью жизни. Это инструмент ОЧИЩЕНИЯ-ОСВЯЩЕНИЯ («просветления»), только пока не рассеивающий по земной горизонтали ЖЕРТВУ ОДНОГО ЗА ВСЕХ.

    Связь Чавинского Храма с библейскими (евангелическими) категориями не только в символике главной реликвии. Чавинский Храм был построен примерно в 5-6 веке до н.э. – в век, когда «родились» многие религии, когда иудеи были в «вавилонском пленении», т.е. на земле Шумера-Начала, когда была записана Библия, когда жил Иезекииль. Появился Храм на месте, которое явно имело таинственную предысторию и явно что-то символизировал[89].  Может быть поэтому за них закрепилось название «Старый Храм», хотя многие считают его «Новым Иерусалимским Храмом», увиденным Иезекиилем. Я считаю этот храм Новым в антиномии с храмом Каласасайя, разрушенным в результате бунта рабов-нимродовцем и их проклятия Виракочей-Ишкуром.

    Собственно говоря, разговор идет о храмовом комплексе, составляющим собой город Чавин. Поражает ученых великолепная водопроводная система, посредством которой вода из ближайшей реки Ваческа подавалась ПОД город-храм. Вода собиралась в бассейне под квадратной площадью, называемой Большой, причем, она тут не застаивалась, а дренировалась в реку Мосна, ниже по течению сливающуюся с Ваческой. Т.е. Большая Площадь стояла как бы на ПРОТОЧНОЙ ВОДЕ. Мы этот момент отмечаем, потому что символом и стихией Эа-Творца была именно проточная вода, для чего специально в ней изображались рыбки.

    Большая Площадь со всех сторон окружена «платформами», представляющими собой строения с плоской крышей», так что сама площадь являет собой словно дно. С этого дна можно подняться на Западную Платформу по Лестнице Ягуаров, северная часть которой сделана из камня черного цвета, а южная – белого. На лестнице фризы с изображениями ягуаров.

    Подобные лестницы выходят на каждую из 4-х «платформ».

    На Западной Платформе возвышается Большая Пирамида («Кастильо»-«замок»), которая и есть Чавинский Старый Храм, имеющий форму подковы, ориентированной строго на восток – восход Солнца.

    Между Лестницей Ягуаров и входом в храм распологается «Атриум камней», некая «прихожая» чавинского храма, с фризами летучих мышей и фризом людей-ягуаров.

    Из «прихожей» в сам храм ведут «Ворота Хищных Птиц» - цилиндрические боковые колонны из черного камня украшены изображениями хищных птиц (кондор, орел). На фризе – 14 птиц: 7 – смотрят на юг, 7 – на север.

    В самом храме исследователей поражают и ставят в тупик т.н. «галереи» - коридоры замысловатой формы, заканчивающиеся тупиком. В самой глубине храма находится крест-галерея, на пересечении нефов которой воздвигнут Ланзон.

    Что все эти замысловатости означают?

    1.                 Дом на воде – жилище-обиталище Эа. Мы знаем, также, элохимный алгоритм строить дом-святилище на-НАД поверженным врагом и из него (Эа-Апсу). Чавинский Храм, построенный после победы Ишкура над Энки в Армагеддоне – символизирует приручение воды-искусства. После страшного потрясения в Наска, Бог победил в себе СТИХИЙНОЕ ТВОРЧЕСТВО – творчество во имя творчества, зуд творчества. Он вознес ВКУС, внес в мир принцип ОЧИЩЕНИЯ (жертвы) и КОНТРАСТ – отсюда сочетание белого и черного цветов на Лестнице Ягуаров и других местах Храма. Он утвердил ВОЛЮ -  Копье – как Господина Творчества, как Господа Творения.

    2.                 Копье на Кресте – символ новой веры – Меч-Копье с обликом бого-человеко-ягуара-оборотня – стоит НА-НАД Крестом (на «крестовине» помещенья).  Крест в земле, на земле, т.е. сама «земля» в виде креста - помещение в виде креста – это символика падения Креста с крыши Храма Каласасайя. Тот, первый крест, символизировавший ПЕРЕСЕЧЕНИЕ – Небесную битву и планету-Бога Нибиру – был низвергнут ГРЕХОПАДЕНИЕМ человека-Нимрода. Символом того «падшего» пра-Креста является крестообразная архитектура храма, в точности сохраненная и в христианстве.

     

    А теперь перейдем к самому важному и захватывающему обстоятельству, связанному с Храмом в Чавин-де-Уантаре.

    Когда этот Храм был воздвигнут и засиял в полную мощь своей славы, на другом конце Земли, в Вавилоне, у реки Ховар, жил священник Иезекииль, угнанный вместе с другими иудеями в рабство (597 год до н.э.). Это было странное «рабство» – жили переселенцы неплохо, вавилоняне их не трогали, и очень напоминала жизнь иудейской колонии некие Чайна-тауны или Брайтон-Бичи наших времен. Если первое рабство иудеев – египетское – было драмой, то «вавилонское пленение» имело характер явного «фарса» – точнее оно явно несло иной смысл, нежели использование избранного народа как простых рабов. Непонятица вокруг этого «пленения» пронизывает все, что с ним связано: душевное состояние и поведение вавилонских царей – Навуходоносора и др. – душевное состояние и поведение самого иудейского народа: мятущегося, чувствующего себя явно игрушкой в чьих-то руках.

    Иезекииль – был больше чем священник и пророк для иудейской колонии в Вавилоне. Он был той ниточкой, что, во-первых, не давала им окончательно оторваться от Иерусалима и забыть его, во-вторых, которую и дергали некие небесные силы, заставляя иудеев быть иудеями.

    Иезекииль был первым Пророком Вне Отечества. Служение Яхве вне Иудеи считалось большей ересью, нежели сегодня молитва мусульманина в синагоге, поэтому Иезекииля следует признать РЕВОЛЮЦИОНЕРОМ иудаизма[90] (по призванию Яхве[91]), это первый мостик от иудейской замкнутости к апостольству святого Павла:

     

    (1)… когда я находился среди переселенцев при реке Ховаре, отверзлись небеса, и я видел видения Божии. (…)
    3 И Он сказал мне: сын человеческий! Я посылаю тебя к сынам Израилевым, к людям непокорным, которые возмутились против Меня; они и отцы их изменники предо Мною до сего самого дня.
    4 И эти сыны с огрубелым лицем и с жестоким сердцем; к ним Я посылаю тебя, и ты скажешь им: "так говорит Господь Бог!"
    5 Будут ли они слушать, или не будут, ибо они мятежный дом; но пусть знают, что был пророк среди них.

    (Иезек. 1:1, 2:3-5)

     

     

    Господь призвал Иезекииля быть СВЯЩЕННИКОМ – судьей грехов иудеев, главным из которых было идолопоклонство и ассимиляция в новой Вавилонской среде. Иезекииль обращается к соплеменникам с пророчествами о страшных карах и Божием Суде:

     

    Я наведу на вас меч, и разрушу высоты ваши;
    4 и жертвенники ваши будут опустошены, столбы ваши в честь солнца будут разбиты, и повергну убитых ваших перед идолами вашими;
    5 и положу трупы сынов Израилевых перед идолами их, и рассыплю кости ваши вокруг жертвенников ваших.
    6 Во всех местах вашего жительства города будут опустошены и высоты разрушены, для того, чтобы опустошены и разрушены были жертвенники ваши, чтобы сокрушены и уничтожены были идолы ваши, и разбиты солнечные столбы ваши, и изгладились произведения ваши.

    (Иезек. 6)

     

    Пожалуй, ни у кого из Пророков нет такого истребительного отношения ко греху вероисповедальной нечистоплотности, того духа ОЧИЩЕНИЯ от плотского хлама и жизни-дерьма, чем характерена новая религия Ягуара:

     

    15 И сказал Он мне: вот, Я дозволяю тебе, вместо человеческого кала, коровий помет, и на нем приготовляй хлеб твой.
    16 И сказал мне: сын человеческий! вот, Я сокрушу в Иерусалиме опору хлебную, и будут есть хлеб весом и в печали, и воду будут пить мерою и в унынии,
    17 потому что у них будет недостаток в хлебе и воде; и они с ужасом будут смотреть друг на друга, и исчахнут в беззаконии своем.
                                                                                                                                      
    (Иезек. 4)

    17 и пошлю на вас голод и лютых зверей, и обесчадят тебя; и язва и кровь пройдет по тебе, и меч наведу на тебя; Я, Господь, изрек сие.
                                                                                                                                                  
    (5)

    6 Конец пришел, пришел конец, встал на тебя; вот дошла,
    7 дошла напасть до тебя, житель земли! приходит время, приближается день смятения, а не веселых восклицаний на горах.
    8 Вот, скоро изолью на тебя ярость Мою и совершу над тобою гнев Мой, и буду судить тебя по путям твоим, и возложу на тебя все мерзости твои.
    9 И не пощадит тебя око Мое, и не помилую. По путям твоим воздам тебе, и мерзости твои с тобою будут; и узнаете, что Я Господь каратель.
                                                                                                                                                    
    (7)

     

    Главный рефрен – УТВЕРЖДЕНИЕ ГОСПОДА-ИСТРЕБИТЕЛЯ – мотив Ягуара:

     

    7 И будут падать среди вас убитые, и узнаете, что Я Господь.

    (Иезек. 6)

     

    Господь призвал Иезекииля быть СВЯЩЕННИКОМ - связующим между Ним и людьми: в тот же день происходящее на далекой родине сообщалось Иезекиилем своему народу. Иными словами, он выполнял роль своеобразного спутникового телевидения, по которому эмигранты могут смотреть родные программы.

    В 587 году был разрушен Иерусалимский храм – и это было равносильно сообщению о том, что родина эмигранта ушла под воду. Нет никакого сомнения, что разрушение символа избранности еврейского народа было совершено по воле Господа-Яхве, который так очищает «свой дом» от «мерзостей»: «идола ревности у ворот жертвенника», «изображения пресмыкающихся и нечистых животных» на стенах храма, женщин, плачущих у ворот о Таммузе (Думузи). Иными словами, ярость Яхве вызывает регрессивное отклонение религии в сторону шумерского канона. Тем не менее, для иудеев весть о крушении Иерусалимского храма была чрезмерной психической травмой, лишающей их этно-религиозной самоидентификации.

    И тут Иезекиилю было видение, которое до сих пор поражает своей яркостью и четкостью деталей. А именно – видел он НОВЫЙ ХРАМ ИЕРУСАЛИМА:

     

    1 В двадцать пятом году по переселении нашем, в начале года, в десятый день месяца, в четырнадцатом году по разрушении города, в тот самый день была на мне рука Господа, и Он повел меня туда. (…)

    И вот муж, которого вид как бы вид блестящей меди, и льняная вервь в руке его и трость измерения, и стоял он у ворот.
    4 И сказал мне этот муж: "сын человеческий! смотри глазами твоими и слушай ушами твоими, и прилагай сердце твое ко всему, что я буду показывать тебе, ибо ты для того и приведен сюда, чтоб я показал тебе это; все, что увидишь, возвести дому Израилеву".

    (Иезек. 40)

     

    Далее идет детальнейшее описание архитектурных подробностей Нового Храма, которое мы здесь приводить не будем. А приведем лишь рисунок «План нового Храма» из LEXIKON ZUR BIBEL:

     

     

    Новый Храм Иезекииля

     

    =рис.17

     

    Разве не копия схемы Чавинского Храма, где «Большая площадь» - «внешний двор», «Антриум камней» - «внутренний двор», а «галереи» - это «3 Напротив двадцати локтей внутреннего двора и напротив помоста, который на внешнем дворе, были галерея против галереи в три яруса. 4 А перед комнатами ход в десять локтей ширины, а внутрь в один локоть; двери их лицом к северу. 5 Верхние комнаты уже, потому что галереи отнимают у них несколько против нижних и средних комнат этого здания.» (Иезек. 42)

    В глубине храма Иезекииль отмечает Святую Святых: «4 И отмерил в нем двадцать локтей в длину и двадцать локтей в ширину храма, и сказал мне: "это - Святое Святых".». (Иезек. 41)

    У входа столбы, напоминающие «Ворота хищных птиц»: «3 И пошел внутрь, и намерил в столбах у дверей два локтя и в дверях шесть локтей». (41)

    Описана лестница на «восточную платформу»: «6 Потом пошел к воротам, обращенным лицом к востоку, и взошел по ступеням их». (41)

    Число «7»: «22 И окна их, и выступы их, и пальмы их - той же меры, как у ворот, обращенных лицом к востоку; и входят к ним семью ступенями, и перед ними выступы.» (41)

    Прямоугольная форма «большой площади» перед храмом: «47 И намерил он во дворе сто локтей длины и сто локтей ширины: он был четыреугольный;» (41)

    Изобразительный ряд Иезекииля напоминает фризы Чавинского храма. Но больше всего на сходство наталкивает тема ДВОЙСТВЕННОСТИ, ДВУЛИЧИЯ (человеко-ягуар, человеко-лев), пронизывающая всю тематику Чавинского Храма:  «17 От верха дверей как внутри храма, так и снаружи, и по всей стене кругом, внутри и снаружи, были резные изображения, 18 сделаны были херувимы и пальмы: пальма между двумя херувимами, и у каждого херувима два лица.
    19 С одной стороны к пальме обращено лицо человеческое, а с другой стороны к пальме - лице львиное; так сделано во всем храме кругом.
    » (41)

    Пожалуй, самое поразительное сходство описания Храма Иезекииля и Чавинского храма в описании «воды»:

     

    1 Потом привел он меня обратно к дверям храма, и вот, из-под порога храма течет вода на восток, ибо храм стоял лицом на восток, и вода текла из-под правого бока храма, по южную сторону жертвенника.
    2 И вывел меня северными воротами, и внешним путем обвел меня к внешним воротам, путем, обращенным к востоку; и вот, вода течет по правую сторону.

    (Иезек. 47)

     

    Описание течений воды совпадает с течениями в водопроводе Чавинского Храма, вот его схема:   

     

     

    =рис.18

     

    Далее Иезекииль рассказывает, как «муж» повел его «на восток» и вода становилась все глубже. Судя по нашей схеме, они вступали в реку Мосна:

    «3 Когда тот муж пошел на восток, то в руке держал шнур, и отмерил тысячу локтей, и повел меня по воде; воды было по лодыжку. 4 И еще отмерил тысячу, и повел меня по воде; воды было по колено. И еще отмерил тысячу, и повел меня; воды было по поясницу. 5 И еще отмерил тысячу, и уже тут был такой поток, через который я не мог идти, потому что вода была так высока, что надлежало плыть, а переходить нельзя было этот поток. 6 И сказал мне: "видел, сын человеческий?" и повел меня обратно к берегу этого потока». (Иезек. 47)

    Далее идет очень сложный провидческий текст, который нельзя трактовать в терминах обычной схемы или ландшафта. Говорится о том, что «эта вода течет в восточную сторону земли» (очевидно, это не речка Мосна, что течет на север) и являет собой ОЗДОРОВЛЕНИЕ ВОД:

     

    8 И сказал мне: эта вода течет в восточную сторону земли, сойдет на равнину и войдет в море; и воды его сделаются здоровыми.
    9 И всякое живущее существо, пресмыкающееся там, где войдут две струи, будет живо; и рыбы будет весьма много, потому что войдет туда эта вода, и воды в море сделаются здоровыми, и, куда войдет этот поток, все будет живо там.
    10 И будут стоять подле него рыболовы от Ен-Гадди до Эглаима, будут закидывать сети. Рыба будет в своем виде и, как в большом море, рыбы будет весьма много.
    11 Болота его и лужи его, которые не сделаются здоровыми, будут оставлены для соли.
                                                                                                                                       
    (Иезек. 47)

     

    Феерия синергий!

    Во-первых, мы видим ситуацию «где войдут две струи» напоминающие слияние двух рек (Вачекса и Мосна), омывающих Чавинский Храм.

    «Сойдет на равнину» - говорит о том, что Храм Иезекииля стоит на горе, а религия его сойдет к людям повсеместно – войдет в «море»=жизнь.

    «Вода» эта – ОБНОВЛЕННОЕ, ИСЦЕЛЕННОЕ БОЖЬЕ ТВОРЧЕСТВО, СВЯТОЕ, т.е. принципиально несовместимое с грехом=ошибкой, с без-образностью, уродством, рас-тленностью. «Оздоровление вод» - это исцеление СЛАБОСТЕЙ БОЖЬЕГО ТВОРЧЕСТВА, это Искупление Грехов Человечества (Иудеев) после ГРЕХОПАДЕНИЯ (Наска, разрушение Иерусалимского Храма и др. синергии), это победа в Армагеддоне против БЕЗВОЛЬНОГО ТВОРЧЕСТВА, множительного (сейчас сказали бы «масс-культуры»! ширпотребного), творчества, порождающего гигантов аляповатости, уродства и низкопробности. Это ТВОРЧЕСТВО СВЯТОСТИ=СОВЕРШЕНСТВА – сверхгениальности и богоподобия (для Бога – человекоподобия!).

    Это новое Творчество ПЛОДОТВОРНО – отсюда обилие РЫБ – шедевров, плодов, ТВОРЕНИЙ Художника. Отсюда рукой подать до Апостолов Петра и Иоанна, до Иисуса, идущего по водам. И потрясающе это повсеместное обращение к Иезекиилю: «Сын человеческий»!.

    Мы видим самое, пожалуй, сильное и в Библии и в Дубмеше, и в других священных канонах ОТКРОВЕНИЕ ВОДЫ.

     

    Но чего не можем видеть мы и сравнивать нам не с чем, так это видение СЛАВЫ БОЖИЕЙ, которой тут, в Новом Храме, удостоился Иезекииль:

     

    1 И привел меня к воротам, к тем воротам, которые обращены лицом к востоку.
    2 И вот, слава Бога Израилева шла от востока, и глас Его - как шум вод многих, и земля осветилась от славы Его.
    3 Это видение было такое же, какое я видел прежде, точно такое, какое я видел, когда приходил возвестить гибель городу, и видения, подобные видениям, какие видел я у реки Ховара. И я пал на лице мое.
    4 И слава Господа вошла в храм путем ворот, обращенных лицом к востоку.
    5 И поднял меня дух, и ввел меня во внутренний двор, и вот, слава Господа наполнила весь храм. (…)

    10 Ты, сын человеческий, возвести дому Израилеву о храме сем, чтобы они устыдились беззаконий своих и чтобы сняли с него меру.
    11 И если они устыдятся всего того, что делали, то покажи им вид храма и расположение его, и выходы его, и входы его, и все очертания его, и все уставы его, и все образы его, и все законы его, и напиши при глазах их, чтобы они сохраняли все очертания его и все уставы его и поступали по ним.
    12 Вот закон храма: на вершине горы все пространство его вокруг - Святое Святых; вот закон храма!

    (Иезек. 47)

     

     

     

    Резюме

    к главе 15 «Ишкур и Эа»

     

     

    Все живое имеет смыслотонику бинарности, полярности. Жизнь – ток, бегущий от одного полюса к другому, движение, изменение, метаморфоза.

     

    Живой Бог – под человеческим углом зрения (знания) дифференцируется на биномы: антагонистические системы смыслов, которые как ток текут в Смыслы Бытия.

    Бытийный Бог – един, один (Аллах).

     

    Биномы шумерского Элохима: Энки-Энлиль, Энки-Ишкур, Мардук-Инанна, Мардук-Нинурта, Син-Думузи, Инанна-Нинхурсаг.

     

    Ишкур – это строительная, творческая ипостась Бога. Его символ – бык (Зевс). Эра Ишкура – эра Шумера.

     

    Ишкур – самый изменяемый бог Элохима, самый многоликий, внутренне бинарный:  Ишкур-Адад – это то «семя»-дождь, который духовно оплодотворяет землю небесным. Ишкур-Тешуб – бог молнии, небесного огня. Виракоча, Кон-Тики – месоамериканские ипостаси.

    Как Бог-страдалец, он «регрессирует» в истребителя плоти Ягуара (Балама), давшего коллатеральное начало генотеистическому богу Ягве – богу святости.

     

    У синерго-антагонистического Ишкуру бога Энки (Эа) тоже много ликов. Этот аспект красочно выражен в образе двуликого Энки – Усми-Исимуда (Янус).

     

    «Древо Этаны» - древо творчества, внутренне поляризованнное. В корнях – Змей –линия, начало делительного творчества. Верхушка – Орел – дух, вдохновение. Поедание звеенышей – инвектива любого творческого акта. Месть Змеи – месть неподатливой материи-материала, творческое бесплодие: «Змея ощипывает Орлу крылья и бросает его в овраг, дабы умереть ему «от голода и жажды».

     

    Синергией бесплодности Орла является бесплодность царя Киша Этаны.

     

    Противоположностью творческому бесплодию является полет Этаны на орле по велению Бога. «Трава рождения» - плод, произведение.

     

    Образ Орла со змеями в клюве – образ Солнца, где орел – диск, а змеи – лучи.

     

    У индейцев Месоамерики синергия Ишкура – бог орла – Уицилопочтли (Кон Тики, Виракоча); синергия Энки – Пернатый Змей – Кецалькоатль.

     

    На фризе Солнечных Врат (Тиауанако на озере Титикака) изображен Плачущий Бог – плачущий Ишкур.

     

    Плач Ишкура-Виракочи вызван тем, что люди испортили его картину «плато Наска», захватив глиограф бога (молния-выжигатель).

     

    Плато Наска – схемы-рисунки Творца, замысел Природы. Виракоча выполнял рисунки, летая ная шеме, откуда от глиографом выжигал на плато.

    Шем – гравилет, означает также «имя», «слава», «памятник», т.е. имеет функцию переноситься, распространяться.

     

    Нимрод – «сильный зверолов» - воплощение земного творчества-богоборчества. Он – прораб Вавилонской башни и его потомство было рассеяно, переселено в Месоамерику (шахты Тиауанако), где совершило новый грех – испортило картины на плато Наска. Грешное потомство Нимрода было отправлено на остров Пасхи.

     

    Раса – закрепленная генетически фенотипическая характеристика, т.е. функция среды. Многообразие и изменчивость сред предрешает многообразие и постоянную изменчивость рас. Само понятие «раса» (начало, глава, голова) отсылает к первоисточнику (Сим, Хам, Иафет), который затем преломляется в призме тех или иных условий жизни, последствия рассеяния народов.

     

    Моаи – каменные истуканы на о.Пасхи – зеки-нимродовцы, первые фенотипические закрепления. Это гиганты, рабы (рабочие), с «шапкой» - корзиной с землей.

     

    Моаи – протонегороидная и протомонголоидная раса. Отбыв срок на о.Пасхи, нимрродовцы были расселены ветвями – западная ветвь (возможно в столкновении с дрейфуйщей на восток иафетистской рассой) дала китайскую цивилизацию Яншао; центральноамериканская ветвь (Теотиуакан) дала ольмеков, протоиндейцев; ветвь, переведенная в Чавин-де-Уантар (Перу) проявили рецидивизм, восстали против Бога и были уничтожены; наиболее исправленную часть нимродовцев возвратили в Старый Свет (в виде двух потоков: в Ханаан (рефаимы) и Загрис (касситы). Касситы захватили Меспопотамию и установили там 3-5 вековое иго. Рефаимы – библейские «анакимы» и «замзумимы» - из которых был Голиаф, сраженный Давидом.

     

    Раса – следствие двойной спирали ДНК, генной модификации послепотопного человека. Допотопный человек обладал «одной цепочкой ДНК» - любая мутация (грех, ошибка) доминировала. Отсюда растление, порча в условиях «проклятой земли».

    Альтернативность двойной спирали – расщепление генотипа на доминантные и рецессивные (скрытые) гены дает возможность выбора. Это проявление многоуровневости мироздания.

     

    Змея – червь – символ любого начала: творения (линия, шумер. Мушшакал – «первая змея), самости (смысла – круг, Уроборос), древнебожия, первобожия, ветхости – Левиафан («старый, хромой бог»). В виде змей изображались Энки, Яхве, Будда, Христос, Дева Мария, Кетцаткоатль в религии майя.

    Змеиный яд – «закрепитель» в Божьем творчестве: живое умирает, застывает.

     

    Род, образ и подобие – три этапа Божьей креативности: нисхождения с небес на землю (в землю!). Образ семантически образает «небо», «целость».

     

    Эволюция Божьей (любой) креативности: змея-линия == круг-образ == зверь-зодиак == человек-Бог. В биологии наглядным подтверждением этой схемы является закон Геккеля-Мюллера: человек во внутриутробном развитии проходит всю эволюцию животного мира.

    Зооморфия, переходящая в антропоморфизм богов, прекращается в исламе, где Бог-Аллах принципиально вне любой образости.

     

    Орел – символ духа, всегда инвективен по отношению к змее. Соотношение крыло/перо определяет силу вдохновения (господства над материей-змеей). Отпадание перьев – синергия сатанизма, бесплодия-бессилия.

     

    Полнота творческой силы (господства) достигается в символе «крылатый диск» (солнце), где присутствуют все три составляющие силы: диск (сама полнота, целость), крылья – соборность полета, (перья – единица вдохновения, отдельно от полета (крыла) теряющие смысл); змеи – лучи. «Крылатый диск» является прототипом Троицы: Диск – Отец, Змеи – Сын, Крылья – Дух Святой, (перья – ангелы).

     

    Сатана – отпавшая часть бога, антибог, носитель бессмыслия и хаоса (зла). Как отрубленная часть тела, «сатана» превращается в неодушевленный предмет («оно»), концентрацию материальной проклятости: боль, болезнь, смерть, «удары», зло и т.д.

    Сатан много («легион») – все Стражи, «Сыны Божии» - они все регрессировали в змей, делительность. Так в апокрифе библейский Змей ассоциируется с падшим ангелом Гарделом, который «соблазнил Еву» и научил людей убивать.

     

    Храм в Чавин-де-Уантар – «храм Иезекииля», куда он был перенесен в видении Нового Иерусалима. Храм посвящен культу Ягуара (Ягве).

     

     

     


    Примечания

    [1] GUR легко транслитерирует в GOR, тем боле, что по мнению многих шумерологов гласная “U” во всех случаях звучала как “O”.

    [2] gu, gud, gux – “бык», «вол» и «воин»!

    Gu – также имеет значения «предел», «рубеж», «шея», «резьба», «западня», «игла»…

    [3] «Величие и трансцендентность бога прямо и непосредственно открываются в недоступности, бесконечности, вечности и творческой силе Неба (дождь)» (Мирча Элиаде «трактат по истории религии», т.1, с.100)

    [4] Ее еще называют “Восход Солнца» ("The Sun is Risen")

    [5] [Audrey Fletcher] считает, что это символ Созвездия Феникса – «Возрождение/Воскресение».

    [6] «посланник», «визирь», «министр». All along, he is encouraged and guided by his "two-faced" advisor Isimud. (Isimud is an obvious epithet of the great middleman and physician of the gods, Thoth/Nudimmud.) [Charles N. Pope “Archaeology and the Patriarchs”, chapter 2]

    [7] Исимуд разговаривает с храмом Энки E-engura (в Эриду): 18-25Before lord Enki, Isimud the minister praises the temple; he goes to the temple and speaks to it. He goes to the brick building and addresses it: "Temple, built from precious metal and lapis lazuli; whose foundation pegs are driven into the abzu; which has been cared for by the prince in the abzu! Like the Tigris and the Euphrates, it is mighty and awe-inspiring (?). Joy has been brought into Enki's abzu. (Путешествие Энки на Нибиру)

    [8] «Голый герой» - отдельный персонаж шумерской иконографии – символизирует дикую стихию, в таких ее ипостасях, как Лахму-Лахаму, Энкиду («Гильгамеш»), некий Охотник и Укротитель Зверей; он борется со львами, др. хищниками, но и выступает в роли Пастуха. Порой изображается в виде человеко-быка: человека с бычьей головой. Характерный рисунок  на чаше - , который исследователи считают изображением Лахму («волосатого»). «Голый герой» претерпел синергичную дивергенцию в образах греческой мифологии: Герой (Геракл) и зооморфный бог Пан, который в свою очередь стал прообразом черта.

    In regard to these contest-scene motifs and the nude "heroic," figure of the third group above, the art historian, Donald Hansen, said as he saw it, "The idea that a hero [which the girdled, nude figure wrestling lions or embracing cattle has long been called] or perhaps even a shepherd [a suggestion prompted by the frequent protective, cattle-saving gesture of the figures]31 protects the flock in no way fully provides an answer to what we see before us in these compositions." In determining composite outline, it is not necessary in all cases for the lion/panther to be stabbed, but rather the supposed potential prey may be embraced by one of the two demons ("cockscomb" figure or bull-man figure) entirely irrespective of what one might otherwise expect, a stabbing of the predator. The prey may even be at the mercy of the predator. In addition, a recurring feature of the "heroic" nude figure is the overcoming of lions without predation as the action. Indeed, there is so much subjective content and overall attention given it, Hansen surmises.32 A conclusion by Hansen, page 63: "This is [instead] the basic duality of death and life, or creation and destruction."

    [9] ìa – «масло», «жир», nu – «образ», «подобие», a – локативный суффикс где, когда

    [10] NU имеет и значение отрицания «нет», «не», «без»…

    [11] HU – это «птица» и глагол, имеющий тонкий смысл «наделения чем-то, наложения полномочий, доверяться, полагаться».  Пожалуй, совокупное значение можно представить как ВЕРУ (в бога).

    [12] Предположительный возраст оригинала – начало или середина 3 тысячелетия до н.э. Была найдена цилиндрическая печать того времени с изображением Этаны, летящем на орле.

    [13] Отзвук истории Орла и Змеи мы находим в Библии (Иезекииль 17), где говорится об Орле и Лозе. Примечательно, что говоря о вероломстве против лозы, которая тянулась к орлу, Автор упоминает понятие «сеть» - точно так же как в «Этане», где говорится о «сети Уту-Шамаша»:

     

    20 И закину на него сеть Мою, и пойман будет в тенета Мои; и приведу его в Вавилон, и там буду судиться с ним за вероломство его против Меня.

    (Иезекииль 17)

     

     

    [14] É – «дом», «семейство», «семья», «надел земли». ta, dá – «природа», «тип», «из». Na – «человек»

    [15] HA – «много», NU – «подобие», «образ», «картина», «статуя», KI – «земля».

    [16] О себе он говорит “Енох, писец правды» (там же)

    [17] флаг принят 16 сентября 1968 года.

    [18] Ацтекская армия состояла из различных подразделений, наиболее престижными из них были отряды воинов-орлов и воинов-ягуаров.

    [19] Птичка колибри у ацтеков – символ солнца, которое защищает Уицилопочтли. Считалось также, что душим убитых воинов превращаются в колибри (синергия с христианским «голубем»).

    [20] Самой древней ипостасью Тескатлипоки – брата-бвойника Уицилопочтли - был ягуароликий бог пещер, землетрясений и несчастий и эха Тепейблотль -«сердце гор». Синергия с «Богом Гор» Ишкуром.

    [21] Берналь Диас, участник экспедиции Кортеса описал шокирующий обряд в Семпоале. Множество тотонакских жрецов, одетых в черное, были обильно политы кровью человеческих жертв. Жертвы приносились Богу Дождя. Причем, распространены были жертвы детей. При этом кровь детей смешивалась с благовонными соками деревьев и служила своеобразным «причастием» для взрослых участников ритуала.

     

    [22] «Трудно объяснить этот разнообразный набор функций. Вероятно, это обусловлено тем, что Кецалькоатль был богом не индейского (и уж точно не ацтекского) происхождения. Он не похож на других ацтекских богов, которых всего было около тысячи. Тем в жертву приносились живые люди, чаще всего пленники. И лишь одному богу Кецалькоатлю приносились в жертву не люди, а цветы и бабочки. Под этим именем скорее всего скрывался не бог, а богочеловек» <…>

    [23] Среди самых запоминающихся достопримечательностей Тyлы — соpокаметpовая Стена змей: на ней изобpажены гигантские змеи, заглатывающие человеческие скелеты. Hа веpшине пиpамиды в центре гоpода стоит хpам бога Кецалькоатля. <…> У майя отправлением религиозных обрядов в каждом из городов-государств руководил первосвященник - "князь змей".

     

     

    [24] «Но когда с приходом к власти инков их язык (кечуа) распространился на весь район, инки узнали, что эти два названия относятся к одному и тому же божеству, которое они сами называли Виракоча. И тогда все три имени соединили...» [Н. Непомнящий "Тайны веков", 1980]

    [25] UR – «зверь», AG (ak)родительный падеж, «из», AN – «небо».

    [26] О синергии Виракочи с Ишкуром говорит и то обстоятельство, что одой из ипостасей Виракочи был Ильяпа - бог погоды, грома и молнии. К нему люди обращались главным образом с просьбами о дожде, ибо Ильяпа мог заставить течь на землю воды Небесной реки (нашего Млечного пути).

     

    [27] «вечно юный бог карающего правосудия, ночи и судьбы» [Культурология: Конспект лекций. (Авт.-сост. Оганесян А.А.). - М.:Приор,2001.-с.103-105.]

     

    [28]

     (65). Вы знаете тех из вас, которые нарушили субботу, и Мы сказали им: "Будьте обезьянами презренными!"

    (Коран, сура 2)

     

    Тот, кого проклял Аллах и на кого разгневался, и сделал из них обезьян и свиней, и кто поклонялся тагуту. Эти - злостнее по месту и более сбившиеся с ровного пути".

    (Коран, сура 5, 65 (60))

     

    166 (166). Когда же они преступили то, что им запрещали, Мы сказали им: " Будьте обезьянами презренными!"

    (Коран, сура 7)

     

    [29] Исимуд?

    [30] «Священная пятерица — один из ключевых символов исмаилитской традиции, но его сакральная генеалогия, несомненно, более древняя, и восходит еще к периоду первых наскальных изображений, сделанных неолитическим человеком. Известно, что большинство фигур т.н. "пещерной живописи" являются изображениями астральных объектов — прежде всего планет и созвездий». [Вл. Джа Гузман (Видеман) ТРОПОЙ СВЯЩЕННОГО КОЗЕРОГА]

    [31] Каласасайя (на языке аймара - "место вертикально стоящих камней").

    [32] 12 тысяч полос и линий, 100 спиралей, 788 рисунков, среди которых - 4-5-метровый паук, 80-метровая обезьяна, 50-метровый попугай и, наконец, 250-метровая птица…

    [33] О том, что “линии Наска» навевают представление о «забаве», говорит известный исследователь Эрих фон Дэникен: «При внимательном изучении литературы о плато Наска создается впечатление, что весь процесс этого грандиозного строительства представлял собой нечто детской забавы» (Erich von Daniken “Zeichen fur die Ewigkeit – Знаки обращенные в вечность» - Эксмо, 2004)

    [34] And I appeared unto Abraham, unto Isaac, and unto Jacob, by the name of God Almighty, but by my name JEHOVAH was I not known to them.

    [35] S.N. Kramer, The Sumerians, p 298

    [36] Šu – «рука», «доля», «узел», «сила»… и (šùde, šùdu, šùd) – «молиться», «освящать(ся)» («… да святится имя Твое»). Šè (?) – «доля» и терминативная постпозиция «до сих», а также «подниматься», «нести» (напр. mu(-šè)...sa: «называть», «давать именем» ('name' (+ terminative) + 'to name'))

     

    [37] And they said, Go to, let us build us a city and a tower, whose top may reach unto heaven; and let us make us a name, lest we be scattered abroad upon the face of the whole earth.

     

    [38] šem3,5(zabar) имеет значение – «тамбурин»  (возможно отсюда происхождение «семя», «симсим»)

    [39] Есть предположения, что это Ниппур.

    The KJV Old Testament Hebrew Lexicon: Calneh or Calno = "fortress of Anu".

    [40] Логограмма близка - lam: n., «изобилие», «роскошь»; «миндаль»; «преисподняя, преступность».

     

    [41] Куш – также древняя Нубия, земля южнее Египта

    [42] евр. Ro'shroshe

    [43] Ма – также mu –повторяющийся астрономический цикл, год, эра, зодиакальная эпоха, мир-космос в гармонии смены вех, также «вход», «клятва». MU также – «имя», и «то, что переносит».

    [44] Время Фалека отмечено также резким – приблизительно в полтора раза - сокращением жизни человека. Так отец Фалека – Евер – жил 564 года, а Фалек – 339 лет, его сын Рагав жил 339 лет, его сын Серух - 330 лет, Нахор – 198 лет, Фарра – 205лет, Авраам – 175.  Вообще при Аврааме происходит самое резкое сокращение жизни в Библейской хронологи. По сравнению с жизнью Адама - сокращение жизни  в 12 раз. (Сим – 4,5 Арфаксад – 2,9  Фалек – 1,8). По сравнению с Адамом Авраам прожил в 531 раз меньше (с Мафусаилом – 553 раза). Современный человек (76 лет) живет меньше Адама в 1223 раза. Иисус прожил в 2818 раз меньше Адама.

     

    [45] “Место где боги касаются земли». «В Теотиуакане, по мнению древних жителей Мексиканской долины, был запущен в действие основной закон нашего мира - закон жертвы, и боги Солнца и Луны вошли в наше пространство и время. Поэтому место это считалось священным и притягивало к себе людей» [Культурология: Конспект лекций. (Авт.-сост. Оганесян А.А.). - М.:Приор,2001.-с.103-105.]

     

    [46]

    20 и она считалась землею Рефаимов; прежде жили на ней Рефаимы; Аммонитяне же называют их Замзумимами;

    (Втор 2)

     

    [47] Касситы  (вавил.  Кашшу,  Kissio (Strab.,  также   Коссеи)   -   народ

    неизвестного происхождения, обитавший в Элимаиде - Сузиане и  покоривший

    в XVIII в. Вавилонию, воспользовавшись её слабостью в  конце  господства

    2-й  династии.  Касситские  завоеватели  утвердились,  кажется,  сначала

    только в Ниппуре, опираясь на жрецов Бела. Здесь же  недавно  найдены  и

    надписи первых царей касситской династии (З-й по общему  счету,  1730  -

    1160): Гандаша, Агума 1 и др. При Караиндаше (около  1470  г.)  начались

    сношения с только что выступившей на сцену  Ассирией.  Некоторые  другие

    цари К. династии известны, главным образом, по  интересной  переписке  с

    фараонами  Аменготепами  III  и  IV,  найденной  в   Тель-эль-Амарне   и

    указывающей на деятельные сношения между обоими царствами. Не смотря  на

    стойкость семейных преданий и предпочтение даже  в  официальных  титулах

    Кассии перед Вавилонией, которую эти цари упорно  называли  по-касситски

    "Кордуниаш", они скоро слились с населением и  впоследствии  стали  даже

    носить семитические имена (напр.  Рамманшум-иддин,  Мардук-абал-иддин  в

    XIII в.). Оба элемента  до  такой  степени  ассимилировались,  что  даже

    Библия  называет  Нимрода  сыном  Куша  -  эпонима  К.,   смешанного   с

    африканским Кушем не только здесь, но и у классиков, и  у  многих  новых

    историков. Вероятно, в этом же смешении можно искать ключа к темным  для

    нас "эфиопским" историям у древних авторов;  новые  авторы  обязаны  ему

    "кушитской теорией". -  На  родине  К.  остались  варварами;  против  их

    разбоев Синахерим в 702 г. предпринял  экскурсию. 

    [48] Касситский период. В XVI в. до н.э. Вавилонию завоевали горцы-касситы, что привело к её политическому ослаблению. На астрологии это сказалось неоднозначно. С одной стороны, именно во времена касситской династии (правившей до середины XII в. до н.э.) была собрана уже упомянутая серия астрологических предзнаменований "Энума Ану Энлиль", велись наблюдения восходов, заходов и кульминаций звёзд и планет. С другой стороны, есть основания полагать, что в касситский период традиция наблюдения и интерпретации небесных явлений на какое-то время была прервана.

    [49] ia2,7,9, í: пять  [  ]

    [50] ìa, ì: масло, жир, крем  [   NI]

    [51] (iš)rad: дерево (цитрус.?) [ ŠITA3].

    [52] (iš)rab, rap: кольцо; хомут; оковы, узы, кандалы; ствол (дерева); позорный столб; западня

    [53] RA – усиление, ad4: хромой, калека  [  AD4]. ada, ad: отец; возглас, крик; песня [ AD ].

    гл. задерживать, мешать, препятствовать.

    adda(2), ad3,6: туша, каркас, остов, труп; скелет [ADDA ]. adda4, ád: отсылать, посылать; уезжать; кустарник, колючка, терновник [?KIŠIK].

     

    [54] Интересно, что русском языке слово Иаред, ставшее нарицательным, вобрало в себе признаки меркантильного отврата. В словаре Даля читаем: «АРЕД  (Иаред? Ирод?) дряхлый старичишка, выживший из лет, заедающий чужой век; старый брюзгач, кащей, скряга; старый ведун, колдун; злой знахарь. Неправедное создание (стяжание) аредом пойдет. Аредом вышло орл. сблевал, вырвало, скинуло с души. Рассыпься аредом, да не доставайся скаредам, рассыпься ветхим прахом, пропадай добро мое, да не доставайся ворогу. Он живет аредовы веки, мафусаиловы годы, назло людям. Аредское дело, самое злое, ехидное, сатанинское. Аредь ж. арх. сыпь, зуд, почесуха, свербеж, свороб».

     

    [55] «Любому специалисту очевидно, что “Книге Мормона" не находится вообще никакого места в контексте Нового Света... Она вообще никуда не вписывается... ни в антропологию, ни в историю... Она выглядит как недоразумение...» (мнение известного в США антрополога проф. Рэя Матэни, заявившего на конференции в 1984 г.) Сами мормоны – каста чрезвычайно боголюбивая, - вполне вдохновенно говорят о том, что понять священную Книгу можно не через разумение, а только через откровение! Это именно так.

    [56] Кстати, добрались они в Америку (видимо Центральную) не как Колумб, а по маршруту: Красное море, Индийский океан, Тихий океан.

    [57] “Все лицо земли было покрыто строениями, и народ был почти так многочислен, как песок морской” (Мормон: 1: 7). Люди не только строили свои жилища, но и сооружали корабли, храмы, синагоги и “священные убежища” (Геламан 3: 14), они чеканили серебряные и золотые монеты (Алма 11: 14) и ковали из железа, меди, бронзы и стали оружие, такое как мечи, ятаганы, нагрудные брони, “щиты для защиты рук”, “щиты для защиты головы”, луки, стрелы, и т. д. (Алма 43: 18-20).

    [58]

    40 Но Он сказал им в ответ: сказываю вам, что если они умолкнут, то камни возопиют.
    41 И когда приблизился к городу, то, смотря на него, заплакал о нем

    (Лука 19)

    [59] «Как жители острова транспортировали на десятки километров эти многометровые исполины весом более сорока тонн? Статуи целиком вырубались из скал, которые находились почти в центре острова. Большинство современных гипотез связывают эту работу с применением бревен в качестве катков. Но на острове никогда не было деревьев... Океан не мог обеспечить бревнами в таком количестве. На острове также никогда не было крупных животных, которые можно было бы использовать как тягловую силу. Различные эксперименты по передвижению статуй с помощью жителей острова не дали обнадеживающих результатов». [Геннадий Иванов «Моаи пришли сами...» "Формулы творчества, или как научиться изобретать", М.: Просвещение, 1994]

     

    [60]

    10 прежде жили там Эмимы, народ великий, многочисленный и высокий, как сыны Енаковы,
    11 и они считались между Рефаимами, как сыны Енаковы; Моавитяне же называют их Эмимами;
                                                                                                                                                     
    (Второзаконие 2)

    [61] Etymology: Middle English, from Medieval Latin gestura mode of action, from Latin gestus, past participle of gerere (нести, выносить)

    [62]

     

     

     

    SAG.KAL

    aarëdu

     

    'first in rank', `foremost',`leader'

     

    [63]

    Enmerkar | Enmekar

    Twenty-Fifth Sumerian King after the Flood

    Second King of the First Dynasty of Unug | Erech | Uruk

    From 6,525 to 6,105 BCE | 24,834 years to 25,254 years after the Flood

    Predecessor :

    Successor :

    Mec-ki-aj-gacerего отец Уту

    Gilgamec

     

     

    [64] в шумерском языке – «страна Шумер», «нация, народ», «родина», «родное».

    [65] Ладонь-пальцы – синергия Солнца, как змея – луча.

    [66] Sè – «удар», «ход», «проявление». Lim, lím – «тысяча», «четыре», lum – «насыщение», «удобрение».

    [67] Dé – «формировать». Mu – «имя». Teдательный падеж

    [68] Etymology: Greek ArmageddOn, HarmagedOn

    HarmGed (hed) – On (“crowd fencing off the fortriss”)(“воинство, ограждающее свою цитадель (гармонию)»)

    har, àr, ur: n., millstone; ring; link (in a chain) / hara: vessel with a large spout

    (евр.) Harmon («гармония») = "high fortress" - 'armown = citadel, palace, fortress.

    (greek): harmony =  αρμονία - armonia (eng. Arm =Etymology: Middle English, from Old English earm; akin to Latin armus shoulder, Sanskrit Irma arm)

    ge, gi: to fence off; to cross, bar; to lie athwart; to go across, to reject

    (ивр.) Geder –rdg - gheh'-der = 'wall, fence' / Hed – hade - a shout of joy, shout

    (Megiddo or Megiddon = "place of crowds")

    un(-á), ùa, ù , ùku: people; population; crowd

    (ивр.) 'oniy - on-ee' – 'fleet, ships' (also: «affliction, poverty, misery») / 'oniyah - on-ee-yaw' = 'ship, men of ships' / `onesh - o'-nesh = 'fine, penalty, indemnity'

    (greek): on - ον =  wight, as which

     

    [69] Есть более прозаичные объяснения картины: астрономическое – если смотреть справа налево:  Исимуд-Янус – январь, Эа – Водолей, рыбки – Рыбы, жертвенное животное под ногами Эа – Телец, птица – Овен (?), Шамаш – Рак (середина лета), гора (Нинхурсаг) – Близнецы (союз с Энки), Иштар (со львом) – Лев, древо – Дева и Весы (время урожая), Нинурта – Стрелец. Почти полный круг зодиака (нет Скорпиона).

    Более глубокую интерпретацию смысла печати дает [Audrey Fletcher] (“Ancient Egyptians and the Constellations”, part 17). По ее мнению, эта печать отражает начало эры Овна (эффект прецессии), который впервые определили древние египтяне и зашифровали в «священных знаниях». Поэтому, считает [Audrey Fletcher]  на печати мы видим «египетские иероглифы».

    [70] Joshua – «Иегова – спасение»

    [71] Фонетическая родство с «назорей» (Naziyr - naw-zeer'  - «посвященный»)

    [72] Judah – «возвышенный»

    [73] «Появление создателей этой культуры было поистине эффектным. На сцене перуанской истории появление культуры Чавин напоминает скорее взрыв, неожиданную вспышку, последствия которой ощущались на протяжении многих столетий. Впервые в истории Перу мы встречаемся с культурой, чье прямое или косвенное воздействие можно проследить в находках из районов Косты и Сьерры, из мест отделенных друг от друга на тысячи километров» [www.peru.ru].

     

    [74] открыл Чавин профессор Хулио Сесар Тельо. Он же установил, что слово «чавин» на одном из карибских языков означает «Ягуар».

    [75] voo·doo - 1 a religion that is derived from African polytheism and ancestor worship and is practiced chiefly in Haiti 2 a : a person who deals in spells and necromancy

    Pronunciation: 'vü-(")dü

    Etymology: Louisiana Creole voudou, probably from Ewe vódu tutelary deity, demon

    Bu, bul;:  -  'to pull, draw', to rush around; to blow; to ignite, kindle; to sprout (onomatopoeic).

    búru, bur: n., burin; thread (бурить)

    du: : to walk; to go; to come

    dù('), ú: n., work; totality. v., to build, make; to mould, cast; to erect something on the ground; to raise up; to set up; to plant; to fasten, apply (dù-e in marû). to be finished, complete; to be suitable, fitting; to be necessary; to butt, gore, toss (reduplication class?) (regularly followed by rá)

    duh, du: n., residue, by-product; bran (motion + plant, grass + numerous times) v., to crack, loosen, open; to untie; to adorn, clothe (reduplicated); to spread; to caulk a boat (with pitch); to gouge (eyes); to bake bread/bricks; to prepare the threshing floor; to remit (a debt). adj., free.

    du1: quarrel, struggle, fight.

     

    [76]Ahû  (аккад.) - `strange', `foreign', BAR

    [77] sám, šám, sa : n., equivalent; (barter) purchase; sale price; merchandise (Akk. loanword from šâmu(m), 'to buy, purchase', *su'um- 'sell, buy')

    [78] qilpu  (аккад.) - `skin', `shell', `bark'

    [79] Aba, ab : 'sea'. Abba, aba: 'father’, 'elder'. ada, ad: n., father; shout; song; to balk.

    Ba : liver; liver model; omen… = bar – сын. Аба-ба – «отец-сын»?

    [80] nam-nar: concert, harmony (abstract prefix + 'musician').

    [81] По индейским поверьям Черный ягуар – покровитель урожая, Красный ягуар – далеких стран, странствий. Связь с древнеегипетским Кеме – Черная страна, Черный Египет, вдоль реки Нила, где плодородные земли, и Дезере – Красная страна – пустыня.

    [82] Зооморфный или растительный атрибут бога в индуизме

    [83] из словаря «Индуизм. Джайнизм. Сикхизм», под ред. Альбедиль М.Ф. и Дубянского А.М. (изд.М. Республика, 1996.

    [84] El Lanzon (исп.) – “копье»

    [85] «Помазанник» - «машиах» (евр.) – происходит от шумерского «маш» - máš – что означает жертвенное животное, агнца, «козла отпущения»,также «ребенка». Клинописный знак, как и для BAR – крест -  . Индейцы верят в Ягуара, как в воплощенного Бога.

    [86] Молния, топор, бич, трезубец – символы бога Ишкура

    [87] Астрономический символ астероида Тескатлипока  .  «Значение символа астероида Т. - дымящееся зеркало. Астероид Т. символизирует столкновение с враждебной силой, вызванной прошлыми ошибками; разрушение последовательности, привычной логики; состязание и преодоление преград; конфликт; награду за испытания. Л.Леман пишет: "Т. можно назвать тёмной частью силы, сравнимой с энергией кундалини... В жизни этот астероид может проявляться как роль антигероя". [Денис Куталёв «Новая астрологическая энциклопедия», версия 2.5] 

    [88] один из символов Тескатлипока кожаное кольцо, висящее на желтой ленте на груди

    [89] Почему Чавин-де-Уантар внезапно стал религиозным центром? Очевидно, в этом месте было нечто особенное - что-то, чего мы не можем сразу обнаружить в развалинах храмов, стоявших здесь приблизительно в 500 году до н.э. Возможно, у Чавина имеется какое-то более раннее таинственное прошлое. [http://dmarkov74.narod.ru/main.htm]

    [90] даже в значительно более поздние времена иудейские теологи оспаривали правомерность включения Книги Пророка Иезекииля в Ветхий Завет.

    [91] Призванию Иезекииля посвящены первые 3 главы его Книги.





    Продолжение
    Оглавление




    – Шумерский язык –

    © Тенгиз Гудава, 2007-2022.
    © Сетевая Словесность, 2010-2022.





     
     


    НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
    Михаил Ковсан: Чужие сны [Будет фейерверк: радужно весёлое многоцветье, набухающие на чёрном фоне неземные цветы, яркие нити, небо с землёй единящие...] Анна Нуждина: Литературный туризм. О модели организации стихотворения Вадима Муратханова "Путешествие" [...в наше время клипового мышления именно литературный туризм способен сосредоточить на себе истинное внимание аудитории. Это принципиально новая техника...] Александр Попов (Гинзберг): Детские стихи для читателей всех возрастов [...Но за Кругом за Полярным / Дом замшелый в землю врос: / Там живёт непопулярный - / Настоящий Дед Мороз!..] Илья Будницкий: Заморозок [И все слова, как осенью листва, / Сошли с небес и стали покрывалом, / И я ищу не с музыкой родства, / Не с общечеловеческим хоралом...] Владимир Бененсон: День, когда убили Джона Леннона [...Несмотря на сытый желудок и правильное содержание алкоголя в крови, спать не хотелось, и воспоминания о тех шести месяцах службы под Наро-Фоминском...] Надя Делаланд, Подборка стихов по материалам курса стихотерапии "Транс-формация" [Делаландия - пространство, в котором можно заниматься поэзией, живописью, музыкой, психологией, даже танцами... В общем, всеми видами искусства, только...] Наталия Прилепо: Лодка [Это твой маленький мир. Здесь твои порядки: / Дерево не обидь, не убей жука. / Розовым вспыхнул шиповник, и что-то сладкое / Медленно зреет в прозрачных...] Борис Фабрикант: Стихотворения [Пробел в пространстве залатать стихами, / заштопать строчкой, подбирая цвет, / не наглухо, чтоб облака мехами / дышали вслух и пропускали свет....]
    Словесность