|
ак делать эти приношения, чтобы получить максимальную пользу?
"К церквям Божьим подходи с верой, без гнева, без зависти и злобы,
в смиренной мудрости, кротости, в чистоте телесной, с приношением,
со свечками, просфорами, с фимиамом и ладаном, с каноном и кутьей
и с милостынею". Делать это надо по любому поводу: и за здравие,
и за упокой, и к праздникам. Причем следует разносить дары не только
по ближним церквям, но и во все доступные монастыри.
И
вот, пришел ты, разгрузился. Теперь можно три желания отоварить. Осторожно
подходи к алтарю. Это такое возвышение, типа стола перед иконостасом.
Впрочем, алтарем называется у нас и вся отгороженная фанерными Царскими
Вратами восточная часть любой церкви. Через эти ворота будто бы нет-нет,
да и является Христос. Сам алтарь-стол символизирует старинный иудейский
ритуальный камень, на котором резали жертвенную скотину - баранов,
козлов, военнопленных и непослушных детей.
Приближаешься
ты, значит, к алтарю. Очи держи долу. Переключай фары на ближний свет.
По дороге вспоминай Евангельское слово: "Если на тебя твой братан
что-нибудь имеет, или счетчик на тебя капает, или ты не поделился
с кем, или открысил неположенное из общего котла, клади свои дары
перед алтарем и рысью беги к кредиторам. Помирись со своими, разберись
с чужими, расплатись по долгам или как-то сделай, чтобы не было кредиторов
вовсе. Потом набери новую порцию даров и тащи опять в церковь".
Тут,
правда, придется попотеть, профильтровать дары. Фокус в том, что Бог
не фраер, он берет только "праведное имение твое", а приворованным
брезгует, прямо давится. На такой случай Евангелие рекомендует "сильным",
то есть, деловым, политикам, силовикам, блатным, следующее: "Лучше
не грабить, чем милостыню подать из награбленного. Вернуть ограбленному
его хабар приятнее, чем раздать милостыню неправедную. Богу приятна
милостыня от праведного стяжания и добрых дел".
Бог,
понимаешь, смотрит, как ты гоп-стопничаешь, рэкетируешь ларечников,
получаешь подъемные на "ангажированное голосование" в Думе,
и не торопится молнией жарить. Дай-ка, думает, посмотрю, куда этот
гаденыш бабки сплавит. И лучше тебе их пропить в кабаке, чем светиться
с ворованным перед алтарем.
Это
соображение особенно важно для людей, забывчивых во грехе. Вот, допустим,
ты - народный избранник. И пришел 7 ноября в храм помолиться о всепрощении
и согласии. Чтобы смягчились нравы подопечного русского народа. Чтобы
"агнец возлег с волком", коммунист помирился с правозащитником,
студент обнял мента.
И
уже взлетела твоя мысленная мольба под синий купол бутафорского неба,
уже Господь обратил на тебя внимание, и любопытные Серафимы выглянули
из-за колонн. Смотрят, не нарадуются. Хоть один Человек милосерден
еси! Вот - русский, а достоин писаться с большой буквы "Че".
Как Че Гевара!
И
ты тоже чувствуешь небывалое вдохновение. Задираешь голову в зенит,
крестишься широко и четко.
Но
вот же черт! Рукав у тебя от крестного знамения задирается, и в свете
тысячи свечей вспыхивает предательской искрой взяточный "Роллекс",
полученный за пустяковое лоббирование, вредное для родной природы
и православия в целом.
Что
тут начинается! Серафимы с кудахтаньем разлетаются по своим чердакам.
Верховой старик на облаке заходится астмой. Подготовленные для тебя
благословение и наградные документы обращаются во прах...
Тщательнее
нужно готовиться к медосмотру, дорогой товарищ начальник!
Или
хоть часы носи по-божески, на левой руке.
|
