Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
   
П
О
И
С
К

Словесность




ПИСЬМО  СОЗДАТЕЛЮ


Плоть, прах и ветер - вся наша жизнь в этих трёх словах, от рождения и до смерти, от смерти и до нового рождения, до памяти, вдоль памяти, с памятью... Или вне памяти, вне времени.



Уже одно только, что я приняла твою книгу в дар из рук самого автора, наполняло меня гордостью. Ведь писатель-то не хухры-мухры, а сам отец русского Интернета (Рунета) - Александр Ромаданов, знакомый нам всем как Alexroma.

Получив твой подарок, я вечером ехала с работы, в метро, и была полна творческих идей (поезд - место, где уже давно поселилась моя муза). Везла с собой недописанный рассказ, пару-тройку стихов, и мысли по поводу оперативного репортажа. Хотела черкануть страницу-другую, но прежде, чем застрочить - любимейшее занятие - решила ещё раз взглянуть на подарок, выхватить на удачу фразу из текста и отложить фантастическую повесть "Плоть, прах и ветер" (тогда ещё твоё название не казалось мне таким глубоким) до ближайшего удобного момента. Когда не будет висеть заплечный мешок с проблемами, и можно будет просто расслабиться. Наугад - 14-я страница: "Может ли кокон прочесть откровение на крыльях порхающей бабочки?". И утонула. А через полчаса, вынырнув на поверхность, чтобы набрать в лёгкие воздуха, заинтересовалась своими ощущениями. Так и не поняла, откуда же я читаю, с какой страницы. Вернулась к началу, и оказалось, что не пропустила ни строчки, ни запятой, ни единого вздоха. Такое редко со мною бывает. Никогда не может меня чужой ребёнок, пусть даже очень красивый, умный, весёлый и талантливый, заинтересовать больше, чем свой, пусть даже не совсем удачный. И поймала себя на том, что забыла про свои недописанные рассказ, стихи, репортаж. Я - во власти чужого и одновременно такого родного творения.



Вторым откровением было то, что я читала, не пропустив ни слова, ни строки. Последний раз я пережила такое в объятиях "Ста лет одиночества" Гарсия Маркеса. А потом корила себя за то, что пролистываю прекрасные образцы описательной набоковской прозы в погоне за сюжетом. И вдруг я переживаю каждой клеточкой, каждым нервом каждый твой вдох, каждый твой выдох.

Мурашки по коже. И такая гармония, такое единение с твоими девятью заповедями! Ведь они - и мои тоже. "В мире нет ничего, кроме меня самого, моего воображения и моей книги". Спасибо! Хочется взять в ладони твоё лицо и нежно-нежно поцеловать умный лоб и усталые веки за это откровение.

Я прочла твою повесть на одном дыхании. И сошла с ума от музыки любви, потому что "любовь вечна! Рухнут империи, падут кумиры, умрут старые боги, придут молодые, состарятся и тоже умрут, но наша любовь будет вечной, потому что она - вне времени!"

А милая булгаковская фантасмагория! В лучших традициях хорошей литературы. Чуть-чуть забавно, но так искренне.

Плоть, прах и ветер - вся наша жизнь в этих трёх словах, от рождения и до смерти, от смерти и до нового рождения, до памяти, вдоль памяти, с памятью... Или вне памяти, вне времени.

Задумалась. Под какой же маской скрывается автор? Кто ты - Вальт Стип, Алина и Гор? Твои герои - твои лица. Но больше всего ты - доктор Морт, осознавший, что бессмертие - не только человеческое заблуждение, но и огромный источник зла.

Ты - философ. А ещё...




© Диана Балыко, 2002-2018.
© Сетевая Словесность, 2002-2018.






 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Владимир Гржонко: Три рассказа [После, уже сидя в покачивающемся вагоне метро, Майла почувствовала, что никак не может избавиться от назойливого видения: на нее несется огромный зверь...] Алексей Вакуленко: Очарование разочарования [О Поэтических чтениях на острове Новая Голландия, Санкт-Петербург, май 2017 г.] Владимир Кисаров. "Бегемота" посетила "Муза" [Областное музейно-литературное объединение из Тулы в гостях у литературного клуба "Стихотворный бегемот".] Татьяна Разумовская: "В лесу родилась ёлочка..." [Я попробовала написать "В лесу родилась ёлочка..." в стиле разных поэтов...] Виктор Каган: А они окликают с небес [С пустотой говорит тишина / в галерее забытых имён. / Только память темна и смурна / среди выцветших бродит знамён...] Михаил Метс: Повесть о безмятежном детстве [Ученик девятого класса, если честно, не может представить тему своего будущего сочинения, но ясно видит его темно-малиновый переплет и золоченые буквы...] Екатерина Ливи-Монастырская. На разрыве двух миров [Репортаж с Пятых Литературных чтений "Они ушли. Они остались", посвящённых памяти безвременно погибших поэтов XX века (Москва, 30 ноября и 1-2 декабря)...] Михаил Рабинович: Бабочки и коровы, птицы и собаки, коты и поэты... [У кошки нет национальности - / в иной тональности она, / полна наивной музыкальности, / открыта и обнажена...] Максим Жуков: Другим наука [Если доживу до декабря, / Буду делать выводы зимой: / Те ли повстречались мне друзья? / Те ли были женщины со мной?]
Словесность