Словесность

[ Оглавление ]






КНИГИ В ИНТЕРНЕТЕ
     
П
О
И
С
К

Словесность



ВЕТРЕНОЕ


 


      ВЕТРЕНОЕ

      пока ты усмиряешь сквозняки,
      ловлю тебя заботами простыми.
      окно починишь? на, пальто на-кинь,
      простынешь.

      какая роскошь, господи, одни.
      ты мой несвоевременный, но поздний...
      у нас врасплох кончаются то-дни,
      то гвозди.

      а дыму сигаретному сквозняк
      ровняет разметавшиеся кудри.
      ты бросить обещал ещё на-днях,
      но куришь.

      смотри, как город сумраком обвит,
      как ветер пьяно путается в вязе.
      он знает всё о нашей не-люб-ви,
      но связи.

      нам с рук сходила не одна зима,
      сойдёт и эта... небо узловато...
      а я во всём, как водится, са-ма
      не виновата.

      умру от смеха, ты такой чудной
      стоишь в ушанке, свет фонарный застя...
      спасибо за украденно-е, -но
      счастье...

      давай оставим сквознякам проём,
      нам - ветреным теряться проще в гуле,
      не врозь, но врозь,
      вдвоём, но-не-вдво-ём,
      и пожелать грядущее своё,
      кому, скажи мне,
      другу ли,
      врагу ли?

      _^_




      КОМУ КАКОЕ ДЕЛО

      не хочешь но поедем на восток
      картавый людовоз вильнёт хвостом
      швырнёт из предпоследнего вагона
      растерянных напуганных ненас
      на карте нарисована стена
      перешагнуть что лезвием по горлу
      по гордости по памяти по горю
      переступить бы от своих к своим
      но мы такие хрупкие стоим
      давай уже
      покурим помолчим
      развеем словом страх повспоминаем
      как было до
      пока война дурная
      двуликая наш край не поглотила
      в неправде сила
      в недоправде сила

      родной мой видишь видишь далеко вон
      за дальним отгоревшим терриконом
      уходит в небо неохотно дым
      никак готовят пирожки к поминкам
      а мы стоим трусливые в обнимку
      не там а здесь
      отшельниками
      брат мой
      не представляй
      заказывай обратный
      спасательный
      жаль лет
      жилет
      билет
      чтоб с головой закутаться в белье
      дорожном ветхом небывало белом
      трястись домой кому какое дело
      зачем я накрываюсь с головой
      из недодома повернув
      домой
      и обогнав леса автомобили
      в упор не видеть жизни из окна
      кому какое дело что без нас
      кого-то тихо в вечность проводили

      _^_




      ВИТОК ЗЕМЛИ

      виток земли вокруг своей оси
      бери и правду горькую неси
      не замечай в упор что снег растаял
      юдоль земная стало быть простая
      зачем же денно нощно усложнять
      и где ещё вчера была лыжня
      черным черно
      окрасится в зелёный
      уже на днях
      травы видны проклёвы

      а ты стоишь на взлетной полосе
      и где-то все
      куда исчезли все
      поди узнай
      откуда этот холод
      хоть жажда жизни в меру велика
      и облака по встречной
      облака
      разбились вдребезги
      на горизонт легли
      и скоро отрываться от земли
      бежать спешить наращивая скорость
      и память отпуская чуть дыша
      где каждая минута хороша
      когда летишь над городами в гору

      _^_




      КОГДА ВО МНЕ УМИРАЕТ БРОДСКИЙ

      когда во мне умирает Бродский
      бегут мурашки колокола
      я превращаюсь в мальца подростка
      ни слов ни паперти ни кола
      чернеют вороны в тоге ночи
      гундосят лютые о своём
      когда во мне умирают строчки
      и ворд хоронит меня живьём
      и гаснет в сердцебиенье сквера
      фонтан живительного стекла
      когда во мне умирает Вера
      хоть вера вовсе не умерла
      и жажда слова и жажда власти
      над ним сильнеет пока жива
      когда во мне умирает классик
      я становлюсь чуть добрее льва
      трясутся окна несётся скорый
      по буквам площадь скрипит трещит
      мой старый малоэтажный город
      как будто вылетел из пращи

      /косилось утро смещались оси
      впадали в панику фонари
      когда во мне оживал Иосиф
      хотелось с радостью закурить/

      _^_




      ЗАЛОЖНИКИ АВАНГАРДА

      Слишком много солнца на площадях,
      и лучи слепящие не щадят
      глаз, отвыкших от света, как вспышка
      спички
      каждый блик. Ты щуришься с непривычки,
      это ж надо было надолго так затеряться,
      чтоб на каждом проспекте, в кафе, на любой из пьяцце,
      что ни девушка - силикон, что ни кофе - одна робуста,
      будто год ты в хрустальном своём гробу спал,
      натуральное ныне дорого да искомо.
      Выходя из дремучей комнаты, как из комы,
      защищаешь глаза моделью от Полароид,
      будто главный герой экрана. Здесь все
      герои
      некороткометражки на карантине.
      Понимаешь, что ты определён в картине,
      и в просвет свободного кракелюра
      наблюдаешь, как мир трещит.
      Каждый шаг - опасность и авантюра.
      Не ищи тут логику, не ищи.
      В Пентагоне, в аптеке ли, на вокзале -
      в этом фильме каждого третьего заказали,
      и финал недописан - как ляжет карта.
      Мы теперь заложники авангарда,
      помещённые в чёрный квадрат. Галерея, центральный зал...
      И профессор Лэнгдон в этот раз отчаянно опоздал...

      _^_




      СЧИТАЙ ДО СТА

      закрывал глаза ладонями
      говорил считай до ста
      не утонем не утонем мы
      до реки еще верста
      солнце чёрствое иглистое
      подпирало горний ряд
      я угадывала пристально
      как там лотосы горят
      под закатным рыжим пламенем
      по дымящейся реке
      заговаривали камни мы
      на забытом языке
      ночь срывали спелой вишенкой
      я смеялась - где я где
      говорил вслепую вышей мне
      без напёрстка новый день
      закрывал глаза ладонями
      мол считай до десяти
      и шептал когда утонешь... ты
      будут лилии цвести
      обнимал меня бездомную
      говорил считай до ста
      закрывал глаза ладонями
      а потом толкнул с моста

      _^_




      НЕ СНИЛОСЬ ДАЖЕ

      Не снилось даже ни тебе, ни мне,
      что каждый проживёт в своём окне
      и плен, и тлен, и хлопоты пустые,
      уверует и перейдёт пустыню,
      пригубит дикий мёд и дикий страх,
      и станет, словно бражник у костра.

      Пока песок в часах то бел, то бежев -
      ни дальних стран, ни ближних зарубежий.
      И выросла прозрачная стена,
      мир заслонила ангела спина.
      И за спиной кому-то много проще,
      шероховата пустота на ощупь.
      Увы, осталось только вспоминать,
      как год назад тебя держала площадь,
      не отпускала, путала следы,
      у камня есть предчувствие беды.
      Брусчастка липла и вращала в вальсе,
      мол, раз приехал, значит оставайся
      подольше у подножья обелисков,
      в фонтанном шуме слушать на английском
      пустое любование толпы.
      В последний день, как водится, наспе?х ты
      в пылу увековечивал проспекты,
      в крылах амура - вековую пыль.

      Был город на заре рыжебород,
      друг друга вы переходили вброд...

      А ныне - память, сон, дверная щель,
      ты не принадлежишь себе вообще.
      И только птицы...
      Птицы вне закона.
      А где-то просыпается река...
      И блюз орёт на разных языках
      из спичечной свободы на балконах...

      _^_




      И КОМУ НУЖНЫ ТВОИ КАМБЭКИ

      на рассвет приходишь наглядеться
      и дыхание роняет пар
      голуби швейцарские гвардейцы
      охраняют утренний бульвар

      и бледнеют звёздные заплаты
      на небесном сизом полотне
      тонет ночь в ещё горячем латте
      остаётся сахаром на дне

      крепнет утро в полдень переходит
      город в людях затеряться рад
      раскачав их в медленной свободе
      в цепких пальцах старых балюстрад

      вьётся плющ балконы обнимая
      камень буйной зеленью обвит
      солнце словно климтова Даная
      раздаёт энергию любви

      и пока ты думал почему-то
      не тебе прожить здесь повезло
      как в тебя уже стреляет путто
      запылённой мраморной стрелой

      день сгорает на закате пьян ты
      горизонт алеет свет потух
      будто в небе опрокинул кьянти
      резвых облаков седой пастух

      и кому нужны твои камбэки
      завтра в путь прощайся до потом
      чтоб в аэропортовом ковчеге
      возвратиться в будничный потоп

      _^_




      А ГДЕ-ТО ТАМ

      Рекам больше некуда срываться, бежать, спешить,
      берега опустели, на пристанях ни души.
      Реки устали прощаться с рыбой,
      нести на спинах лодки и корабли...
      А где-то там -
      "Мы сделали, что смогли,
      сделали, что смогли..."
      А где-то там
      Бог отправляет в горячие точки своих людей,
      верных ангелов,
      будто в пучину смертную лебедей.
      Наставляет, благословляет, даёт им силы.
      Каждый в водовороте почти мессия...
      А где-то там:
      "Господи мой, спаси, я..."
      Бьётся в молитве (дыша - не дыша) душа,
      как на ромашке - любит не лю... не дыша - дыша.
      И домолиться бы, но не хватает карандаша...

      Господь посылает Машеньку, Джованни и Васыля,
      чтобы щелчок - и спасена земля,
      чтобы ходили бесстрашно и спали мирно...
      Вместо золота, ладана, смирны,
      люди сбивают кресты и готовят гвозди... Будто бы время вспять.
      Бог отправляет, не исключая, что их захотят распять...
      Но в этот раз распинают безразличием и словами.
      А где-то там
      Джованни спасает Ваню или наоборот Иван - Джованни.
      Благоразумные строят стратегии на диване.
      А где-то там
      ангелов вывозят из Нижнего, Тернополя и Бергамо,
      их не хоронит земная мама.
      Перья летят, лебедей затягивает воронка,
      мамам приходит прах или похоронки...
      А где-то там
      Всевышнему приносят аперитив,
      Он разбирает молитвы за ночь - positive или negative...
      Бог наставляет новых спасителей, не веря уже себе,
      все вокруг догадались, что у Господа не было плана "Б",
      Юный ангел (земной реаниматолог) говорит: "Не ври мне,
      я же видел, что было в Барселоне, Нью-Йорке, Риме...
      Может, пора трубить?"
      Господь отрицательно машет - рано ещё, остынь...
      А где-то там
      Таня всю ночь учит свою латынь,
      но до сих пор ужасно боится крови.
      Спорит с друзьями онлайн, сдвигает брови.
      Таня будет врачом от Бога... И для Него это уже неплохо.
      Спорят:
      - Who is to blame?
      - Господь.
      - Китайці...
      - Або кажан...

      А где-то там священник чихает в локоть
      и продолжает исповедовать прихожан...

      _^_




      Я ВОДА, ВОДА

      Я вода, вода.
      Я точу веками
      города, яры,
      берега и камни.
      Я впадаю в сны,
      я втекаю в письма.
      Не гони меня,
      напоись мной,
      пригуби глоток
      из ладьи-ладони.
      А потом иди
      и меня не помни.
      Мне б смолчать тебе
      о любви, о боли,
      как меня моря
      убивали солью,
      как толкали в спину ветрами дабы
      я несла беду, я срывала дамбы,
      чтоб преграды я
      вырывала с корнем.
      А меня смирить бы
      да успокоить...
      напоить собой и не помнить,
      помнить,
      сколько глаз во мне стекленело, стыло,
      как моя сестра остывала в жилах,
      как врастали ждущие и родные
      в берега,
      я лица их помню ныне...
      С серебром ли, без - я всегда нетленна.
      Ты в меня по пояс ли, по колено,
      нас в одну пучину теченье вертит.
      Ты во мне по жизнь.
      Я в тебе до смерти.

      _^_




      ЗАТЕРЯЛИСЬ В СИНЕМ

      А мы с тобой не виделись сто лет,
      что хочется почистить пистолет,
      пиф-паф от удивленья застрелиться.
      Ведь сколько городов лежит на лицах,
      и лет, и переулков, и границ,
      и сколько отпечатано страниц
      тех книг, которые мы вместе не читали.
      И кто тебе я, ровня ли, чета ли?
      Молчим про целлюлит, радикулит,
      и гадкой песней радио скулит,
      что хочется певцу прийти на помощь.
      И оборвать смущение: а помнишь?
      Но, чёрт, воспоминания пугают,
      был мир другой и музыка другая,
      как вечерами свет скользил зернисто,
      когда мы были импрессионисты.
      И удавалось всё, ложилась карта.
      Нас закрутили мельницы Монмартра,
      и выдернул Моне ли Ренуар.
      Друг другу не сказав "оревуар",
      беспечно разошлись на сотню лет,
      чтоб с кем-то стать удачливей, красивей,
      мы на Балу в Мулен де ла Галетт
      бесповоротно затерялись в синем...

      _^_




      ПОСМЕТЬ

      не потерять друг друга не посметь
      пока нас в профиль не узнает смерть
      в холодный заострённый подбородок
      пока мы живы и не знаем брода
      и бродим по болотам - болота?м
      раскачивая звук то тут то там
      то вместе то порой поодиночке
      но возвратясь в указанную точку
      отсчёта полушепота секрета
      где тыква превращается в карету
      проигрываем в туфельку надень
      коль не на но?чь то стало быть на день
      пока на небе держится вода
      пока нас пожирают города
      деревни мегаполисы столицы
      посметь не потеряться и продлиться
      прожечь себя в звонке или письме
      оставить на листе небрежной формой
      один из дней
      без знаков и границ
      и на одной из тысячи страниц
      рассыпать буквы белые
      на чёрном

      _^_




      АЛОХА

      Она то ли магия, то ли мания, движения её легки.
      С ней что виски, что сигареты - всегда на равных.
      Каждый раз, как голодный кот у рыбного ресторана,
      ты стоишь перед ней на расстоянии вытянутой руки,
      шаг не смея ступить в эту пропасть, в сплошной угар.
      И когда в потемневших глазах её зацветает вереск,
      ты уже ни черта не помнишь и ни во что не веришь,
      потому что близка, божественна и нага.
      После каждой безумной ночи утро её свежо,
      кроме - стать режиссёром, мечтает о Рио и о Гавайях.
      Ты уверен, она и там когда-нибудь побывает
      с кем-нибудь помоложе, и от мысли в груди ожог.
      Ты и душу бы продал, чтоб стрелок замедлить ход.
      Как бы жизнь ни швыряла и порой ни бывало плохо,
      но как только ворвётся она, крикнет в дверях: "Алоха",
      понимаешь, что лучшего с тобой уже не произойдёт...

      Но случается время, в одно из утр, кроме сводок и новостей,
      про обвалы на биржах и том, что приближается астероид,
      говорит:" Ухожу... Алоха... Окна плотней закрой, ведь
      обещают грозу..." И неспешно покидает твою постель...
      Словно скрип тормозящей одновременно тысячи поездов -
      закрывается дверь. Вот и всё, ничего подобного не случится.
      Завтра снова начнутся числа, их сменят другие числа,
      и наступит дрянное "после", дряннее, чем было "до".

      Не проходит, а тянется время. Небо строит новый парад планет.
      В стопке старых бумаг ты находишь её рисунки,
      понимая, разрушен твой персональный бункер...
      Ты всё ждёшь астероид,
      но астероида нет и нет.

      _^_



© Светлана Андроник, 2021.
© Сетевая Словесность, публикация, 2021.





 
 


НОВИНКИ "СЕТЕВОЙ СЛОВЕСНОСТИ"
Сергей Сутулов-Катеринич: Весталка, трубадур и дельтаплан [...по причинам, которые лень называть, недосуг вспоминать, ни к чему рифмовать, четверть века назад невзлюбил я прекрасное женское имя - имя, несущее...] Наталья Козаченко: Пуговица [Вечеряли рано: солнце не село и сияли купола позолотой, сновали по улицам приезжие купечики победнее. Вчерась был четверг и обыденные Ильинские торжки...] Любовь Артюгина: Человек в одеяле [Под вечер, когда утихает жара, / И пламя не рвётся из солнечной пасти, / Спадает с домов и людей кожура, / И в город приходит прохладное счастье...] Светлана Андроник: Ветреное [виток земли вокруг своей оси / бери и правду горькую неси / не замечай в упор что снег растаял / юдоль земная стало быть простая...] Михаил Ковсан: Словом единым. Поэзия в прозе, или Проза в стихах [Свистнув, полетит стрела, душу юную унося, сквозь угольное ушко пролетая, и, ухнув, полотно разорвется, неумолимый предел пробивая, и всё вокруг цветасто...] Ростислав Клубков: Дерево чужбины [Представь себе, что через город течет река, по ее берегам растут деревья, люди встречаются под деревьями и разговаривают о деревьях. Они могут разговаривать...] Елена Севрюгина: "Реалити-шоу" как новый жанр в художественной литературе [Можно сказать, что читатель имеет дело с новым жанром: "роман-реалити-шоу", или "роман-игра"...] Максим Жуков: Равенству - нет! [Ты - в своей основе - добрый... Ну и зря! / В этом мире крови пролиты моря! / Надо лишь немного: просто, может быть, / Попросить у Бога смелости...]
Словесность